Том 20. Эпилог

Опция "Закладки" ()

В зале ожидания отправления аэропорта бывает 6 видов людей.

Люди, которые провожают с улыбкой. Люди, которые провожают со слезами. Люди, которые провожают с отличающимися от первых двух лицами. Отбросив подробную классификацию, это будут любые исключения, кроме улыбок и слёз.

Аналогичным образом, есть три вида людей, которых провожают. Люди, которые отправляются с улыбкой. Люди, которые отправляются со слезами. Люди, которые отправляются с отличающимися от первых двух лицами.

Однако, осмелимся добавить ещё один вид. Люди, которые едут домой с усталым лицом.

Хотя были отличия между работавшими и веселившимися, была разница между физическим и умственным истощением, но те, кто сейчас ждал обратный самолет, имели именно такие лица. Даже девушки были измотаны.

29 марта. На следующий день после проведения банкета на искусственном острове неподалёку от побережья острова Куме.

— Это была утомительная поездка… — Проворчала пришедшая в вестибюль отправления Аэропорта Наха Саяка, облокотившись обеими руками о свой чемодан, чтобы уменьшить нагрузку от собственного веса. Услышавшая её слова Азуса сдержанно хихикнула. Это было как сказать «Я согласна!», потому что она не могла сказать вслух то же самое перед пригласившим одноклассником.

— Правда? Но ведь было весело? — Но её партнер, Кирихара, был другого мнения. Он возразил с радостным выражением. Волнение от вчерашнего вечера ещё не прошло. Волнение не от банкета, а от сражения.

— …Значит, Кирихаре-куну было весело? Как ребёнку, который радуется, когда промок в луже.

Посмотрев на Саяку печальными глазами, Кирихара тут же отвёл взгляд. Он вспомнил как вчера вечером она рассердилась за испорченный костюм.

— Э-это совсем не потому, что мы хотели поиграть в воде. Эй, Саваки.

Саваки сильно закивал, хоть и не понимал хорошо, что означало это «эй».

— Да. Это был хороший бой. Я доволен, что впервые за долгое время мне пришлось выложиться на полную.

В Саваки полетело множество выстрелов взглядом от Саяки и Азусы. Однако даже если он стал ежом с невидимыми стрелами вместо колючек, похоже, что на Саваки это совсем не подействовало. В этот момент к разговору присоединился Исори с извиняющимся лицом.

— Простите за всё это. Вас втянули в эти неожиданные события…

— Ах, нет! Это неправда! — На извиняющиеся слова Исори Саяка быстро помахала головой. — Извини, что наговорила странных вещей. Несомненно, мне было весело.

— Да, понимаю. — С улыбкой кивнул Исори суетливо объясняющейся Саяке. — Все устали, попав в такой инцидент. Хотелось бы отдохнуть ещё один денёк.

— Поддерживаю! — Канон среагировала на одно из слов Исори.

— Откажемся от сегодняшнего рейса и останемся ещё на одну ночь! — Обвивая свою руку об руку жениха, Канон избалованным голосом уговаривала Исори.

— Такая причина не подойдет.

— Правильно. Хоть и осталось ещё несколько дней до церемонии поступления в университет, всё же нужно начать готовиться заранее. — Подтвердила Азуса слова Хаттори, но Канон, похоже, это не убедило:

— Да что там готовиться?

— Кстати, вы уже прошли регистрацию на посадку? — Игнорируя возражение Канон, Хаттори обратился к Исори.

— Точно. — Ответившим был Саваки. Он подтолкнул свой чемодан в сторону стойки регистрации на посадку.

— Погодите! Эй, не игнорируйте меня!

Последовавший за Саваки Хаттори, оглянулся на протест Канон:

— Тут не другая страна. Может лучше приедем ещё раз летом?

— Хорошая идея. Поедем снова этим составом? — Энергично ответил Исори на слова Хаттори.

— Э-э, мне бы хотелось с Кеем вдвоём. — Канон моментально высказала недовольство.

— Мы ведь не знаем, будут ли действительно свободны летние каникулы.

На слова поступающего в Национальную Академию Обороны Кирихары, поступающая на тот же курс Саяка кивнула с разочарованным лицом.

— Не обязательно нужно ограничиваться только летом этого года, и не нужно ограничиваться именно летом. Шанс может предоставиться в любой момент, потому что риски есть повсюду.

— Хаттори, это какая-то философия?

На подколку Кирихары Хаттори с улыбкой покачал головой.

— Дело не совсем в философии. Просто слова утешения.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Это всё равно, что сказать, что в следующий раз надо сделать всё лучше. — Сказал закончивший регистрацию Саваки, оглянувшись. — Тогда, в следующий раз давайте разберемся с проблемой только своими силами.

— Ну, как-то так. — Улыбнувшись, Хаттори кивнул в ответ на слова Саваки.

◊ ◊ ◊

В отличие от группы выпускников Первой школы, которые, как и планировалось, на следующий день после вечеринки улетели в Токио на самолёте, группа текущих учеников с утра беззаботно плыла по волнам. Экскурсия по Кумедзиме, прерванная атакой подводной лодки, была организована заново на том же корабле с прозрачным дном.

— Неожиданно это стало «не миссией, а поездкой». — Сказала Миюки с горькой улыбкой.

— Я думаю, это не считается. — Тацуя также иронично улыбнулся.

— Что значит «не считается»? — Тут же с любопытством спросила Хонока.

— Поездка на Окинаву на этот раз была работой, поэтому я говорил о поездке без работы в следующий раз. — Поскольку не было необходимости скрывать, Тацуя честно ответил на вопрос Хоноки. В разговоре прошлым вечером Миюки просила, чтобы следующий раз был без работы. Это было во время их беседы на борту яхты, возвращающейся с искусственного острова на главный остров Окинавы. С тех пор прошло всего полдня. Когда было упомянуто, что можно считать этот круиз «поездкой без работы», Тацуя и Миюки показали горькие улыбки, почувствовав, что разговор вчерашнего вечера получил продолжение.

— Хмм, вот значит как? — Хонока не стала лезть дальше. Она, наверное, поняла, что вопросы, вроде «можно я с вами?» получат нежелательные ответы.

— Как долго вы ещё здесь останетесь? — Почувствовав страдания лучшей подруги, Шизуку решила сменить тему, обратившись к Миюки.

— Мы планируем вернуться в Токио завтра или послезавтра.

— Не так уж и много осталось ведь.

— На самом деле мы планировали вернуться сегодняшним рейсом. Но в итоге у нас появилось лишнее время.

— Хмм…

Миюки не объяснила, откуда взялось лишнее время. Шизуку тоже не спрашивала.

— Мы должны будем вскоре организовать подготовку к вступительной церемонии.

— Вот как.

Так как Шизуку является рядовым членом дисциплинарного комитета, то ей нужно участвовать только в самих школьных событиях, но не нужно участвовать в их подготовке. Но Миюки — президент школьного совета. Она должна участвовать в большом количестве подготовок к церемонии поступления.

Ежегодно в марте проводятся подготовки к вступительной церемонии, различным событиям в начале года, проводится знакомство с представителем первоклассников, и т.д., но в этом году Миюки покинула Токио сразу после церемонии закрытия, для выполнения чего-то, похожего на официальные обязанности (хоть это и не были «официальные» обязанности на самом деле, но были близки к этому). Большая часть подготовки была завершена ещё до весенних каникул, но встреча по подготовке речи перед новичками ещё не была проведена.

— В этом году ведь представитель первоклассников — опять девушка?

— Правильно.

— Она из Десяти Главных Кланов?

— Да. Мицуя Сиина-сан. Самая младшая дочь семьи Мицуя. Но мы с ней ещё не встречались.

— Вот значит как. Вот почему вы не можете остаться подольше.

— Да. Боюсь, что так и есть. — Когда Миюки говорила это, не только у неё самой, но и у Хоноки было подавленное лицо.

Но не потому, что Тацуя тоже уедет, когда Миюки отправится в Токио. Хонока тоже в школьном совете, поэтому ей также нужно участвовать в подготовке к церемонии вступления. Хонока и Шизуку планировали вернуться в Токио 31-го числа, но если Миюки возвращается 30-го для подготовки к церемонии поступления, им тоже стоило бы подумать об обратном рейсе в тот же день.

— …В любом случае, давайте отдыхать, пока мы здесь! В море немного рано, но почему бы не поплавать в бассейне отеля, где мы остановились? Он довольно просторный! — Вернувшая мотивацию Хонока приблизилась к Тацуе. Говорившая с ней Шизуку подумала, что с лица Миюки, наблюдающей за этим, исчезло немного спокойствия.

◊ ◊ ◊

Сообщение о поимке японской армией Жасмин Уильямс и Джеймса Дж. Джонсона достигло Уильяма Маклауда в Британии в середине следующего дня.

Инцидент с попыткой диверсии искусственного острова в Кумедзиме, с виду был выполнен отрядом дезертиров из Великого Азиатского Альянса при поддержке армии Австралии, но на самом деле это Британия организовала вместе эти две силы. Если подробности всплывут на поверхность, то невозможно будет избежать выявления того, что британская армия является виновником.

Зная это, отдел разведки британской армии был окружен напряженной атмосферой. Конечно, не было большого шума, как будто перевернули улей. Даже в здании штаб-квартиры отдела военной разведки в Белом зале (Правительственный центр Британии в деловом квартале) этот случай не озвучивали громко, опасаясь утечки информации. Было излишне создавать гнетущую атмосферу. Поэтому ничего не было, кроме упрекающих взглядов со стороны людей, мимо которых шел Маклауд. Задействованный в этой операции персонал знал, что Маклауд имел ведущую роль в выдвижении отряда волшебников австралийской армии.

Маклауд понимал, за что на него направлены эти упрекающие взгляды. Его уже попросили объясниться. То, что его репутация ухудшилась, было ясно всем. Однако Уильяму Маклауду не нужно было беспокоиться о враждебности, направленной на него. Во время допроса высшими офицерами перед правительственными чиновниками, к нему относились как к аристократу, как и раньше.

Во первых, он рассчитывал, что британское правительство не сможет относиться небрежно к одному из официальных волшебников стратегического класса из «Тринадцати Апостолов». Тот факт, что он был спокоен, говорил об уверенности в безопасности своей позиции, несмотря на то, что он был вовлечен в самостоятельную поездку в Австралию, где напрямую руководил операцией.

Маклауд покинул здание штаб-квартиры так называемого DIS и вошел в старое здание рядом с Первым блоком. Там находился филиал правительственной штаб-квартиры связи (бывший MI-1), который отвечал за британский SigInt (занимается перехватом сообщений, подслушиванием, разведкой методом перехвата радиосигналов, радарных волн и т.п.). Для прохожих было совершенно непонятно, чем является это здание, но при этом оно являлось рабочим местом Маклауда. Грубо говоря, в одной из комнат прилегающего к GCHQ здания Маклауду был выделен личный кабинет.

Не встретив никого по пути, он зашел в свой кабинет и запер дверь. Вообще, тут были люди, идущие туда-сюда по зданию, но офис Маклауда находился на техническом этаже, куда обычные сотрудники обычно не заглядывали. А доступ к самому кабинету был скрыт от остальных с помощью специального выделенного лифта.

Маклауд включил самый современный терминал связи, несовместимый с внешним видом старого здания. На дисплее сразу же появилась фигура одного мужчины. Видимо, собеседник подошел к своему терминалу до назначенного времени.

— Hello, сэр Уильям Маклауд. Как ваше здоровье?

— Hello, доктор Кларк. Здоровье в норме. Для моего возраста.

— Я не имел в виду ничего такого… прошу прощения.

— Нет, извините за грубость. Это была просто шутка.

Имя мужчины, озадаченно улыбающегося с экрана терминала, было Эдвард Кларк. Он — ученый из Национальной Академии Наук СШСА и специалист по крупномасштабным информационным системам.

— Вы злой человек, сэр. Кстати говоря, похоже, вопрос, который мы обсуждали ранее, как и ожидалось, закончился неудачей.

— От вас, доктор, ничего не утаить.

— Прошу прощения. Итак, внедрение «троянского коня» прошло успешно?

— Пока ещё нет. Джас поймана Хару Казамой.

— Вот как?… А я думал, Йоцуба будет заинтересована в получении такого образца.

— Я думаю, что вероятность всё ещё есть. Потому что кажется, что между подразделением Хару Казамы и Йоцубой существует особая связь.

— Через телепатическую сеть «Братьев Уильямс», имеющих одинаковый генетический код, я надеюсь разузнать какие-нибудь секреты Йоцубы.

— В случае Джас следует сказать «Сестра», не так ли? Хотя отсутствует уверенность в сознательном использовании телепатии, у неё есть преимущество в том, что её трудно обнаружить противнику. В сочетании с «системой» доктора, пределы, в которые смогут проникнуть наши глаза и уши, значительно возрастут.

— Информация — это то, что нужно для управления миром. Сэр Уильям, СШСА благодарят вас за сотрудничество, независимо от успеха или неудачи операции.

— Благодарю. Для процветания Британии, доктор, продолжайте предоставлять нам свою мудрость.

— Конечно. Потому что мы союзники.

С экрана коммуникатора Эдвард Кларк произнес дружественное прощание «Ну, до скорого». Сразу после этого экран погас. Маклауд также отключил коммуникатор, осторожно закрыл его, и покинул этот секретный кабинет.

◊ ◊ ◊

Через два дня после инцидента с попыткой диверсии искусственного острова в Кумедзиме. Майя посещала престижный жилой район недалеко от центра города.

Дом выглядел как старый большой особняк. Но на самом деле это была своего рода крепость, которая помимо новейшего охранного оборудования, была защищена большим количеством древних защитных заклинаний.

Владельца дома звали Тодо Аоба. Также известный, как его превосходительство священник Аоба, он был одним из тайных игроков (также известных как Ёкаи*[Призраки, демоны]) на политической и деловой арене Японии. Он являлся истинным владельцем бывшей Четвёртой лаборатории, а также спонсором Йоцубы.

Старейшина Тодо редко вызывал Майю. Хоть это и называлось спонсорство, но отношения с семьей Йоцуба нельзя было назвать односторонним покровительством. С точки зрения финансирования, семья Йоцуба может обойтись без помощи старейшины Тодо.

Семья Йоцуба однажды завоевала себе свободу от армии, уничтожив всех работников бывшей Четвёртой лаборатории.

Но армия лишила семью Тодо власти над Четвёртой лабораторией ещё до этого события.

Вот почему старейшина Тодо и глава семьи Йоцуба до сих пор имели дружеские отношения. Так же, как семья Йоцуба зависит от влияния старейшины Тодо, так и ему помогает сила семьи Йоцуба. Отношения взаимной поддержки. Поэтому, раз уж Тодо вызвал Майю, то проблема была действительно важная.

После формального приветствия Майя и Тодо сразу перешли к основной теме.

— Позавчера в Кумедзиме вы хорошо поработали.

— Благодарю.

Работа по предотвращению диверсии, порученная Майей Тацуе, была просьбой старейшины Тодо.

— Тогда же вы захватили в плен волшебников из австралийской армии.

— Да. Один из них — обычный волшебник, но другой кажется очень интересным образцом.

— Так и есть. — Старейшина Тодо кивнул на слова Майи. — Для вас естественно быть заинтересованными. Но никогда не приводите этого человека в сердце Йоцубы.

Услышав слова старейшины, Майя слегка округлила глаза.

— Ара… Неужели, это ловушка? Вроде живой бомбы?

— Это хуже, чем бомба. Эта женщина — «уши».

Несмотря на абстрактный способ выражаться старейшины Тодо, Майя точно поняла, что «уши» — это человек с особой способностью разведки.

— Как пожелаете. Я попрошу госпожу Саэки избавиться от этого человека немедленно. — Майя не сомневалась в словах старейшины Тодо. И не спрашивала, откуда он это узнал.

Семья Йоцуба была не единственной разработкой бывшей Четвёртой лаборатории. В организации, которая предшествовала Четвёртой лаборатории, также практиковалось спаривание. И старейшина Тодо также имел при себе тех, кто когда-то предложил свою «кровь» семье Йоцуба.

— Правильно. Вместо того, чтобы отдать приказ самому, намного эффективней будет информировать Саэки через тебя.

Майя поклонилась с бессердечной улыбкой в ответ на приказ старейшины Тодо.

(Конец арки «Заварушка в Южном море»)

Оставить комментарий