Том 22. Глава 1

Опция "Закладки" ()

Йокогама, 14 апреля 2097 года, филиал Канто Японской Магической Ассоциации. Встреча, собравшая молодых людей из Десяти Главных Кланов и Восемнадцати Замещающих Семей, как и планировалось, завершилась ещё до полудня.

Завершилась без каких-либо результатов.

Когда было объявлено завершение собрания, то первым, кто поспешил покинуть конференц-зал, был Тацуя.

— Йоцуба-доно, пожалуйста, подождите!

Но услышав окликнувший его сзади голос, он остановился и развернулся.

Фамилия Тацуи — не «Йоцуба». Но он не стал вести себя как ребёнок, который игнорирует обращение к себе по такой причине.

— Что, Саэгуса-сан?

Однако, вместо традиционного для Десяти Главных Кланов стиля «Саэгуса-доно», Тацуя отозвался обыденным «Саэгуса-сан».

На вопрос Тацуи «что?», заданный с нескрываемой нетерпеливостью в голосе и на лице, Саэгуса Томоказу ответил:

— Для посетивших мы приготовили скромную трапезу после завершения встречи. Не присоединится ли к нам Йоцуба-доно?

Естественно, Тацуя знал расписание встречи.

— Прошу прощения. Я уже сказал ранее, что после встречи у меня есть неотложное дело.

Действительно, выходя из конференц-зала он заявил, что у него «есть одно дело».

— Но это ведь не займёт много времени…

— К сожалению, плотный график не позволяет принять это заманчивое предложение.

Тацуя мог понять желание Томоказу задержать его. Но у него самого были свои обстоятельства. Он делал это не для того, чтобы позлить Томоказу.

— Саэгуса-сан, всего хорошего.

— Шиба-сама. — Тацую, поклонившегося Томоказу, на этот раз окликнул голос молодой женщины.

— Да, что такое?

Это была сотрудница Магической Ассоциации. Узнав Томоказу, она проявила лёгкую нерешительность, однако быстро восстановила поведение официального служащего лица.

— На крышу прибыл VTOL*, чтобы вас забрать.

[VTOL(СВВП) — Самолет Вертикального Взлета и Посадки]

— На крышу? Понял вас.

Ему ранее не сообщали, что за ним пришлют транспорт, но он думал, что быстрее будет пойти и посмотреть, чем думать об этом. Ещё раз поклонившись Томоказу, Тацуя последовал за сотрудницей.

На крыше его ожидал небольшой VTOL со встроенными в крылья поворотными несущими винтами. Это был небольшой самолёт на 6 мест, не считая пилота. Стоящий рядом с самолётом молодой человек в двубортном костюме учтиво поклонился Тацуе.

— Тацуя-сама, прошу, сюда.

У него была очень учтивая манера речи. Использование обращения «Тацуя-сама» говорило, что он является человеком Йоцубы. Несомненно, они встречались впервые, но Тацуя знал, кто этот молодой человек.

— Рад знакомству. Как, похоже, вы уже знаете, я — Шиба Тацуя.

— Оо, я искренне извиняюсь. Меня зовут Ханабиси Хёго. Смиренно рад нашему знакомству.

Глядя на преувеличенную жестикуляцию извиняющегося молодого человека, Тацуя мысленно кивнул. Как он и догадался, этот молодой человек оказался сыном дворецкого Ханабиси.

Среди слуг семьи Йоцуба, дворецкий Ханабиси был следующим после дворецкого Хаямы, то есть имел ранг №2. Он отвечал за персонал и оборудование для незаконной деятельности, связанной с боевыми действиями. Тацуя слышал, что его старший сын проходит боевую подготовку в британской ЧВК (частной военной компании) под вымышленным именем, но, видимо, он уже вернулся оттуда.

— Сегодня мне поручена важная роль: доставить на место Тацую-сама и Миюки-сама. Для начала, прошу вас занять место внутри.

— Понял. Полагаюсь на вас.

Тацуя разблокировал заднюю дверь VTOL-а электронным ключом Йоцубы и вошёл внутрь. Это была процедура идентификации личности. Не показав неловкости, что дверь была открыта таким образом, а наоборот, выражением лица показывая, что он к такому привычен, Ханабиси Хёго учтиво закрыл дверь за Тацуей.

 

 

Пилотируемый Ханабиси VTOL приземлился на вертолетной площадке, расположенной на крыше недавно построенного в Тёфу* десятиэтажного здания.

[Тёфу — городок к западу от Токио]

Первые три этажа этого здания были заняты офисами, а с четвёртого по десятый были жилые помещения. Однако Тацуя не помнил это здание. Излишне было говорить, что оно не было пунктом назначения.

Как только винты остановились, и затих ветер, из пентхауса показались силуэты троих человек. Две молодые девушки и женщина на вид около 30 лет. Тацуя сначала подумал, что посадка на этом здании была для зарядки (этот VTOL был на электродвигателях), но оказалось, что он ошибся.

Тацуя открыл дверь изнутри и протянул руку девушкам, чтобы помочь подняться.

— Спасибо, Тацуя-сама.

Двумя девушками были Миюки и Минами. Планировалось, что они будут ждать возвращения Тацуи дома, но, видимо, с указания из главного дома, их доставили сюда.

— Не за что. Давно меня ждете?

— Минут пятнадцать. Но в зале ожидания было вполне комфортно.

Похоже, этот пентхаус был зоной отдыха пользователей этой вертолётной площадки.

— Ясно.

— Тацуя-сама. Спасибо за ожидание. — Первой кивнувшему Тацуе ответила Минами. Войдя в самолёт после Миюки, она закрыла дверь и сообщила, что можно отправляться.

— Ханабиси-сан, прошу. — Кивнув Минами глазами, Тацуя обратился к Ханабиси.

— Слушаюсь.

Минами выглядела удивлённой, ведь она не знала Хёго в лицо. Для вернувшегося несколько дней назад в Йоцубу Хёго, такая реакция, как у Минами, была знакомой. Даже не представившись перед Минами, он запустил двигатели и начал взлёт.

 

 

Небольшой VTOL, в котором летела группа Тацуи, не полетел напрямую в скрытую деревню Йоцубы, а приземлился на вертолетной площадке неподалеку от железнодорожной станции Кобутидзава.

— Прошу сюда.

Хёго повел Тацую и девушек в сторону здания управления. Тацуя думал, что они пересядут у здания на машину, которая доставит их до главного дома. В самом предположении он не ошибся, но маршрут оказался другой. Вместо того, чтобы пройти через здание управления к дороге, они вошли в лифт для персонала.

Собрав на себе сомневающиеся взгляды, Хёго открыл старомодным железным ключом дверцу панели аварийного управления лифта. Двери лифта закрылись в этот же момент, как по команде. За дверцей панели оказался биометрический датчик. Хёго приложил к нему правую ладонь. После недолгой паузы кабина лифта начала спускаться вниз.

— Довольно долго спускаемся… — С небольшой тревогой в голосе, Миюки заговорила с Тацуей.

— Мы направляемся на этаж, расположенный в 80 метрах под землей. — Пояснил Хёго. Сразу после его слов лифт начал замедляться. Вскоре кабина лифта остановилась и двери открылись.

Выйдя из лифта, они оказались в большом просторном помещении. Кроме того, было видно уходящий вдаль освещенный искусственным светом подземный тоннель. Рядом стоял большого размера автомобиль-седан, выглядящий очень дорогим и высококлассным. Водительское место было пустым. Хёго открыл заднюю дверь, и пригласил Миюки и Тацую сесть. Сам Хёго занял место водителя, и, убедившись, что Минами села на пассажирское место рядом, повел машину.

— Этот подземный тоннель ведёт прямо в деревню Главного дома. К сожалению, вид за окном оставляет желать лучшего, но мы доедем очень быстро.

Однообразно пролетающие мимо огни искусственного освещения тоннеля показывали, что этот огромный тёмный седан несётся вперёд со скоростью, недоступной на общественных дорогах. Как и сказал Хёго, не прошло и десяти минут, как они добрались от вертолетной площадки до Главного дома.

 

◊ ◊ ◊

 

Додзё семьи Тиба было расположено недалеко от границы между Токио и Кавасаки. Среди учеников было много работающих в будни людей, поэтому в воскресенье додзё выглядело более оживлённым.

А по будням в полдень обычно вообще не было учеников. Посещающая старшую школу магии Эрика тоже была редким гостем, приходящим лишь по выходным.

После потери старшего сына семьи, Тошиказу, и до сих пор, тренировки в додзё проходили в подавленном настроении. Можно даже сказать, в трагической атмосфере. Однако с появлением Эрики тяжёлая атмосфера, хоть и немного, но сдвинулась в сторону улучшения настроения. Ведь у Эрики, несомненно, был талант в поднятии настроения.

И двое парней, приведённых Эрикой, также имели свою роль в формировании боевого настроя.

 

 

— Орья-а!

— Гху-у!

Раздался звук тяжелого падения на пол. Все посмотрели в сторону этого звука и обнаружили упавшего на спину и стонущего парня с длинными волосами. Перед ним стоял парень крупного телосложения и тяжело дышал.

— Сабуро, может отдохнешь?

— Я ещё могу продолжать!

Сабуро резко вскочил. Его едва заметно шатало, но усилием воли он напрягся и притворился, что не получал урон.

— Сайдзё-семпай, ещё раз, пожалуйста!

— Ого. — Ответил Лео согнувшемуся в поклоне на 90 градусов Сабуро. — Эрика, Сабуро сам просит. Можно мне продолжить?

— Конечно. Я имею в виду, продолжайте, пока можете стоять на ногах.

Ухмыльнувшись, Лео посмотрел на Сабуро. Тот смотрел на Эрику с очень серьёзным лицом. Продолжая ухмыляться, Лео снова посмотрел на Эрику.

— «Пока можете стоять» и ко мне относится?

— Показывать себя в плохом свете перед младшеклассником запрещено.

— Понял-понял.

Лео пожал плечами, увидев, что и в голосе и в лице Эрики не было ни намёка на шутку. После чего, развернувшись к Сабуро, встал в стойку с синаем в одной руке. Сабуро моментально ответил тем же.

У него была такая же стойка с одноручным хватом, но оружие было другое.

Синай Лео был длиннее обычного, и играл роль одати*.

[Одати — длинный меч с длиной клинка не менее 90 см (обычно 130-180)]

С другой стороны, синай Сабуро соответствовал длине вакидзаси*.

[Вакидзаси — короткий меч с длиной клинка от 30 до 60 см]

Длина оружия не является неоспоримым преимуществом или недостатком. Однако неоспоримый факт также в том, что для каждого боевого стиля требуется использование подходящего ему оружия. Обычно считается, что длинное оружие хорошо подходит для упреждающего удара. А для пользователей коротких мечей излюбленная тактика заключается в уклонении от атаки противника и последующем приближении к нему.

Однако на этот раз первым, кто начал действовать, был Сабуро. Он сразу пошёл на сближение с Лео.

Естественно, у Лео и в мыслях не было просто наблюдать за противником. Быстрым движением правой руки он рубанул сверху вниз ровно в тот момент, когда Сабуро вошел в зону поражения длинного синая.

Сабуро не мог уклониться от удара, наносимого из заранее заготовленного положения меча. Не только скорость, но и сила этого удара превосходила даже удар двуручным мечом обычного человека, поэтому он решил парировать удар, помогая второй рукой.

Одна рука против двух рук. Но несмотря на эту контратаку, стойка Лео не была нарушена ни на мгновение. Словно накрывающая волна, давление меча накатило на Сабуро.

Несмотря на то, что это всё-таки был бамбуковый синай, его тяжесть от длинного замаха Лео, начала оттеснять потерявшего баланс Сабуро.

И тут внезапно прикрепленный к поясу Сабуро тренировочный меч размером с нож пришел в движение сам по себе. Да, Сабуро не бросал его. Он сам вырвался из-за пояса Сабуро и устремился в лицо Лео.

Лео остановил натиск синаем и отбил нож основанием клинка. Однако выглядящий ненадёжным маленький ножик не упал на пол. Маленький, по сравнению с формой одати синая Лео, клинок внезапно пошёл в разные стороны и окружил Лео с двух сторон.

Да. В какой-то момент летящий в воздухе нож разделился на 2 части. Лицо Лео напряглось. Вместо отбивания ножей, он шагнул вперёд. Дистанция стала слишком короткой для стиля одати. Даже самые выверенные движения синая теперь будут неэффективны.

Однако, это был не матч кэндо. Хоть у них в руках синаи, но никто не заставляет обращаться с ними, как с настоящим мечом.

Лео добавил левую руку в хватку своего синая, который держал до этого только правой рукой. Теперь он держал синай, как копьё.

Сабуро, тем временем, ушёл от предыдущего удара в сторону. Вращающиеся в воздухе ножи внезапно рухнули на пол, словно марионетки, которым подрезали верёвки.

Тем не менее, уклонение Сабуро сдвинуло его на слишком большую дистанцию. Он вышел из точки, считающейся слишком близкой для стиля одати.

И наконец, настал момент, когда дистанция оказалась идеальной. Воинственная натура Лео просто не могла позволить ему пропустить этот момент.

— Сэйа-а!

Лео махнул синаем сверху вниз. Сабуро попытался парировать приходящий максимально возможной дистанции неизбежный удар. Встав на одно колено, он вскинул короткий синай над головой, держа его обеими руками.

Их боевой дух так пылал, что бамбуковые мечи казались настоящими. Одати надвигался точно на середину вакидзаси…

И этот удар сокрушил не только короткий меч, но и тело, которое он прикрывал.

Сабуро упал. Даже несмотря на то, что бой был на синаях, и несмотря на то, что большая часть удара Лео ушла в блок синаем, урон он получил немалый.

Лео посмотрел на Эрику с виноватым лицом. Но Эрика смотрела на Сабуро строгим, холодным взглядом.

— Подлечите, пожалуйста.

— Да, Эрика-одзёсан.

К ним прибежал мужчина лет тридцати. Встав на колени перед головой лежащего Сабуро, он активировал свой CAD.

После этого он приложил обе руки на лоб Сабуро. Исцеляющая магия активировалась. Большая красная шишка на лбу Сабуро тут же исчезла.

Лечебная магия являлась техникой, обманывающей мир, заставляя его верить, что целевое человеческое тело не ранено. Поддельный результат проявлялся немедленно. Однако, через некоторое время, мир заметит, что был обманут. Поэтому, до того, как эффект «обмана» исчезнет, должен быть наложен новый «обман». Суть лечебной магии заключается в поддерживании вылеченного состояния до тех пор, пока не будет выполнено настоящее лечение.

Другими словами, после задействования лечебной магии, те, на кого она была наложена, могут продолжать сражаться, как будто совсем не получали ран, до тех пор, пока эффект лечебной магии активен.

Сабуро быстро очнулся и поднялся.

— Стоять.

Поднявшись, он попытался продолжить поединок. Однако голос Эрики заставил Сабуро застыть.

— Ягурума, на сегодня достаточно. Если продолжишь, последствия могут быть плачевными.

— …Понял.

Сабуро, не имевший достаточной магической силы, чтобы считаться пригодным для работы эскортом в Десяти Главных Кланах, всё же имел достаточно знаний о магии, так как имел образование, достойное служащего семьи Мицуя. Поэтому ограничения лечебной магии он тоже знал.

— …Большое спасибо. — Сабуро повернулся к Лео и поклонился.

Поклонившись также Эрике, он слегка приподнял ногу, чтобы сделать шаг.

— Подожди. Почему ты уходишь? Незачем так спешить.

Эрика легко прочитала намерение Сабуро. Этот упрёк Эрики заставил его резко вернуть ногу на пол додзё.

Эрика жестом дала ему понять, что хочет, чтобы он сел. Чтобы не мешать другим ученикам, Сабуро подошел к стене и присел на колени. Эрика села напротив него по-японски*, а Лео — сел сбоку по-турецки.

[Поза «Сэйдза», она же известна как «по-японски» — «правильная» поза для сидения: на коленях, пятки сомкнуты сзади и направлены вверх, и ягодицы усажены на эти пятки]

— Ягурума бы победил, если бы не остановил психокинетический контроль.

— Была бы ничья при одновременных ударах же? — Лео возразил на внезапный вывод Эрики.

— Одновременных, говоришь? — Эрика не стала безоговорочно это отрицать. — Но твой выпад Ягурума принял на вакидзаси. С другой стороны, у тебя не было защиты от ножа Ягурумы, не так ли? В этом случае ты бы точно продул.

Лео не стал возражать, однако он всё ещё выглядел не до конца убеждённым. Но Эрику это уже не волновало, и она повернулась к Сабуро.

— Похоже, Ягурума думает, что его психокинез бесполезен, потому что не позволяет двигать тяжёлые вещи. Даже маленькое лезвие весом 100 грамм способно убить человека, если направить его в уязвимую точку. Волшебников, умеющих создавать всесторонне направленные барьеры, очень мало, а волшебников, умеющих длительно поддерживать такую защитную магию ещё меньше. ПК* Ягурумы эффективен не только как средство сдерживания. Его также можно использовать, как оружие способное нанести решающий удар. Вот что ты должен понять в первую очередь.

[Эрика говорит сокращенно «PK» — ПсихоКинез. Психокинез это американский аналог слова телекинез, которое у нас более популярно]

— Я понимаю.

Сабуро ответил Эрике моментально. Однако сидящий сбоку от него Лео понял, что этот ответ был скорее лишь рефлексивным, а не сказанным с полной уверенностью. Но тут точнее будет сказать, что сидевшая напротив него Эрика, смотревшая ему прямо в глаза, просто не позволила бы уйти от ответа.

— Тогда, не понимай, а верь. В свою силу.

Не имея ничего, чем возразить Эрике, Сабуро стиснул зубы. Даже без её слов, он и сам верил в свою силу. Он тренировался как раз потому, что верил, что имеет силу, способную стать щитом Сиине. Однако жестокая реальность говорила ему, что этого недостаточно.

Поверить ещё раз в то, что уже однажды его предало. Это была непростая задача.

 

◊ ◊ ◊

 

Примерно через час после отбытия из филиала Канто Магической Ассоциации в Йокогаме. Тацуя прибыл в главный дом Йоцубы менее чем за половину запланированного времени.

— Миюки-сама, Тацуя-сама, госпожа ожидает вас. Прошу, сюда.

Только прибывшего в главный дом Тацую встречал сам Хаяма. Хаяма — главный в иерархии прислуги главного дома Йоцубы, а также доверенное лицо главы семьи, Майи. Его присутствие было способом показать, что статус наследницы и её жениха — это не просто титулы на словах.

Миюки пошла следом за Хаямой, Минами за ней. Хёго пошел следом за Тацуей.

С Минами всё было понятно, но для Тацуи оказалось неожиданным, что Хаяма ничего не сказал Хёго. Неужели Хёго был лишь простым сопровождающим, умеющим водить самолет?

Не успев задать этот вопрос, Тацуя обнаружил, что они пришли в столовую. Та же самая комната, где были собраны на новогодней встрече кандидаты, и где Миюки была названа следующей главой.

Шибата Кацусигэ. Цукуба Юка. Близнецы Куроба Фумия и Аяко. Сейчас тут присутствовали те же самые лица, что и на новогоднем собрании. Однако, в отличие от предыдущего раза, глава семьи Йоцуба, Майя, была уже на месте.

— Приносим извинения, что заставили вас ждать.

— Вы не опоздали, поэтому не нужно извиняться. Прежде всего, присаживайтесь.

Майя спокойно ответила на извинения Тацуи.

— Благодарю. Прошу прощения.

Тацуя слегка поклонился, а Миюки следом за ним сделала полный поклон.

Тацуя посмотрел на место Миюки, думая, что нужно отодвинуть ей стул, однако обнаружил там уже готовую Минами. Кивнув глазами смотрящему на неё Тацуе, первой села Миюки.

Хёго выдвинул стул Тацуи.

«Возможно, глава семьи рассматривает Хёго, как кандидата на личного слугу для меня самого?» — Такая мысль пришла на ум Тацуе.

Однако сейчас было не время отвлекаться на причины присутствия Хёго. Тацуя сконцентрировал свое внимание на Майе.

Майя взглянула на вставшего позади неё Хаяму. В ответ на это Хаяма позвонил в непонятно откуда взявшийся у него в руке колокольчик.

Не успел отзвук звона пропасть, и, толкая перед собой тележку, в столовую вошла горничная, будто бы заранее ожидавшая приказа.

Уже было поздно для обеда, но группа Тацуи была вызвана в главный дом, не успев ничего перекусить.

Перед Тацуей и Миюки расставили разнообразные легкие закуски.

Больше закуски не достались никому, даже Минами. Хоть стоящую позади Миюки девушку было жалко, но для неё было бы оскорблением её служебного долга, если бы она начала есть здесь.

Понявший это Тацуя, с разрешения Майи, приступил к еде. Миюки также последовала примеру брата.

Конечно, они не стали уходить от разговоров, сосредоточившись на еде. Они участвовали в беседе Майи, Юки и Аяко, периодически отвечая. Закончив есть, они подождали, пока уберут посуду, после чего ощутили, что атмосфера вокруг Майи изменилась.

Тацуя и Миюки тут же выпрямили спины.

— Итак… Теперь я бы хотела послушать про события на острове Сайкасин.

— Хорошо.

Тацуя отозвался на просьбу Майи. Он по порядку кратко пересказал события на главном острове Окинавы, на острове Куме, а также на искусственном острове и его окрестностях.

— Агенты австралийской армии, капитан Джеймс Дж. Джонсон и капитан Жасмин Уильямс, в итоге, были переведены на Миякидзиму.

— Об этих двоих я уже слышала. Хорошая работа.

Миякидзима — это небольшой остров, сформировавшийся в результате подводной вулканической активности в 2001 году, году змеи, и находился в 50 километрах к востоку от острова Миякедзима.

Название Миякидзима [巳焼島] было образовано от изначального названия соседнего острова Миякедзима [三宅島], которое записывалось, как Гоякидзима [御焼島], с заменой первого символа [御] на [巳(змея)], в честь года змеи, в который он появился.

Его также иногда называли «Новый остров 21 века», потому что он появился в первый год 21 века.

Во время двадцатилетней Третьей Мировой Войны там появилась база сил обороны. Однако из-за повторяющихся извержений вулкана в 2050-х годах база была оставлена, и на данный момент остров используется как тюрьма для волшебников-преступников.

При содействии Тодо Аобы этот остров стал фактически частной собственностью семьи Йоцуба. По факту владельцем является некая компания, занимающаяся недвижимостью, однако, через цепочку владельцев, семья Йоцуба является держателем основной части акций.

Другими словами, тюрьма Миякидзимы — это доверенный армией семье Йоцуба объект, который предназначен для тайной изоляции опасных волшебников. У Майи есть свободный доступ к просмотру данных об отправленных туда заключенных. Тацуя упомянул Джонсона и Жасмин, потому что лично сопровождал их туда.

— Миякидзима? Разве его не планировали перестроить как объект для экспериментов? — Спросил Шибата Кацусигэ. После того, как Миюки была объявлена следующей главой семьи, он решил заняться делами своей боковой ветви, и стал работать в Министерстве Обороны. Поэтому он знал о некоторых проектах, продвигаемых семьей Йоцуба.

— Это не проблема. Скоро мы собираемся от них избавиться.

Услышав ответ Майи, Кацусигэ слегка нахмурил брови. Среди присутствующих за столом молодых людей это была самая сильная реакция. Но не было никого, кто бы не понял, что Майя имела в виду под словом «избавиться». Но несмотря на это, не только Тацуя и Юка, но и Миюки с Фумией слушали это с незаинтересованными лицами, как бы говорящими «Вот как?». А Аяко вообще никак не среагировала на эту часть разговора.

— Глава-сама. Миякидзима — это то самое место, где Миюки-онээсама проходила обучение использованию «Нифльхейма»? Значит объект для экспериментов, строящийся там, будет предназначен для тестирования магии крупных масштабов на открытом воздухе?

Аяко заинтересовало новое место для проведения испытаний. Как она и сказала, во времена средней школы Миюки использовала землю острова Миякидзима как тренировочную площадку при отработке призыва «Нифльхейма».

Тогда этот остров считался просто тюрьмой для опасных волшебников. Но для этой цели использовалась лишь небольшая западная часть острова. Продолжающаяся подводная вулканическая активность повысила площадь острова из застывшей лавы до 8 квадратных километров. Это примерно равно району Токио, Кунитати. Так что места для практики магии охлаждения широкой области охвата было предостаточно.

— Хотя это ещё не окончательное решение… Ладно, наверное, уже можно вам рассказать.

Майя, похоже, действительно задумалась, а не пыталась придать словам важность.

— Расположенные здесь сооружения ведь сильно устарели?

Все, включая Тацую, кивнули в ответ на вопрос Майи. Используемое семьёй Йоцуба оборудование по большей части состояло из того, что осталось от Четвёртой лаборатории после Третьей Мировой Войны. Хотя профилактика и ремонт выполнялись на регулярной основе, никто не мог отрицать, что в целом оборудование было давно устаревшим и несовместимым с современным.

— Однако просто так разобрать имеющееся оборудование и заменить его новым будет очень сложно.

На этот раз кивнули только Тацуя и Кацусигэ. Среди полученного в военное время оборудования было немало редких компонентов, замену которым найти практически невозможно. Опасения, что после полного обновления оборудования могут прерваться некоторые исследования, были вполне понятны.

— Поэтому я и подумала, что лучше будет построить новый экспериментальный объект на Миякидзиме.

— Значит, вы получили согласие армии на упразднение доверенной нам тюрьмы? — Спросила Юка. В отличие от Кацусигэ, она не была проинформирована об этом плане.

— Официально, она будет ещё некоторое время функционировать. Также, новые объекты номинально будут называться лабораториями сил обороны.

— Не будет ли проблемой, что так называемые лаборатории сил обороны на самом деле будут являться собственностью семьи Йоцуба?

— Все детали уже обговорены.

Похоже, не посчитав нужным объяснять, что это были за переговоры, Майя перевела взгляд с Юки на Тацую.

— Лучше давайте послушаем продолжение отчета Тацуи-сана. Кажется, это называлось «Привратник». Магия, нейтрализующая волшебников, над которой работает Тацуя-сан. Смогут ли её использовать другие волшебники, кроме тебя?

— Последовательность магии всё ещё требует улучшения, однако волшебники с хорошей предрасположенностью к магии психического вмешательства, в теории, смогут использовать её уже сейчас.

Кроме Майи, большой интерес проявили Юка с Фумией. Среди ныне живущих членов семьи Йоцуба, у этих двоих были самые высокие способности в магии психического вмешательства. Хоть их навыки всё ещё уступали поколению их родителей, по таланту и потенциалу эти двое соперничали за 1-2 место среди всей семьи.

— Ты смог перевести её в код?

— Я принес его с собой.

Кодированием называли описание магии с помощью последовательности активации. В большинстве случаев новая магия создается в воображении волшебника. В данный момент это является самым главным препятствием и узким местом для тех, кто хочет поделиться магическими навыками, потому что для описания алгоритма магии в форме последовательности активации требуются специализированные навыки.

Однако для Тацуи разработать код последовательности активации новой магии трудности не представляло. Майя знала это, поэтому и спросила о наличии готовой последовательности активации.

— Ясно. Передашь его позже Хаяме-сану?

— Хорошо.

— Юка-сан. Возьми себе копию последовательности активации у Хаямы-сана.

— Поняла.

— Думаю, дальнейшее улучшение «Привратника» можно поручить семье Цукуба. Тацуя-сан, ты не возражаешь?

— Конечно, я не против.

Тацуя с самого начала не намеревался хранить «Привратника» в тайне. Потому что он знал, что она не сможет навредить волшебникам, обладающим на порядок выше обычного запасом псионов, таким, как он сам и Миюки. Он не хотел раскрывать её всем, но намеревался поделиться ей хотя бы с Йоцубой.

Однако Тацуя не имел предрасположенности к психическому вмешательству. Он применял «Привратника» с помощью другой своей способности. Сам он не подходил для работы с магией психического вмешательства. Поэтому решение оставить дальнейшую работу над улучшением магии семье Цукуба, имеющей много пользователей магии психического вмешательства, выглядело разумным. Обдумав всё это, Тацуя кивнул.

Лишь у Фумии было слегка разочарованное лицо, но кроме Тацуи, никто больше ничего не сказал. Похоже, все решили, что события на Окинаве обсуждать больше не стоит.

— Итак… — Сделав глоток чая, Майя продолжила, сменив тему. — Далее, я бы хотела услышать подробности о сегодняшней встрече.

— Хорошо.

Когда рассказ Тацуи дошёл до места, где он упомянул, что из Миюки хотели сделать рекламное лицо, которое будет работать над образом волшебников для улучшения общественного мнения, вокруг Фумии и Аяко начала нагнетаться атмосфера возмущённости.

— К нам и так уже многие относятся дружелюбно. Разве не лучше будет, наконец-то, показать миру свою серьёзность? — С сарказмом сказала Юка. Использованное ею слово «мир» означало «магический мир», то есть мировое сообщество волшебников.

— Нравимся мы им или нет, но в лишних действиях нет никакой необходимости. — Кратко ответил Кацусигэ на слова Юки. Хоть он и думал в противоположном направлении, было видно, что его чувства также были задеты.

— Тацуя-сан, семья Йоцуба поддерживает твоё решение. Просто игнорируем этот и все последующие планы, пытающиеся использовать Миюки-сан.

В голосе Майи не было ни раздражения, ни гнева. Однако понять её слова неправильно было невозможно.

— Вас не беспокоит даже возможное противостояние с остальными 27 домами?

Даже под давлением тяжёлого вопроса Тацуи,

— Да.

Майя ответила быстро и без колебаний. Возможно, Майя заранее предугадала замысел Саэгусы Томоказу, то есть семьи Саэгуса.

— Сможем ли мы просто игнорировать? — Спросил Фумия. Похоже, он имел в виду, нормально ли будет не отвечать встречными действиями на выпады противников.

— Конечно, мы не будем сидеть тихо, если на нас нападут.

Ответ Майи подразумевал запрет создавать конфликты первыми. Однако поведение Тацуи на сегодняшней встрече, где он отказался сотрудничать, попадало под политику игнорирования Майи, потому что оно было явно спровоцировано другой стороной. Можно даже сказать, что они вынудили его так поступить.

— Но не расслабляйтесь. Думаю, вы понимаете, что мы не непобедимы. Нельзя точно сказать, что волшебник Йоцубы всегда абсолютно победит волшебника другой семьи.

Хотя по лицам это не читалось, но нетрудно было догадаться, что все сейчас думали, что «уже поздно такое говорить». Однако нельзя было сказать, что в их умах совсем не было таких высокомерных мыслей, как «мы ни за что не проиграем».

— Особое внимание следует уделить семьям Дзюмондзи и Тоояма. А также Кудо Минору.

Большинство не поняли, что она имела в виду. Не удивились словам Майи только Тацуя и Кацусигэ.

— Кудо Минору… Второклассник из Второй школы? Он настолько грозный противник?

— Прошлой осенью он помогал в деле Чжоу Гунцзиня, и он, несомненно, противник, требующий особой бдительности. — Ответил Тацуя на вопрос Юки. Но удивился ответу Кацусигэ, а не Юка. Он читал отчёт о деле Чжоу Гунцзиня и знал о сотрудничестве Минору. Действительно, там он был оценён, как волшебник, обладающий высокими боевыми показателями. Возможно, его опасность на уровне Юки или Фумии.

Но Кацусигэ не думал, что Тацуя будет водить его за нос, рассказывая, что противник «требует бдительности».

Тем не менее, он не показал никаких сомнений. Сомнение в способностях Минору означает сомнение в словах Майи. Если первый раз ещё можно получить прощение, но на второй раз милости можно не ждать. Кацусигэ не мог этого не знать. Но именно поэтому его сомнение всё ещё не пропало, и прочно укрепилось в его разуме.

— Я видела силу семьи Дзюмондзи в ходе инцидента Йокогамы. Семья Тоояма обладает силой такого же уровня?

Похоже, Миюки решила сменить тему, чтобы остановить Кацусигэ, который в любой момент мог сказать что-нибудь лишнее.

— Официальное направление исследований Десятой Лаборатории — это «магия с большой площадью покрытия, создающая виртуальные структуры», однако реальной целью было создать волшебников, которые станут последней линией обороны центрального правительства. «Продукты» этих исследований, семьи Дзюмондзи и Тоояма получили боевую силу, ставящую их на совершенно другой уровень в сравнении с остальными 25 домами.

Когда Майя говорила про 25 домов, это не было ошибкой в её подсчетах. Среди 28 домов, семьи Дзюмондзи, Тоояма и Йоцуба были теми, кого считают «другими».

— Последняя линия обороны центрального правительства? Не всей столицы?

Из опубликованных результатов исследований Десятой Лаборатории можно легко запомнить ключевую фразу: «В случае чрезвычайной ситуации волшебники семьи Дзюмондзи станут последней линией обороны столицы». Это означает, что если волшебники семьи Дзюмондзи будут на страже, то смогут предотвратить даже прямую атаку на столицу. На этом было основано сомнение Миюки.

Магия многократных барьеров семьи Дзюмондзи не очень подходит против пехоты, зато проявляет себя в полной мере против мобильных войск, авиации и ракетного оружия. Их мощнейшие магические барьеры могут похвастаться силой, способной остановить не только артиллерийские снаряды и большие бомбы, но также гиперзвуковые ракеты и даже тактические ядерные заряды (хотя по факту они запрещены).

Нет необходимости окружать всю столичную область барьером. Достаточно сформировать барьер на траектории полёта снаряда. Если это бомба, то можно обернуть её барьером, который поглотит взрыв. И такой точностью, скоростью и силой обладают волшебники семьи Дзюмондзи.

Их характеристик достаточно, чтобы «защитить город от атаки», поэтому их вполне можно называть «последним рубежом обороны столицы».

Однако Майя сказала, что настоящая цель Десятой Лаборатории — «последняя линия обороны центрального правительства». Если это не просто игра слов, то магия, которой обладает семья Тоояма, будет отличаться магии семьи Дзюмондзи.

— Да. Похоже, Миюки-сан не знает. Магия семьи Тоояма предназначена для защиты людей.

— Я тоже не знала. Значит, магия семьи Тоояма предназначена для персональной защиты?

На вопрос Юки Майя невозмутимо покачала головой.

— Не персональной. Для защиты группы людей, она создает для каждого индивидуальный барьер. Такова магия семьи Тоояма.

— Одновременное нацеливание? Или же это Множественный вызов?

— Таких подробностей я уже не знаю. — С улыбкой ответила Майя на вопрос заинтересовавшегося Фумии.

Тацуя почувствовал, что дальнейшие расспросы Майи могут обернуться чем-то плохим.

— Я понял. Мы будем взаимодействовать с Дзюмондзи, Тооямой и Кудо Минору с особой осторожностью.

Он вмешался в протекающий разговор, поклоном головы показывая своё согласие. Кацусигэ, возможно, как и Тацуя, осознал опасность, поэтому не стал продолжать разговор о магии семьи Тоояма.

— И всё же, действительно ли хорошо будет принять политику односторонней конфронтации? Я не могу принять план использовать Миюки-сан в качестве рекламного лица, но я не думаю, что полностью отказываться от сотрудничества с другими семьями в борьбе с антимагическим движением — хорошая идея.

Вместо этого, он проявил беспокойство о назначенной политике неповиновения.

— Если там больше ничего не произойдёт, то конфронтации и не будет… Но ведь и сотрудничество невозможно, пока другая сторона не извинится, склонив голову? Потому что они хотели использовать следующую главу нашей семьи. Таково будет ограничение.

На речь Юки Кацусигэ среагировал с удивленным лицом.

— Юка-сан… Почему ты настроена так воинственно? Ставить условия это, конечно, хорошо, но когда дело дойдет до изоляции, баланс будет явно не в нашу сторону.

— Правда ли? — Тем, кто высказал свое несогласие с довольно рассудительным мнением Кацусигэ, был Фумия, а не Юка. — Изоляция от всего общества, несомненно, смертельна. Однако изоляция лишь от общества волшебников разве как-то нам навредит? Более того, разговор идёт о проблеме, связанной с изоляцией лишь в рамках 28 домов, которые являются лишь малой частью магического сообщества. Нет причин опасаться такой изоляции.

Доводы Фумии оказались существенными. Похоже, это и было то самое мышление молодого неопытного человека, когда отбрасываются лишние ненужные детали.

«Общество», обеспечивающее семью Йоцуба продуктами цивилизации, необходимо. А магических навыков, необходимых для их существования, как волшебников, у них достаточно и своих. Семья Йоцуба обладала силой, достаточной для обороны лишь своими силами даже в случае возникновения конфликта со Звездами из СШСА, имеющими репутацию сильнейшего в мире подразделения волшебников.

— В случае чрезвычайного положения, даже если дойдёт до тотальной войны с другими Числами, все силы главной и побочных семей должны быть брошены на поддержку Тацуи-сана и Миюки-сан.

— Мои указания не меняются. Полностью игнорируйте все планы по превращению следующей главы в идола. В случае нападения можете отвечать по своему усмотрению.

Непонятно, поддержала ли она последнее высказывание Фумии, но этими словами Майя поставила точку в обсуждении данной проблемы.

 

◊ ◊ ◊

 

Его плечи поднимались и опускались в такт его тяжелому дыханию. Ноги уже почти не слушались и еле стояли на полу. Однако свет боевого духа ещё не погас в глазах Сабуро, стоящего напротив Эрики. Эти глаза смотрели не со злобой. Они просто наблюдали.

Губы Эрики изогнулись в улыбке. И в следующий момент её силуэт исчез. Имитация ножа сорвалась с пояса Сабуро.

Глухой звук дважды послышался слева от него.

Начав двигаться направо, Сабуро повернулся налево. Деревянный меч длиной с вакидзаси, который он держал в правой руке, он выставил перед лицом.

Деревянный меч Эрики коснулся запястья этой правой руки.

— Ну, уже намного лучше, чем раньше.

После того, как Эрика опустила деревянный меч, Сабуро тоже вышел из боевой стойки.

Боли от полученного удара не было. Начавшаяся после поединков с Лео, продолжительная тренировка с Эрикой завершилась только сейчас.

Это можно было назвать дополнительным занятием. Эрика пыталась атаковать на уровне силы, лишь слегка превышающем навыки Сабуро, а Сабуро, используя свой психокинез, пытался замедлить движения Эрики и получить шанс на контратаку. И это повторялось подряд уже много раз.

Так как настоящих ударов он больше не получал, потребности в лечебной магии также не было. Однако ему приходилось постоянно двигаться всё это время, поэтому сейчас все мышцы его тела ныли от спазмов.

— Ладно, теперь точно закончим на сегодня. Небрежную работу я не потерплю.

— …Спасибо большое!

Из-за усталости, язык поклонившегося Сабуро заплетался, и его слова прозвучали как «Спа…шое».

Когда он поднял голову, Эрика уже исчезла из додзё. Похоже, пошла в душ.

Тело Сабуро рухнуло на пол, будто его парализовало. Сидящий неподалёку по-турецки Лео, глядя на загонявшего себя до полусмерти Сабуро, задумался об Эрике.

Тренировки, которые Эрика назначила Сабуро, были совсем не в её стиле. Лео с ходу не мог сказать, чем именно, но это явно отличалось от подхода к его обучению технике «Усуба Кагэро».

Эрика очень серьёзно занялась помощью Сабуро стать сильнее. Она стремилась дать ему именно силу, а не навыки.

По крайней мере, так казалось Лео.

И именно это, по мнению Лео, было не в стиле Эрики.

 

 

Лео приехал в додзё Тибы, потому что его попросили стать противником Сабуро на тренировке. Сам Лео считал, что это было скорее «заставили», а не «попросили». Поэтому, так как тренировка Сабуро завершилась, у него больше не было причин здесь оставаться. Лео попрощался с ещё неспособным подняться Сабуро, и отправился в душевую для учеников додзё.

В прошлый раз Лео обманули и он наткнулся на Эрику в ванной. В тот раз, компенсация за то, что он увидел тело Эрики, обернутое полотенцем, была такая, что по сравнению с ней, котел в аду покажется прохладной ванной. Хотя он думал что ему ещё повезло легко отделаться, но поклялся самому себе, что «второй раз это никогда не повторится».

В далеком прошлом в додзё придерживались правила «прими холодную ванну, когда вспотел», но в нынешнюю эру современный горячий душ просто незаменим. Огромное додзё семьи Тиба имеет душевую комнату, где расположены в ряд десять душевых кабин полностью закрытого типа.

Проблема в том, что нет разделения на мужскую и женскую части (а среди учеников большинство именно мужчины), однако нет причин волноваться о подглядывании, поскольку кабины запираются изнутри, и там достаточно места, чтобы переодеться. Кроме того, женщинам разрешалось пользоваться ванной комнатой главного здания, поэтому душевая комната додзё по факту использовалась в основном мужчинами.

Только одна кабинка была занята. Не заботясь об этом, Лео вошел в соседнюю кабинку с сумкой сменной одежды в руке.

Без особой суеты, в автоматическом режиме, это заняло у него минуты три. Просто стоя, обмазался весь универсальным жидким мылом-шампунем и быстро смыл его вместе с потом. Массируя волосы пальцами, и одновременно умывая лицо ладонями, остальное он оставил душевому автомату, тем самым быстро закончил принимать душ.

Но автоматика душевой кабины заключалась только в омывании тела. Вытираться и менять одежду надо было уже самому. Если включить эти действия в общий подсчёт, душевую кабину он покинул через 5 минут после входа.

На противоположной от душевых кабин стене было зеркало, и рядом стоял простой туалетный столик. Лео обычно просто вытирал волосы, но сегодня ему вдруг захотелось использовать фен.

Сейчас он был в майке и шортах. Куртка осталась в шкафчике в додзё. Сейчас, в середине апреля, на улице в таком виде будет довольно прохладно, однако здесь, в душевой комнате было тепло, потому что работал кондиционер.

Возможно, из-за расслабленной атмосферы он поддался искушению. Стоя перед зеркалом, он напряг бицепс. Вида крепкой, сильной руки было достаточно, чтобы удовлетворить гордость молодого парня.

Почувствовав себя лучше, Лео, напрягший до этого только правую руку, добавил к ней и левую. Выпятив грудь и согнув руки в локтях над плечами, он встал в наиболее известную позу, называемую «Двойной бицепс спереди»*.

Дальше он опустил руки на талию, и расправив плечи, встал в позу «Широчайшие мышцы спины спереди»*.

Развитые широчайшие мышцы спины образовывали форму перевернутого треугольника (форму буквы V).

После чего, слегка наклонившись вперед, отведя кулаки немного вперед от талии, напрягая одновременно мышцы рук, груди, плеч и шеи, это была поза «Наиболее мускулистый»*.

[Front Double Biceps][Front Lat Spread][Most muscular] [Названия поз у автора написаны на английском, я привел русские варианты, взятые из википедии. Если кому интересно, как это выглядит, то и по русскому и по английскому названию легко гуглятся картинки]

Лео вернулся к изначальной позе с одной поднятой правой рукой, взглянул на эту руку и удовлетворенно вздохнул.

— …Чем это ты занимаешься?

— Уэаа!?

Потерявший бдительность Лео не замечал отражавшуюся в зеркале Эрику, пока она не заговорила.

— Да ещё и фен забрал.

Покрасневший Лео поспешил отвернуться. Кроме мыслей, что его застали за постыдным занятием, было ещё кое-что.

— Т-ты почему в таком виде!?

Лео просто не мог так прямо смотреть на отражающуюся в зеркале Эрику в таком неподобающем для девушки виде.

На ней была майка, длины которой едва хватало, чтобы закрыть грудь. А снизу были лишь короткие обтягивающие шорты, закрывающие ноги лишь немного у основания бедер. Стройная талия, руки и ноги, а также порозовевшая от прилива крови кожа сверху груди (т.н. «зона декольте»), были полностью обнажены.

— Чего-о? Это обычный вид, когда выходишь из душа. Всё необходимое бельё на мне надето.

— Э-это я понял! Н-но почему ты тут…!?

— А почему бы и нет? Мне было лень идти в главное здание.

Сказав это утомившимся голосом, Эрика села на табурет рядом с Лео и протянула руку к фену.

— Ну что, не хочешь теперь по-быстрому высушить волосы? Похоже, твое чудное поведение уже утихло.

— Н-нет, я, пожалуй, пойду!

Лео резким движением отбросил фен, быстро развернулся и зашагал к выходу из душевой. Провожая взглядом уходящего Лео, Эрика пожала плечами. Закончив сушить волосы, она накинула поверх майки и шорт халат и пошла в пристройку, выполняющую роль её комнаты.

 

◊ ◊ ◊

 

На встрече, продолжившейся за чаепитием, тема доклада Тацуи перетекла в рассказ о магической атаке, которая предположительно была «Туман-бомбой».

— То есть, даже Тацуя-кун не смог распознать пользователя этой магии?

— Да. — Подтвердил Тацуя догадку Кацусигэ.

— Но если эта магия была «Туман-бомбой», то… — Кацусигэ ненадолго задумался, после чего высказал свои размышления. — …Это значит, что Новый Советский Союз действительно начал применять на практике систему помощи в сверхдальнем прицеливании.

— Система помощи в сверхдальнем прицеливании… Вроде Третьего Глаза, используемого для Взрыва Материи?

Кацусигэ кивнул спросившей Юке.

— Хотя из-за предполагаемых свойств этой магии, точность прицеливания, как у Третьего Глаза, не нужна. С другой стороны, мне кажется, что вычислительных способностей всего одного волшебника будет недостаточно, чтобы задать точность копирования бесчисленного количества последовательностей магии, меняя значения переменных для одновременной активации. Я думаю, они используют комплексную систему, включающую в себя большой компьютер, помогающий в вычислениях.

После первого предложения, остальное он говорил, повернувшись к Майе.

— Действительно. Тацуя-сан, а ты что думаешь?

— Думаю, это разумное предположение. Более того, при использовании большого CAD, имеющего такие интегрированные функции, которые позволяют заранее ввести все переменные в последовательность активации, нагрузка на волшебника должна явно уменьшиться.

— То есть от волшебника будет требоваться только считать готовую последовательность активации?

— Даже чтение последовательности активации может быть автоматизировано.

— И всё это действительно уменьшает нагрузку на волшебника? — Юка выразила своё сомнение по поводу обсуждения Майи и Тацуи. — Ведь если магия активируется посредством автоматизированного считывания последовательности активации, то волшебник может попасть в ситуацию, когда готовая магия будет превосходить его возможности?

— Магия, выходящая за рамки возможностей, просто не активируется. Хотя, если использовать «усилитель», то, возможно, получится. — В голосе отвечавшего Юке Тацуи не было колебаний.

— Говоря про усилитель, ты имел в виду «Усилитель магии», который распространяла гонконгская мафия? Разве организация, производящая их, не была уничтожена?

— Это не значит, что способ изготовления был утерян. Ну, всё это, конечно, лишь догадки.

— Верно.

Казалось, Юка ещё хочет что-то сказать, но тон голоса ответа Майи заставил её отступить.

— Меня также интересует, как устроена эта магия, но есть более срочный вопрос…

Заканчивая свою фразу, Майя посмотрела на Миюки с вопросом «интересно, поняла ли она?» во взгляде. Возможно, тут таился какой-то обучающий смысл для следующей главы.

— Я думаю, что наиболее срочной задачей является, как защититься от магии, которая, предположительно, является «Туман-бомбой».

К счастью, Тацуя вчера вечером уже рассказывал об этом, поэтому беспокойства при ответе у Миюки не было. Майя удовлетворённо кивнула. Она не знала, что ответ Миюки на самом деле был подслушан у Тацуи, либо её не волновало, что получать ответы можно и обманным путём.

— Для начала, давайте отложим в сторону вопрос, является ли магия, генерирующая гремучий газ и взрывающая его, Туман-бомбой. Как бы Миюки-сан защищалась от этой магии?

Об этом Тацуя тоже прочитал ей лекцию, только уже по пути сюда на VTOL-е, а не вчера вечером.

— Если получится предсказать время активации, то, думаю, её можно остановить «Заморозкой Пламени». Но поймать нужный момент — довольно непростая задача…

«Заморозка Пламени» — это магия, которая препятствует возгоранию, удерживая температуру целевого объекта ниже определенного уровня. Даже если «Туман-бомба» — это магия, для взрыва соединяющая водород и кислород без приложения тепла, в результате синтеза всё равно выделяется тепло, которое может быть остановлено «Заморозкой Пламени», которая как раз и предназначена для предотвращения нагрева.

— Понятно. Что насчет Кацусигэ-сана?

— Хм… Думаю, в зависимости от масштаба атаки, у меня может получиться с помощью «Управления плотностью» изолировать кислород от водорода сразу после их создания, тем самым вызвав ошибку в логике атакующей магии и заставив её прекратить активацию.

— Что думает Фумия-сан?

— Думаю, я не смогу ничего поделать, кроме попытки защититься барьером, однако, «АС»* сестры, вероятно, сможет помешать активации магии.

[АС — Абсолютное Смазывание, уникальная магия Аяко, см. том 13, главу 5]

Один за другим называемые средства обезвреживания постепенно создавали оптимистичную атмосферу.

— Обезвредить с помощью Управления плотностью и помешать активации с помощью АС теоретически возможно, но…

В этот момент Тацуя вмешался с критикой.

— Как и сказала Миюки, главная проблема в том, удастся ли угадать момент активации вражеской магии. Это высокоскоростное распространение последовательностей магии копированием я, для удобства, назвал «Цепной вызов». Я считаю, что будет довольно сложно успеть вызвать свою магию до завершения вызова вражеской магии.

— Однако, ведь эта, предположительно, Туман-бомба требует наличия воды на всей площади зоны атаки? На море или озере всё понятно, но на суше ведь потребуется создать сначала туман или лужу воды? Думаю, в этом случае, в какой-то степени можно предсказать атаку заранее.

На этот раз Юка говорила неожиданно серьёзным тоном. Однако Тацуя опроверг и эти доводы, не сказав ничего лишнего.

— Если бы я был пользователем той магии, я бы просто подождал дождливого дня. Мы в Японии, а не в пустыне на Ближнем Востоке. Найти возможность будет несложно.

Юка лишь пожала плечами. Тацуя не смог понять, выражает ли она этим какой-то смысл, или вообще ни о чём не думает. Он лишь на мгновение обеспокоился, и решил отбросить размышления об этом.

— Самокопирование Цепного вызова происходит чрезвычайно быстро. Если нужный момент не может быть точно определён, то лучше будет по возможности защищаться барьерной магией.

Когда прозвучали слова «Барьерная магия», взгляды всех присутствующих, кроме Тацуи и Миюки, непроизвольно устремились за спину Миюки. Стоявшая там и молчавшая всё время Минами съёжилась под пристальными взглядами пятерых человек.

 

◊ ◊ ◊

 

Вернувшись домой и войдя в свою комнату, Лео сразу же подошёл к видеофону. Он не мог избавиться от мыслей, преследовавших его всю дорогу домой и не мог подавить возникшее желание с кем-нибудь поговорить.

После долгого ожидания вызова, на экране видеофона появилось изображение. Там отображался интерьер комнаты в японском стиле. Учитывая, что хозяин комнаты — школьник, можно было назвать её «комната для учебы», но из-за наличия книжных шкафов, достающих до потолка и полностью набитых необычными для этого времени бумажными книгами, эта комната больше походила на «библиотеку».

— Лео, звонок от тебя — довольно редкое явление. — Сказал с экрана видеофона Микихико.

— Оу, Микихико. Я тебе не помешал?

— …Что-то случилось?

Увидев необычно подавленное выражение лица Лео, Микихико тоже изменился в лице.

— Да так, хотел услышать чьё-нибудь мнение по одному вопросу…

Атмосфера серьёзности передавалась даже через дисплей. Однако в этот момент случилось кое-что совершенно неожиданное.

— Йошида-кун, в ванной… А-а, прошу прощения.

На стороне Микихико, микрофон уловил прилетевший издалека (возможно от входа в библиотеку) голос девушки, позвавший его. Но это было ещё не всё. На самом краю дисплея Лео частично появилась фигура девушки, заглянувшей в дверной проем, в которой он узнал Мизуки.

— Извините! Я вам помешал!

— Подожди! Лео, ты ошибаешься! Ты всё неправильно понял!

Попытавшегося выключить видеофон паникующего Лео попытался остановить ещё более паникующий Микихико.

— …Не знаю, что я там неправильно понял? Я не думаю, что ты позвал к себе домой, чтобы делать что-то н-неприличное.

— Ч-ч-что значит н-н-неприличное!?

— Н-ну это, то самое. Между мужчиной и женщиной…

— Я бы не сделал ничего такого! Я бы не поступил так грубо с Шибатой-сан!

— Да я и говорю, что не думаю, что вы это делали!

— Йошида-кун, ты что-то сказал про меня…?

Мизуки снова появилась у двери в тот момент, когда неразбериха между Лео и Микихико достигла предела. Однако, в отличие от предыдущего раза, на экране появилась не только Мизуки.

— Мизуки-и, это надолго?

На этот раз Мизуки не просто заглянула в комнату, а вошла в неё, и следом за ней шла другая девушка.

Лео помнил лицо этой девушки. Это была его одноклассница, являющаяся членом клуба искусств.

— А-а. Йошида-кун говорит по телефону. Тогда мы отложим работу над ледяной скульптурой и займемся чем-нибудь ещё. Потому что времени осталось мало.

Эта школьница взяла Мизуки за руку и потащила за собой.

— …Предположу, что и другие члены клуба искусств тоже пришли? — Подождав, пока девушки исчезнут с экрана, спросил Лео.

— Верно. Мы с Шибатой-сан тут не вдвоем наедине. Так что не надо говорить глупых вещей.

«Имел ли он в виду, что что-то могло произойти, если бы они были только вдвоём?» — Подумал Лео. Однако он решил, что продолжать говорить об этом будет грубостью.

— Извини.

— …Да ладно уж. Лучше скажи, о чём ты там хотел услышать мое мнение?

Лео почувствовал облегчение, что его недопонимание не обернулось конфликтом, и разговор вернулся к изначальной теме. И тут он вспомнил, зачем вообще звонил.

— Да. Проблема не такая уж большая, но…

— Слушаю.

— Ты не замечал странного поведения Эрики в последнее время?

— Эрики? А что случилось?

— Не то, чтобы что-то случилось… Видишь ли, сегодня Эрика позвала меня в додзё в её доме.

— В додзё?

— Да. И говорит такая: «хочу, чтобы ты помог мне с одним первоклассником». Я был должен Эрике за обучение технике «Усуба Кагэро», ну и посмотреть на приглянувшегося ей первоклассника тоже было интересно.

— Приглянувшийся Эрике первоклассник… Вероятно, ты про Ягуруму-куна говоришь?

— Микихико, ты в курсе про Сабуро?

— Видел его немного сразу после церемонии поступления… И действительно ведь, ходят слухи, что Эрика тренирует Ягуруму-куна. И что такого?

— Такое чувство, что Эрика… ну, как-то слишком старательно подходит к тренировкам.

— …Да, это необычно для неё.

Микихико, знающий подход Эрики к тренировкам «хочешь научиться технике — делай всё сам», был слегка озадачен этими словами Лео.

— В моём случае, можно сказать, тоже было исключение. Но обучение Сабуро даже в своей основе совершенно отличается от моего. С самого первого взгляда ощущается, что это не обучение технике, а попытки стать сильнее.

— Это и правда… не похоже на Эрику.

Лицо смотрящего с экрана Микихико стало серьёзным. Знающий его уже достаточно долго Лео знал, что это выдает его сильное чувство тревоги.

— …А ещё, после этого, я наткнулся на неё в душевой комнате.

— …И?

Пытаясь заговорить, подавляя нерешительность, он создал в разговоре долгую паузу. И Лео и Микихико сделали неестественно серьезные лица.

— Я имел в виду душевую комнату додзё. Ту, которую обычно используют ученики.

— …Угу, понял. И что?

— После душа, эта Эрика взяла и вышла в коротких майке и шортах. С голым животом, прямо как в купальнике.

— Лео, это звучит вполне безопасно…

Все тело Микихико дрожало, и это не была дрожь от волнения.

— Микихико, ты тоже так думаешь?

— Э-э, ты о чём?

Увидев неожиданно серьёзное выражение лица Лео, смотрящего прямо в камеру, Микихико округлил глаза и застыл в таком виде.

— Я не про то, что я увидел её голой или в одном белье. А про то, что разве это не странно, что её совсем не волновало, что парень увидел её фигуру, прикрытую лишь в паре мест, после того как она вышла из душа? Не притворство ли это, действительно ли ей было всё равно?

— Это… больше похоже на твое недопонимание, Лео. Эрика же сама сказала, что для неё такая ситуация нормальна?

— Я тоже так думаю. Вот почему это и странно.

— ……

Микихико не мог ни подтвердить, ни опровергнуть замечание Лео. Потому что он осознал, что ситуация может быть намного серьёзней, чем он сначала подумал.

— Не слишком ли она перенапрягается? После смерти старшего брата она выглядела спокойной, но, похоже, на самом деле, ей очень больно?

— Думаю, так и есть, но… Ты говоришь, это как-то связано с нынешним состоянием Эрики?

— Это просто догадка, но… Разве это не похоже на то, что она жаждет мести?

— Мести… За Тошиказу-сана?

Лео молча кивнул в ответ на вопрос Микихико.

— Но кому? Ведь убившие Тошиказу-сана преступники, ответственные за теракт в Хаконе, уже мертвы?

Для остального общества поиски ответственных за теракт в Хаконе ещё ведутся. Однако потерявшей старшего сына семье Тиба была частично раскрыта правда. Лео и Микихико также были ознакомлены с кратким отчётом о произошедшем, за исключением секретных сведений.

— Уж не… Тацуе ли?

— Э-э!?

Услышав это совершенно неожиданное мнение, Микихико потерял дар речи. Однако, моментально взяв себя в руки, он принялся отрицать.

— Тацуя ведь не виноват? Может быть, тем, кто остановил Тошиказу-сана, был и Тацуя, но… именно он освободил Тошиказу-сана от тёмной магии. Люди семьи Тиба должны быть благодарны Тацуе.

— Микихико, в этом то и причина. Эмоции — это ведь то, что постоянно идёт вразрез с рассудком?

Микихико снова не мог найти, что сказать.

— Однако, я не думаю, что Эрика хочет чего-то, вроде убийства Тацуи.

— Не говори такие опасные слова…!

— Прости-прости. Я хотел спросить тебя, не станет ли Эрика делать что-нибудь такое своевольное? Что думаешь? В любом случае, в нашей компании, ты её знаешь дольше всех.

— Своевольное…?

— Ну ты меня понял… Я имею в виду, она хочет любой ценой победить Тацую. Даже настолько, что отбрасывает свою женственность, лишь бы хоть ошеломить его.

— …Ты не преувеличиваешь ли? — Пробормотал Микихико с потрясённым лицом. Однако тут же отрицательно покачал головой. — Я считаю, что она не думала о таких крайних мерах, но… и сказать, что наши опасения полностью необоснованны, тоже нельзя.

Лео молча смотрел на Микихико с экрана видеофона.

— Давай пока понаблюдаем за Эрикой некоторое время.

— Да, верно.

Сказав это, Лео неумышленно усмехнулся и пожал плечами.

— Ну, если Эрика собирается для чего-то меня использовать, то особого выбора у меня нет.

На отображающемся на экране лице Микихико появилась легкая улыбка.

— Да, вы хорошая пара.

— Прекрати.

Лео сильно нахмурился, будто подумал о чём-то неприятном.

 

◊ ◊ ◊

 

Минору, приглашенного в дом Саэгуса, в дополнение к позднему обеду, позвали также на ужин.

— Я отправила сообщение твоему брату.

— Большое спасибо, Маюми-сан.

— Можем также выделить вертолёт для доставки домой.

— Спасибо, Касуми-сан. Ловлю тебя на слове.

Говоря это, Минору застенчиво посмотрел по сторонам.

— Что такое, Минору-кун? Не нужно волноваться.

— Нет, ничего такого… Изуми-сан, а ваш отец дома?

Сервировка стола уже была завершена. Посуду подготовили на четверых: Минору, Маюми, Касуми и Изуми. Место Коити приготовлено не было. На обед Коити тоже не появился. Минору не то, чтобы хотел о чём-то с ним поговорить, но считал необходимым хотя бы поприветствовать должным образом.

— Кажется, он куда-то уехал, никому ничего не сказав.

На вопрос Минору ответила не Изуми, которую он спрашивал, а Маюми, предварительно уточнив у прислуги.

— Похоже, они с моим старшим братом поужинают вместе вне дома. Извини, что не получится поприветствовать.

— Нет, это мне стоит извиниться. Мне стоило поприветствовать, когда мы только пришли.

— Как Изуми-тян уже сказала, тебе не стоит волноваться о таких вещах. Потому что Минору-кун — наш гость.

— Ха-ха… большое спасибо.

У расслабившегося Минору вырвался легкий смешок. Он смеялся потому, что для него было редкостью расслабляться таким образом. Обычно повседневная жизнь Минору полна напряженных моментов.

Выдающаяся магическая сила и слабое тело, которое постоянно загоняет его в постель, зародили в Минору душевную боль, что он не смог оправдать ожидания. Его исключительный интеллект и его красота, беспощадно режущая глаза других людей, оказывали на него сильное давление.

Несмотря на наличие таланта. Несмотря на наличие способностей.

Лишь только слабое тело не дает ему выполнять свои обязанности. Такими вот мыслями Минору сам загонял себя в угол.

Не может выполнить обязанности, которые должен выполнять.

Чувство вины за это заставило принять Минору образ жизни с неуверенным поведением по отношению к окружающим людям.

Он смог расслабиться в компании сестер Саэгуса потому, что их не волновала его красота.

Минору был удивлен и благодарен, что они смотрели на него, как на друга, впервые увидевшись за долгое время.

Хотя они и раньше вели себя так, но до сих пор это не было естественно. Он не мог понять, почему. Для него было непонятно, что причина была в том, что они привыкли к ещё более идеальной красоте Миюки.

Это было неизбежно. Ведь Минору в первую очередь был впечатлен Миюки, как «выдающимся волшебником», а красота была вторична. К тому же, это было потому, что люди, близкие к Миюки, тоже проявляли интерес к внешности Минору.

В связи с этим, Минору вспомнил «девушку рядом с Миюки, смотрящую на его лицо».

На его лице всплыла легкая улыбка, когда он вспоминал, как покрасневшая Минами убегала от него, лежащего в постели. Вспоминая её, он не ощущал дискомфорта.

Направленные на него взгляды противоположного пола для Минору были гнетущими и нагоняющими депрессию. Так было всегда, но, вспоминая Минами, он чувствовал душевное тепло.

Она казалась ему милой, очаровательной. У Минору такие чувства были впервые.

— …Минору-кун, что случилось? Ты заметно повеселел.

— А-а, простите. Вспомнил кое-что приятное…

Щёки Минору слегка покраснели. Он был смущен возможным двусмысленным значением его улыбающегося лица, которое увидели девушки.

— В такие моменты Минору выглядит прямо как самый обыкновенный мальчик. — С улыбкой сказала Касуми. Услышать от этих сестер, что он «обычный» было для Минору освежающим глотком чувства комфорта.

 

 

— …Кстати, раненые ученики уже вылечились?

Ужин начался с безобидных тем, однако, к сожалению, закончить одними лишь светскими разговорами не получилось. Потому что это тревожило их ещё с тех пор, и они обязательно должны были убедиться. Маюми спрашивала о состоянии учеников Второй школы, получивших серьёзные травмы в результате нападения «Гуманистов» по пути домой из школы.

— К счастью, никаких трудностей не возникло, все они уже полностью поправились.

— Слава богу…

Изуми вздохнула с облегчением. На неё тоже напали фанатики из секты антимагического движения, хотя сама она и не пострадала. Так что страдания учеников другой школы для неё были не чужими.

— А что с «Гуманистами»? Обвинений ведь не последовало?

Минору сдержанно улыбнулся, услышав вопрос Касуми.

— С этим всё в порядке. Приняв во внимание тяжелые травмы, было сделано заключение, что использование магии было оправданным.

— Ну, это было вполне естественно. Кстати, нападавших арестовали?

Если самооборону учащихся Второй школы признали законной, то вся строгость судебного преследования должна была перейти на «Гуманистов». Под пристальным взглядом подумавшей так Касуми, выражение лица Минору приняло извиняющийся вид.

— Нападавшим… был поставлен диагноз, что их рассудок был помутнен наркотиками, и в результате они были оправданы.

— Как так! Ученики Второй школы сильно пострадали от их действий! Разве оправдание сумасшествием применяется при таких серьезных преступлениях!?

— …Я также слышал пару разговоров. Так как ученики Второй школы — всё-таки волшебники, от атак простых людей они не должны получить сильных ранений. На самом деле, никаких осложнений от травм не наблюдается, поэтому тяжким преступлением это не посчитали… вот такие дела.

— Что же теперь, если жертва — волшебник, то преступник не виноват!?

— Ты хочешь сказать, что к нам, волшебникам, и к обычным гражданам законы применяются не в равной степени? — С сарказмом в голосе осадила Изуми взорвавшуюся в гневе Касуми. Этот аргумент сестры нечем было опровергнуть не только Касуми, но и Маюми.

— Ты права.

Минору тоже согласился. Точнее, по этому поводу он негодовал даже сильнее Изуми.

— Если бы было так, то сосуществование людей и волшебников было бы невозможным.

Но сестры Саэгуса не услышали этот шёпот. Если бы они узнали об его отчаянии по этому поводу, то в будущем это могло доставить какие-нибудь проблемы…

 

◊ ◊ ◊

 

Группа Тацуи вернулась в Токио в 8 часов вечера. Место возвращения оказалось крышей здания в Тёфу, на которой они встретились днём по пути в главный дом. Из небольшого VTOL-а вышли шестеро: Тацуя, Миюки, Минами, а также Кацусигэ, Котона и Каната.

— Тацуя-сама, на этом я вынужден с вами проститься.

— Большое спасибо, Ханабиси-сан.

— Это незаслуженные слова. Пожалуйста, зовите меня Хёго. Теперь, прошу прощения, буду ждать нашей следующей встречи.

Тацуя не стал спрашивать Хёго, какую встречу он имел в виду, а лишь провожал глазами улетающий VTOL.

— Тацуя-кун, Миюки-сан.

Услышав голос Кацусигэ, Тацуя развернулся. Миюки посмотрела на компанию Кацусигэ с настороженностью.

— Вы двое слышали про это здание?

Ни Кацусигэ, ни Котона, ни Каната не показывали обеспокоенности подозрением, читаемом во взгляде Миюки. Кацусигэ задал вопрос формальным, вежливым тоном.

— Могу предположить, что это собственность семьи Йоцуба, но…

С лицом, выражающим, что ответ правильный лишь частично, Кацусигэ кивнул на ответ Тацуи.

— Это здание построено, чтобы перенести штаб-квартиру семьи Йоцуба в Токио.

— Ранее я интересовался, существует ли такой план. Похоже, существует.

— Вся жилая часть будет занята людьми Йоцубы. Апартаменты также будут использоваться, как временное жилье для участников сражений.

— Понятно. Вот почему структура здания напоминает крепость.

Это здание располагалось в середине большого не застроенного участка. Нетрудно догадаться, что этот участок играл роль «крепостного рва» и был напичкан большим количеством защитных систем.

Офисная часть вплоть под третьего этажа совершенно не имела окон, а её освещение было организованно оптоволоконной структурой. Жилая часть, расположенная с 4 этажа и выше, вместо окон по большей части имела балконы, поэтому увидеть интерьер снаружи было трудно.

Полностью закрывающая верхний этаж и крышу защитная ограда была установлена не для защиты от падений, а для защиты от проникновения извне. Вместо жалюзи на окнах, возможно, предусмотрены броневые плиты.

— Мы тоже скоро переедем сюда.

— Ясно.

Слова Кацусигэ не были неожиданными. Всё это было построено не просто так. Предоставить резиденцию следующему главе побочной семьи — это разумно во многих смыслах.

— Тацуя-сан, вы тоже переедете сюда.

Однако слова Котоны, продолжившей за Кацусигэ, оказались неожиданными.

— Но не стоит ни о чём беспокоиться, потому что сейчас уже готовится полная замена обучающего оборудования.

— Это оба-сама так сказала? — Вместо зависшего в удивлении Тацуи, Котону спросила Миюки.

— Да.

— Вот что нас попросили передать. — Вслед за кивнувшей Котоной добавил Кацусигэ, после чего эти трое (включая Канату) вошли в здание.

 

 

Расположившись на диване в гостиной у себя дома, Тацуя и Миюки первой же темой обсуждения выбрали переезд, о котором сообщил Кацусигэ.

— Онии-сама, ты знал об этом?

Вопрос был ожидаемым. Без каких-либо колебаний используя обращение «Онии-сама», Миюки спросила Тацую про переезд. Похоже, что бы Тацуя стал Тацуей-самой окончательно, для Миюки всё ещё нужно некоторое время.

— Я помню, что слышал что-то про переезд базы Йоцубы в Токио. Но я думал, что это случится ещё не скоро.

Для самого Тацуи это тоже оказалось неожиданностью, в чём он и признался спросившей Миюки.

— Возможно, оба-уэ считает необходимым усилить нашу с тобой безопасность.

— Это значит, что на нас кто-то нацелился?

Лицо пришедшей с чаем Минами стало напряженным.

— Возможно, так и есть. Однако, я думаю, что это подготовка к тому, что люди Йоцубы в будущем, возможно, могут иметь большие шансы быть травмированными.

— Оба-сама думает о противостоянии другим 27 домам?

— Не только 27 домам.

— Неужели… ты имеешь в виду выступление против правительства?

По голосу Миюки было заметно, что она начала терять самообладание.

— Нет. Поскольку правительство не является монолитной структурой, это не должно стать противостоянием с государственной властью. Но если такое произойдет, то тем, кто потянет спусковой крючок, будет не оба-уэ, а я.

— Онии-сама…

Тацуя нежно погладил руку Миюки, не скрывающей свою тревогу. Почувствовав руку Тацуи, пальцы Миюки немного расслабились.

— Думаю, у оба-уэ нет намерения конфликтовать с японским правительством. Но вероятность конфликта с силами самообороны не равна нулю.

Миюки снова напряглась, сжав руки в кулаки. С улыбкой сказав «Всё будет хорошо», Тацуя нежно погладил Миюки по голове.

— Не волнуйся, я не дам этому дойти до полномасштабного вооружённого столкновения.

— …Миюки рада слышать это.

Миюки воспользовалась моментом и прижалась к Тацуе. Глядя на это, Минами на этот раз не захотела убежать, как обычно, а тоже почувствовала, что беспокойство исчезает.

Оставить комментарий