Том 25. Глава 4

Опция "Закладки" ()

Первую школу и ближайшую к ней станцию соединяла прямая дорога. Хотя у неё было ответвление, но можно сказать, что, фактически, основная дорога была только одна.

Большинство учеников Первой школы ходили в школу и из школы именно по этой дороге. Исключением были только ученики, проживающие в нескольких минутах ходьбы от школы.

Вторник, 11 июня, утро. На вышеупомянутом пешеходном маршруте поднялся шум от разговоров учеников. Потому что всем известная президент школьного совета Шиба Миюки шла довольно близко с одним учеником мужского пола.

И этот ученик был так же знаменит, как и президент школьного совета. А с точки зрения известности в обществе, он был намного более знаменит.

Имя этого ученика — Шиба Тацуя.

Это было возвращение после долгого отсутствия.

 

— Тацуя-сан!

От ворот на территорию Первой школы до её главного здания вела прямая аллея. Сразу после того, как Тацуя ступил на эту дорогу, спереди его окликнул голос.

Среди идущих в школу учеников появилась фигура, идущая в противоположном направлении, и она была не одна.

— Тацуя-сан, тебе уже можно вернуться!?

У знающих обстоятельства людей были взгляды, означающие «с ней ничего не поделаешь…», а незнающие обстоятельства ученики смотрели на это с любопытством. Хонока, не обращая на всех них внимания, подбежала к Тацуе.

— Да. С сегодняшнего дня снова позаботьтесь обо мне. — С кривой улыбкой на лице Тацуя ответил Хоноке, стараясь не вызывать беспокойства. Он спокойно подошёл к Хоноке и посмотрел ей за спину.

Шизуку, стоящая позади Хоноки, со смущенным лицом поздоровалась с ним взглядом.

А ещё у неё за спиной с радостными лицами стояли Эрика, Лео, Микихико и Мизуки. Эрика, заметившая взгляд Тацуи, слегка помахала ему рукой.

Тацуя продолжил идти в сторону школьного здания с Миюки слева от него, и с пристроившейся справа Хонокой.

 

Вход для курса магической инженерии был со стороны входа второго потока. Это было связано с тем, что классы от A до D и от E до H имели отдельные входы, а структуру школьного здания изменить уже нельзя.

Разделившись с Миюки, Хонокой, Шизуку и Микихико, Тацуя отправился к своей классной комнате вместе с Эрикой, Лео и Мизуки.

Давно он не был в кабинете класса 3E. Хотя Эрика и Лео были в классе F, они тоже зашли в класс E.

— Парту оставили.

Подойдя к своему месту у окна, Тацуя выдал свои впечатления, которые были не сарказмом, а вполне бесхитростными чувствами. Эрика и остальные ничего не сказали, а лишь натянуто улыбнулись.

Мизуки села на своё место, находящееся сбоку от места Тацуи, и развернулась к нему лицом.

— Учитывая твой проект термоядерного реактора, тебе нормально быть сейчас здесь?

— Разумеется, я буду им занят. Поэтому приходить в школу каждый день будет сложно.

Лицо Мизуки немного погрустнело, когда она услышала ответ Тацуи. Однако она быстро спрятала это за улыбкой.

— Понятно. Но я рада, что ты будешь приходить хоть иногда.

После слов Мизуки, просунувшаяся через окно в коридор Эрика закивала, приговаривая: «Ага-ага».

— Даже если ты будешь лишь «эскортом» Миюки, и будешь уходить сразу как пришёл, это будет нормально. В самом деле, если Тацуи-куна совсем нет, то остаётся какое-то чувство неудовлетворённости.

— «Эскорт» Миюки?

Тацуя не смог удержаться от кривой улыбки, услышав слова Эрики, полностью игнорирующие смысл посещения школы.

Но то, что сказала Эрика, было неожиданно верным.

— Кстати Тацуя, у Сакурай всё совсем плохо?

Лео обеспокоился отсутствием Минами, потому что она была кохаем из клуба.

— Врач говорит, что осложнений не должно остаться. Но это займёт немного времени.

— Ясно…

Лео беспокоился о состоянии Минами, а у самого Тацуи было не только это беспокойство.

Разумеется, само желание полного выздоровления не было ложью. Но одновременно с этим Тацую заботил вопрос, что делать с охраной Миюки.

Вчера она шла в школу и из школы одна. Довольно редко можно встретить человека, который сможет навредить Миюки, будь то волшебник или не-волшебник. К тому же, Тацуя может защитить Миюки, даже когда его нет рядом.

Однако также существуют проблемы, которых можно избежать, только имея помощника рядом. Даже для семьи Йоцуба будет сложно отправить людей на территорию школы. Нет, возможно, получится отправить своего человека в персонал школы, но невозможно так быстро подготовить ученика, который будет всегда рядом. А о том, чтобы быть эскортом лишь во время походов в школу и из школы, Тацуя раздумывал ещё до того, как это озвучила Эрика.

 

◊ ◊ ◊

 

Тацуя вернулся (?) в Первую школу не потому, что связанные с «Проектом Диона» волнения успокоились. На прошлой неделе Тацуя начал контрмеры, поэтому шумиха была, наоборот, разогрета.

А то, что вокруг Первой школы больше не толпились журналисты, было последствием того инцидента со стрельбой из пистолета.

Поскольку личность «Тауруса Сильвера» уже была раскрыта, им не нужно было рисковать жизнью ради сбора информации.

Сейчас казалось, что волнения, начавшись в ближайшем окружении Тацуи, распространились до мирового масштаба. Среди четырёх крупнейших государств, Новый Советский Союз занял сторону помощи «Проекту Диона», а Индо-Персийский Союз, хоть и не сделал официального заявления от правительства, но явно демонстрировал позицию поддержки «Проекта ESCAPES» Тацуи.

Великий Азиатский Альянс пока не раскрыл свою позицию.

Среди остальных стран: в Европе, в основном, поддерживают «Проект Диона»; страны от Западной Азии до Юго-Восточной Азии поддерживают «Проект ESCAPES»; Бразилия и Австралия, как и Великий Азиатский Альянс, не раскрывают своё отношение.

Тот факт, что оба «лагеря» публично не демонстрируют враждебное отношение, делает ситуацию довольно запутанной. Всё дело в том, что оба проекта, и «Диона», и «ESCAPES» совпадают с точки зрения мирного использования магии. И оба проекта не несут в себе принципиальную позицию, что противник должен быть вытеснен. Судя по опубликованным материалам, осуществление «Проекта Диона» не сделает невозможным продвижение «Проекта ESCAPES», и наоборот. Есть только одна проблема: одни и те же волшебники не смогут участвовать в двух проектах одновременно.

С признанием того, что эти 2 проекта могут сосуществовать, развернувшаяся война пропаганды между Тацуей и Кларком продвигалась вперёд с перевесом на сторону Тацуи. Это было не превосходство интеллекта Тацуи над Кларком, а было связано с преимуществом «запоздавшего ответа*». Эта война не была соревнованием, где есть судья. Будь то опаздывание или мошенничество, важна только победа.

[Пояснение из толкового словаря для использованного слова: «подождать и увидеть ход противника, перед тем, как сделать свой ход (например, в камень-ножницы-бумага посмотреть, что покажет соперник, прежде чем показать свой ответ)».]

И отставший в битве аргументов Эдвард Кларк надеялся пойти обходным путём, используя политическое влияние.

 

◊ ◊ ◊

 

В то время, когда в Первой школе уже шёл первый урок, управляющая бригадой 1-0-1 сил самообороны, генерал-лейтенант Саэки Хироми посетила офисное здание Министерства Обороны. Здесь также располагался объединённый штаб флота Японии, но целью её сегодняшнего визита была гражданская секция.

Саэки вернулась на базу ещё до полудня. Зайдя в свой кабинет командира, она вызвала Казаму.

— …Тацую, то есть, господина Шибу Тацую…

— Не нужно исправляться, подполковник.

Так перебивать чужую речь было не похоже на обычную Саэки. Она даже не пыталась скрыть своё плохое настроение.

Казаму это не озадачивало, а, скорее, веселило, и он был вынужден прикладывать большие усилия, чтобы сдерживаться от улыбки.

— …Прошу прощения. Значит, вам приказали убедить Тацую принять участие в «Проекте Диона»?

— Начальник отдела Министерства Иностранных Дел не имеет полномочий отдавать мне приказы.

В конференц-зале Министерства Обороны Саэки встречалась с начальником подразделения Министерства Иностранных Дел по вопросам Северной Америки. Как и сказала Саэки, Министерство Иностранных Дел не имеет полномочий отдавать приказы Силам Самообороны. Всё, сказанное в конференц-зале, было в виде просьбы. Но слова, сказанные в присутствии секретаря Министерства Обороны, фактически, были принуждением, или, другими словами, приказом.

Военные не любят, когда нарушают их систему командования. А у офицеров такое проявляется ещё сильнее, и Саэки не была исключением. Её плохое настроение в значительной степени объяснялось именно этим.

— Эта просьба была озвучена именно Вашему превосходительству, потому что Тацуя — это особый офицер Оогуро Рууя?

— Похоже на то.

Казама вздохнул, не скрывая это от Саэки, сделавшей недовольное лицо.

— Похоже, что бюрократы не очень хорошо знают, за какие качества Тацуе было назначено звание «особый офицер*».

[В оригинале у этого звания 2 написания, сокращённое и полное. Полное (特務士官) дословно значит примерно «офицер, исполняющий особые обязанности». В данном случае было упомянуто именно полное. А короткое было сделано по аналогии с двухсимвольными японскими воинскими званиями: 特尉 — особый офицер, 大尉 — капитан, 中尉 — старший лейтенант.]

— Статус особого офицера Оогуро в определённом смысле вне закона. Ничего удивительного, что офисные клерки не знают о нём.

Как и сказала Саэки, в нынешних силах самообороны не существовало такого звания, как «особый офицер». Для начала, если смотреть с исторической точки зрения, то называть Тацую «особым офицером» неправильно. Более уместно было бы, если бы его называли «ополченцем, получившим отношение как к офицеру, приписанному к регулярной армии на обычных условиях, а не временно». Поскольку для этого понятия не было соответствующего термина, то для удобства его просто называли «особым офицером».

Поэтому те, кто не знал реальной ситуации, исходя из изначального смысла понятия «офицер с особыми обязанностями», воспринимали Тацую, как обычного солдата.

— Я думаю, они должны это знать, потому что они являются офисными работниками, находящимися под юрисдикцией официальной правовой системы.

Легальные проблемы решались самими силами самообороны, но эта проблема была «нелегальна». В существующей системе необходимо получение согласия бюрократов, поэтому невозможно будет оправдаться небрежностью сотрудников Министерства Обороны, сказав, что они не знали.

— В этом вы правы, подполковник, но сейчас у нас есть другие проблемы.

— Прошу прощения. Проблемы заключаются в том, сможем ли мы убедить Тацую и должны ли вообще убеждать. Не так ли?

Извинившись, что отклонился от темы, Казама перечислил 2 проблемы.

— Верно.

Саэки кивнула ему.

— Прежде всего, понимают ли Министерство Обороны и Министерство Иностранных Дел, что Тацуя является оператором «Взрыва Материи»?

— Исходя из ощущений сегодняшнего разговора, до них это не дошло.

— Понятно. Если это так, то я могу понять, почему они отдали настолько абсурдный приказ.

Тацуя был величайшей магической военной силой, которой обладала Япония. Нет, не только магической, величайшей из всех возможных сил. Джокер, в одиночку меняющий весь мировой военный баланс, пятый туз, создающий сильнейшую руку*.

[Терминология покера. «Рука» — это комбинация из 5 карт, полученная на руки.]

Хотя использование такой проблемной личности, как «джокер», может запрещаться правилами, но в этом мире его использование не запретить. И расстаться с ним никто в здравом уме не захочет. Если они будут знать, что Тацуя — сильнейший волшебник Стратегического класса, они не будут даже думать о его присоединении к «Проекту Диона».

— Тогда как насчёт регистрации Тацуи как 14-го «Апостола»?

На лице Саэки всплыло удивление. Но молчаливая пауза продлилась недолго.

— …А это неплохая идея.

— Ваше превосходительство?

На этот раз пришёл черёд Казамы удивляться. Потому что он просто пошутил.

— Если ситуация ухудшится ещё сильнее, то, возможно, нам придётся рассмотреть этот вариант. Если станет очевидно, что он — волшебник Стратегического класса, то чиновники перестанут утверждать, что его нужно передать в СШСА.

— Это так, но…

— Ну, это зависит от того, как будет развиваться ситуация. Будем разбираться с проблемами по мере их появления.

Сказав это, Саэки сделала уставшее лицо.

— А если временно отставить вопрос, правильно это или нет, подполковник Казама, как вы думаете, вы бы смогли уговорить Шибу-куна?

— Это невозможно.

Он бы не смог посоветовать Тацуе поехать в Америку, даже если бы это было возможно. Поэтому Казама моментально ответил, что сами попытки убеждения бесполезны.

— К тому же, я не могу сказать, что сейчас у Тацуи с нами хорошие отношения. А моя собственная ошибка, когда на днях нас поймали за скрытой видеосъёмкой, только добавила лишних подозрений.

— Это дело было и ошибкой моих расчётов тоже. В любом случае, если мы будем пытаться убедить, то успеха можно не ждать, а наоборот, в результате это только ухудшит наши с ним отношения.

— Я тоже так считаю.

У Саэки не было возражений против суждений Казамы.

— Тогда, как вы думаете, сможем ли мы завоевать благосклонность Шибы-куна, отклонив требование Министерства Иностранных Дел?

— Хмм… Кто знает…

С другой стороны, Казама не выразил согласия с идеей Саэки.

— Что бы мы ни делали, Тацуя не примет участие в «Проекте Диона». Не думаю, что он будет как-то особо благодарен. Не будет ли лучшим выбором вообще ничего не делать?

— Понятно…

Саэки посмотрела вниз на свои руки и задумалась. Казама стоял неподвижно перед её столом и ждал, что она скажет.

— Я последую вашему совету.

— То есть, не будете ничего делать?

— Да. Требование Министерства Иностранных Дел было озвучено не в надлежащей форме, а неофициально. Не будет проблем, если пренебречь им.

Казама решил, что хоть Саэки и сказала так, но она наверняка с самого начала планировала проигнорировать просьбу Министерства Иностранных Дел. Его она вызвала, чтобы спросить мнение, можно ли извлечь из этого дела выгоду, заслужив благодарность Тацуи. По крайней мере, так это понял Казама.

— Подполковник, спасибо за помощь, вы свободны.

— Есть. Прошу прощения.

Казама вышел из кабинета командира.

Сначала Казама подумал, что надо рассказать Тацуе, но быстро отказался от этой идеи.

Замыслы Министерства Иностранных Дел или Сил Самообороны для Тацуи не имеют значения. Это не может стать материалом для восстановления отношений.

Вместо этого нужно было подтвердить мнение Тацуи о регистрации четырнадцатым «Апостолом», так как разговор об этом мог стать реальностью в любой момент.

Тацуя уже получил нежелательную для него известность как Таурус Сильвер. Такими темпами его появление на виду у всех неизбежно. Но для Казамы было очевидно, что если спросить у Тацуи, хочет ли он стать официально признанным волшебником Стратегического класса, то ответ будет «Нет». Это не очень хорошая идея, которая может ухудшить его настроение, если допустить ошибку.

…Казама всерьёз обеспокоился, что отношения с Тацуей стали настолько отчуждёнными, что ему приходится думать о таких вещах.

 

◊ ◊ ◊

 

Не только Министерство Иностранных Дел металось между Тацуей и Эдвардом Кларком.

Министерство Промышленности страдало от давления, исходящего из офиса лидера правящей партии, являющегося по совместительству министром. Некогда Министерство Промышленности называлось Министерством Международной Торговли и Промышленности, но, хоть название и сменилось, но внешняя торговля всё ещё находилась под их юрисдикцией. СШСА и в эту эпоху были одним из важнейших торговых партнёров, поэтому бюрократы из Министерства Промышленности хотели, чтобы разногласий в торговле было как можно меньше. Для них ссора одного единственного гражданского с СШСА была не шуточным делом, и они серьёзно хотели, чтобы Тацуя как можно скорее отправился в Америку.

Однако сегодня утром из кабинета министра был подан запрос о законодательных мерах, необходимых для осуществления «проекта энергетического завода с магическим Звёздным реактором». Другими словами, это означало, что они должны будут рассмотреть другой путь, означающий неучастие в «Проекте Диона» СШСА.

Поскольку ни «Проект Диона», ни проект завода с магическим Звёздным реактором не были правительственными муниципальными предприятиями, то самой Японии не нужно было заботиться, присоединяться к ним или нет. Даже в Новом Советском Союзе, который показал себя самым сотрудничающим, заявление о сотрудничестве поступило не от правительства, а от Академии. Если сейчас правительство не будет ничего делать, то на данном этапе СШСА не смогут ни в чём их обвинить.

С другой стороны, проект завода — это внутреннее дело Японии, поэтому можно сказать, что роль Министерства Промышленности заключается в рассмотрении его правовых аспектов. Но запрос из кабинета министра оказывал давление, потому что требовал «поддержать проект», не обращая внимания ни на что.

Задавшись вопросом «почему это произошло», Министерство Промышленности провело расследование. В кабинет министра были отправлены запросы от множества групп компаний, являющихся большим источником денежных средств правящей партии.

Было немало бизнесменов, выступающих против проекта завода, который с высокой вероятностью ухудшит отношения с СШСА. Поэтому реальным опасением Министерства Промышленности было то, что объявленный простым школьником проект может вскоре разделить деловой мир на два лагеря.

«Откуда у него такие связи», «как он уговорил этих стариков из руководства». Примерно такими вопросами были озадачены сотрудники Министерства Промышленности.

 

◊ ◊ ◊

 

Тацуя не покидал классную комнату, пока не закончилась утренняя половина уроков. На третьем году обучения возросло  количество специализированных предметов, связанных с магией. Но это не значит, что количество предметов общего курса стало равным нулю. Тацуя сконцентрировался на лекциях общего курса, пропущенных во время его отсутствия, изучая их с утроенной скоростью.

Тацуя не думал, что сможет наверстать упущенное даже за весь сегодняшний день, а не только за полдня. Когда наступил обеденный перерыв, он встал, чтобы пойти перекусить.

— Тацуя-сан, ты обе…

— Шиба-кун.

Голос сидящей рядом Мизуки, спросившей «ты обедать?», был перекрыт мальчишеским голосом.

Это был голос Томицуки.

— Мизуки, иди в столовую первой, я догоню. — Ответил Тацуя Мизуки, после чего повернулся к Томицуке.

— Томицука, тебе что-то нужно?

— …Я бы хотел кое о чём поговорить. — Немного поколебавшись, ответил Томицука, сделав настойчивое лицо.

— Этот разговор займёт много времени?

В контраст Томицуке, Тацуя особым энтузиазмом не пылал.

— Возможно.

— А нельзя ли после школы?

Но он всё же показал, что готов выслушать.

— Хотелось бы поскорее.

— Но это ведь будет долгий разговор?

— Это так… но…

Томицука не мог решиться сказать.

— Чего так разважничался? Уж и поговорить с ним нельзя.

В этот момент в разговор вмешался истеричный голос.

— Хиракава-сан…?

Хиракава Чиаки прожигала взглядом Тацую. Но смутился от этого не Тацуя, а Томицука.

— Говорить такое…! Разве Тацуя-сан сказал, что не выслушает!?

Мизуки, оставшаяся здесь, хотя ей сказали идти в столовую, возразила на слова Чиаки.

Это могло перерасти в ссору между школьницами на пустом месте, поэтому Тацуя заблаговременно остановил это фразой «прекрати, Мизуки».

— Мизуки. Извини, но сегодняшний обеденный перерыв я потрачу на разговор с Томицукой. Передай это, пожалуйста, остальным.

— …Хорошо.

Мизуки, пытаясь спрятать недовольное лицо, поклонилась Тацуе и вышла из класса.

— Томицука, где будем говорить?

— Э-э, давай на крыше?

Тацуя слегка приподнял брови, потому что на крыше их могут услышать другие ученики.

— Понял.

Но раз Томицуку это устраивало, то Тацуе было всё равно.

— Хиракава-сан, спасибо.

Томицука тихо сказал это Чиаки, отвернувшейся и сидящей, уперев голову в кулак. После этого он погнался за быстро вышедшим из класса Тацуей.

 

Вопреки ожиданиям Тацуи, на крыше было безлюдно. В Токио неделю назад начался сезон дождей, и сегодня небо тоже было затянуто облаками, выглядящими так, что в любой момент может пойти дождь. Поэтому отсутствие учеников, желающих пообедать на крыше, выглядело вполне естественным.

На крыше были скамейки, но ни Тацуя, ни Томицука не сели. Они встали лицом друг к другу.

— Итак, о чём ты хотел со мной поговорить? — Начал разговор Тацуя.

— …На днях у моей матери случился приступ.

— Я слышал от Миюки о том, что председатель Магической Ассоциации Томицука Хисуи госпитализирована. Соболезную.

На лице Томицуки появилось возмущение тем, что Тацуя говорит об этом как о чужом деле.

— Однако это дело между Министерством Иностранных Дел и председателем Магической Ассоциации. Жаловаться на это мне — не совсем правильно.

Тацуя заметил выражение лица Томицуки, но совершенно не собирался относиться к нему снисходительно.

— Я не говорил ничего такого! — Гневно высказался Томицука в ответ на бесчувственные слова Тацуи.

— В том, чтобы драться с девушкой младше себя, тоже «ничего такого»?

Томицука дрогнул от этого слишком язвительного сарказма Тацуи.

Впервые с момента прихода сюда Томицука заметил, что глаза Тацуи наполнены холодным гневом.

— Итак, Томицука. Ты хочешь сказать, что твоё дело ко мне заключается в том, что меня нужно принести в жертву, чтобы избавить председателя Магической Ассоциации от забот?

— Почему сразу в жертву!

— Но ты же хочешь выгнать меня в СШСА?

— Выгнать…?

Язвительность голоса Тацуи превысила ожидания Томицуки.

— Я… думаю, что тот проект действительно поможет волшебникам…

— Томицука. Ты что, не понимаешь истинную цель «Проекта Диона»?

На этот раз голос Тацуи был слегка раздражённым.

Не понимая, почему Тацуя это спросил, Томицука растерялся, забыв о своём гневе к хладнокровному поведению Тацуи.

— Истинную цель…?

— Истинная цель «Проекта Диона» — изгнать волшебников с Земли и привязать их к поясу астероидов и орбитам Юпитера и Венеры.

— …Что?

— Волшебники будут размещены на спутниковых орбитах вокруг Венеры и Юпитера, и по большей части это касается волшебников СШСА, Нового Советского Союза и Британии. Если бы я тоже принял участие в «Проекте Диона», то прошло бы не менее 10 лет, прежде чем я бы смог вернуться с орбиты Юпитера. Это как ссылка на всю жизнь.

Саркастический намёк Тацуи, что это не «ссылка на остров», а «ссылка к звёздам*», не был понят Томицукой.

[В японском выражение «отправить в ссылку» дословно пишется «сослать на остров». Автор во втором случае поменял «остров» на «звезда». Я не знаю, как это понимать, возможно, отсылка куда-то.]

— Неужели всё настолько… Шиба-кун, не преувеличиваешь ли ты…?

— Я не собираюсь заставлять тебя принимать за правду то, что я сказал. Прочитай ещё раз опубликованные материалы. Продолжим разговор после этого. — Сказал Тацуя и повернулся к Томицуке спиной. Сзади не послышалось просьбы остановиться.

Даже если Томицука будет считать «Проект Диона» полезным, если он снова подойдёт к Тацуе, тот не собирается отвечать на его убеждения.

Он не примет участия в «Проекте Диона».

Он не отправится в космос, оставив Миюки на Земле.

Он никуда не отправится, бросив Миюки.

Этот его принцип никто не сможет изменить.

Тацуя сейчас просто завоёвывал себе лишнее время. Но его желание, чтобы Томицука сам заметил скрытый злой умысел в «Проекте Диона» тоже не было ложью с его стороны.

 

Томицука, провожающий ошеломлённым взглядом удаляющуюся фигуру Тацуи, так и стоял, как вкопанный, пока Тацуя не пропал из виду.

— …Что всё это значит? — Пробормотал Томицука, когда пришёл в себя от ощущения падающих дождевых капель.

— Истинная цель? Ссылка в космос? Хах, прямо теория заговора какая-то. — Насмешливо высказал он вслух. Но независимо от того, насколько он это отрицал, слова Тацуи засели глубоко в его разуме.

Дождь усилился.

Или Томицука был не прочь промокнуть под дождём, или не замечал его. Он продолжал неподвижно стоять на крыше.

— Я не слышал ничего подобного. Никто ничего такого не говорил.

Никто из его окружения действительно не говорил об этом. ТВ-программа, которую он смотрел, тоже не вызывала такого мнения. Не было ничего подобного.

Неважно, насколько далеко продвинулся прогресс информатизации, объём информации, который может усвоить один человек, ограничен. В конце концов, собственное мышление становится основой.

— Истинная цель, говоришь? Ты преувеличиваешь. А ссылку в космос не разрешит общественное мнение.

Тем не менее, даже так называемое «собственное мышление» человека не создаётся лишь им самим. Оно формируется под влиянием информации, полученной этим человеком.

У Тацуи и Томицуки были слишком разные опыт, полученная информация и накопленные размышления. Они не превосходили друг друга, они просто были совершенно разной природы. Выводы, озвученные Тацуей, Томицуке было очень сложно воспринять. Вероятно, из-за того, что Томицука был более нормален. Большинство людей, скорее всего, сейчас разделяли с ним это несогласие.

 

◊ ◊ ◊

 

После неудачной атаки на плоскогорье Идзу, Эдвард Кларк много раз пытался дозвониться до Безобразова, но так и не смог его застать.

— Вам так и не удалось связаться с доктором Безобразовым?

— Да, сэр Уильям.

Кларк сейчас разговаривал по телефону с Маклаудом, находящимся в Британии. В Лос-Анджелесе, где находился Кларк, было за полночь, в Лондоне, где находился Маклауд, было раннее утро. Не зная, где сейчас Безобразов, в Москве, или на Дальнем Востоке, Кларк не знал, какое время лучше подобрать.

— К сожалению, доктор Безобразов, похоже, отказывается контактировать с нами.

— Ничего не поделаешь… Доктор относится к Востоку, который враждует с нами. Мы с ним живём на одной планете, но в разных мирах. Доктора Безобразова, решившего сделать всё по-своему, с самого начала нельзя было контролировать.

— Если это так, то это значит, что Безобразов замышляет повторную атаку?

Используемое Кларком обращение сменилось с «доктор Безобразов» на просто «Безобразов».

— Думаю, да. Он будет всеми своими силами стремиться предать забвению магию преобразования массы в энергию.

— Если бы он только немного подождал…

Кларк неосознанно взъерошил свои волосы.

— Сэр Уильям… Есть ли надежда, что он преуспеет?

— Думаю, надежда есть. Но это 50 на 50. В прошлый раз казалось, что мы загнали его в угол, но мы не знаем, каковы реальные способности Шибы Тацуи.

— Хотите сказать, что всё зависит от магической силы Шибы Тацуи? …Действительно, вы правы.

Догадка Маклауда звучала совсем ненадёжно, но Кларку не оставалось ничего, кроме как согласиться.

— Доктор Кларк. Даже с Вашим «Хлидскьяльвом», Вы не знаете реальных способностей Шибы Тацуи?

— …К сожалению, это так. Похоже, что прозвище «неприкасаемые» было не просто для виду.

«Неприкасаемыми» называли семью Йоцуба. До того, как Тацуя появился на сцене, по причинам, не связанным с ним, Кларк уже нацелился на семью Йоцуба, как на противника, который должен исчезнуть любой ценой. По правде говоря, терминал Хлидскьяльва был передан Майе, чтобы Кларк мог собирать информацию о семье Йоцуба.

Однако глава семьи Йоцуба не поступила так, как ожидал Кларк. Из истории использования терминала Йоцубой Майей, Кларку было сложно уловить какие-либо детали о реальных способностях как Шибы Тацуи, так и волшебников других побочных ветвей семьи.

— Понятно…

Маклауд разочарованно вздохнул. Он не намеревался оскорбить своими словами, однако гордость Кларка серьёзно пострадала.

— Таким образом, нам остаётся только молиться о том, чтобы повторная атака доктора Безобразова была успешной… Доктор Кларк, прошу прощения за разговор в такое позднее время.

— Нет, ведь это я вам позвонил. Извините, что рано утром.

— Для меня это нормальное время, когда я уже не сплю. Тогда, доктор, доброй ночи.

— Да, сэр Уильям. И Вам хорошего дня.

Связь с Маклаудом прервалась.

В конце Маклауд сказал шаблонное выражение «доброй ночи».

Но Кларку было совсем не до спокойного сна.

 

Оставить комментарий