Том 22. Глава 6

Опция "Закладки" ()

Суббота, 20 апреля, после школы.

Президент и главный секретарь отсутствовали в комнате школьного совета Первой школы.

Два дня назад Миюки сообщила другим членам школьного совета, что они с Тацуей будут отсутствовать в школьном совете в этот день. Это было потому, что в среду вечером она получила от Маюми просьбу о встрече, чтобы поговорить.

Но Хоноке и Изуми она не сообщила причину. Миюки и сама не знала, о чём будет разговор, возможно о чём-то секретном. Хотя Изуми могла что-то знать из-за того, что она младшая сестра Маюми, но Миюки всё равно сказала лишь то, что у неё будет дело, не объясняя какое.

Хонока сегодня тоже ещё не пришла. В комнате школьного совета были лишь Изуми, Сиина и член дисциплинарного комитета (то есть посторонняя) Касуми. «Сегодня меня не будет», — сказала Миюки, «Всё в порядке, положитесь на меня», — воодушевлённо ответила ей Изуми, после чего тут осталось так мало людей. Разумеется, Минами здесь тоже отсутствовала, потому что сопровождала Миюки.

Касуми, Изуми и Сиина были знакомы с детства. В комнате школьного совета царила расслабленная атмосфера. Несмотря на это, Изуми прилежно обрабатывала отчеты об активности каждого клуба во время недели вербовки новичков. Сиина помогала ей. А Касуми… беззаботно потягивала кофе.

— Слушай, Изуми.

Сидящая за центральным столом Касуми повернулась к спине Изуми и заговорила с ней.

— Что, Касуми-тян? — С неохотой в голосе спросила Изуми, не отвлекаясь от работы.

— Дело президента Шибы, это, всё-таки, то самое, да?

— Что, то самое?

Неважно, что они были близнецы, но общение между ними, похоже, не было на уровне понимания слов «то» или «это».

— Ну, разве онээ-тян сегодня тоже не говорила, что куда-то пойдёт? Что если президента и Шибу-сэмпая позвала наша онээ-тян?

Изуми остановилась и встала со стула. Похоже, решила взять перерыв.

— А почему бы и нет? Пикси, чаю, пожалуйста.

Изуми села рядом с Касуми. А Пикси, наоборот, встала со своего стула в углу комнаты, сказав «Слушаюсь».

— Конечно, есть вероятность, что это просто совпадение… Спасибо.

Последнее слово было для заварившей чай Пикси. В чашке был зелёный чай. Изуми нравилось и японское и западное направления в еде: например, сладости она предпочитала западные, а напитки — японские.

— Онээ-сама кажется довольно общительной, но вот круг её близких знакомств ограничен.

— Ага, онээ-тян прямо как кошка. — Сказала Касуми и сделала очередной глоток чёрного кофе. Она многое делала по-мальчишески, например не особо любила сладкое.

— И правда. «А Касуми-тян прямо как щеночек»

Вторую половину Изуми не сказала вслух. Шутить над Касуми было весело (хотя такое веселье — какое-то однобокое), но тут была ещё Сиина, поэтому, заботясь о репутации Касуми, она сдержалась.

— К тому же, у президента, похоже, тоже довольно узкий круг друзей.

— Поскольку Миюки-онээсама является воплощением богини, такая отчуждённость для неё естественна.

Касуми откинулась на спинку стула, прошептав: «Ох, начинается…». Но Изуми такое вопиющее отношение совершенно не беспокоило. С другой стороны, она испытывала жалость к Касуми, потому что та была неспособна это понять.

Сиина озадаченно смотрела на этих двоих.

— …Сиина, тоже хочешь отдохнуть?

— Точно. Давайте немного отдохнем вместе.

— А~, да. Хорошо.

Сиина села напротив близняшек. В руках у неё была чашка заваренного ею самой чая с молоком и большим количеством мёда. В противоположность Касуми, Сиина — большая любительница сладостей. Тем не менее, сделанные ею сладости никогда не получались слишком сладкими, что было удивительно, при таком её увлечении.

— Итак, по какому делу могли встретиться божественная президент-сан и кошественная онээ-тян?

— Ну, если говорилось, что это будет в ресторане в Акасаке, то…

— Э-э, да ладно?

Изуми начала разговор с очевидного для неё факта, но для Касуми это было то, что она впервые слышит.

— Да. Просто ты, Касуми-тян, была, похоже, не заинтересована, когда слушала, и поэтому не запомнила.

— Это не значит, что меня не интересовало! Изуми, я, правда, тоже это слышала?

Несмотря на то, что они ещё были в школе, но посторонних тут не было, и Касуми использовала «боку» для обозначения первого лица.

— Наверное…

— Н-наверное?

— Когда я прямо спросила об этом онээ-саму, разве Касуми-тян не слушала?

Касуми будто бы услышала в этих словах второй голос, говорящий, что она должна была спросить, если интересовалась этим. В этом случае она могла лишь беспомощно мычать.

— Так что же всё-таки хочет обсудить Маюми-сан с президентом и Шибой-сэмпаем? — Может и не намеренно, но Сиина бросила ей спасательный круг.

— Не удивлюсь, что они будут обсуждать то самое собрание.

Изуми перестала задирать сестру-близняшку, похоже, лишь в знак уважения к Сиине.

— То самое собрание — это та встреча, которая была в прошлое воскресенье?

— Кацуто-сан, наверное, тоже придёт, чтобы попытаться помириться с сорвавшим встречу Шибу-сэмпаем, основываясь на его чувстве вины за это.

— Сорвавшим? Изуми…

— Действительно. Независимо от того, права ли я, это были неуместные слова.

— …Изуми, ты имеешь что-то против Шибы-сэмпая?

— Никогда бы не подумала, что услышу такое от Касуми-тян, у которой всегда враждебность во взгляде на сэмпая.

— Я не смотрю на него враждебным взглядом! Просто немного недовольным!

«Разве это не то же самое, что и враждебный взгляд?…»

— Чего ты сказала? Говорю же, это не так!

Изуми молчала, не сказав ни слова вслух. Но несмотря на это, Касуми ответила точно так, как будто это был обычный диалог.

К Изуми не случайно пришло чувство комфорта от такой реакции. Было ли это чувство единства близнецов? Такое состояние, когда становитесь абсолютно понимающими людьми, способными понять без слов.

— Ну, у меня тоже есть различные жалобы на Шибу-сэмпая…

«Причём только я сама их и осознаю», — подумала Изуми. Касуми, похоже, только чувствовала нечто подобное. С таким чувством превосходства над сестрой-близнецом, Изуми смогла уклониться от её аргумента.

— Я ценю, что он ставит Миюки-онээсаму важней всех. Но когда у него есть лишнее время на помощь другим, он не поможет. Обладая проницательностью, чтобы понять, что чувствует партнер, он не проявит заботу… И если выражать это одним словом, то Шиба-сэмпай бессердечный.

— …Угу, да, есть такое.

Хотя самого его не было сейчас в школе, но несдержанные слова критики о своём сэмпае заставили Касуми снова упасть на спинку стула.

— Как я поняла, Шиба-сэмпай обладает множеством способностей…?

Сиина наоборот, хотела, чтобы Изуми продолжила. Это была заинтересованность Тацуей не как противоположным полом, а как сэмпаем из того же школьного совета, что и она.

— Выглядит он так, будто проницательность у него есть. А вот сочувствия, похоже, нет.

— Другими словами, даже если не поймёт чувства собеседника, всё равно сможет понять, о чём тот думает…?

— Если бы мог, то так не раздражал бы…

Изуми вздохнула и сделала понимающее лицо.

— Шиба-сэмпай, похоже, способен каким-то образом анализировать изменение наших эмоций.

— Анализировать…? Не чувствовать?

— Да, именно анализировать. Поэтому он может легко игнорировать чувства собеседника, если посчитает, что в данный момент в этом нет необходимости.

— Изуми, это уже даже больше, чем преувеличение…

— Нет, Шиба-сэмпай такой. Обычно он только выглядит немного хладнокровным, но когда дело не касается Миюки-онээсамы, он становится по-настоящему бессердечным.

От решительного заявления сестры-близнеца, у Касуми начали подёргиваться мышцы лица.

Но Сиина почему-то приложила руки к щекам и покраснела.

— …Сиина, от чего, интересно, ты в таком восторге?

— Ну ведь… разве это не чудесно? И восхитительно…

— А?

Касуми подумала, что она ослышалась. Она не могла понять, в каком месте разговора был хоть один элемент, которым могла бы восхищаться молодая девушка.

— Ну ведь… В сердце Шибы-сэмпая есть место только для президента Шибы. Разве вам не завидно девушке… у которой есть парень, все мысли которого заняты лишь одним человеком?

— В-вот как…? Для меня такие сложности немного…

— Ну вот. Значит, Касуми-сан — слишком хладнокровная*.

[Используется английское слово Cool. Не думаю, что в этой ситуации имелось в виду, что она «крутая» или «прохладная». Скорее «хладнокровная» в значении «равнодушная». Автор очень любит пихать в текст английские слова в нестандартных значениях. И приходится лишь догадываться, что он имел в виду]

«Я — хладнокровная?», — подумала Касуми?

«Касуми-тян — хладнокровная?», — подумала Изуми.

— …Действительно, если невинная девушка будет рассуждать настолько глубокомысленно, удача может отвернуться от неё. В любом случае, давайте вернёмся к главной теме разговора.

— А-ага, давайте.

Изуми осторожно сменила тему, а Касуми её поддержала. Похоже, ни Касуми, ни Изуми не видели в Сиине невинную девушку.

— Может это и преувеличение, что они хотят упрекать или помириться, но онээ-сама, думаю, намерена хотя бы обсудить, что делать дальше с Шибой-сэмпаем.

— С онээ-тян всё понятно, но Кацуто-сан, похоже, серьёзно обеспокоен. Не будет ли онээ-тян ему только мешать? Угу, скорее всего.

— Но какие предложения сможет сделать онээ-сама? Так как разговор про Шиба-сэмпая, она не станет вести себя враждебно, не подумав тщательно…

— Ты имеешь в виду, что она готова к вражде? То есть, Шиба-сэмпай не пропустил бы мимо ушей то, о чём она может сказать?

— Не знаю про онээ-саму, но слова Кацуто-сана он, может быть, и выслушает. Он всё-таки глава семьи Дзюмондзи.

— Я тоже думаю, что слова Кацуто-сана трудно не услышать, причем независимо от того, глава он или кто-то ещё. Но использование имени семьи Дзюмондзи не так уж и бесполезно. Если слухи о семье Йоцуба окажутся правдой, то для них ничего не изменится, даже если они покинут Десять Главных Кланов. Если враждебное поведение сэмпая проистекает из намерений семьи Йоцуба, то я не думаю, что они пойдут на компромисс.

— И правда. Я чувствую, что хотела бы посмотреть, как Миюки-онээсама дебютирует на ТВ, но… если всё обдумать спокойно, то я считаю, что это ужасный поступок, пытаться использовать следующую главу семьи Йоцуба в рекламных целях. Но ведь Томоказу-ониисама тоже должен быть в курсе возможностей семьи Йоцуба.

— Аники просто не знал Шиба-сэмпая. Поэтому, я думаю, что он наивно предположил, что выступление по ТВ это не такое уж и большое дело и оно не вызовет разногласий. Если бы Кацуто-сан его остановил… Нет, возможно ли это?

— Это же Кацуто-сан.

Сиина с любопытством на лице посмотрела на обменявшихся кривыми улыбками близнецов, потому что у неё, в отличие от них, не было возможности близко познакомиться с Кацуто.

— …Меня кое-что беспокоит. Не наступят ли онээ-тян и остальные на мину?

Касуми внезапно открыто показала встревоженность.

— Касуми-тян, не говори таких странных вещей. Что ещё за мина?

Когда Изуми это говорила, её лицо тоже немного побледнело.

— Слушай, Изуми, ты ведь знаешь, где встречаются онээ-тян и остальные? Может, пойдем, посмотрим?

— И что мы будем делать, когда туда придём?…

Изуми помахала головой, показывая отрицание, но её неуверенность в своих словах заметила не только Касуми, но и Сиина.

— Может быть, мы и не сможем ничего сделать, но…

— …Но всё равно, пойти было бы лучше, да?

— Угу…

Сиина молча наблюдала со стороны за Касуми и Изуми, которые с тревогой в голосе обменивались репликами, смотря друг другу в глаза. Наступившее после этого долгое молчание прервали пришедшие посетители.

— Изуми-тян, Сиина-тян, благодарю за работу.

— Касуми… что ты делаешь?

И зашли они не через главный вход, а через боковую дверь. Это были Хонока и Шизуку, которые пришли из штаба дисциплинарного комитета через ведущую от него сюда лестницу.

Хонока с доброй улыбкой произнесла слова благодарности своим кохаям.

А от Шизуку шло едва различимое впечатление, что она нахмурила брови.

— Китаяма-сэмпай!

Это впечатление было сильнее всех присутствующих именно у Касуми. Она внезапно вскочила и встала по стойке смирно.

— Это… я… потому что у меня сейчас свободное время…!

— Угу.

Контраст между паникующей тараторящей Касуми и спокойной немногословной Шизуку вызывал у наблюдающих чувство напряжённости.

— Я знаю, что Касуми сейчас не на службе. Я лишь подумала о том, что ты делаешь, разглядывая свою сестру.

Витавшая в воздухе напряжённость развеялась. Застывшее тело Касуми тоже обмякло.

— Итак, что это было? Ты восхищенно смотрела на лицо, которое выглядит в точности, как твоё?

— Н-не было такого!

Касуми тут же бросилась оправдываться.

— Китаяма-сэмпай! Мы не нарциссы!

Не только Касуми считала, что нужно смыть это клеймо. Изуми тоже встала и начала протестовать.

— Нарциссы? Как лилии?

По тону Шизуку сложно было понять, шутит она или говорит серьёзно.

— Да нет же!

— Нарцисс* — это нарцисс! А не лилия! — Изуми криком продолжила за Касуми.

[Нарцисс, помимо цветка, означает самовлюблённого человека. Первое упоминание этого слова в тексте именно об этом. До отмеченного места они используют английское написание(произношение), далее идёт написание иероглифами (переходят на японский вариант)]

— Разве нарцисс был не из семейства лилиевых? — Смерив перевозбудившихся сестёр Саэгуса прохладным взглядом, Шизуку обратилась к Пикси.

— В•устаревшей•системе•Кронквиста•нарцисс•классифицировался, как•принадлежащий•семейству•лилиевых. В•настоящее•время•он•классифицируется, как•принадлежащий•семейству•амариллисовых. — Пикси мгновенно считала ответ из базы данных и выдала его Шизуку.

— Ясно. Значит я ошиблась. Пикси, можно мне чаю?

— Слушаюсь.

Похоже, Шизуку больше нечего было добавить, и она пошла и села за стол. Касуми и Изуми тоже осели на свои стулья, истратив всю энергию на состояние повышенной напряженности. Плану проникнуть на встречу Маюми в один момент пришёл конец.

 

 

Касуми и Изуми с усталым видом, а остальные трое расслабленно сидели и попивали кто чёрный, кто зелёный чай, а кто кофе, как вдруг Пикси подошла и встала рядом с Сииной.

— Сиина-сама. В•приёмной•вас•ожидает•посетитель.

— Посетитель?

Сиина поспешно вернулась к своему терминалу и проверила сообщения от школы. Там действительно было новое сообщение, оповещающее о посетителе.

— Спасибо, Пикси. Мицуи-сэмпай, Изуми-сан, можно ли мне покинуть своё место по причине, которую вы слышали?

— Да, конечно. — Ответила Хонока Сиине. Изуми тоже не возразила.

— Большое спасибо. Пикси, приберись за мной, пожалуйста.

— Слушаюсь.

Подойдя к двери, Сиина развернулась.

— Тогда я пошла. — Сказала она, поклонившись, после чего открыла дверь и вышла. Сумку со своими личными вещами она оставила в комнате школьного совета.

 

◊ ◊ ◊

 

Позади Первой школы магии располагался обширный искусственный лес. Смысл его больших размеров был в том, чтобы в нём можно быть практиковаться в магии, не тревожа окружающие частные дома. Земля, на которой он располагался, была неровной, покрытой холмами и ямами. Также там имелся открытый бассейн и длинный водный канал.

По этой труднопроходимой пересечённой местности бежал ученик этой школы. Это был не просто бег. Периодически он оглядывался назад и менял направление, чтобы прятаться за окружающими деревьями.

Этот ученик был первоклассником по имени Ягурума Сабуро. Он убегал от преследования.

Нет, на территорию Первой школы не вторглись террористы или какие-либо другие злодеи. По просьбе Эрики, клуб Альпинистов помогал в тренировке Сабуро. Убегающего Сабуро преследовало 10 членов клуба, включая Лео.

От Сабуро требовалось пробежать 5 километров и при этом не быть пойманным преследователями. Направление можно было выбирать любое. Естественно, сходить с тропинки и уходить вглубь леса тоже не запрещалось.

У преследователей были игрушечные ножи, касание которых означало, что нужно начинать всё с начала. Это было условие, наложенное Эрикой.

Сабуро был полон оптимизма, когда Эрика объясняла ему это условие. Всего лишь не дотронуться до игрушечных ножей. Так что, даже если его догонят, нужно просто, опасаясь ножей, подождать, когда повернётся возможность снова убежать.

Однако он быстро понял, насколько его ожидания были наивными.

Ведь преследователь с ножом был не один. Даже если противники были любителями, было трудно лишь уклоняться от атак, будучи связанным ограничением в виде полного запрета контратаковать.

Стоит ему замешкаться, как преследователи мгновенно его окружат. И труднее всего было справляться с атаками Лео.

Он слышал, что Лео научился обращению с мечом менее чем за месяц до инцидента Йокогамы. Но он был гением ближнего боя, с которым Сабуро уже довелось пару раз сойтись в тренировочном бою.

Третью лабораторию постоянно посещали находящиеся на службе военные. Являясь подчинённым семьи Мицуя, он с детства участвовал в совместных тренировках с этими военными. Хотя его магические навыки не развивались, его умения в рукопашной борьбе приближались к уровню бойцов отряда быстрого реагирования сил самообороны, подтверждение чему он получил из похвалы партнеров по тренировкам. Он был уверен, что стал сильнее.

Однако, поступив в Первую школу, Сабуро получил важный урок, что ему ещё расти и расти. С Эрикой он вообще ничего не мог сделать. То же самое можно было сказать и про президента клуба кэндзюцу, Айдзу. Однажды ему довелось сразиться с вице-президентом Сайто Яёй, и она одним ударом, с силой не свойственной девушке, запустила его (без преувеличения) в полёт. Это был «Напор Тигра», любимая техника Яёй и её специализация. Получив этот удар, Сабуро подумал, что сейчас умрёт, несмотря на то, что был в тренировочной броне.

А ещё был Сайдзё Леонхарт.

Когда они противостояли друг другу в додзё с синаями, он подумал лишь о том, что тот силён, но не о гениальности. В тот раз от него осталось впечатление, что он такой человек, который для победы над противником полагается не на приёмы, а на силу и выносливость, а также на грубую, неотёсанную интуицию.

С того случая впечатления о силе, выносливости и грубой интуиции не изменились. Но когда вместо ровного пола, сражения начались на открытом воздухе, он в первом же бою кое-что осознал. Он испытал на собственной шкуре, что это был уже не матч на синаях. Это был более подходящий для Лео ринг, полноценная битва с руками и ногами вместо оружия.

Нельзя, чтобы его догнали. Он должен убегать в любом случае. До него это дошло в начале третьей попытки. А сейчас шёл уже шестой перезапуск.

В общей сложности он пробежал уже около 10 километров. Преследователи, кроме Лео, несколько раз уже заменялись на других.

Если он не справится на этот раз, на следующей попытке он свалится в изнеможении. Так Сабуро оценивал своё текущее состояние.

Услышав сзади догоняющие звуки шагов, Сабуро сменил направление и ушёл глубже в лес. Это были звуки шагов Лео. Он должен был бегать столько же времени, сколько и Сабуро, но ритм его шагов совершенно не казался сбитым от усталости. Чувствуя дрожь от неиссякаемой физической силы, Сабуро продвигался в глубину леса, стараясь не шуметь.

— Нашёлся! — Издалека сзади послышался голос Лео.

«Плохо дело», — подумал Сабуро и ускорил бег.

Этот крик был рассчитан но то, чтобы ввести Сабуро в смятение, чтобы он допустил ошибку. Он сомневался, что его действительно уже заметили. Однако этот голос всё же проник ему в разум и заставил забыть об осторожности, в результате чего он бессмысленно выдал звуки своих шагов.

Из зарослей сзади послышался звук шелеста листвы и хруст отодвигаемых веток. Он понял, что на этот раз действительно был найден.

Сабуро отбросил все попытки скрытности и отчаянно рванул вперёд.

 

 

На лесной поляне, находящейся на территории, отданной клубу Альпинистов, на земле валялся Сабуро, раскинув в стороны руки и ноги. В конце концов, он не смог пробежать до конца, и он был полностью измотан.

— Сабуро, ты в порядке? — В голосе сидящего рядом Лео не слышалось тревоги.

— …Да. — Сабуро пришлось собрать все свои силы, чтобы выговорить одно короткое слово сквозь своё тяжёлое дыхание.

— Хоть ты и не справился, но это было не так уж и плохо. Я считаю, что ты неплохо себя показал против физической силы этих болванов из клуба Альпинистов.

На подколку Эрики члены клуба Альпинистов не высказали никаких жалоб. А Лео лишь криво улыбнулся. Все они, похоже, осознавали, что являются «сильными болванами».

Не только члены клуба альпинистов проигнорировали замечание Эрики.

— Шибата-сан, опасно подходить слишком близко.

— Не думаю, что она поранится, если упадёт, ведь там вода, но вот если промокнет альбом — это ведь будет ужасно?

Мизуки, рисующая что-то в альбоме, с кивком ответила «Хорошо» членам клуба и отошла подальше от края ямы, в которую заглядывала.

До поверхности воды внизу этой большой ямы было 5 метров. Она была сделана новым (можно сказать назначенным) президентом клуба, Лео, по заданию школьного совета. Её назначение — скала для свободного лазания по стенам.

Согласно политике Лео, клуб Альпинистов должен будет увеличить деятельность, связанную со своим названием, и почаще уходить от прошлогодней активности в виде «клуба качков», «клуба выживальщиков», «клуба шахтёров» и прочих. Для этого и была нужна эта «яма». Прямо сейчас член клуба, не принимавший участие в «игре в догонялки» радостно штурмовал отвесный склон этой «скалы». Страховочных тросов не было, но вместо этого, дно ямы представляло собой бассейн тёплой воды глубиной 3 метра и температурой 30 градусов, так что наказанием за падение было промокание. После этого одежда пропитывается водой и тянет вниз, мокрая обувь проскальзывает, и всё сводится к бесконечному циклу попыток взобраться и падений. Ну, на самом деле, там установлена лестница, и положение не такое уж и безвыходное.

Текущей темой клуба искусств была «динамика мускулов», выбранная из-за неприкрытого увлечения некоторых девушек из клуба. Мизуки пришла сюда, чтобы порисовать свободное лазание, подходящее этой теме. Сначала Мизуки легонько вскрикивала каждый раз когда «скалолаз» срывался и падал, но потом, проведя за этим занятием почти час, она приноровилась рисовать обливающегося потом и тяжело дышащего ученика, цепляющегося за выступы скалы.

— Лео.

Стоящего рядом и готовящегося покорять стену Лео из глубины леса окликнул голос.

— Микихико. Редко тебя увидишь в таком месте.

Микихико показался из зарослей. Он был в школьной форме, но она не была испачкана в грязи. Среди заметивших это членов клуба раздавались хвалебные (?) возгласы, вроде «всё-таки он друг президента» или «глава дисциплинарного комитета и правда ломает здравый смысл», хотя про присутствие Лео и Эрики они, похоже, забыли.

— Я получил доклад о свалившемся без сил ученике и пришёл посмотреть. — Сказав это, Микихико поймал взгляд валяющегося Сабуро. — Но, похоже, всё в порядке.

Никому не захотелось пошутить по этому поводу. Глядя на Сабуро, любой задался бы вопросом, «в каком месте он в порядке?», но если бы они сказали «он не в порядке!», это могло бы всплыть, как проблема, случившаяся во время клубной деятельности. Их молчание было чем-то вроде самозащиты.

Да и сам Сабуро не возражал против этого.

— Сабуро, ты в состоянии встать?

— …Да.

Сабуро поднялся после вопроса Эрики. Его всё ещё шатало и казалось, он держится на одной силе воли.

— Раз уж выпал случай, потренируйся ещё и с главой дисциплинарного комитета. Мики, можешь, пожалуйста?

— Э-э? Он точно в порядке?

Услышав просьбу Эрики, Микихико сильно удивился, округлив глаза.

— Прошу.

Реакция Эрики оказалась повторным запросом, а не ответом на сомнение.

— Если без магии, то я не возражаю…

— Вот и хорошо.

Это означало, что глава дисциплинарного комитета не может проявить инициативу в нарушении школьных правил по запрету несанкционированного использования магии. Что вполне естественно. Эрика, похоже, тоже с самого начала не собиралась просить таких необоснованных вещей.

— Сабуро. Даже если глава Йошида будет без магии, он один из сильнейших в этой школе. Не думай о победе, думай о выпавшем шансе сразиться с сильным соперником.

— Понял! Йошида-сэмпай, прошу вас!

С большим трудом Сабуро переставил ноги, чтобы встать в стойку.

Микихико на мгновение засомневался, но с выражением «ничего не поделаешь» (он так не говорил, но Эрика так поняла) на лице, он расстегнул пуговицы пиджака.

Сняв пиджак, он передал его Мизуки, которая уже успела подойти посмотреть, что тут происходит.

В следующий момент Микихико рванул в сторону Сабуро.

Рефлекторно сделавшего выпад Сабуро он схватил за запястье и вывернул его наружу. Тело Сабуро легко поддалось и завалилось на землю.

Микихико отпустил руку, чтобы сустав Сабуро не пострадал. Поднимаясь, Сабуро осознал это, и с этого момента стал внимательней следить за движениями Микихико.

— Почему ты не атаковал в отрезок времени, пока я снимал пиджак? — С любопытством спросил Микихико.

Осознавая свою ошибку, сознание Сабуро отправилось в прошлое. Но это была лишь новая ошибка. Воспользовавшись этой занятостью сознания, Микихико снова мгновенно сократил дистанцию.

Зашедший на Сабуро с правой стороны Микихико без особой спешки замахнулся левой рукой.

Получив кулаком в челюсть, Сабуро отлетел и упал, перекатившись пару раз.

Тут же колено Микихико придавило грудь Сабуро, левой рукой он обездвижил его правую руку, а пальцы правой руки приложил к глазам Сабуро.

Сабуро похлопал по колену Микихико свободной левой рукой, показывая, что сдаётся.

Микихико поднялся и развернулся к Сабуро спиной.

Сабуро попытался схватить Микихико сзади.

Но тот, внезапно развернувшись, уклонился от пытающихся схватить рук. Проскочивший вперёд Сабуро был повален лицом вниз, Микихико схватил его руки и скрутил их за спиной, жёстко зафиксировав, сев на него, как на лошадь.

— Уаа, это потрясающе!

Мизуки радостно хлопала в ладоши, увидев великолепно проведённый Микихико бой, что было редким зрелищем.

— Уээ… Смотреть тошно…

Лео выглядел, как залпом выпивший адскую смесь из цветочного чая, зеленого капустного сока и сока из горькой тыквы. Эрика тоже была с кислой миной от разочарования в Сабуро и умного подхода к поединку Микихико.

— Ну как, хочешь продолжить? — Спросил Микихико Сабуро, отпуская его из захвата.

— Прошу вас! — Не раздумывая ответил Сабуро.

Спустя тридцать минут настал момент, когда Сабуро больше не мог стоять на ногах.

 

◊ ◊ ◊

 

— Что-то Сиина-тян там долго. — С беспокойством в голосе пробормотала Изуми, прервав свою работу над отчётами от каждого клуба.

— И правда. Для простой встречи это слишком долго. — Касуми, которая взяла работу дисциплинарного комитета (несмотря на то, что Шизуку была в курсе её свободного времени) в комнату школьного совета, подняла голову и согласилась.

— А кто к ней пришёл? Пикси, ты в курсе?

Касуми спрашивала непринуждённо, будто обращаясь к обычной человеческой служанке.

— Разглашать приватную информацию•запрещено.

Однако ответ Пикси был типичной машинной фразой. Такие заранее запрограммированные в ИИ фразы для неё были легче, и она могла их выговаривать более плавно.

— Ну вот, что за похожий на штампованный ответ…

С натянутой улыбкой Касуми попыталась возразить. И она и Изуми знали, что такое Пикси.

— Мастер•поручил•мне•действовать, как•обычная•машина.

Протест Касуми был вырублен на корню.

— Спрашивать содержимое чужих сообщений всегда было плохими манерами.

— …Да, извините.

Получив в дополнение ко всему ещё и упрёк от Шизуку, Касуми сдалась. Похоже, между этими двумя уже установилась связь сильнее, чем сэмпай-кохай.

— Сиина ещё на встрече? — Но Шизуку, похоже, тоже забеспокоилась.

— Нет. Мицуя-сама•ушла•из•школы.

Не только Шизуку среагировала на ответ Пикси с удивлённым лицом и вырвавшимся «Э-э?».

— Когда!?

— 16 минут и 50 секунд•назад.

Пикси ответила на вопрос Хоноки сразу же. По идее, эта информация не должна быть доступна Пикси, потому что она имела (должна была иметь) только функции передачи команд в системы комнаты школьного совета, но сейчас никто не обратил на это внимание.

— Странно.

— Что странно? — Услышав бормотание Шизуку, Хонока спросила со зловещим предчувствием.

— Она не забрала свои вещи.

С беспокойством на лице, Касуми в спешке вскочила со стула.

— Сэмпай, я пойду, постараюсь узнать побольше.

— Касуми-тян, и куда же ты пойдёшь!? — Спросила Изуми, а не «сэмпаи» Шизуку и Хонока.

Если она пойдёт в учительскую за информацией, ей будет точно так же отказано под предлогом запрета выдачи приватной информации. Та же самая история её ждёт в комнате школьного персонала.

— Поищу Сабуро. Кажется, он говорил, что сегодня будет где-то на территории клуба Альпинистов.

Касуми объяснила свой план сестре-близнецу и вышла из комнаты школьного совета.

 

◊ ◊ ◊

 

Окинув обеспокоенным взглядом тяжело дышащего Сабуро, стоящего на коленях, уткнувшись руками в землю, Микихико просунул руки в рукава своего пиджака, который держала Мизуки.

Касуми совершенно не волновало, что это за сцена, и как на неё реагировать. На это у неё не было времени.

— Сэмпаи, прошу прощения! Сабуро!

Касуми решительно подошла к Сабуро и, не беспокоясь, что форма испачкается, встала рядом с ним на колени, чтобы их взгляды были на одной высоте.

— Куда Сиина так внезапно пропала!?

Услышав эти слова, Сабуро забыл, как дышать. Лицо стало бледным, но не из-за недостатка кислорода.

— Сиина… пропала?

— Сабуро, ты не в курсе?

Собравшиеся вокруг этих двоих Эрика, Лео и Микихико одновременно нахмурили брови. Сабуро охватил приступ жёсткого кашля.

— Эй!? Ты как?

— В порядке.

Пришедший в норму Сабуро поднялся вслед за вставшей Касуми, но он еле стоял на ногах. Собрав все оставшиеся силы, он, шатаясь и спотыкаясь, рванул к своей сумке. Отцепив беспроводной модуль голосовой связи от своего мобильного информационного терминала, он вставил его себе в ухо. Забыв о каких-либо манерах, как только линия подключилась, он закричал в микрофон.

— Отец! Сиина пропала! Ты что-нибудь знаешь!?

На другой стороне телефонной линии был его отец, Ягурума Сиро.

— Сиина-одзёсама? Погоди минутку, я скоро перезвоню. — Ответил Сиро и оборвал соединение со своей стороны.

Имя отца высветилось на дисплее терминала примерно через минуту мучительного ожидания Сабуро, не отрывавшего от него взгляда.

— Это Сабуро! Отец, что-нибудь выяснилось!?

— Похоже, от семьи Мицуя не было никаких распоряжений. Что вообще произошло, расскажи всё по порядку?

Сиро не ругал Сабуро претензиями, вроде «почему ты не присматривал за Сииной?». Не обвинял, как охранника Сиины. Это бы ещё сильнее бы надавило на душевные раны Сабуро.

— Да я сам только что это услышал…

— …Мотохару-сама сейчас запрашивает информацию у школы.

Сабуро задумался, что это слишком быстрая реакция, как будто старший брат Сиины отдаёт ему инструкции, стоя рядом с ним.

— На данный момент, от тебя не требуется что-либо делать. Из-за поспешных действий при неизвестных обстоятельствах, ситуация может только ухудшиться.

— …Я понял. Сообщи мне, если что-нибудь станет известно.

— Хорошо. Вероятность того, что Сиина-сама просто вернётся в школу не нулевая. Просто подожди немного. Хорошо?

— Понял.

Сабуро нажал кнопку завершения вызова. Он выглядел в явном замешательстве.

— Касуми, что всё это значит?

В таком состоянии он, скорее всего, некоторое время не будет способен отвечать. С такой мыслью, Эрика обратилась не к нему, а к стоящей напротив него взволнованной Касуми.

— Да, это…

На самом деле, Касуми в равной степени мало чего понимала. Тем не менее, она по порядку рассказала всё, что знала сама.

— Её позвали в приёмную, хм…

— Если просто поразмыслить, тот посетитель увёл её с собой?

После бормотания Эрики, Лео озвучил свою идею.

— Нет, кроме похищения есть и другие варианты. Она могла уйти с ним и по своей воле, либо вообще уйти отдельно от посетителя.

Микихико отклонил поспешный вывод Лео. Но Касуми опровергла все мирные догадки.

— Сиина оставила свои вещи в комнате школьного совета.

— В любом случае, давайте пойдём в комнату школьного совета.

Услышав предложение нахмурившей брови Эрики, Лео выразил сомнение.

— Зачем нам идти в комнату школьного совета? Чтобы узнать, кто приходил, не лучше ли будет пойти прямиком в учительскую и выведать у них силой?

— У Тацуи-куна или Дзюмондзи-сэмпая может быть и получилось бы. Но нам в учительской ответят лишь твердым отказом.

— Это не объясняет, зачем нам в школьный совет.

— В комнате школьного совета есть Пикси.

— А-а, вот оно что. — С понимающим лицом сказал Лео, но тут возразила Касуми.

— Но ведь Пикси не ответит, сказав, что это приватная информация…

— Если Пикси дать понять, что это чрезвычайная ситуация, то она ответит. Машины более гибкие в таких ситуациях.

— Верно. Пойдём в комнату школьного совета.

— Ух. Возможно, я впервые там побываю.

Лео лишь озвучил, что думает, он не пытался разрядить атмосферу шуткой.

— Странно, что тебя туда ещё ни разу не вызывали. А-а, вот в дисциплинарный комитет тебя наверняка вызывали.

— Туда меня тоже не вызывали!

Но от комичной сценки спора Эрики и Лео, напряженная атмосфера всё же немного разрядилась.

 

◊ ◊ ◊

 

— Пикси, у нас чрезвычайная ситуация. Ты не могла бы сказать нам, кто приходил встретиться с Сииной-тян?

— Не могу•ответить•без•разрешения•Мастера. — Ответила отказом Пикси на просьбу Хоноки.

Пикси проснулась внутри этой оболочки, прочтя мысли Хоноки. Вселившейся в Пикси духовной информационной форме жизни Хонока дала своё Я, то есть можно сказать была её духовной матерью. Но всё равно, у неё не было никакого чувства или желания следовать приказам Хоноки. Хозяином Пикси, и тем, кому она всецело желает себя посвятить, единолично и неизменно был Тацуя.

— Пикси. — Вместо Хоноки, которая больше ничего не могла придумать, чтобы убедить, с Пикси заговорила Шизуку. — Твой Мастер отсутствует в школьном совете из-за важного дела.

— Это•верно.

— Если сейчас связаться с Тацуей-куном, мы можем помешать этому важному делу.

— Это•разумный•вывод.

— Я сделаю это, если ты не признаешь, что это чрезвычайная ситуация.

— Мешать•Мастеру•не•допускается.

— Тогда расскажи нам. Даже если для этого мне придётся помешать Тацуе-куну, я хочу узнать, что случилось с Сииной-тян.

Пикси молчала. Поведенческие принципы «нельзя раскрывать секретную информацию без разрешения Тацуи» и «нельзя мешать Тацуе» конфликтовали друг с другом. Если бы Пикси была простой машиной, она бы зависла от противоречивой задачи, в которой невозможно расставить приоритеты. Но электронный мозг Пикси функционировал под контролем духовной информационной сущности под названием Паразит. «Она» установила приоритеты по своей воле.

— Слушаюсь.

Это вызвало удивление и радость присутствующих. Однако все они быстро успокоились и сосредоточили своё внимание на том, что дальше скажет Пикси.

— Посетитель•назвал•себя•посланником•семьи•Мицуя.

— Но мы слышали, что семья Мицуя не знает об этом.

В ответ на возражение Эрики, Пикси механическим движением повернула голову, указывая взглядом в сторону большого дисплея.

— Прошу•посмотреть•видеозапись.

На дисплее отобразилась запись со школьной камеры видеонаблюдения. Это доказывало, что не обошлось без взлома школьных систем, но это сейчас никого не беспокоило. Поскольку разум присутствующих был заполнен одной проблемой, для другой большой проблемы там не осталось внимания.

— Эта женщина•назвалась•посланником•семьи•Мицуя.

Изображение показывало двух человек. Женщина лет 20-25 и мужчина возрастом около 30 лет. Вопреки возрасту, казалось, что мужчина относится уважительно к женщине.

— Она… Кажется, я где-то уже видела это лицо… — Задумчиво пробормотала Изуми.

— Эти двое — военные. — Заявила Эрика, лишь несколько секунд понаблюдав за поведением этих людей.

— Если я не ошибаюсь, Третью лабораторию вроде бы постоянно посещают военные? — Спросил Микихико, глядя на Касуми.

— Да, это так, но…

— Думаю, среди членов семьи Мицуя нет людей, состоящих на службе в силах самообороны. — Продолжая запнувшуюся Касуми, Изуми опровергла догадку Микихико.

— Это значит, что военные обманом увели Мицую?

— Похоже… догадка Лео о похищении может оказаться правдой.

— Мики! Не говори таких опасных слов, вроде «похищение»! — Упрекнула Эрика, повысив голос. Микихико, заметив, что цвет лица Сабуро стал ещё бледнее, чем раньше, поспешил извиниться.

— Но всё же. Когда школьницу уводят военные, это ведь необычно?

Когда Лео снова указал на истину, Эрика и Микихико стиснули зубы.

— …Если окажется, что эти двое — её знакомые из Третьей лаборатории, то высока вероятность, что наше беспокойство излишне.

— Но нам ведь сказали, что семья Мицуя об этом не в курсе?

Сказанное Микихико, чтобы успокоить всех, на этот раз опровергла Эрика.

— …Думаю, для начала нам нужно дождаться подтверждения, что Сиина-тян действительно не вернулась домой.

— Верно. — Шизуку поддержала мнение Хоноки.

— Точно. Сабуро. — Повесивший в унынии голову Сабуро, услышав от Эрики своё имя, резко выпрямился, расправил плечи и поднял голову. — Иди пока что домой.

Сабуро не ответил кивком на указание Эрики.

— Но… отец сказал оставаться здесь…

— Да, так и было… Значит, тебе ничего не остаётся, кроме как ждать звонка от отца?

Эрика раздражённо прикусила губу.

— В любом случае, если окажется, что похищен ученик Первой школы, то для нас это будет не чужое дело. Нельзя это просто игнорировать.

— Правильно. — Согласился Лео с Микихико.

По правде говоря, в отличие от шефа дисциплинарного комитета Микихико, Лео не должен был беспокоиться о других учениках, но никто здесь не сделал глупое замечание по этому поводу.

— Шизуку. Правда ли хорошо будет не связываться с Тацуей-саном и другими…? Ведь Сиина-тян пропала именно во время работы в школьном совете…

— Да, думаю, с Миюки связаться было бы лучше. — Поняв тонкий намёк Хоноки, Шизуку согласилась.

— Вы же не хотите помешать делам президента? — Выразила своё беспокойство Изуми. Как и ожидалось, прочитав атмосферу, она не стала называть её «Миюки-онээсамой».

— Просто отправить сообщение же можно?

— Я напишу Миюки. — Хонока подхватила идею Шизуку и отправилась к терминалу.

 

◊ ◊ ◊

 

Когда Миюки получила сообщение от Хоноки, она была в известном салоне красоты.

Встреча с Маюми была назначена на 17:00. Оставалось ещё достаточно много времени, и она решила сделать укладку волос. Это было заведение высшего класса для важных персон, требующих безопасности, которое работало по принципу «вход лишь по приглашению». Цена была высокой, соответствуя мастерству работников, но это компенсировалось низким числом клиентов, поэтому внезапное резервирование посещения не оказалось проблемой. Заодно они решили доверить салону и причёску Минами.

Из-за такой клиентоориентированности данного заведения рядом присутствовало место для телохранителей. Тацуя сидел прямо позади Миюки и читал книгу. Книгу не бумажную, а электронную. Это не была статья, связанная с его работой в FLT, и не документы, связанные с его работой на семью Йоцуба, а всего лишь какое-то бесполезное чтиво для убийства времени. Другими словами, Тацуя сейчас был ничем не занят.

На терминале Миюки раздался звуковой сигнал входящего сообщения. Сигнал отличался от обычного — это был звук, настроенный на срочные сообщения от группы близких друзей.

— Тацуя-сама, прошу прощения. — Миюки, которая была сейчас не в состоянии проверить сообщение, решила попросить Тацую помочь.

— Что такое? — Ответил Тацуя, оторвавшись от чтения.

— Не мог бы ты взглянуть на мой терминал?

— Сообщение?

— Да. Кажется, что-то срочное.

Тацуя не был настолько бесчувственным, чтобы легко читать личные сообщения Миюки, но раз она сама попросила, он не мог ей отказать. Он достал из сумочки Миюки её мобильный терминал и нажал на иконку приложения электронной почты.

— Это от Хоноки. Она пишет, что кто-то увёл Сиину из школы.

— Сиину-тян?

— Пожалуйста, не шевелите головой. — Строгим голосом предупредил парикмахер вздрогнувшую от удивления Миюки. У него хорошо получалось притворяться, что он не слышит их разговор. Тацуя был не против прочитать вслух содержимое сообщения, потому что он доверял умению держать рот на замке этого человека.

— Сиина пропала сразу после того, как к ней пришла пара посетителей, мужчина и женщина, которые, казалось, были военными. Высока вероятность, что она последовала за этими двумя.

— Это ведь не похищение? — Сдержанно спросила Миюки, стараясь не шевелить головой.

— Может быть, её и заставили пойти с ними, но, по крайней мере, это не похоже на похищение с применением насильственных методов.

Миюки была в курсе усиления системы безопасности Первой школы, которое было проведено после полученного урока от инцидента с вторжением террористов в позапрошлом году. Практически невозможно похитить ученика, находящегося под строгим надзором системы, никоим образом не уступающей своей надёжностью системам в центральном правительстве.

— …Нам следует вернуться в школу?

— Даже если вернёмся, мы ничего не сможем сделать. Тем более, если выяснится, что это и правда похищение, то иметь дело с этим — работа полиции.

Если бы случилось такое маловероятное событие, как похищение Миюки, то Тацуя, естественно, так не сказал.

— То есть, оставим это полиции?

— На данном этапе ещё нельзя сказать точно, что это похищение, поэтому будет проблематично, если об этом узнают. Однако Сиина относится к прямой линии родства семьи Мицуя. А у семьи Мицуя есть свои связи в полиции, да и Эрика, похоже, тоже мотивирована помочь.

— Эрика?

— Да. Не знаю почему, но, похоже, Лео и Микихико тоже участвуют в этом деле.

— И им действительно можно это оставить?

Миюки беспокоилась о том, правда ли сами они не будут ничего делать, однако Тацуя совершенно не показывал, что видит в этом проблему.

— У нас есть и свои дела.

— …Верно.

Тацуя говорил правду. Даже если бы это говорил не он, Миюки бы тоже согласилась. Вот только Миюки не могла ничего поделать со своим беспокойством о том, что подумают о Тацуе его друзья.

 

◊ ◊ ◊

 

В доме семьи Мицуя, глава семьи Гэн и старший сын Мотохару вели приватный разговор.

— Отец, похоже, Сиину забрали.

— …Ясно.

Услышав о сообщении от Сабуро, в котором говорилось, что Сиина пропала, Гэн и Мотохару сразу поняли, о каком «сотрудничестве» говорила Цукаса. Полученное после этого из ответа Первой школы изображение с посетителями подтвердило, что это была Тояма Цукаса.

— Сабуро-кун, похоже, не опознал Цукасу-сан.

— Потому что он никогда не встречался с ней.

— Неужели?

Ответ Гэна был сюрпризом для Мотохару. Несмотря на то, что Сиина была довольно близко знакома с Цукасой, было трудно поверить в то, что Сабуро, который всегда вместе с Сииной, ни разу не встречал Цукасу.

— Цукаса-сан действительно осторожно выбирает людей, которым показывается на глаза. Из-за обстоятельств служебного долга, взваленного на плечи семьи Тоояма, они считают, что лучше иметь как можно меньше людей, знающих их личности.

— Но чтобы настолько, что встречаясь с Сииной довольно часто, ни разу не показать себя Сабуро-куну…

— Возможно, она такой человек из-за её работы, похожей на хождение по канату. Нет, не только Цукаса-сан. Вся семья Тоояма давно вовлечена в такую тайную деятельность.

— …Магия Десятой лаборатории — это вроде были барьеры против физического и магического воздействий?

Гэн покачал головой на вопрос сына.

— Изначально — да. Но из-за особенностей формы активируемой магии, семье Тоояма досталась роль быть чем-то большим, чем простыми щитами. Семья Тоояма была включена в отдел разведки национальных сил самообороны в виде подразделения контрразведки.

— То есть, вся их семья сотрудничает с армией? Я считаю, что мы, семья Мицуя, тоже вносим свой вклад в помощь армии, помогая собирать информацию по всему восточноазиатскому региону.

Гэн снова покачал головой.

— Это не сотрудничество. Семья Тоояма стала полноценной частью отдела разведки и имеет на него тайное влияние.

Гэн замолчал. Мотохару задержал дыхание, ожидая продолжение речи отца.

— …У семьи Тоояма нет такой безграничной силы, как у семьи Йоцуба. Если говорить о магической силе, то выходцы из той же Десятой лаборатории, семья Дзюмондзи, сильнее них. Политической власти, как у семьи Саэгуса, у них тоже нет. У них нет славы, но и дурной репутации тоже нет. Находясь в тени, они любыми средствами будут защищать интересы фракции, к которой принадлежат.

Гэн издал глубокий вздох.

— Если преследуемые ими цели находятся в интересах страны, в интересах волшебников и в интересах 28 домов, то я бы сказал, что такое их поведение вполне терпимо. Однако они также могут тайно планировать вражду между 28 домами ради собственных интересов. Это сильнее раздражает, чем такая простая для понимания угроза, как семья Йоцуба.

— …Значит, в этот раз это шанс?

— …Что ты имеешь в виду?

Вопрос Мотохару был для Гэна неожиданным.

— То обещание, что Сиине не будет ничего угрожать… Если из-за того, что Цукаса-сан нацелилась на Шибу Тацую-доно, это станет противостоянием семей Тоояма и Йоцуба, это может стать шансом избавиться от потенциальной угрозы семьи Тоояма.

— Не могу сказать, что такой вероятности нет, но… сами мы ничего сделать не можем. Даже если дойдёт до противостояния семей Тоояма и Йоцуба, у нас самих не будет другого выбора, кроме как оставаться наблюдателями.

— Разве это будет лучшим вариантом, что мы будем только смотреть, надеясь на то, что желаемый результат будет достигнут?

— Это просто утешение. Но с ним лучше, чем без него.

В любом случае, пока это не закончится в каком-либо виде, Сиина не вернётся. Гэн усмехнулся над тем, как легко он принял этот факт.

 

◊ ◊ ◊

 

Большой автомобиль-седан, который вёз Сиину, был не только просторный, но и комфортный. Не настолько комфортный, как лимузин, но тоже приемлемого уровня.

Отбывший с парковки Первой школы большой седан прибыл в Каруидзаву без использования автопоезда (перевозка автомобилей вроде парома, но по суше). В эту эпоху не пользоваться этим преимуществом во время дальних поездок было странным выбором.

Автомобиль подкатил к старому особняку в западном стиле, которое оставляло о себе впечатление «неужели в наше время ещё остались такие здания?». Атмосфера вокруг этого дома была такой, будто бы это сцена из какого-то фильма ужасов. Сиина вышла из машины с лёгкой дрожью во всём теле.

— Сиина-тян, снаружи ведь прохладно? Не стесняйся, пойдём внутрь.

Была уже середина апреля. В Каруидзаве было не настолько уж и холодно. Но не было никакого смысла стоять снаружи, поэтому Сиина воспользовалась приглашением Цукасы и вошла внутрь.

— Уаа…!

У Сиины невольно вырвался возглас удивления. Внешне выглядящий старым особняком западного стиля, внутри он имел классическую обстановку, источающую атмосферу роскоши.

— Комната Сиины-тян вот здесь. Пользуйся по своему усмотрению.

Комната, в которую её привела Цукаса, обставленная в лучших аристократических предпочтениях, по роскоши была ничуть не хуже вестибюля. Особое внимание Сиины привлекла огромная кровать с навесом. А ещё туалетный столик с золотой отделкой в античном стиле. Даже привыкшая к роскоши Сиина задавалась вопросом, сколько он может стоить.

— В шкафу есть сменная одежда. Размер должен подойти. Хотя по плану ты тут только на одну ночь, наверное, она тебе понадобится?

— А, да. Большое спасибо.

Оторвав своё сознание от кровати и столика, Сиина поблагодарила Цукасу.

— Не за что. Это ведь я попросила тебя помочь, поэтому предоставить всё необходимое естественно для меня.

— Извините…

Сиина некоторое время сомневалась, стоит ли сейчас спрашивать, но, в конце концов, решила спросить.

— Связываться с семьёй мне нельзя, да?

— Извини. Можешь просто думать, что это часть твоей работы?

— Я поняла. — Сказала Сиина, при этом подумав: «так и знала».

— Я позову тебя, когда еда будет готова. — Сказала Цукаса и вышла из комнаты. Звука запирания не было слышно, но Сиина даже не подумала проверить это.

Сумку с личными вещами ей пришлось оставить в комнате школьного совета, но личный мобильный информационный терминал был у неё с собой во внутреннем кармане жакета. Достав его, она проверила уровень сигнала. Как она и думала, значок антенны был перечёркнут.

«Я сама на это подписалась. Сейчас уже не получится отказаться»

Сиина открыла шкаф и сняла с себя школьную форму. Переодевшись в простую комнатную одежду, она нырнула на простыню, чтобы проверить мягкость кровати с навесом.

Она не знала, как Цукаса уговорила на это её отца и брата. Она чувствовала себя виноватой за то, что ушла из школы, ничего не сказав Сабуро и сэмпаям из школьного совета, но она верила, что её семья расскажет им об этой ситуации.

Сиина даже не догадывалась, что её считают пропавшей без вести.

 

◊ ◊ ◊

 

Эмоции, всплывшие на лице закончившей читать ответное сообщение Хоноки, были смесью растерянности и разочарования.

— Что пишет Миюки?

— Это от Тацуи-сана. — На вопрос Эрики Хонока говорила с нескрываемым шоком в голосе. — Он пишет, что нам будет лучше оставить это полиции.

На лице Эрики тоже появилось разочарование.

— Что это за шаблонный ответ…

— Покажи мне.

Шизуку взглянула на дисплей, отображающий сообщение. Прочитав, она, в несвойственной ей манере, сильно нахмурила брови.

— …И правда, написано, что лучше оставить это полиции.

— А, ну да.

Упрекая себя, что «надо было понятней объяснить», Хонока отправила ответ Тацуи на большой настенный дисплей.

— Погодите-ка… Значит, Тацуя тоже считает, что высока вероятность того, что Мицую увели обманом…

— Но, поскольку нет доказательств, то мы не знаем, откликнется ли полиция… Скорее всего, нет.

Лео и Микихико нахмурились от своих неблагоприятных ожиданий.

— И всё-таки, если это подтвердится, и семья Мицуя обратится в полицию, то просто оставить это полиции… это не нормально!

— …Но это может быть самым разумным решением. То, что мы можем сделать за пределами школы, сильно ограничено.

Изуми попыталась успокоить возмущённую Касуми.

— Если оставить всё полиции, то что ты будешь делать, если станет слишком поздно!?

Касуми во вспышке ярости кричала на Изуми.

— Тогда скажи нам, что ты можешь сделать, Касуми-тян?

Изуми спокойно ответила поглощённой эмоциями сестре-близнецу. Возможно, Изуми сама могла оставаться спокойной только потому, что Касуми уже выплёскивала все эмоции.

— …Почему бы не задействовать поисковую сеть нашей семьи!?

— Но ото-сама сейчас в Киото. Касуми-тян знает, к кому нужно обращаться и что говорить?

— Мы попросим онээ-тян!

— Онээ-сама ушла на встречу с Шибой-сэмпаем.

— Вот и хорошо! Заодно я ей и на него пожалуюсь!

Касуми бегом выскочила из комнаты школьного совета.

— Эй, Касуми-тян! Ты хоть знаешь, куда отправилась онээ-сама!? …Ну, всё! Прошу прощения, Мицуи-сэмпай. На сегодня мы тут закончим, до свидания! — Сказала Изуми и вышла следом за Касуми.

Шизуку разочарованно посмотрела на оставленный терминал дисциплинарного комитета.

— Хонока. Можно пока оставить это здесь?

— Конечно, нет проблем.

Касуми в понедельник ждёт нечто совсем не весёлое. Подумав об этом, Хонока пожала плечами, решив, что это не её дело.

— Итак, а мы что будем делать? Как и советовал Тацуя, будем сидеть, сложа руки и ждать?

На подстрекающий вопрос Лео, Эрика ответила ехидным голосом.

— Если он говорит оставить это полиции, то мы так и сделаем. Но это не значит, что мы будем сидеть, сложа руки.

— Эрика, что ты намерена делать…? — Обеспокоенно спросил Микихико. Он беспокоился не потому, что не знал, что она учудит, а потому, что догадывался, что она собирается сделать. — Ты ведь уже решила? В додзё ведь много связанных с полицией людей?

— Злоупотребление властью в личных целях.

— Н-ничего такого.

От цуккоми Шизуку, Микихико скривил лицо.

— Когда существуют такие связи, грех их не использовать.

У прежней Эрики сейчас бы всплыла озорная ухмылка. Но нынешняя Эрика не улыбалась.

 

◊ ◊ ◊

 

Место, куда Маюми пригласила Тацую и Миюки, было традиционным японским рестораном в Акасаке.

Тацуя подумал, что ему надо быть раза в 3 старше, чтобы посещать такое место. Более того, для этого заведения одного возраста было бы недостаточно, требовалось ещё, как минимум, иметь статус, известность и богатство.

Группа Тацуи прибыла в ресторан за 3 минуты до назначенного времени. Сотрудник ресторана проводил этих троих неподходящих этому месту молодых людей, не показывая на лице ничего, кроме улыбки.

Ровно в 17:00 Тацуя, Миюки и Минами вошли в комнату в традиционном японском стиле.

Там их в одиночестве ждал Кацуто.

— Извините, что заставили ждать. — Сказал Тацуя и сел, не спрашивая разрешения сесть.

— Нет, вы как раз вовремя. — Кацуто подтвердил, что им не в чем себя винить.

С небольшим отставанием от Тацуи села Миюки, а следом за ней и Минами. Миюки села на подушку рядом с Тацуей, а Минами села прямо на пол позади Миюки.

Все четверо сели в «правильную» позу на коленях [Сэйдза]. Никто из них не делал расслабляющих движений, показывающих, что им неудобно так сидеть. Все выглядели давно привыкшими к сэйдзе.

— Прошу прощения!

Когда глаза Тацуи и Кацуто уже встретились, и они уже хотели начать, входная дверь открылась и в комнату зашли Маюми и Мари.

— Извините, мы заставили вас ждать?

— Нет, мы сами только что пришли.

На вопрос Маюми моментально ответил Тацуя. Кацуто уже был готов ответить, но в итоге закрыл рот, так ничего и не сказав.

Маюми, облегчённо вздохнув, заняла место рядом с Кацуто и напротив Миюки. А Мари села рядом с Маюми.

Сэйдза Маюми выглядела лучше, чем у обычных студенток, но в сравнении с Тацуей, Миюки или Кацуто, выглядела она всё равно неуклюже. Даже Мари выглядела лучше в этом деле.

— Ладно, сразу к делу…

Маюми хотела начать переговоры (или лучше назвать уговоры), но вдруг из-за входной двери послышался голос: «Извините». Маюми ответила: «Да, прошу». Дверь открылась, и по ту сторону показалась не официантка, а молодая хозяйка этого ресторана.

— К нам пришли посетители, назвавшиеся вашими товарищами… — С беспристрастным лицом заговорила хозяйка.

Удивление было естественным, потому что все, кто должен был прийти, уже были здесь.

— Э-э, и кто же они?

Хотя Маюми тоже была в замешательстве, она всё же быстро оправилась и спросила.

— Они представились, как Саэгуса Касуми-сама и Изуми-сама.

— Э-э…!?

Ненадолго потеряв дар речи, Маюми попросила Тацую и Миюки «подождать минутку», и, не дожидаясь хозяйку, зашагала к входу в ресторан. Сказав «Извините», хозяйка поклонилась и закрыла дверь с другой стороны.

Пока они ждали, Миюки спросила у Тацуи: «Они по поводу того дела, не так ли?».

— Того дела? Тацуя-кун, ты что-нибудь знаешь о том, почему младшие сестры Маюми нам помешали? — Спросила Тацую Мари, услышав этот вопрос Миюки. Кацуто нахмурил брови от того, что манеры Мари не изменились со времён Первой школы, но Тацую это не беспокоило, и он непринуждённо ответил.

— Да. Сегодня из Первой школы увели младшую дочь семьи Мицуя, и есть вероятность, что её похитили. Вот о каком деле шла речь.

— Похитили? — Мари удивилась, слегка округлив глаза. — Младшая дочь семьи Мицуя, то есть Сиина?

— Ватанабэ-сэмпай тоже знакома с ней?

— Немного знакома через Маюми. Значит, в этом году Сиина поступила в Первую школу?

— Верно.

— Ну и что там с похищением?

Тацуя вкратце пересказал всё то, что знал сам.

— Это серьёзное дело! Тацуя-кун, и Шиба тоже, что вы тогда тут делаете!?

Мари казалось невероятным, что президент школьного совета и другой важный член школьного совета ничего не делают в то время, как ученик может быть вовлечен во что-то криминальное.

— В каком смысле…? — Но Тацуя лишь криво улыбнулся. Он был сюда приглашён. Хотя Мари — лишь один из участников, но она относилась к пригласившей стороне, и подобные обвинения от неё звучали нелепо.

— Шиба. — Кацуто обратился к Тацуе.

— Что такое?

— Могу ли я обратиться к тебе не с позиции семей Дзюмондзи и Йоцуба из тех же Десяти Главных Кланов, а как сэмпай к кохаю из той же Первой школы?

— Я не возражаю.

Сразу же после того, как Тацуя кивнул, возникло чувство, что массивность Кацуто значительно возросла.

— Давайте отложим этот разговор. Вам следует отдать приоритет ученице первого года обучения, которую, возможно, похитили.

У Тацуи снова всплыла кривая улыбка. На этот раз в ней было больше иронии, чем в предыдущей.

— Дзюмондзи-сэмпай — осмелюсь вас так называть. В роли представителей семьи Йоцуба, нас в это место нас пригласила дочь семьи Саэгуса, обозначив, что встреча будет проходить при участии главы семьи Дзюмондзи. В этом случае, ваши слова о переносе беседы могут расцениваться не более, чем замечание семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов.

Кацуто не смог ничего ответить на слова Тацуи.

— Основываясь на этом, ни я ни Миюки не будем возражать, если вы говорите, что следует отложить эту встречу. — Сказал Тацуя и посмотрел на Миюки. Элегантный кивок-поклон Миюки стал бессловесным знаком согласия. — Однако, мне кажется, что откладывать встречу нет смысла.

— …Что ты имеешь в виду?

— До сих пор неизвестно, является ли преступлением то, что случилось с Мицуей-сан. Так как известно, что она покинула Первую школу, то, с полномочиями полиции, изучив записи с уличных камер, можно легко узнать, куда её увезли.

Услышав это, Мари раздражённо вклинилась в разговор.

— Если ты столько знаешь, то почему ничего не сделал?

— Это ведь могло произойти и по её собственной воле. — Ответил Тацуя равнодушным голосом. — Да, Мицую-сан определённо кто-то увёз. Но если она ушла по своему согласию, то попытка её спасти будет незаконным вторжением в личное пространство.

— Это замечание не в стиле Тацуи-куна, который без лишних слов вторгся на базу Бланша. — Возразила Мари с явным сарказмом.

Однако не только Тацуя, но и Миюки не показали эмоциональной борьбы. Потому что им было очевидно, что сарказм Мари был не логическим умозаключением, а отчаянным поиском причины.

— В тот раз мне не требовалось проверять, свободен я или занят. — Сказал Тацуя в опровержение слов Мари. После этого он перевёл взгляд со стиснувшей зубы Мари обратно на Кацуто. — Как ученики Первой школы, публично мы ничего сделать не можем. Но если вы настаиваете, что встречу стоит отложить, то мы протестовать не будем.

Кацуто сложил руки на груди и задумался. В этот момент входная дверь резко и шумно открылась.

— Шиба-сэмпай, ты ошибаешься!

— Касуми-тян, а ну стой!

— Касуми-тян… Ой, Миюки-сэмпай, Шиба-сэмпай, я искренне очень извиняюсь за это!

Ворвавшаяся Касуми, Маюми в шаге позади неё, и побледневшая и извиняющаяся Изуми.

Это было вторжение трёх сестёр Саэгуса.

— Касуми-тян, в любом случае, давай поедем домой? Ну?

Маюми пыталась успокоить младшую сестру, говоря с ней, как с маленькой девочкой, но взгляд Касуми был чётко зафиксирован на Тацуе.

— Мы не можем молча это игнорировать! Разве можно просто так бросить Сиину!?

«Да, можно», — такого ответа не последовало.

— Значит, ты слышала этот разговор? — Вместо этого Тацуя ответил вопросом на вопрос.

— Слышала. Подслушала! Это плохо!? — С покрасневшим лицом, Касуми, в порыве отчаяния, ответила вызывающим тоном.

— Подслушивать — это плохо. — Тацуя обычным тоном сказал очевидное.

— …!

— Но, раз ты уже слышала, это сэкономит мне время. Сиина — несовершеннолетняя. Даже если сама Сиина этого хочет, полиция может её защищать только с согласия её опекунов.

— И что с того!?

— Касуми-тян. Шиба-сэмпай говорит, что ты обратилась не по адресу. — Подсказала Изуми вышедшей из себя Касуми, потянув её за рукав.

— Адресу?

— Шиба-сэмпай имеет в виду, что нам следует поговорить с семьёй Сиины-тян, а не с ним.

— О чём поговорить!?

Изуми схватила Касуми за правую руку.

— Пойдём. Мы уже получили ценный совет от Шибы-семпая, не стоит ему дальше мешать.

— Верно. — Сказала Маюми и взяла Касуми за левую руку.

— Изуми? Онээ-тян? Эй… Что вы делаете!?

— Тацуя-кун, Миюки-сан, я понимаю, что грубо говорить такое после того, как я вас сюда пригласила, но вы не против на сегодня закончить? Я позабочусь о компенсации за это.

— Да, хорошо.

Сложившаяся атмосфера уже не располагала к серьёзным разговорам. Тацуя охотно принял извинения Маюми.

— Касуми-тян, пойдём.

— Ладно, мы ушли.

Сказали Маюми и Изуми, и потащили замолчавшую Касуми к выходу. Тацуя и Кацуто переглянулись и одновременно вздохнули.

— Дзюмондзи-сэмпай, в таком случае, на этом прошу нас простить.

После этих слов Тацуи, молчавшая почти всё время Миюки поклонилась с серьёзным лицом, на котором не было ни тени улыбки.

— Вы двое, извините, что так вышло. — Кацуто смог сказать лишь это. Мари промолчала.

Таким образом, приватная беседа между семьями Йоцуба, Дзюмондзи и Саэгуса закончилась без каких-либо конкретных разговоров.

 

◊ ◊ ◊

 

Было уже почти 18 часов. До заката оставалось недолго. Эрика и Лео покинули школу и сейчас были в додзё Тиба.

— Эрика, прости за ожидание.

Пока она опрашивала учеников, подошёл Микихико.

— Ты отправил Мизуки домой?

— Проводил до дома. — Отвечая Эрике, Микихико, кажется, был немного смущён.

— Ясно.

Однако Эрика проигнорировала чистосердечную реакцию Микихико.

— Эрика, что у тебя? Нашлись какие-нибудь подсказки?

— В данный момент изучаются записи с уличных камер наблюдения.

— Понятно. Если известно, что автомобиль стартовал из Первой школы, то его можно отследить через уличные камеры, даже если они использовали железнодорожную переправу. И почему я не подумал раньше о такой очевидной вещи?

Микихико упрекнул себя в невнимательности. Но Эрика отвернулась с незаинтересованным лицом. Так что отвечать пришлось Лео.

— Предложение проверить записи с уличных камер пришло сообщением от Изуми.

— От Изуми-сан? Да, тогда тут нечему удивляться.

Микихико мысленно сравнил параметры Касуми и Изуми.

— Не знаю, что ты подумал, но Изуми, похоже, получила этот совет от Тацуи.

— Ха-ха…

Теперь Микихико понял, с чем связано поведение Эрики. Хотя то, что этот совет дал Тацуя, в данном случае было лишь предположением Лео, никто в этом месте даже не сомневался в этом.

— Извините, разрешите пройти.

В этот момент к ним подошёл Сабуро.

— Сабуро, что там у семьи Мицуя?

От вопроса Эрики лицо Сабуро помрачнело. В этом выражении лица скрывалось не только разочарование, но и гнев.

— …Похоже, и глава-сама и Мотохару-сама всё ещё не считают необходимым поднимать большой шум.

— Мотохару… это?

— Старший брат Мицуи-сан.

Лео и Микихико обменялись фразами шёпотом. Сабуро их, похоже, не услышал.

— Как-то… подозрительно! Странно это!

Сабуро растерялся от своей догадки.

— Для господ из семьи Сиины, похоже, не обращать на неё внимания — обычное дело! Якобы, у неё нет строгого предписания ехать прямо домой! Это потому, что ей назначили настоящую охрану вместо меня! Сами не знают, где она, и говорят мне «не суетись», я этого не понимаю!

— Слушай, а может, её охрана скрытно следует за ней?

На вопрос Лео, Сабуро резко помахал головой.

— Я спрашивал у семьи Ягурума. Сиина до сих пор находится вне их поля зрения.

По лицу Эрики было видно, что она о чём-то подумала, но вслух она это никак не прокомментировала.

— Итак, Сабуро, что ты собираешься теперь делать?

— Позвольте мне подождать здесь. Для этого я и пришёл.

— Ясно. Тогда хорошо.

В додзё собиралось всё больше людей. Скоро должна была начаться тренировка вечерней секции для работающих взрослых людей. Отец Эрики тоже должен был участвовать в качестве инструктора.

— Вы трое, идите за мной.

Не дожидаясь ответа, Эрика вышла из додзё.

Она привела их в небольшую пристройку, которая считалось комнатой Эрики.

— Сюда.

Дверь, которую открыла Эрика, была высотой меньше 170 сантиметров, и троим парням пришлось пригнуться, чтобы войти. Это была комната на 4.5 татами в традиционном японском стиле, в центре которой в пол была вмонтирована печка, а в стене была ниша со свитками каллиграфии.

— Хе, да это ж чайная комната*.

[У кого плохо с воображением или просто любопытно, вставляем в гугл вот это  茶室  и нажимаем «картинки»]

— Смешно, да? Выставляют себя за дом кэндзюцу. Хотя традиционное кэндзюцу и наше кэндзюцу — совершенно разные вещи.

Эрика с презрением ответила на удивление Лео. И это презрение было не к себе, а к другим людям. Микихико помрачнел, когда увидел, что у её вражды с семьёй не было никаких признаков послабления.

— А я думал, что вход в чайную комнату должен быть ещё меньше.

Непонятно, то ли Лео не заметил этого, то ли притворился, что не заметил, но он полностью проигнорировал оскорбительные замечания Эрики.

— Маленькая дверь? Если желаешь таких ограничений, попробуй, зайди вон оттуда.

Эрика беззаботно указала на маленькую раздвижную дверь высотой сантиметров 70, после чего удалилась за внутреннюю раздвижную стену-дверь, находящуюся напротив двери, через которую они вошли.

— Чего стоите, присаживайтесь.

У вернувшейся Эрики в руках был поднос с заварочным чайником и несколькими чашками. Эрика плавно опустилась на колени и расставила на татами чашки на 4 человек. Трое парней расселись напротив каждой из чашек, расставленных на блюдца.

Под ожидающими, что она скажет, взглядами парней, Эрика отхлебнула чаю и подняла голову.

— Чего? Или вы хотите, чтобы я вам чайную церемонию провела?

Трое парней резко помахали головами. Эрика, слегка прищурившись, обвела их взглядом.

— Не охота мне заниматься такими утомительными вещами.

— Ахаха… и правда.

На лице Микихико было видно искреннее извинение, но Эрика его проигнорировала. После этого они какое-то время сидели молча.

Некоторое время спустя, Эрика внезапно вскочила и убежала со словами «подождите немного», после чего вернулась с охапкой пирожков-мандзю. После этого все четверо снова провели некоторое время, сидя почти неподвижно. «Почти неподвижно» означало, что были движения рук, подносящих пирожки ко рту.

Дальнейшее развитие событий началось ближе к 8 часам вечера.

— Эрика-одзёсан. — С другой стороны миниатюрной двери послышался голос молодого парня. Эрика быстро встала, подошла и села на колени рядом с мини-дверью и открыла её. Оттуда протянули небольшой лист электронной бумаги.

Эрика взяла его и вернулась в центр комнаты.

— …Что там? — Тихо спросил Микихико, дождавшись, когда Эрика закончит читать.

— Было установлено место, куда Сиину доставили на машине.

Услышав это, Сабуро наклонился вперёд и положил руки на татами. Никто не призвал его успокоиться. И Эрика, и Лео, и Микихико хорошо понимали, что Сабуро с нетерпением ждал новостей.

— Похоже, по дороге не было пересадок и остановок, машина приехала в Каруидзаву.

— Это на удивление далеко…

В словах Лео был заключен смысл «значит, было бы хорошо, если бы мы раньше это поняли».

— Лучше потратить время, чтобы приготовиться ко всему возможному.

В эту фразу был вложен смысл, что будет трудно сделать возможным использовать данные с камер наблюдения. Услышав непрямой ответ Эрики, Лео слегка пожал плечами.

Эрика повернула лист электронной бумаги так, чтобы его видели все.

— Похоже на западный дом с привидениями.

— Мики. Когда это говоришь ты, это звучит уже не как шутка.

Говоря это, Эрика, похоже, не возражала против части про «привидений».

— …Можно ли мне получить карту пути? — Сабуро, пожиравший глазами доклад, поднял голову и спросил Эрику.

— Хорошо. Только не вздумай отправиться туда сегодня.

— Почему!? — Сабуро яростно закричал на Эрику. Для Сабуро, который хотел спасти Сиину как можно быстрее, эти слова Эрики были совершенно неприемлемы.

— По двум причинам. Во-первых, мы ещё не готовы к этому.

— Я уже готов!

— Хочешь пойти один? Прекращай это. Ты лишь выкопаешь себе могилу.

Не «потерпишь неудачу», а «выкопаешь себе могилу». Услышав это, Сабуро, наконец, осознал, что там может быть ловушка.

— И всё же, после того, как мы, наконец-то, нашли её…!

— Ещё нельзя сказать, что мы её нашли. Мы лишь знаем, что автомобиль привёз Сиину к этому особняку. Мы наблюдаем за зданием, и узнаем, если она начнет двигаться дальше.

— ……

Увидев, что Сабуро, наконец-то, замолчал, Эрика озвучила вторую причину.

— Во-вторых, ещё не завершены необходимые договорённости с полицией. Если тебя самого не заботит, что ты попадешь за решётку, то мне не хочется видеть здесь болвана, пренебрегающего необходимыми приготовлениями.

Поняв намёк о возможности быть отправленным в тюрьму для волшебников, преступивших закон, Сабуро больше ничего не сказал. Сам Сабуро ради Сиины не пожалел бы своей жизни. Но своих сэмпаев из школы он не мог заставить сделать это. А в одиночку он, скорее всего, ничего не сможет сделать.

— Сабуро, возвращайся к себе домой и обсуди это со своей семьёй. Было бы хорошо заручиться сотрудничеством людей, работающих на семью Мицуя. И даже в худшем случае, не вздумай начать действовать в одиночку.

— …Я понял.

Действительно, сейчас было необходимо именно это. Его действия в итоге могли доставить проблемы не только его семье, но и семье Мицуя. Сабуро ещё раз напомнил себе, что он не был в том положении, в котором можно свободно делать что угодно.

 

◊ ◊ ◊

 

В это же время Сиина беззаботно расслаблялась, лёжа в ванне.

— Ах… Сабуро-кун, наверное, волнуется…

Чувство вины за то, что она ушла из школы, не предупредив сэмпаев из школьного совета и ничего не сказав Сабуро, постоянно тревожило Сиину, словно рыбная кость, попавшая в горло. Таким образом, хоть напряжение и снималось расслаблением от купания, оно снова и снова всплывало на поверхность сознания.

И с этим она ничего не могла сделать. Потому что в школьной приёмной Цукаса попросила её, чтобы она держала в секрете, что силы самообороны занимаются такими вещами.

Раз эти «военные учения» рассматривались, как военная тайна, то естественно, что связь была ей запрещена. Она понятия не имела, по какой причине они взяли для этих своих тренировок ученицу старшей школы. Но она даже и не думала пойти против указаний Цукасы.

Тем более, что она не могла сказать, что взрослый человек на 10 лет старше неё, которым она восхищается, может сделать ей что-то плохое.

Оправдывая себя этим, Сиина, чтобы не страдать ещё сильнее, сосредоточила своё внимание на купании.

К сожалению, в этом западном доме, в котором она была под своеобразным «домашним арестом», не было большой ванной комнаты, как на горячем источнике. Вместо этого здесь была старинная ванна на изогнутых ножках.

Рассчитанная на больших европейцев, она была значительно просторней стандартных японских ванн. Маленькая Сиина могла спокойно вытянуть в ней ноги. Таким образом, ей приходилось волноваться о том, чтобы не уйти целиком под воду, если расслабить ноги.

Слабый запах, смешанный с паром, говорил о том, что в горячую воду были добавлены ароматические масла. Это был аромат, который успокаивал, медленно проникая в глубины разума. Сначала её терзали сомнения, не является ли это каким-то наркотическим веществом, но довольно быстро ей стало всё равно.

Излишне говорить, что на время купания Сиина снимала свои наушники, играющие роль ушных затычек. Даже звук воды из душа, омывающего её волосы, для неё слышался, как шум проливного дождя, так что у неё не оставалось другого выбора. Зная, что магические способности ослабнут, она использовала блокирующую слух магию в течение того времени, пока мылась.

Однако пока она просто лежала в воде, стараясь не издавать лишнего шума, она могла напрямую столкнуться с внешним миром чистых звуков без своих «ушных затычек». В это время не только проявлялся её острый слух, но также, по её субъективному мнению, магическое восприятие тоже становилось значительно острее.

Все волны в этом особняке западного стиля улавливались «слухом» Сиины, которая просто сидела, положив голову на руку, лежащую на краю ванны.

Перед дверью в ванную комнату стояла охрана, женщина-солдат. Исходящие от неё слабые псионовые волны звучали как шум, который издаёт CAD в режиме ожидания. Другими словами, эта женщина-солдат была боевым волшебником.

И не только она. Те, кто двигался по зданию, как мужчины, так и женщины, все держали CAD в режиме ожидания, находясь в готовности к бою.

И наоборот, среди пяти человек, патрулирующих здание снаружи, был всего один волшебник. И испускаемые им псионовые волны, в отличие от солдат внутри, были подавлены. Возможно, это было сделано для того, чтобы извне было не понятно, что внутри этого особняка в западном стиле находятся волшебники.

…Такие вот сведения смогла почерпнуть Сиина лишь из рассеянных в пространстве волн.

И это было ещё не всё, что она заметила. Испускаемые волшебниками внутри здания волны несли в себе явную агрессивность. Чувствовалось, что они ждут врага. Целью их контратаки был не просто сопротивление врагу, а его уничтожение или захват.

Это вполне соответствовало объяснению Цукасы об этой «подработке».

Цукаса попросила Сиину сыграть роль важной персоны в тренировке по спасению VIP-а. Другими словами, это означало, что некая главная сила, играющая роль спасителей, «придёт на помощь» Сиине.

То есть сейчас похитившая сторона находится в состоянии ожидания атаки отряда спасения. Обращение с Сииной казалось неподходящим понятию заложника, но тут, несомненно, было отражено значение слов «важная персона».

Размышляя об этом, Сиина осознала кое-что важное.

Играя роль заложника, она не знала, когда прибудет команда спасения. Может быть и прямо сейчас. Она испугалась, что если так случится, то её могут вывести наружу в таком виде, лишь обёрнутой полотенцем.

Она не могла больше беззаботно расслабляться, сидя в тёплой водичке. Стараясь не издавать лишнего шума, Сиина вылезла из ванны.

 

◊ ◊ ◊

 

В тот же момент, когда Тацуя и девушки вернулись домой, будто бы зная, что они пришли, раздался звук вызова видеофона. На экране высветилось имя звонящего — глава семьи Йоцуба Майя.

К счастью, они ещё не успели переодеться в домашнюю одежду. Тацуя обменялся взглядами с Миюки и нажал на кнопку принятия вызова.

— Добрый вечер Тацуя-сан, Миюки-сан. Ара, вы куда-то ходили?

Майя дружелюбно заговорила с экрана. Сегодня она тоже выглядела дружелюбной.

— Да, нас пригласила Саэгуса Маюми-дзё. — Не было особой нужды это скрывать, поэтому Тацуя ответил честно.

— Ара, значит приглашение от семьи Саэгуса?

— Не совсем. Поскольку присутствовал глава семьи Дзюмондзи, то, вероятно, они хотели поговорить о произошедшем на недавнем собрании.

— Ху-ху-ху, это очень похоже на эту юную леди.

Тацуя согласился, что это было в стиле добродушной Маюми.

— Однако возникли некоторые затруднения, и мы были вынуждены отменить беседу сразу же после того, как вошли в приготовленную комнату.

— …Думаю, это было довольно невежливо, что же случилось?

Тацуя пересказал Майе всю историю, начиная с момента пропажи Сиины.

— Младшая дочь семьи Мицуя… Это весьма занимательная история, но сейчас у нас нет на неё времени.

Другими словами, это означало, что есть некое срочное дело. И удивляться тут нечему, ведь когда Майя звонит им напрямую, почти всегда так и бывает. Тацуя стоял смирно и ждал её следующих слов.

— Выяснилось, что вчера, когда Тацуя-сан и Миюки-сан были атакованы, это было дело рук проникших в страну агентов армии СШСА, которым отдел разведки национальных сил самообороны промыл мозги.

— Значит, это работа отдела разведки?

Для Тацуи, получившего предупреждение от Якумо, этот рассказ был лишь подтверждением, но он не мог не восхититься способностями семьи в сборе информации, собравшей доказательства всего за 1 день.

— Множество агентов американской армии всё ещё находятся под арестом.

Тацую интересовало, для поиска чего прибыли эти агенты. Он считал, что, с большой вероятностью, их целью был волшебник, использующий «Взрыв Материи», то есть он сам, но он даже не подумал бы попробовать убедиться в этом, перебив Майю.

— Итак, я хотела бы, чтобы Тацуя-сан их освободил.

— Агентов американской армии? — Слегка удивившись, спросил Тацуя.

Напавшему на Миюки отделу разведки нет прощения. Рано или поздно он собирался дать им это понять.

Но их работой было задерживать иностранных агентов, совершающих нелегальную деятельность. Было бы плохо мешать этому ради мести.

— Среди этих агентов есть члены Звёзд.

Это Тацуя тоже предполагал. Правда, он считал, что Звёздами были почти все они, а не несколько «среди них», как было сказано.

— Тебе ведь не составит большого труда не только освободить их, но и помочь всем им сбежать?

— Понял.

Это означало, что между Майей и Звёздами существует какая-то связь. И по этому маршруту пришёл запрос на спасение.

Сейчас интересы семьи Йоцуба и интересы Тацуи по мести за Миюки объединились. А раз это принесёт пользу Миюки, то усилия не пропадут даром.

Тацуя принял приказ Майи, чётко «отделив» его от событий предыдущего вечера.

 

◊ ◊ ◊

 

Раннее утро следующего дня после похищения Сиины. Лео, Микихико и Сабуро прибыли в додзё семьи Тиба.

— Сабуро. Ты поговорил с кем-нибудь из своей семьи? — Одевшись, Эрика вышла к ним и обратилась к Сабуро.

— Да. Мне сказали, что я свободен делать всё, что захочу.

— …Вот и хорошо.

Это было всё равно, что сказать, что он бесполезен, но Эрику это не волновало. Было важно, чтобы Сабуро научился быть разумным, ради его собственных интересов.

— Я понимаю, что Лео захотел участвовать в веселье, но не могла даже подумать, что Мики тоже придёт.

— Моё имя Микихико. — Похоже, он не мог просто не говорить эту фразу. После своей повседневной жалобы Эрике, Микихико добавил серьёзным голосом. — Разве я могу оставаться равнодушным, когда уже настолько втянут в это?

— Ахаха… Какой добренький.

— …Называй как хочешь. Это лучше, чем быть жёстким.

— Ну, может быть. Что ж, отправляемся? — Сказав это, Эрика забралась на пассажирское сиденье полицейской машины, припаркованной на дороге напротив додзё. Трое парней втиснулись на заднее сиденье, и полицейская машина тронулась.

— Кстати… это нормально? — Лео обратился к полицейскому в униформе, сидящему за рулём.

— Разве это не из-за неразумного поведения Эрики-одзёсан нам пришлось начать так скоро? — Ответил полицейский, не меняясь в лице. Лео показалось, что это было не в результате обожания Эрики, а по причине неспособности улыбаться. Он мысленно поклялся, что никогда в жизни не станет таким.

 

 

Полицейская машина добралась до станции Каруидзава на автопоезде (так было экономичней и быстрей, чем даже ехать на своей полной скорости). Там они встретились с местной полицией. Излишне было говорить, что эти полицейские тоже были под покровительством семьи Тиба.

Лео подумал, что на самом деле семья Тиба страшнее семьи Йоцуба, но он не был настолько безрассудным, чтобы это озвучить.

У Сабуро, имеющего прямое отношение ко всему происходящему, не было времени думать о таких вещах.

Старое здание, которое он видел вчера в полицейском докладе. Сабуро приклеил свой взгляд к этому особняку в западном стиле. А может даже пытался заглянуть внутрь с помощью какой-нибудь магии.

Эрика была занята инструктажем собравшихся полицейских.

Поэтому естественно, что самый расслабленный из группы Эрики, Микихико был первым, кто заметил приближение этих девушек.

— Да это же Касуми-сан и Изуми-сан.

Два одинаковых лица повернулись в сторону, откуда раздался неумышленный голос Микихико. Прически и поведение у них были совершенно разные, но черты лица в точности совпадали.

— Йошида-сэмпай.

— А ещё и Тиба-сэмпай и Сайдзё-сэмпай? И Сабуро-кун тоже пришёл?

Сёстры-близнецы Саэгуса подбежали к Микихико и остальным парням, которые стояли поодаль от остальных взрослых, участвующих в собрании.

— Вы тоже за Мицуей-сан?

— Да.

В их обмене вопросами и ответами было пропущено много лишних слов, но среди них не было тех, кто не понял, о чём разговор.

— Глупо будет, если мы в итоге помешаем друг другу, может лучше будет объединиться? — Предложила Эрика, показавшись из-за спины Микихико.

— Действительно. — Согласилась Изуми. От Касуми тоже не последовало возражений. Ни Изуми, ни Касуми не сомневались в том, что Эрика будет с ними честна. Теми, кто почувствовал от этого дискомфорт, были Лео и Микихико.

Такая разумная осторожность была совсем не в стиле Эрики, которую они знали. В таких случаях прошлогодняя Эрика, дерзко отбрасывая тактику, предпочитала просто идти напролом.

Сейчас всё было совсем не так.

И Лео и Микихико, оба подумали, что это было, в некотором роде, похоже на образ мышления Тацуи.

Тем не менее, вмешиваться в это было бессмысленно. Здесь, как и сказала Эрика, была сцена, на которой, во избежание дружественного огня, все должны действовать организованно.

Держа в уме эту легкую озадаченность, эти двое присоединились к обсуждению тактики.

 

◊ ◊ ◊

 

Когда она открыла глаза, снаружи уже было светло. В тот же миг, когда её сознание окончательно пробудилось, её настиг поток невыносимого шума. Сиина поспешно надела наушники.

Аномальный усиленный слух Сиины действует только тогда, когда её сознание бодрствует. Когда сонливость превышает определенный порог, звуки становятся нормальными. Именно это было основой гипотезы, что её чрезмерно чуткий слух является магическим эффектом.

Оценив своё положение, Сиина пришла к выводу, что её, в конце концов, так и не «спасли» за ночь. Цукаса говорила ей, что эта «подработка» займёт всего полдня, но, похоже, график был продлён.

Сиина была голодна. Но не настолько, чтобы живот уже урчал. Помня, что её в любой момент могут увести, она решила первым делом переодеться в школьную форму.

В этой комнате, точнее в выделенном Сиине личном пространстве на втором этаже, похожем на номер в роскошном отеле, были отдельные ванная, туалет и гардероб.

Надев только платье от школьной формы, она в гардеробной комнате занималась тем, что стало для неё уже повседневной утренней привычкой — делала укладку своих непослушных волос. Поскольку здесь присутствовали такие же косметические принадлежности, которые она обычно использовала (хоть она и задавалась вопросом, откуда они это узнали), то она быстро сделала себе макияж, предварительно магически проверив, не подмешаны ли какие-нибудь вредные вещества.

Как раз в этот момент и поднялась суматоха. Из коридора послышались хлопки и звуки топота бегающих людей.

Захотев узнать, что там происходит, Сиина потянула за дверную ручку. Старинная ручка не опускалась.

«Закрыто!? …А, ну да, так и должно быть.»

Её рефлекторное удивление длилось всего одно мгновение. Сиина успокоилась, вспомнив, что играет роль «похищенной важной персоны». Она мысленно сказала себе, что всё в порядке.

CAD у неё не забрали. Она в любой момент может использовать магию. Если понадобится, она сможет убежать, выбив окно или сделав дыру в полу.

Её мысли о таких вещах были свидетельством того, что ситуация, в которую она попала, начала казаться очень подозрительной. Однако она подавила в себе подозрения к Цукасе и решила ещё ненадолго продолжить считать себя «пленённой принцессой».

«Кушать хочется…»

Подобными мыслями она отвлекала себя от растущего напряжения.

 

◊ ◊ ◊

 

— Изображение с камер наблюдения восстановлено!

— Это что, полицейский особый магический штурмовой отряд? Почему полиция нападает на нас?

Командующий операцией лейтенант (на этот раз Цукаса также не несла официальной ответственности за задание) кричал с непониманием на лице.

Особый магический штурмовой отряд, сокращённо SMAT*. Это была организация, собравшая в себе боевых волшебников из полиции, созданная в результате переосмысления того факта, что полиция не смогла адекватно среагировать на инцидент в Йокогаме в позапрошлом году. Решение о создании было принято сразу после инцидента, но после подписания мирного договора с Великим Азиатским Альянсом, со всех сторон посыпались протесты, и в итоге формирование было завершено лишь месяц назад, уже под влиянием инцидента в Хаконе.

[Special Magic Assault Team]

Находясь под прицелом крупных СМИ, обвиняемый новой некоммерческой прессой в «слишком долгом создании», этот отряд, наконец, был сформирован. Однако, несмотря на нападки от этих недальновидных репортёров, моральный дух членов отряда был высок. И основной их особенностью было то, что почти все они были выпускниками додзё Тибы.

Назначенный командиром этой операции лейтенант принадлежал не к тому подразделению, в котором была Цукаса.

Он не был проинформировал о скрытых за этой операцией тайных подробностях. А подробности, лежащие на виду, он не особо понимал. Один лишь факт, что это здание сейчас штурмует SMAT, заставил его сейчас строить разные предположения…

«…Значит, вмешалась та девчонка-сорванец из семьи Тиба?»

С мыслью «как хлопотно…» Цукаса вздохнула. При использовании Сиины в качестве приманки не только ожидалось появление тех двоих (Тацуи и Миюки) из семьи Йоцуба, расчёт также предусматривал вмешательство семьи Саэгуса.

Цукаса знала, что «близняшки Саэгуса» любят Сиину и заботятся о ней. Вот почему она содействовала отъезду главы семьи, Саэгусы Коити, в Киото, на «важную беседу» с «важными людьми».

Как и планировалось, несколько волшебников семьи Саэгуса всё-таки появились. Это значило, что семья Саэгуса сама по себе не вмешивалась в составление стратегии. Если бы только не вмешательство полиции… то есть семьи Тиба.

Несмотря на то, что вмешательство семьи Тиба — это очень значимый фактор, это не являлось настолько серьёзным просчётом, при котором бы возникла фатальная угроза для данной операции.

Но был другой просчёт, заставивший расстаться с изначальным смыслом этой операции.

«Шиба Тацуя не появился… Не клюнул на приманку?»

Главный просчёт был в том, что основная цель так и не появилась.

«Я думала, он будет более своеволен, но он похож на средний класс больше, чем ожидалось»

Из школы, в которой следующая глава семьи Йоцуба является президентом школьного совета, была похищена первоклассница. Цукаса предполагала, что для Тацуи прийти, чтобы её вернуть, будет делом чести.

На основе наблюдений за позавчерашним нападением на школу хороших манер, Цукаса пришла к выводу, что Тацуя обладает абсолютной уверенностью в своей силе. Если он — личность такого типа, то для него честь должна быть превыше всего. Теория Цукасы заключалась в том, что способность пожертвовать своей честью он считает недостатком, равным поражению и присущим лишь детям или старикам.

Однако парень по имени Шиба Тацуя, по-видимому, обладал характером, не зацикленным на этих скучных понятиях чести. Цукаса признала свой просчёт. Она планировала наблюдать, насколько бережно Тацуя будет обращаться с государственными силами в ходе спасения Сиины. Если бы он совсем не считался с жизнями военных, то его планировалось уничтожить, как опасного для страны человека.

Но, к сожалению, у неё не получилось понаблюдать, будет он себя вести враждебно или нет, зная, что противник — силы самообороны.

— Жаль, что обычно всё происходит не так, как хотелось… — Разочарованно пробормотала Цукаса. После чего подошла к командующему лейтенанту.

— Командир-доно.

— Что такое, старшина Тояма?

— Разрешите, как вашему подчиненному, мне отправиться наблюдать за нашим военнопленным.

Термин «военнопленный» имел чёткое определение по военным законам.

Для военных использование слова «военнопленный» в любом условном смысле «пленник» не было редким явлением.

В древности даже захваченные лошади вражеской армии записывались, как «узники войны (военнопленные)»*.

[Снова у автора игра с японским написанием слов. Всего в тексте упоминается 3 разных слова (虜囚, 捕虜, 俘虜). Как видно один из символов у них повторяется. Если брать по отдельности каждый из символов, то он будет иметь значение, связанное с пленом или пленением. Я использовал 3 разных варианта перевода, чтобы показать, что у автора используются разные слова]

Вряд ли лейтенант мог подумать что-то другое, кроме того, что упомянутый Цукасой «военнопленный» — это удерживаемая в этом здании девушка, то есть Сиина.

— Разрешаю.

— Большое спасибо.

Цукаса хотела сначала пойти в комнату Сиины. Но оставаться там она не планировала. С разрешения командира, она планировала отправиться в место, где удерживались «военнопленные» агенты американской армии. Хотя на самом деле они ещё не считались «военнопленными». А то правило, что незаконные агенты не могут считаться «военнопленными», пока сами не признают себя ими, она решила пока не замечать.

 

◊ ◊ ◊

 

— Три минуты до начала штурма.

— Поняла. Оставляю командование на вас.

— Это честь для меня.

Командир отряда SMAT довольно улыбнулся. Когда он ещё ходил в додзё Тибы, он был шефом «Гвардии Эрики». Вспомнив былое по этой улыбке, Эрика смущённо отвернулась.

Там, среди ожидающих штурма, она заметила, что Касуми и Изуми, окруженные группой защищающих их волшебников из семьи Саэгуса, напряжённо смотрят на тот особняк.

Эрика почувствовала, что они не смогут сдвинуться с места, если будут так нервничать, однако быстро передумала, решив, что это нормально.

Она слышала это раньше. У этих двоих это первое настоящее сражение. Хотя был случай противостояния беспомощным активистам, но у них не было возможности встретиться с врагом, обладающим равной огневой мощью.

Даже если они учатся не где-нибудь, а в школе магии, всё равно ученики старшей школы обычно не принимают участие в реальных боях. Только поступив в старшую школу, лезть в зону боевых действий под град из пуль — весьма странно для таких как они.

Эрика вспомнила, что она сама была втянута в беспорядки сразу же после поступления. Тогда она в шутку сказала: «Я думала, старшая школа будет более скучным местом». Теперь она считала, что это не шутка. На этот раз она не сказала это вслух, но задумалась об этом.

Вторгшиеся в школу террористы, внезапная атака армии Великого Азиатского Альянса, Паразиты и Звёзды, волшебники древней магии, ставшие пешками в руках иностранцев. Все эти беспорядки вызвала не она. Но во всё это она была вовлечена.

И то же самое можно было сказать про Тацую. Так думала Эрика.

Когда случается какой-либо крупный инцидент, Тацуя в нём участвует.

Участвует Тацуя, участвует и она. Вместе с Тацуей всегда приходит беда. И в итоге, семья…

— Эрика-сан, что случилось?

— Ничего.

Член отряда SMAT встревоженным голосом спросил Эрику, на что она покачала головой. Это был ещё один, кроме командира, член «Гвардии Эрики».

— Кстати, уже почти время, да?

— Да, ещё 20… 15 секунд.

Ты не проиграешь злому року. Ты станешь сильнее. Но это бесполезно, когда силён только ты. Даже если ты — ангел смерти.

Летом прошлого года один человек был втянут в похожие обстоятельства. Этот человек силён. Поэтому, будучи втянутым, он оставался спокойным.

Когда становишься сильным, начинаешь меньше бояться судьбы. Становишься способным перехитрить ангела смерти, не вызывая трагичного исхода.

Хотя Тацуя и притягивает беды, но он также делает сильнее вовлеченных в это людей. Настолько, что они с улыбкой прорубают себе путь через эти беды.

«Поэтому, Сабуро… стань сильнее. Чтобы даже если твоя подруга детства попала в беду, ты мог с улыбкой прорубить себе путь»

Эрика мысленно обратилась к парню, который выглядел, как мучительно сдерживающий себя, чтобы не сорваться вперёд, рискуя жизнью.

Девочка по имени Мицуя Сиина казалась Эрике родившейся под звездой приключений*. Даже если и не настолько, как Тацуя, но всё равно это было похоже на него.

[Японская идиома 波瀾万丈 в развёрнутом виде означает что-то вроде «иметь бурную, наполненную событиями жизнь». Ну а родиться под такой звездой, видимо, значит, что такая жизнь предопределена судьбой]

Чтобы Сиина не проиграла бедам, которые может призвать, нужно сделать Сабуро сильнее.

Для Эрики тренировка Сабуро была прецедентом. Всё было ради того, чтобы возмездие свершилось.

…Имя соперника, которого Эрика хотела ошеломить этим сюрпризом, было «Судьба».

 

◊ ◊ ◊

 

Сиина повернулась, услышав звук отпирания двери. Это оказалось не её воображением.

— Цукаса-сан.

— Сиина-тян, извини, что задержала тебя дольше, чем ожидалось.

— Нет, в этой комнате было довольно уютно.

— Да? Вот и хорошо. — Цукаса улыбнулась Сиине. В этой улыбке не было никакого чувства вины. — Теперь, когда мы добрались до заключительного этапа учений, тебе надо ещё немного побыть в этой комнате. Произошла небольшая ошибка и график был продлён, но уже скоро в эту комнату прибудут спасатели, и на этом всё закончится.

— Значит, меня уже не будут никуда перемещать?

— Да.

На лице Сиины появилось облегчение. Сиина не сомневалась в словах Цукасы, что она получила разрешение от родителей, просто она думала, что те будут волноваться, если она задержится тут дольше.

— Мне нужно возвращаться на свой пост, поэтому мы на этом попрощаемся.

— А~, хорошо. Спасибо вам за всё.

— Это тебе, Сиина, заранее спасибо за работу.

Сиина не сомневалась в Цукасе до самого конца.

 

◊ ◊ ◊

 

Началось сражение между силами самообороны и полицией, между отделом разведки и SMAT.

Несмотря на то, что это называлось сражением, количество участников с обеих сторон было небольшим.

Полиция, проводя осаду, штурмовала небольшим количеством элитных бойцов. А силы самообороны изначально выделили на это дело немного солдат.

Однако, уровень подготовки к реальному бою был выше именно у сил самообороны. Обе стороны атаковали противника несмертельным оружием, и в этих условиях потери SMAT оказались выше.

— Призыв священного ветра!

— Panzer!

Усилия Лео и Микихико заметно выделялись среди остальных. Микихико управлялся ветряными массами так, будто бы призванный прозрачный ветряной демон кувалдой разносит баррикады, а Лео, в случае прорыва обороны, защищал позиции, окутывая себя бронёй из укрепляющей магии.

— Сиина! Где ты!?

Сабуро кричал, забыв о страхе и собственной безопасности. Из-за этого он оторвался вперёд от Лео и словил магическую атаку от одного из военных волшебников, встречающих их.

Солдат, одетый в камуфляж для городской местности и бронежилет, выполняя манёвр под магией самоускорения, вместе с этим магией движения выстрелил маленьким металлическим шариком.

Получив в живот стальным шаром размером с мяч для настольного тенниса, Сабуро остановился.

Военный волшебник вытащил оглушающую дубинку. В отличие от дубинок, доступных в продаже, эта была боевой моделью, с силой настоящего дробящего оружия.

Приближавшуюся к голове Сабуро дубинку остановил выпад неизвестно откуда взявшегося короткого меча Эрики. Следующим движением она ударила солдата в лицо боковой стороной лезвия.

Это был не сильный удар с размаху, а скорее как удар хлыстом. От удара у солдата не посыпались сломанные зубы, и упал он не в бок, а прямо вниз.

— Сабуро, ты слишком нетерпелив! От этого становишься невнимательным!

— Понял! Извините!

Похоже, со стороны отдела разведки решили, что здесь настал переломный момент. Они сконцентрировали основные силы у лестницы, ведущей на второй этаж.

Уровень магических способностей основных сил был довольно высок. Их магическая сила превосходила SMAT, в котором были собраны волшебники, обладающие лучшей боевой силой среди всей полиции.

— Микихико, ты не чувствуешь, что с этими парнями что-то не так!?

— Возможно, они временно подняли свою магическую силу наркотиками!

Это были ощущения сражающегося своими кулаками Лео и стреляющего магией Микихико.

— Ух, чуть не подбили!

Эрика отбила коротким мечом прилетевший снаряд. До противника оставалось всего несколько метров, и полиция начала испытывать трудности в призыве магии из-за этих «пуль», прилетающих с близкого расстояния.

Начальная скорость этих снарядов была около 200 км/ч. Но радиус поражения был мал, потому что снаряды из лёгкого сплава быстро замедляются. И проникающей способностью они не обладали по той же причине. Поймав такой выстрел на близкой дистанции, можно получить травму уровня перелома, но на отдалении больше 2 метров это будут уже просто синяки и лёгкие ожоги.

Проблема была именно в «ожогах». В момент контакта, ядро снаряда испускало высоковольтный электрический разряд, поражавший даже сквозь одежду.

Другими словами, это был своеобразный беспроводной тазерный пистолет. И сторона сил самообороны, и сторона полиции, были осторожны против таких же представителей властей Японии, как они. Никто не решался использовать атаки, которые могли бы убить противника.

В такой битве, с точки зрения удобства использования, будет показывать своё превосходство оружие, с которым можно не волноваться об убийстве противника. Особенно с той точки зрения, что когда оба противоборствующих лагеря примерно равны по магической силе, то есть вероятность, что исход сражения будет определён в тот момент, когда кто-то сможет преодолеть свою нерешительность.

И этот баланс нарушили две хрупкие девушки, охраняемые группой надёжных товарищей.

— Изуми, наш выход!

— Да, Касуми-тян!

Услышав эти голоса, Эрика, Лео и Микихико отпрыгнули в стороны.

— Три!

— Два!

— Один!

— Пуск!

Обратный отсчёт озвучивался двумя чередующимися голосами. Последний совместный выкрик стал сигналом к активации магии.

В узком пространстве коридора разбушевался неистовый ветер. Предполагалось, что нисходящий ветер просто окружит как врагов, так и союзников, но на деле вышло, что зажатые вместе в узком пространстве, военные и полицейские были плотно атакованы ветром сзади и сбоку. Устоять на ногах под ударом неистового ветра смогли лишь те, кто успел моментально поднять магические воздухонепроницаемые барьеры.

«Азотный Шторм».

Гипоксия, вызванная воздействием воздуха с заметно повышенной концентрацией азота, нейтрализовала часть боевых волшебников.

— Следующий шаг! — Крикнула Касуми. Составная магия «близняшек Саэгуса» представляла собой такой процесс, когда для вызова одной магии распределяются роли для построения последовательности магии и управления силой вмешательства в событие. Хотя их возможности в магии были абсолютно равны, чаще всего за построение последовательности магии отвечала Изуми, а за управление силой вмешательства в событие — Касуми. А также сейчас Касуми имела право решать, какой тип магии будет использоваться дальше.

Выбор Касуми пал на магию «Сухая буря». Эта магия собрала углекислый газ из воздуха, вытесненного Азотным штормом в центр помещения, создала град из сухого льда и отправила его во врага. Воздухонепроницаемые щиты, предназначенные для защиты от газов, защитить от твёрдого сухого льда не смогли.

Таким образом, на текущий момент, все солдаты сил самообороны из числа оборонявших данную точку, оказались повержены.

— Касуми-тян!

— Я знаю!

Магия, о которой просила Изуми, и которая была, наконец, вызвана, называлась «Кислородная камера». В переводе с английского эта «камера» значила «закрытое помещение, капсула с кислородом». Это была магия для лечения гипоксии с помощью создания зоны с повышенной концентрацией кислорода.

— Йошида-сэмпай, Сайдзё-сэмпай, пожалуйста, позаботьтесь о связывании врага!

Полицейские, попавшие под «Азотный Шторм», начали приходить в себя и подниматься.

А Лео, Микихико и не попавшие в зону поражения полицейские начали связывать лежащих без сознания солдат сил самообороны, которым не досталось целебное благо «Кислородной камеры».

— Что… случилось?

Оправившийся от полуобморочного состояния Сабуро, пошатываясь, подковылял к Эрике.

— Уваа, этим двоим дерзости не занимать~

— Что?

— Ничего. — Невольно высказав свои мысли про укравших самое вкусное близняшек, Эрика ответила переспросившему Сабуро. — Ладно, отправляемся за Сииной.

Оставив устранение последствий сражения полиции, Эрика и Сабуро пошли на второй этаж.

Рядом со входом в комнату, в которой, похоже, держали Сиину, стояла женщина-солдат. Эрика направила на неё меч. За мгновение до того, как она активировала магию самоускорения, женщина-солдат бросила на пол оружие со встроенным CAD и подняла руки.

— …Сдаёшься, что ли?

Эрика не думала, что ей ответят.

— Да, я сдаюсь. — Однако эта женщина-солдат легко подтвердила слова Эрики. — С моей капитуляцией, эти учения завершаются победой спасающей стороны.

— Что? Учения?

Ни Эрика, ни Сабуро не смогли сразу понять значение этих слов. Женщина-солдат открыла замок и распахнула дверь.

Всё ещё не понимая происходящее, до того как разум осознал ситуацию, тело Сабуро само вошло в комнату в поисках Сиины.

Войдя внутрь, Сабуро осмотрел комнату. Он услышал голос Сиины раньше, чем он успел её заметить.

— Сабуро-кун!?

— Сиина!

Сабуро быстро зашагал вперёд, но тут же внезапно остановился. Его тело бездумно пыталось обнять Сиину. Но силой воли он смог сдержать себя. Сразу остановиться у него не получилось, и по инерции он подскочил ближе.

— Сабуро-кун, что ты здесь делаешь? — Спросила Сиина, смотря на подбежавшего к ней Сабуро широко раскрытыми глазами, не скрывая удивления.

— Я пришёл на помощь! Сиина, ты не ранена? С тобой не делали ничего плохого?

— На помощь? Зачем? — В её вопросе слышалось, что она искренне удивлена. Но для Сабуро, эта реакция Сиины казалась ещё более невероятной.

— Неужели… промывание мозгов…?

— Эмм, я действительно не понимаю, о чём ты говоришь, Сабуро-кун. Я ведь всего лишь помогала в учениях сил самообороны?

Сабуро рассеянно открыл рот.

— Учениях…?

Пробормотав вслух услышанное, он продолжил стоять с открытым ртом.

Эрика повернулась к женщине-солдату, которая снова подняла руки после того, как открыла дверь.

— Можете ли вы объяснить, что тут происходит?

Эрика направила на неё не только свой меч, но и острый взгляд.

— Это допрос военнопленного? — Ответила женщина-солдат спокойным голосом.

— Верно!

— В таком случае, опустите меч, пожалуйста. Запугивание военнопленных путём намёков на нанесение физического вреда запрещено военными законами.

— Ах ты! — Невольно вырвалось у Эрики, но, взглянув в глаза женщине-солдату, она, цокнув языком, опустила меч.

— Так сойдёт?

— Тогда мне можно опустить руки?

— …Хорошо.

Женщина-солдат опустила руки и приняла позу по стойке «вольно».

— Темой этих учений было спасение важной персоны. Мы были разделены на спасающую и обороняющуюся стороны. Изначально, чтобы победить, спасающей стороне нужно было вызволить играющего роль важной персоны гражданского из этого особняка и доставить его в определённое место до 18:00 сегодняшнего дня. Однако, из-за некоторых проблем, возникших у спасающей стороны, условия были изменены так, что победа будет достигнута в момент достижения спасающей стороной этой комнаты.

Свободную от меча левую руку Эрика положила себе на голову.

— Что это значит? Хотите сказать, что Сиина — и есть та «важная персона»?

— Подтверждаю. Мицуя-сама сотрудничает с нами со вчерашнего дня.

— …Но мы не из сил самообороны.

— Мы уже догадались. Но, поскольку не было уведомления о прерывании учений, мы продолжили их с вами в роли спасающей стороны.

— ~~~~!

Не скрывая раздражения, Эрика взъерошила свои волосы.

— …Можете идти. Я не враг силам самообороны, поэтому не считаю вас военнопленным.

— Благодарю, всего доброго.

Женщина-солдат отдала честь Эрике и быстрым шагом отправилась прочь по коридору. Она не стала забирать оружие, видимо для того, чтобы показать, что с её стороны действительно нет враждебности.

— Нет, ну, правда… это был неожиданный поворот. — Угрюмо пробормотала Эрика.

— Сиина… То, что она сейчас рассказала, — это правда? — Спросил Сабуро Сиину всё ещё не верящим голосом.

— Ты про учения? Это правда. Меня попросила Цукаса-сан, и я помогала военным.

— Цукаса-сан?

— Тояма Цукаса-сан. Она — старшина из отдела разведки сил самообороны. Сабуро-кун, ты что, не встречал её? Она часто приходит в Третью лабораторию.

— …Впервые слышу.

— Важнее другое! — С выражением на лице, будто она «осознала что-то важное», Сиина внезапно подскочила ближе к Сабуро. — Почему ты вмешался в военные учения!? Тебя могли серьёзно ранить! К тому же, что ты будешь делать, если тебя арестуют, обвинив в препятствовании официальным государственным делам?

— Мы не препятствовали выполнению государственных дел. — Сказала стоящая рядом с ними Эрика.

— Тиба-сэмпай…

Сиина вспомнила, что здесь присутствовала третья сторона и покраснела от стыда.

— Даже для сил самообороны недопустимо устраивать такие беспорядки в черте города. Поскольку не было официального запроса на проведение учений, то кого арестует полиция, так это тех ребят.

— Ах… Но разве такое же суждение не применимо и к сэмпаю, которая тоже участвовала в беспорядках?

— Нет, потому что мы здесь в сотрудничестве с полицией. Кстати, Мицуя-сан, похоже, ты меня знаешь?

Сотрудничество с полицией не является причиной тому, что можно бегать по городу, размахивая оружием, однако на безразличном лице Эрики не было ни капли чувства вины. И тут она внезапно осознала, что, фактически, это её с Сииной первая встреча.

— Пожалуйста, называйте меня без «сан». И, если это возможно, я была бы рада, если бы вы назвали меня Сииной. …Тиба-сэмпай хорошо известна среди первоклассников.

— Ясно. Тогда, Сиина. Я не пытаюсь защитить Сабуро, но думаю, что тебе не стоит так опрометчиво его ругать. Ведь он думал, что Сиину похитили.

— Э-э? — Сиина окаменела. Через несколько секунд она очнулась, повернулась к Сабуро и спросила: — Это правда?

— Да! Кроме Тибы-сэмпай, пришли ещё Касуми-сан и Изуми-сан. Мицуи-сэмпай и Китаяма-сэмпай тоже очень беспокоились… Это был большой переполох.

— Как же так… Ведь Цукаса-сан говорила, что расскажет всем, кому надо.

— Я не говорю, что Сиина виновата. Но в любом случае, стоило бы заранее об этом рассказать.

— Ауу… — Сиина взвыла тоненьким голоском, когда осознала сказанное. …Независимо от того, насколько мило это смотрелось, Эрика не обладала повадками «старшей сестрицы»* из женской школы, которая любит «младших сестричек», поэтому странной атмосферы не возникло.

[Насколько я понял, имеется в виду японская манера называть «онээ-самой» (старшей сестрой) не являющихся родственниками девушек старше себя, которых очень уважаешь]

— Но за то, что о тебе так беспокоились, тебе следует должным образом извиниться.

— Да. Тиба-сэмпай, я очень-очень сильно извиняюсь.

Сиина искренне поклонилась. Но Эрика совершенно не злилась.

— …Нет, не передо мной. А перед Хонокой, Шизуку, Изуми и другими.

— Хорошо, я поняла.

— …Это будет довольно трудно. — Прошептала Эрика.

Тут не было такого чувства естественности, как у Мизуки. Сиина казалась слишком непонятной, что для Эрики это было довольно трудно. К счастью, Сиина не услышала шёпот Эрики.

— Поговорим о другом.

— Хорошо.

— Сиина, раньше ты упомянула «отдел разведки»?

— Да, насколько я поняла, Цукаса-сан работает в подразделении контрразведки отдела разведки национальных сил самообороны.

«С этим что-то не так?», — с таким вопросом во взгляде Сиина посмотрела на Эрику.

— Отдел разведки, хм… Нет, я не имею в виду ничего такого.

Эрика подумала, что это может быть предрассудком по отношению к отделу разведки. Но она не могла отрицать привкус недосказанности в этой сомнительной истории.

Оставить комментарий