Глава 589. Война снова началась! Бегемоты идут в бой!

Все жители материка, от аристократов до чиновников, с начала девятьсот шестьдесят шестого года пристально следили за событиями в Империи. Все с особым вниманием наблюдали за негласной битвой между Герцогом Тюльпаном и принцем-регентом.

Войска Двэйна отбились от правительственной армии, но затем разразился новый скандал, и в то время, пока принц разбирался с мобилизацией войск владельцев частных территорий, из степи прибыл посланец с обращением к властям Империи.

На принца сыпались все новые и новые дела, и только совсем уж глупец не догадывался, что за этим стоит.

Внешне в стране царил мир и порядок, но внутри происходили поистине пугающие события.

Как ни странно, о войне на севере в эти дни вспоминали крайне редко.

На самом деле, это вовсе не означало абсолютное невнимание к этому региону со стороны правительства.

Просто со дня основания Империи династия Августинов крепко держала власть. Предыдущий император, Августин Шестой добился значительных успехов во внешней политике, нынешний государь, принц-регент, делал все возможное для развития и процветания Лоулани, и позиции династии были по-прежнему очень сильны. Проблемы на северо-западе и набеги кочевников степи не затрагивали основ государственности, а значит, не считались серьезными, и их рассматривали всего лишь как локальные конфликты.

На огромной территории Империи проживало десятки миллионов человек, она имела многочисленную и хорошо вооруженную армию и была богата природными ресурсами.

При таких условиях ни один даже самый пессимистичный человек не верил в то, что такой колосс может когда-нибудь развалиться.

Многие считали, что вторжение племен чудищ — это всего лишь временная смута, и сил Империи вполне достаточно, чтобы быстро справиться с этой опасностью.

Даже несмотря на все нарастающее напряжение на линии фронта, в сознании многих людей столкновение с племенами было сравнимо со столкновением с кочевниками, и никто не рассматривал это как масштабную затратную войну.

Именно поэтому борьба между чиновником и властью приковало к себе гораздо больше внимания со стороны простых жителей.

После того, как власти получили сумасбродное письмо Владыки Степей Саладина, из дворца некоторое время не поступало никаких вестей, и лишь затем принц-регент вынужден был пойти на компромисс.

Он опубликовал указ, по которому степняки признавались сумасшедшими фанатиками, позорящими честь Империи, и армии Герцога Тюльпана вменялось в обязанность усмирить их пыл.

Этот указ фактически означал, что принц-регент оставил идею перемещения армии герцога подальше от северо-запада.

Стороны неплохо разыграли эту партию, и молодой чиновник как будто даже и выиграл.

Затем в их отношениях наступило потепление. Или по крайней мере временное затишье. Поговаривали, что юный император Чарли даже навестил Герцога Тюльпана, послушавшись совета своего отца. Договорились ли они о чем-то — этого никто так и не узнал.

Но тучи как будто рассеялись, и напряженность в столице постепенно сошла на нет.

Многие аристократы, пристально следившие за событиями, наконец выдохнули с облегчением.

В этой безмолвной борьбе все высшие и низшие аристократы были на стороне Герцога Тюльпана. В конце концов, императорская семья первой подняла нож, и никто не знал, направит ли она его только на герцога, или же на все знатные роды?

Такое дело как лишение кого-то полномочий всегда порождает сочувствие на стороне.

Тем более в связи с опубликованием указа о мобилизации личной армии кланов. Он звучал мягко и носил больше рекомендательный характер, но многим аристократам это вовсе не понравилось, и они втайне готовили план сопротивления.

К счастью, главной мишенью принца-регента был Герцог Тюльпан. В противном случае, если бы он тут же, по первому требованию, отдал бы свои войска, то, по логике, остальные кланы должны последовать его примеру?

Каждый клан лично, на свои деньги, содержал и вооружал свою армию. Она считалась личным имуществом, и конечно же никто не хотел отправлять своих солдат на верную смерть.

Теперь много было таких, которые ради собственной выгоды готовы были подставить других, но вряд ли кто-нибудь осмелится посягнуть на столпы государственности.

Облака над Империей рассеялись, и хотя многие понимали, что это дело так или иначе оставит неприятный осадок, но все же большинство вздохнули с облегчением.

А в это время, в это теплое весеннее время, на севере вдруг грянула война!

Империя Лоулань. Девятьсот шестьдесят шестой год. Девятое марта.

Солнечно. Ветра нет. Облаков нет.

В это утро патрульные со стен доложили, что в лагере противника происходит какое-то подозрительное движение.

Услышав об этом, генерал Росток тут же собрал отряд и вместе с ним поднялся на стену крепости.

Он прекрасно понимал, что перемирие не может длиться вечно, и если чудовища зимой вели себя относительно тихо, то теперь они наверняка нанесут удар, хотя наверняка торопиться не будут. И генерал не смел относиться к этому небрежно. В прошлом году, когда началось наступление вражеской армии, он ясно ощутил, какой мощной силой она обладает.

А их затяжное молчание наверняка означало то, что они прибывают в боевой готовности и только ждут потепления, чтобы подобно грому и молнии неожиданно обрушиться на людей.

За зиму Империи не удалось как следует изучить военную ситуацию в стане врага. Посылаемые отряды кавалеристов не принесли сколько нибудь важных сведений, поскольку территория лагеря тщательно охранялась волками. Дважды воины людей предпринимали вылазку на север, но оба раза серьезно пострадали, не добившись никаких серьезных результатов.

Воздушный патруль также был перехвачен преступными народами.

Господство в воздухе неизменно принадлежало эльфам. Генерал Андрэ, начальник воздушных войск, не раз посылал к ним разведчиков с воздуха, но тех каждый раз отбрасывали назад, и в небе то и дело происходили мелкие стычки между эльфами и десептиконами.

Судя по прошлой битве, маневренные эльфы, стреляющие в полете из лука, пользовались исключительным преимуществом перед тихоходными дирижаблями. К тому же, дирижабли были созданы, в основном, для сброски бомб, а если по ним ударял противник, то их боеспособность сразу падала аж на девяносто процентов.

Таким образом, получалось. что «хозяевами неба и ветров» однозначно были преступные народы.

Единственное стоящее сообщение принес отряд наемников во главе с генералом Лонгботтомом, которым удалось обогнуть передовую и зайти противнику в тыл. Только теперь глава северной территории узнал, что преступные народы всю зиму восстанавливали силы, рубили деревья и обрабатывали землю, строили дома и хижины. только теперь стало понятно, что это ребята планируют пустить здесь корни!

Получив это известие, генерал Росток серьезно встревожился. Похоже, такого противника победить будет многим сложнее, чем степных кочевников. Те лишь только отправляли свою конницу к границам и, пошумев, возвращались обратно в степь.

Но эти чудовища планируют здесь жить!

Работы по укреплению оборонительной линии была уже давно завершено, но… оружие и провиант можно было в любое время перевести в другое место, или уничтожить.

А землю ты никуда не перенесешь!

Теперь преступные народы будут бороться за территорию, продвигаясь на юг от Ледяного леса, в сторону линии Касперского. А ведь это огромная территория, равная примерно половине одной северной провинции. И никто не может помешать им обосноваться здесь.

А насчет того, каким образом противник собирается выращивать урожай на такой тощей земле… Этого генерал Росток никак не мог объяснить… Но на душе у него было тревожно.

Изначально, у правительства не было никаких сомнений насчет того, освобождать эти земли или нет. В конце концов, климат на севере холодный и суровый, с января по октябрь здесь бушуют холодные ветра. Лишь только в апреле марте морозы отступают, и становится хоть немного теплее.

Понятно, что такая земля не подходит для высаживания урожайных культур. Двенадцать месяцев в году здесь зима, о каком земледелии может идти речь?

Поэтому освободить эти бесполезные земли и отдать под строительство линии Касперского было весьма верным решением.

Но в этом году… погода вдруг резко изменилась! На севере за всю зиму почти ни разу не выпал снег, температура порой была даже выше, чем на юге! Постоянно шли дожди. Именно поэтому преступные народы так быстро превратили пустынные земли в пашни, надеясь в скором времени значительно пополнить свои запасы продовольствия.

Через пару месяцев они должны были собрать свой самый первый, ранний урожай.

Даже самый ревнивый адепт храма в душе подумал: неужели боги покровительствуют этим мерзким существам? А иначе как погода на севере могла так резко измениться?

Именно поэтому, когда девятого марта генералу Ростку сообщили, что в лагере противника что-то происходит, он тут же поднялся на стену.

И действительно, посмотрев в бинокль, он увидел, что преступные народы чем-то активно занимаются.

В прежде молчаливом лагере все пришло в движении. Волосатые чудища вновь надевали латы, брали оружие и выстраивались в стройные ряды. Кто-то разминался, размахивая мечом, кто-то произносил речь…

Но генерал Росток не знал, что когда на передовую прибыл Лосюэ, то он сразу приказал собрать как можно больше гномов-работников и включить их в действующие боевые единицы. Поэтому теперешний военный лагерь зверей значительно отличался от прежнего.

В течение зимы гномы, задействовав свои природные умения, выкопали несколько примерно одинаковых пещер. Мастерство их действительно необычное — пещеры получились надежные, и не сырые, и продуваемые ветром. В них очень удобно было прятаться от воздушных атак.

В строительстве пещер ни одно племя не могло сравниться с гномами.

Вход в каждую пещеру был загорожен деревянной крышей, покрытой дерном. Из них то и дело выходили звери, в латах и с оружием в руках. Они были бодры и полны сил, у многих полностью поменялась шерсть, и они выглядели еще более внушительно.

Повсюду раздавались звуки рога. Ворота лагеря открылись, и войско стало медленно выходить наружу, квадратные латы солдат угрожающе поблескивали в бледных лучах солнца.

Вдалеке раздались гулкие удары, а затем оттуда показались маленькие черные точки, медленно приближавшиеся к реке. Ранее вышедшие солдаты расступились, давая им дорогу.

Они постепенно приближались, становясь все больше и больше. Генерал Росток поднял бинокль и обомлел.

Чудовища! Самые настоящие чудовища!

Огромные чудища один за другим вырисовывались на горизонте.

Если присмотреться, можно было заметить, что каждое такое существо было как минимум в два раза выше рядом стоящих деревьев. Огромная голова угрожающее возвышалась над ними.

Тело чудищ было покрыто густой коричневой шерстью, как будто немного переливающейся на солнце. Нижние конечности были маленькими, верхние — большими. Позади них тянулся длинный хвост, крепкий, словно стальной трос! Большая голова была немного сплюснута, разинув пасть. существо то и дело издавали странные звуки, похожие на рев.

Ступая по земле, они оставляли на земле глубокие следы.

На шее каждого монстра был одет огромный стальной ошейник, к которому была прикреплена почерневшая железная цепь с большим молотом на конце, волочившемся по земле. Этот молот был величиной с голову быка.

Когда чудище поднимало его, то казалось, что оно ни весит ни грамма!

Генерал Росток внимательно сосчитал их. Их было больше двадцати голов! Завидев чудищ, многие животные вскидывали голову и издавали протяжный вой.

Некоторые даже отступали назад в знак уважения.

Эти двадцать монстров наконец вошли в лагерь и встали позади солдат. Они громко храпели, выпуская из носа белый пар, и отупелым взором смотрели на стены крепости, изредка издавая гулкий рев.

Глядя на них, этих чудищ ростом со стену, охранники крепости невольно крепче сжали оружие в своих руках. В глазах некоторых из них застыл ужас.

Генерал Росток тоже несколько побледнел. Стоящие за его спиной командиры крепко выругались.

— Что за черти, скажите мне на милость!

— Скорее! — обернулся к своему подчиненному генерал. — Ступай, приведи сюда всех магов! И еще, доложи ситуацию Ордену Святых рыцарей.

Битва развернулась в полдень.

Все утро дозорные вздрагивали, услышав рев громадных монстров. Когда звери в латах наконец построились в линии, к ним сзади подвезли катапульты.

В полдень среди солдат показались несколько орков, одетых в звериные шкуры. На вид они уже были глубокими стариками, худыми, как скелеты. Их пестрые шубы, словно сшитые из шкур разных животных, ярко выделялись на фоне серого неба и унылого пейзажа. Шея, запястья и лодыжки их были перемотаны причудливыми ожерельями из костей. Когда старики проходили мимо солдат, те преклоняли колено, бросали щиты и оружие, подползали к их ногам и ударялись лбом о землю.

Старики ходили вдоль рядов солдат, приплясывая, и все навешанные на них костяные украшения тряслись и звенели. Лица стариков то омрачались, то становились торжественно-грозными, они произносили какие-то странные заклинания, похожие на народные напевы, и танцевали до тех, пока у них хватало сил.

А в это время…

В полдень солнце достигла зенита. Эти пожилые орки были вовсе не обычные маги, а очень почитаемые необыкновенные существа. Им кланялись не только солдаты, но и командиры, и даже вожди племен! Это были старейшины, пользовавшиеся большим авторитетом, и смысл их существования в племенах был в следующем: во-первых, они представляли различные кланы и разговаривали с духами от имени своего народа. Во-вторых, они занимались дрессировкой главного мощного оружия зверей:

Бегемотов!

Проведя надлежащие церемонии жертвоприношений, старики наконец прекратили танцевать. Костяные украшения их в последний раз ударились друг о друга и смолкли, как и смолкло их странное заклинание. Собрав всех их в ладони, старики вмиг превратили их в пыль.

Поднялся ветер, и эта пыль рассеялась по воздуху, и охранники не стане увидели очень странную картину…

Густое облако пыли постепенно становилось все больше и больше. В лучах солнца оно приобрело легкий золотистый оттенок и постепенно накрыло весь вражеский лагерь.

В рядах солдат возникло волнение. Затем все звери внезапно встали и громко завыли, и в этом вое слышалась ярость и ненависть. Они схватили свое оружие и подняли его высоко в верх, ударяя себя свободной ладонью в грудь…

Постепенно все звери были охвачены неистовством. Свет накрыл каждого из них с головой, и внутри него они как будто становились больше и выше, а глаза наливались кровью.

Этот мощный всплеск энергии почувствовали даже стоящие на стене люди!

Двадцать монстров, увидев свет, тотчас пришли в ярость. Поначалу они только негромко рычали, но теперь, запрокинув голову, они вдруг завыли что есть мочи.

Людям казалось, что это не десять, а тысячи животных разом громко и протяжно завыли, и этот звук подобно раскату грома обрушился на них.

В воздухе возник водоворот, и становясь все больше, он постепенно приближался к крепостной стене…

И наконец раздался оглушительный грохот!

Водоворот разорвался подобно бомбе. Воздушная волна ударила в каменную стену, и в тот же миг она затряслась, словно какие-то неведомые силы забились внутри нее.

Командиры тотчас закричали во всю глотку «Осторожно!», но мощный порыв ветра оборвал их голоса.

Волна накрыла стену, и солдаты невольно пригнулись, руками прикрывая голову. Но внезапно произошло нечто странное.

На самом деле, воздушная волна не обладала такой уж мощной ударной силой, как казалось на первый взгляд. Люди по-прежнему стояли на ногах, а ветер лишь пронесся мимо них и бесследно исчез.

В это самое время отряд магов, призванный генералом Ростком на подмогу, наконец прибыл и тотчас оказался в центре бушующей волны.

Но то, что казалось ураганом, на самом деле таковым не являлось. Солдаты растерянно переглянулись, но кто-то из магов испуганно воскликнул:

— Интеллектуальная буря! Это атака на разум!

Не успел он воскликнуть, как издалека тут же снова донесся пронзительный рев бегемотов.

Но в этот раз солдаты отчетливо ощутили, что что-то изменилось!

Рев как будто усилился, и в душе людей вдруг появился страх, как будто они внезапно оказались в эпицентре бушующей стихией, которая всасывала их в себя. Они были точно парализованы, тело их обмякло.

Солдаты побросали оружие, чувствуя лишь неконтролируемый страх и отчаяние.

Несколько десятков воинов закрыли глаза и замертво повалились наземь. Некоторые из них, кто стоял близко к краю, прямиком шагнули в пропасть и головой вниз стремительно понеслись к земле. Они все разбились насмерть. У стен башен виднелись темные кровавые пятна, наводя ужас на остальных солдат.

— Это магия! — сказал один маг, стоящий впереди. Он был направлен сюда профсоюзом и занимал очень высокое положение в магическом обществе. С серьезным видом взлетел он вверх и медленно опустился на смотровую площадку на вершине крепостной стены.

— Маги, слушайте сюда! — раздался его звучный голос. — Это интеллектуальная атака! Противопоставить ей мы можем только заклинание Света.

В этот самый миг раздался гулкий свист, и многие солдаты застыли на месте. В глазах их читался страх. Некоторые тут же упали в обморок. Некоторые дрожали, не в силах контролировать себя. Командиры развернули Доу Ци, чтобы прогнать из своего разума неизвестно откуда взявшийся ужас.

Маги один за другим взлетали в небо. Их главарь и еще с десяток других магов быстро произносили заклинание.

Когда оно донеслось до слуха солдат, они постепенно начали приходить в себя.

Из лагеря зверей послышался звук рога. Соединив черные щиты вместе, солдаты вражеской армии начали постепенное продвижение к стене крепости.

Когда «ураганные чары» развеялись, бегемоты вдруг сорвались с места и понеслись в атаку.

Земля сотрясалась от их тяжелых шагов.

— Катапульты! Цельтесь в этих чудищ! Скорее! — командовал генерал Росток. — Убейте их! Убейте их!

Многие солдаты, сидевшие в караульных башнях, еще не оправились от интеллектуальной атаки и пребывали в глубоком оцепенении, а те, что пришли в себя, действовали очень медленно и неуклюже, точно в замедленной съемке. Но строгий голос главнокомандующего привел их в чувство, и они тут же стали суетиться вокруг катапульт, направляя их в сторону вражеской армии.

Длинные стрелы полетели в огромных чудищ…

Оставить комментарий