Глава 494.2. Противостояние (часть 2)

Гэллум молниеносно перевел взгляд на Принца-регента, после чего вздохнул и выпучил глаза от удивления.

— Ваше величество, о чем вы хотите нам поведать? — спросил он, потирая глаза рукой.

Павел Шестнадцатый ненавязчиво усмехнулся, видя изумление окружающих.

— А, вы об этом… о первом Турнире Империи…

Двэйн и Принц-регент едва заметно переглянулись.

— Неужели ложная тревога, неужто весть о турнире просочилась? Как он узнал? Неужели он пришел из-за этого?

Не дожидаясь, пока Гэллум заговорит, Принц–регент промолвил:

— Господин Первосвященник, мой отец не имеет к этому отношения, мой отец слишком стар для турниров, это все решает Герцог Тюльпан, и цель турнира — всего лишь привнести простым мирянам любовь к военному искусству. Даже не знаю, что вас заинтересовало в этом Турнире…

Хотя Павел Шестнадцатый уже давно был Первосвященником всей религиозной общины, Принц-регент, заговорив, назвал его «Святой отец», что заметно раздражало Павла Шестнадцатого, заставляя его злобно щуриться.

Первосвященник взглянул на Двэйна:

— Что ж, значит, турнир – дело рук Герцога Тюльпана…

Надо сказать, сама идея турнира в самом деле была достаточно изощренной. На всем материке с самого его основания не проводились подобные турниры.

Принц-регент усмехнулся:

— Это решение… хотя и принадлежит Герцогу Тюльпану, но я доверил организацию и проведения турнира рыцарям Роландовских земель. Я думаю, их титул для этого подходит больше всего.

Помедлив несколько минут, он спросил:

— Ваше Величество, неужели Вы пришли из-за турнира? Вот уж и не подумал бы, что Вас это заинтересует…

Павел Шестнадцатый усмехнулся, в глазах скользнула злая ухмылка:

— Конечно, заинтересует! Я уже стар, и я не воин, но в нашей общине есть несколько воинов, готовых поучаствовать в этом турнире.

Глаза Первосвященника бегали из стороны в сторону, он старательно оглядывал комнату, в которой находился.

— Господин Герцог Тюльпан, в Империи происходит множество разных событий, однако репутация «Первого турнира» звучит громко, а посему вызывает у меня интерес… Ведь воины Храма Предков… тоже достойны участвовать в подобных турнирах, ведь они также являются достойными воинами… не так ли… да, и к тому же, как не заинтересоваться «Первым турниром в Империи»!?

Двэйн исподлобья взглянул на воинов, пришедших с Первосвященником. Каждый из них серьезно глядел в глаза Двэйну. Чернокожий воин, сидящий справа, внезапно шагнул вперед, сказав:

— Ваше Величество Принц-регент! Ваше Величество Герцог Тюльпан!

И поклонился.

— Мы, воины Храма Предков – такие же рыцари, как и те, что участвуют в турнире. Если вы не позволите нам принять участие… я не знаю, как такой турнир может называться «Первым в Империи»… к тому же, если все узнают, что никто из нас не участвовал в этом турнире, как же мы потом сможем называть себя вонами, и что тогда будет с нашей репутацией… Неужто мы совсем не достойны воинов Императора…

Двэйн усмехнулся, дослушав речь воина до конца, затем ответил:

— Эм… Ваше присутствие здесь, Господин, не законно…

Чернокожий воин покраснел в лице, ведь только сейчас он понял, что перешел границу.

— Меня зовут Шитьергер, я служу в костяке Воинов Храма Предков…

Впрочем, сказав это, он еще больше перегнул палку и только лишь добавил масла в огонь. Двэйн прищурился и сказал:

— Что ж, должно быть, это они желают поучаствовать в турнире?

Второй воин также вскочил со своего места с энтузиазмом в глазах. Он поклонился Императору и Принцу-регенту.

— Ваше Величество! Меня зовут Лаэндвер. Я воин отборных отрядов Храма Предков! Могу ли я получить Ваше благословение на участие в турнире! А еще…

— Что еще?- воскликнул Принц-регент.

— Еще мы надеемся на справедливость в проведении Турнира!

Лаэндвер был явно похитрее своего чернокожего сослуживца. Всматриваясь в глаза Принца-регента, он сказал:

— Раз уж это и вправду Первый Турнир Империи, то никаких детских игр там быть не должно! А это сообщество рыцарей попросту не способно на такую ответственность, как проведение таких турниров!

Принц-Регент сделал вид, что не слышал того, что сказал ему рыцарь, но отчасти воин был прав, и это знали все присутствующие.

Двэйн томно покашлял, затем вступил в разговор, прервав неловкое молчание:

— Господин воин, позвольте спросить, каким же, по-вашему, должен быть Первый турнир Империи? — Павел Шестнадцатый внезапно воскликнул, усмехнувшись.

— Раз уж речь идет о всеимперском турнире, то такие решения, стало быть, нужно принимать самому Императору! Не так ли, Ваше Величество?

Первосвященник обратился к старику на троне:

— Ваше Величество, ваша боевая слава затмевает нашу! Вы командовали имперскими войсками во время войны на Северо-западе! Кому, как не Вам, решать, каким должен быть Первый турнир Империи?

Взглянув на пытавшегося что-то сказать Принца-регента, Первосвященник лукаво улыбнулся:

— Жаль, господин Регент, что Вы – лишь волшебник, и управлять таким турниром вам, увы, не дозволено.

Принц-регент нахмурился. Двэйн, заметив это, тоже напрягся. Что же скажет сам Император! Этот Первосвященник действительно что-то знает? Или всего лишь блефует? Все же Двэйн, решившись, сказал:

— Господин Первосвященник, я считаю, что это недопустимо!

— Что? — Первосвященник бросил взгляд на Двэйна.

Двэйн был готов услышать и сказать что угодно, однако сидящие подле юноши Карина и Карл внезапно смолкли, и тут принц Чарли покашлял, прервав все звуки в пиршественном зале.

Карл встал, его лицо было полно решительности, хотя он изрядно вспотел от нервов.

— Отец, я считаю, Герцог Тюльпан абсолютно прав! Делать этого ни в коем случае нельзя!

Принц-регент чуть было не вздрогнул от нахальства сына. Улыбнувшись, он сказал:

— Карл, дорогой, что ты хочешь сказать?

Для маленького принца это было знаком доброй воли. Совершив реверанс перед Первосвященником, он продолжил:

— Отец, Император – уважаемый человек в государстве! Он и есть власть! Как же можно доверять простолюдинам участвовать в таких мероприятиях и решать столь важные вопросы!

Лаэндвейр внезапно возразил:

— Ваше величество, только из-за высокого положения Императора, только лишь посовещавшись с достойными людьми… можно прийти к правде!

Взглянув на рыцаря, Карл рассмеялся:

— Господин грозный воин, у меня к вам лишь один вопрос! Этот советчик должен быть всего лишь один?! Все знают, что совет должен состоять из множества людей!

Карл уверенно смотрел в глаза оппоненту. Умело парировав высказывания противника, он холодно смотрел в сторону Первосвященника.

— Господин воин, неужели вы презираете Императора?!

Лаэндвэйр остолбенел, слыша подобные обвинения от десятилетнего мальчика, пускай даже и столь благородных кровей. Но перед ним все же стоял сын правителя, и его отец стоял подле.

Потому воин лишь промолвил:

— Конечно же, нет! И как мне такое могло прийти в голову! Но разве Император не в силах решить и то, сколько помощников в вынесении решения ему нужно?

Однако договорив, воин смолк, ведь злить Принца-регента не стоило, это могло вызвать вражду уже с Императором. Двэйн был не на шутку изумлен, он считал, что этот десятилетний мальчик не может быть способен на подобное… такой маленький, а зрит в корень, такое уязвимое место нашел.

Павел Шестнадцатый, глядя на внезапно вступившего в словесную баталию мальчугана, подумал:

«Надо же, откуда в этом роду Августинов берутся столь юные и умные дети… Принц-регент был умен, его сын от него не отстал… только в моей общине одни тупицы!»

Первосвященник скривил сердитую мину, хотя в душе он улыбался.

— Ваше Высочество, почему бы нам не создать советы в разных городах Империи? Проблема бы решилась сама собой!

Как ни странно, но принц Карл уже давно размышлял именно об этом.

— Ваше Величество, это именно то, о чем я хотел сказать! Именно потому, что мой дедушка – Император, он не должен заниматься такими мелочами, как участие в турнирных совещаниях, а вы, господин Первосвященник, вовсе не воин, да и не политик, а посему вам такие ошибки вполне простительны…

— Так! Молодой человек! Вы много себе позволяете! — Принц-регент утихомирил своего сына, хотя в душе восторгался им.

Карл повернулся к отцу и кивнул головой:

— Да, отец, я прошу прощения!

Воины встали со своих мест и как один спросили:

— Вы хотите что-то нам сказать?

Но следующая реплика мальца вновь заставила их остолбенеть:

— А вот вам бы стоило помолчать! Или же вы забыли собственное положение, господа воины? И я настоятельно прошу вас более не забывать, что я — сын Принца-регента, а значит, важное лицо страны! Вы забыли, кто я, вы забыли, кто вы? С каких пор простолюдин имеет право спорить с лицом императорской крови? Впредь не забывайте, кто вы!

Двэйн не удержался и похлопал маленькому оратору, подумав:

«Черт возьми, неужели он настолько умен в свои годы?»

Но Двэйн не заметил, что сидящая подле Карина все это время сидела, прикрыв ладонью рот, стараясь скрыть довольную улыбку. Ее цель также была достигнута…

Оставить комментарий