Глава 210. Монастырь в Хассе

Опция "Закладки" ()

Сегодня был день, когда мы должны были перевезти служителей в Хассе. У задних ворот храма, ведущих в нижний город, уже стояли две кареты, предоставленные Бенно. Три служителя сели в одну карету, а три служительницы — в другую. Все сироты из приюта пришли, чтобы проводить их. Также было решено, что Лутц поедет в карете со служительницами, а Марк — со служителями.

— Будьте осторожны в пути, — попрощалась я с ними, как представитель приюта.

— Спасибо. Госпожа Розмайн, я присмотрю за вашими дорогими служителями, — сказал Марк, встав на колени.

Я вежливо кивнула Марку, однако мой взгляд был направлен мимо него. Проследив за ним, Марк и Лутц криво улыбнулись. Там на коленях стоял солдат. Изначально он получил приказ сопровождать кареты со служителями от восточных ворот до Хассе, но мой папа пришёл в храм, чтобы проконтролировать отправку служителей. Пытаясь сдержать улыбку, я поздоровалась с ним.

— Позже я тоже отправлюсь в Хассе. Спасибо, что будете сопровождать моих служителей.

— Вы можете рассчитывать на меня, — ответил папа, улыбнувшись.

Он поднялся с колен и дважды ударил себя правой рукой по груди. Я вернула ему салют, а затем посмотрела, как отъезжают кареты.

Я отправлюсь в Хассе через три дня. Учитывая время, которое потребуется, чтобы кареты добрались до Хассе, а также на разгрузку багажа, три дня были наименьшим сроком, за который они могли со всем закончить. А пока мне оставалось считать дни и с нетерпением ждать, когда же у меня появится возможность вновь увидеть папу.

***

— Розмайн, ты уверена? Думаю, тебе лучше отправиться вместе с Бригиттой, — с сомнением сказал Фердинанд.

Когда я создала свой пандомобиль у парадных ворот храма, он почему-то посмотрел на него с явным неудовольствием. Однако, к своим тренировкам по управлению ездовым зверем я относилась серьёзно, а потому никаких проблем быть не должно.

— Хассе — ближайший к Эренфесту город, так что если я не смогу туда долететь, то не смогу летать и на бо́льшие расстояния во время праздника урожая. А потому я хочу в качестве практики отправиться туда на своём пандомобиле.

— Я согласен, что тебе нужно больше практики, но…

Почему-то Фердинанд не хотел признавать мою правоту, хотя сам говорил, что мне нужно больше практиковаться.

— Господин Фердинанд, — вмешалась Бригитта, — если вы так этим обеспокоены, то почему бы мне не отправиться вместе с госпожой Розмайн на её ездовом звере? Я также обладаю магической силой, а потому, в случае крайней необходимости, мы сможем воспользоваться моим ездовым зверем, чтобы отступить. Так она будет в большей безопасности.

— Верно… Но, Бригитта, ты действительно не против?

— Я своими глазами видела успехи госпожи Розмайн. Вы можете доверить её сопровождение мне, — уверенно заявила Бригитта.

Однако, я видела, как при этом сияли её аметистовые глаза. Возможно, Бригитте интересно прокатиться на моём пандомобиле? Она заставила своего ездового зверя исчезнуть и подошла к моему. Я открыла для неё дверь с пассажирской стороны.

Увидев это, Фердинанд опустил глаза, словно сдаваясь.

— Хорошо, Бригитта. Я оставлю это на тебя.

Бригитта кивнула и села в мой пандомобиль. Я забралась на водительское сиденье и закрыла двери.

— Бригитта, пожалуйста, пристегни [ремень безопасности]. Вытяни вот это и вставь сюда… — объяснила я, показывая, как сама пристёгиваю ремень

Всё же безопасность превыше всего. Кстати, лишь водительское сиденье было подобрано под мой размер, а потому находящееся рядом пассажирское сиденье выглядело очень большим и высоким. Бригитта нежно погладила сиденье и, улыбнувшись, сказала:

— Этот ездовой зверь действительно милый.

— Правда? Ты правда считаешь его милым? — спросила я.

Фердинанд относился к моему ездовому зверю как к чему-то странному, но я считала, что мой пандомобиль был милым. Думаю, я смогу поговорить о красоте моей пандочки с другой девушкой. Но когда я посмотрела на Бригитту с надеждой в глазах, она вздрогнула и неуклюже откашлялась, словно пытаясь сделать вид, что не так выразилась.

— Кхм! Я хотела сказать, что вам, госпожа Розмайн, он очень подходит.

— Хи-хи. Спасибо. А теперь нам пора.

Ездовой зверь Фердинанда уже взлетел, а потому я взялась за руль пандомобиля и нажала на педаль газа, вливая при этом магическую силу. Короткие лапы моей малой панды начали двигаться, а когда я наклонила руль на себя, она начала бежать по небу.

— Я никогда не думала, что можно ехать внутри ездового зверя. Сиденье здесь очень удобное и мягкое, и не требуется переодеваться в рыцарскую одежду. Думаю, дворянки могут захотеть подражать такому дизайну, — сказала Бригитта.

Насколько я поняла, для того, чтобы ехать верхом на ездовом звере, дворянкам требовалось переодеться в специальную одежду. Но чтобы ехать в пандомобиле, подобное не требовалось.

— Интересно, делал ли кто-нибудь карету в качестве своего ездового зверя?

— Ездовые звери создаются по образу животных, а потому никто никогда не делал кареты. Я считаю, что идея ехать внутри зверя замечательна.

Разумеется, если бы я не выросла в мире, где были аниме и тематические парки с аттракционами в виде животных, то я бы никогда не подумала о том, чтобы ездить внутри животного. Но пусть Бригитта и хвалила меня, эта идея не была моей, а потому я могла лишь слегка улыбнуться.

— Я не уверена, что такие ездовые звери будут популярны у дворянок, поскольку главный священник всегда кривит лицо, когда смотрит на мой пандомобиль, — ответила я.

Перебирая ножками, мой пандомобиль преследовал льва Фердинанда. Моя малая панда такая миленькая. Хи-хи!

***

Похоже, нас уже ждали, потому что когда наши ездовые звери приземлились у монастыря, Бенно и остальные сразу же вышли на улицу. Люди из компании «Гилбе́рта», служители и сопровождавшие их солдаты, встали на колени.

Выбравшись из своего ездового зверя, я вернула его в форму магического камня, который поместила в похожее на клетку украшение, висящее на моём поясе. И пусть это заняло у меня больше времени, чем у Фердинанда и Дамуэля, но я всё же думала, что делаю успехи. Закончив с этим, я вышла перед Фердинандом на полшага. Честно говоря, я бы предпочла спрятаться за ним, но, думаю, было бы не очень хорошо, если бы главный священник стоял перед главой храма.

Окинув взглядом людей, стоящих на коленях, Фердинанд слегка кивнул.

— Мы благодарны вам за приём. Теперь мы бы хотели увидеть монастырь изнутри.

После слов Фердинанда, все встали. Я встретилась взглядом с папой, находившимся перед солдатами, и мы обменялись улыбками. Это было всё, что мы могли сделать в присутствии Фердинанда и остальных.

— Я начну со здания для девочек, — сказал Бенно.

Следуя за ним, мы вошли внутрь. В ранее пустые дверные проёмы установили двери. Для сирот подготовили матрасы и ящики для хранения личных вещей.

— Кровати будут подготовлены к зиме. Учитывая спешку, мы сделали всё возможное, чтобы комнаты были пригодны для жизни.

Я слегка кивнула на его слова. На данный момент требовалось лишь чтобы в комнатах можно было жить. Поскольку комнаты предназначены для сирот, у которых было не так много личных вещей, этого должно было им хватить.

— Это комната для оформления документов, — продолжил Бенно. — Такая же есть в здании для мальчиков.

В комнате имелись столы, стулья, и письменные принадлежности. Служительницам будет поручена подготовка документов, касающихся расходов на еду и проживание, а служителям — подготовка отчётов о работе мастерско́й.

В столовой пока были установлены импровизированные столы, представляющие из себя ящики, на которые положили доски, но постепенно их все заменят на нормальные. Плотники, что работали в монастыре, уже пользовались ими, и, похоже, каких-либо неудобств во время еды не было.

Уже был полдень, а потому солдаты и люди из компании «Гилбе́рта» останутся ночевать в монастыре. Поскольку все будут обедать вместе, нам потребуется добавить ещё одну или две доски в качестве столов.

Как и в приюте храма, в подвале здания для девочек располагалась кухня, оборудованная всем тем же, что и моя. Здесь были котлы, сковороды, печь. Также были подготовлены деревянные тарелки и столовые приборы, а потому обед здесь ничем не будет отличаться от обеда в храме.

— Возможно, это немного чрезмерно для кухни приюта, но мы решили подготовить здесь всё с учётом того, что вы, госпожа Розмайн, будете приезжать сюда.

— Спасибо. Мои повара обязательно это оценят.

В подвале здания для девочек, как и в храме, был проход, ведущий в подвал здания для мальчиков, который был превращён в мастерскую. В ней имелись почти все те же инструменты и материалы, необходимые для работы, что и в «мастерско́й Розмайн». Единственное, чего здесь не было, так это печатного станка для высокой печати* и металлических литер. Но, учитывая, что печатный станок требовал силы нескольких взрослых мужчин, а у нас не хватало людей, служители здесь пока сосредоточатся на изготовлении бумаги и на мимеографической печати.

— Когда количество людей увеличится, мы привезём сюда печатный станок, но пока инструментов должно быть достаточно для работы мастерской, — сказал Бенно.

После этого мы поднялись наверх. Комнаты в здании для мальчиков были такими же, как и в здании для девочек. Были установлены двери и имелись матрасы и ящики для хранения вещей. Похоже, что здесь также остановятся солдаты и люди из компании «Гилбе́рта».

— Несмотря на то, что они сироты, они живут лучше, чем мы, — бросил один из сопровождающих нас солдат, скривив лицо.

— В таком случае, почему бы тебе тоже не стать служителем? Тебе не разрешат жениться и свободно покидать храм, а твоя жизнь будет целиком посвящена выполнению прихотей священников, но если ты всё же считаешь это приятной жизнью, то мы с радостью примем тебя в монастырь, — сказала я, не в силах промолчать.

Он ведь совершенно ничего не знает о сиротах. О том, что им не разрешалось покидать приют до своего крещения, что от них могут легко избавиться, если они не будут нужны, или что они могут умереть, если рядом не будет никого, кто мог бы о них позаботиться. И всё же у него хватило наглости сказать, что у сирот жизнь лучше.

У солдата, увидевшего моё недовольство, кровь сразу же отхлынула от лица и он тут же упал на колени

— Простите меня, я никого не хотел обидеть, — сказал он, нача́в оправдываться.

— Госпожа Розмайн, не удивительно, что он мог так подумать, видя лишь то, как мы живём сейчас. Благодаря вашим усилиям наша жизнь значительно улучшилось. Он не мог знать, насколько всё было хуже до вашего появления, — сказал один из служителей, пытаясь меня успокоить.

Я видела, что пока служитель говорил, мой папа с довольным лицом кивал, словно говоря: «Разве моя дочь не потрясающая». Мне хотелось сказать ему, чтобы он не кивал с таким глупым лицом, а подумал о солдате, который побледнел и весь трясётся от страха. Впрочем, эта глупость моего папы смогла избавить меня от раздражения, и я расслабила плечи.

— Я полагаю, что вы сказали это не подумав, но я бы попросила вас впредь всё же думать, прежде чем делать подобные утверждения, — сказала я.

— Простите, этого больше не повторится.

Солдат извинился, я простила его и на этом история закончилась. После этого мы направились в молитвенный зал. На входе была установлена великолепная двустворчатая дверь с искусной резьбой, сразу же придава́вшая молитвенному залу достоинство. Когда служители толкнули створки, я увидела, что белый пол теперь был покрыт ковром, а в дальнем конце зала находился алтарь, куда будут установлены статуй богов. Пусть молитвенный зал и был не таким большим, как в храме, но атмосфера была такой же.

— Бенно, когда статуи будут готовы? — спросил Фердинанд, смотря на неукрашенный алтарь.

— Мне сказали, что это займёт ещё около месяца.

— Хм, раз так, то их успеют закончить до праздника урожая. Тогда всё в порядке… Розмайн, следуй за мной, я создам тебе потайную комнату.

Фердинанд достал магический камень и прижал его к стене примерно на уровне пояса, после чего в его руке появился штап* и он что-то пропел. В следующее мгновение от красного камня вверх по стене побежала полоса красного света, пока не стала примерно на пятнадцать сантиметров выше Фердинанда. После этого она разделилась на две части, и полосы красного света побежали влево и вправо. Через некоторое расстояние, они обе изогнулись на девяносто градусов и устремились вниз. Немного не дойдя до пола, они вновь изогнулись на девяносто градусов и двинулись друг к другу параллельно полу, пока вновь не соединились. Затем полоса света направилась вверх и вернулась к магическому камню, отчего тот начал интенсивно светиться. Когда свет померк, на том месте оказалась дверь в потайную комнату, в которую был вставлен магический камень.

— Розмайн, зарегистрируй свою магическую силу и создай комнату.

— Хорошо.

Я положила руку на магический камень, зарегистрировав свою магическую силу так же, как когда регистрировала её в потайной комнате своих покоев. Правда, там магический камень находился достаточно высоко, а потому мне требовался стул, но сейчас я могла свободно дотянуться до него. Лишь в этот момент я поняла, что Фердинанд выбрал такую высоту для моего удобства. Думая о своей комнате в храме, я влила в камень достаточно магической силы. Зарегистрировав комнату и открыв дверь, я увидела, что она точно такого же размера, как и в храме.

— Теперь ты можешь заказать сюда мебель и всё необходимое, — сказал Фердинанд, после чего бросил взгляд на Бенно.

Когда я посмотрела на Бенно и Марка, они оба улыбались, но в их взгляде ясно читалось: «Ты собираешься добавить нам ещё работы?»… Простите. Мне очень жаль.

— Ах да, тебе также нужно влить сюда магическую силу, пока цвет полностью не изменится, — проинструктировал меня Фердинанд, указывая на магический камень, установленный в дальней от двери стене молитвенного зала.

— Что это?

— Это то, что необходимо, чтобы защитить монастырь. На данный момент он всё ещё содержит магическую силу, оставшуюся после создания монастыря, но до весны её не хватит. Защита этого места будет одной из твоих обязанностей.

Чтобы зарядить защитный магический инструмент, я принялась непрерывно вливать в него магическую силу. Я ожидала, что для защиты монастыря потребуется довольно большое количество магической силы, но его потребовалось на удивление немного.

Закончив обход монастыря, мы вернулись к входной двери. Теперь дворянам следовало уйти, чтобы остальные могли вернуться к своей работе по обустройству монастыря и приготовлению обеда.

— Похоже, монастырь вполне пригоден для жизни, — сказала я служительнице.

— Да, я думаю, у нас здесь всё будет хорошо, — ответила она с улыбкой.

— Вам нужно пожить здесь несколько дней. Если проблем не будет, то мы сможем отправиться за сиротами. Мы вернёмся через три дня, чтобы всё проверить. Пожалуйста, скажите мне, если заметите, что здесь чего-то не хватает, — сказала я, протягивая служителям и служительницам ди́птихи*.

Я заранее попросила Бенно подготовить их, так как они будут необходимы для работы.

— На диптихах вырезаны ваши имена, а потому они не общие вещи, а ваши личные. Считайте их моим подарком за работу, которую вы скоро будете выполнять в этом монастыре. Думаю, они вам пригодятся.

— Для нас это большая честь.

В храме ди́птихи были лишь у моих слуг, а потому служители с радостью смотрели на свои имена, вырезанные на ди́птихах.

— Лутц, ты подготовил? — спросила я.

— Конечно, — ответил он, осторожно протянув мне тканевый мешочек, который слегка позвякивал.

Взяв мешочек, я повернулась к солдатам.

— Я благодарю вас за вашу тяжёлую работу по сопровождению. Прошу, примите эту небольшую благодарность.

Думаю, их семьи будут беспокоиться из-за того, что мы на несколько дней забрали солдат, которые редко покидали город. Поэтому, эти деньги будут чем-то вроде комиссионных или бонуса. Я собиралась попросить их выступить эскортом и в будущем, когда Бенно будет перевозить припасы, а потому я хотела, чтобы у нас с солдатами сложились хорошие отношения.

— Я могу попросить от вас сопровождения и в будущем, а потому надеюсь, что вы вновь откликнетесь.

Я вручила каждому по малой серебряной монете. Затем я встала перед папой и краем глаза взглянула на то, как солдаты обмениваются жадными взглядами, после чего украдкой дала ему большу́ю серебряную монету.

— Пожалуйста, похвали их за работу, — тихо прошептала я.

Папа улыбнулся. После этого, я вновь обратилась к стоящим в ряд солдатам.

— Прежде чем я уйду, я хочу напомнить вам, что мужчинам ни при каких обстоятельствах не разрешается входить в здание для девочек. Я верю, что никто из вас не причинит вреда моим служительницам, но всё же, я хочу, чтобы ответственные следили за своими людьми. Если кто-то проигнорирует мои слова, то прощения не будет, — припугнула я их, обведя пристальным взглядом.

Помимо папы и людей из компании «Гилбе́рта», которые были связаны с приютом через меня, люди в нижнем городе смотрели на сирот свысока. Я не хотела, чтобы кто-нибудь из них расслабился, когда я уйду, и попытался овладеть моими служительницами. У меня уже есть подобная история со служительницей, что сейчас в храме, а потому припугнуть их будет не лишним.

Вслед за Фердинандом, создавшим своего ездового зверя, я создала свой пандомобиль. Мы с Бригиттой сели в него и полетели. В Хассе я вернусь через три дня.

***

Когда папа и Бенно вернулись в Эренфест, я получила от них отчёт. Также я закончила с работой над текстом третьей книжки с картинками, которую собиралась напечатать. Она будет посвящена богу огня Лейденшафту и подчинённым ему богам. После этого я встретилась с Вильмой и попросила её нарисовать иллюстрации. Так незаметно прошли три дня. Если у служителей не возникло никаких проблем с проживанием в монастыре, то пришло время задуматься о том, чтобы взять в приют новых сирот. А для этого я собиралась встретиться с мэром Хассе.

— Розмайн, ты действительно собираешься везти своих слуг на этой штуке? — спросил Фердинанд, указывая на мою пандочку, которая была размером с семейный автомобиль, и смотря на неё так, словно она была чем-то отвратительным.

— Конечно. Разве пандомобиль не нужен как раз для этого? — ответила я, не обращая внимание на его отсутствие вкуса.

По крайней мере, мои слуги были счастливы.

— Ничего себе! Госпожа Розмайн, дверь сама открылась! Так круто! — выкрикнул Гил, даже не замечая, что перестал говорить вежливо.

— Ух ты, сиденье такое мягкое и удобное! — взволнованно сказала Никола, так любившая всевозможные новые вещи, сразу после того, как они закончили с погрузкой багажа и она забралась внутрь.

В отличие от этих двоих, которые были сильно воодушевлены, Фран смотрел на пандомобиль как-то мрачно и словно пытался набраться решимости.

— Госпожа Розмайн, я готов служить вам не смотря ни на что.

— Фран, ты выглядишь так, словно собираешься умереть. Это не так опасно. В прошлый раз Бригитта уже летала со мной и всё было хорошо.

— И сегодня я полечу снова. Не сто́ит бояться, — сказала Бригитта, садясь на переднее пассажирское сиденье.

Набравшись решимости, Фран стиснул зубы и забрался на заднее сиденье.

— У всех пристёгнуты ремни безопасности? Взлетаем, — сказала я.

Когда пандомобиль взмыл в воздух, Фран нервно схватился за ремень безопасности, а Гил и Никола радостно вскрикнули:

— Ух ты! Так высоко!

— Госпожа Розмайн, город такой маленький. Фран, посмотри в окно!

— Гил, Никола, не разговаривайте с госпожой Розмайн. Ей нужно сосредоточиться, — немедленно отругал их Фран.

— Фран, считаешь, что я не смогу разговаривать за рулем? — спросила я, улыбнувшись.

— Вам не следует этого делать. Пожалуйста, сосредоточьтесь.

Так и обмениваясь подобными фразами, мы прибыли в Хассе. После того, как я приземлилась перед монастырем, мои слуги начали выгружать мой багаж. Из монастыря вышли служители, чтобы помочь занести его внутрь.

Закончив с переносом моих вещей в потайную комнату, находившуюся в дальнем конце молитвенного зала, слуги приступили к её обустройству. Это не должно было занять много времени, так как мы взяли с собой только ковёр и гобелены. Также сюда планировалось привезти запасную кровать из храма, чтобы можно было не беспокоиться о том, что делать, если я вдруг упаду в обморок.

Пока мои слуги были заняты этим, мы с Фердинандом отдыхали в столовой. Я привезла с собой сладости, а служительница заварила чай.

— Как вам жизнь здесь? — спросил я служителей, потягивая чай.

— Всё хорошо. Благодаря тому, что лес и река находятся рядом, изготавливать бумагу здесь намного проще, — ответил один из них.

Его голос звучал несколько напряжённо. Должно быть, из-за присутствия Фердинанда. Я посмотрела на служительницу, которая подала нам чай, и спросила:

— Всё ли будет в порядке, если мы приведём сюда сирот?

— Да. Мы можем приготовить обед к их приходу.

***

Вместе с Фердинандом и моими слугами, мы отправились на ездовых зверях, чтобы увидеть высшее должностное лицо Хассе — мэра. Однако, даже несмотря на то, что его заранее предупредили о нашем прибытии, встретивший нас слуга переменился в лице и начал дрожать. Похоже, они вообще не подготовились к нашей встрече.

— Глава храма и главный священник?! Разве должен был прийти не торговец?!

Через Бенно мы передали сообщение, что сегодня мы придём, чтобы взять сирот. Но, видимо, он не упомянул, что забирать их будут лично глава храма и главный священник. Судя по тому, насколько потрясённым выглядел мэр, когда он ворвался в комнату, я могла предположить, что обычно он игнорировал визиты Бенно.

— Где сироты? — резко спросил Фердинанд. — Мы заранее проинформировали вас о нашем прибытии. Приведите их всех сейчас же.

Мэр сглотнул и сразу же приказал слуге привести сирот. Вскоре в комнату привели тощих детей с немытыми волосами и в грязной одежде. Они напомнили мне, какими раньше были сироты в храме, а потому мне хватило одного взгляда, чтобы понять, насколько тяжёлой была их жизнь. Когда я посчитала детей, их оказалось четырнадцать. Я с сомнением наклонила голову.

— Это ведь не все, не так ли? Мне сказали, что их должно быть больше.

— Вероятно, что человек, который сказал вам это, ошибся, — сказал с улыбкой мэр, стоявший перед нами на коленях.

Однако, один мальчишка зло посмотрел на него и замотал головой.

— Нет! Это ложь! Он спрятал мою сестру и Марту, чтобы продать их!

— Заткнись, Тор! — крикнул на него мэр.

Глаза мэра вспыхнули яростью и он резко встал, чтобы ударить мальчика, но Дамуэль быстро шагнул вперёд, и остановил его, направив на него штап.

— Разве господин Фердинанд не приказал тебе привести всех сирот? Или ты не слушал его? — холодно спросил Дамуэль.

Мэр был всего лишь простолюдином, а потому для него нарушение приказа главного священника, который также являлся единокровным братом герцога, с лёгкостью могло закончиться смертным приговором. Увидев, что Дамуэль без колебаний направил на него оружие, мэр ахнул и закричал:

— Кто-нибудь! Кто угодно! Приведите Но́ру и Марту!

В комнату привели двух молодых девушек. Как и следовало ожидать от девушек, которых собирались продать, они обе были красивыми. Теперь количество сирот совпадало с тем, о котором сообщил Бенно, а потому я заговорила с ними.

— Кто-нибудь из вас хотел бы отправиться в мой приют? Я не собираюсь никого заставлять идти туда против воли, потому что если вы согласитесь, то станете служителями или служительницами. В монастыре вам будет гарантировано место для сна и еда, но вам придётся работать и жить по нашим правилам.

Сироты боязно переводили взгляд между мной и мэром. Лишь Тор смотрел прямо на меня.

— Если вы не собираетесь продать мою сестру, то мы с ней готовы пойти.

— Тор… — пробормотала старшая из двух девочек и с тревогой посмотрела на Тора.

Вероятно, она была его старшей сестрой. Мэр протянул к ней руку, пытаясь прервать.

— Постой! Нора не может…

— Молчи! Госпожа Розмайн не разрешила тебе говорить, — сказал Дамуэль, не позволяя стоявшему на коленях мэру поднять голову.

Фердинанд посмотрел на мэра и холодно прищурился. По его лицу я поняла, что он начинал раздражаться. Ощущая, что атмосфера вокруг Фердинанда похолодела, я отвернулась от него и обратилась к Но́ре.

— Нора, а чего хочешь ты? Если ты отправишься в мой приют, то тебя никогда не продадут. Но как служительнице, тебе не будет позволено выйти замуж.

— Мы — сироты, а потому в любом случае не можем рассчитывать на достойный брак, — выпалил Тор.

— Тор, я спрашиваю не тебя, а Нору, — ответила я.

Нора опустила глаза, а затем посмотрела на меня и грустно улыбнулась.

— Я пойду. Я не смогу выйти здесь замуж, и я не хочу навсегда разлучаться с Тором. Это лучше, чем быть проданной.

— В таком случае, приветствую вас.

— Если Тор идёт, то мы с Мартой тоже! — сказал другой мальчик, взяв за руку девушку, которую привели вместе с Норой.

— Рик, ты уверен? — спросил Тор.

— Если мы останемся здесь, то следующей продадут Марту.

Похоже, другие сироты не собирались идти против мэра. Они все покачали головами и сказали, что хотели бы остаться. Я не знала, боялись ли они того, что в монастыре будут другие порядки, или они боялись Дамуэля, который грубо обошёлся с их владельцем, мэром. Но в любом случае я не собиралась никого насильно принуждать.

— Тогда мы возьмём этих четверых. Господин Фердинанд, вы согласны?

— Да. Мы сделали то, зачем пришли. Уходим.

Мэр мог лишь потрясённо смотреть как мы забираем двух девушек, которых он спрятал, намереваясь продать.

↑ высо́кая печа́ть — способ печати, отличающийся от плоской и глубокой печати тем, что печатающие элементы на форме расположены выше пробельных, так что при печати пробельные элементы бумаги не касаются.https://ru.wikipedia.org/wiki/Высокая_печать
↑ штап — настоящее название того, что Розмайн называла волшебной палочкой.stab [ʃtaːp] (нем.) — палка, прут, стержень.
↑ ди́птих — употреблявшиеся греками и римлянами таблички для записи (записные книжки), представлявшие собой две деревянные, костяные или металлические дощечки, соединённые друг с другом. Для записей предназначались внутренние стороны складня, внешние же стороны могли покрываться разного рода украшениями.https://ru.wikipedia.org/wiki/Диптих

Оставить комментарий