Том 26. Глава 4

— Сейчас бы увидеться с Миюки-сэмпай…

— Что ты такое говоришь? Разве вы не виделись только недавно, до тех пор, пока не ушли вечером из комнаты школьного совета?

— Но Касуми-тян. Ты не думаешь, что наше ожидание могло быть более конструктивным, если бы стало чаепитием вместе с Миюки-сэмпай?

Здание, в котором находится квартира Тацуи и Миюки, и больница, в которой лежит Минами, расположены на таком расстоянии друг от друга, которое можно назвать «по соседству». Хотя это довольно далеко, если идти пешком, но на автомобиле поездка займёт меньше пяти минут. С тех пор, как Изуми услышала это от Минами во время того посещения, она часто на это жаловалась.

— Я против. Потому что дома у президента есть этот парень.

Ответ Касуми был таким, потому что она уже говорила по шаблону.

Эти двое сейчас находились в небольшом ресторане, расположенном прямо по соседству с клиникой Тёфу Аоба, в которой лежала Минами. После того, как на прошедшей на днях конференции Главных Кланов были распределены роли, это заведение было на долгий срок зарезервировано семьёй Саэгуса. Это заведение работало в такой форме, что в него допускались только люди, зарезервировавшие место заранее, поэтому оно было идеальным в качестве базы.

Задача, поставленная перед семьёй Саэгуса на конференции Главных Кланов, заключалась в том, чтобы устроить засаду и схватить ставшего Паразитом Кудо Минору. В случае, если захват будет затруднителен, можно применить такие крайние меры, как убийство.

Десять Главных Кланов решили, что когда Паразит свободно разгуливает в человеческом обществе, убийство — это неизбежный грех. Касуми и Изуми тоже не хотели убивать Минору, если это будет возможно. Но они также были убеждены, что если всё зайдёт слишком далеко, то даже отнимание его жизни будет неизбежно. Тацуя думал, что эти двое не подходят Десяти Главным Кланам, но нет никаких сомнений, что они обладали складом ума, сформированным Десятью Главными Кланами.

— И всё же, интересно, он и правда придёт?

Но вопрос, который беспокоил этих двоих, был не «что сделать, чтобы всё закончилось без убийства Минору». И Касуми, и Изуми уже полностью осознали, что сколько бы они не размышляли, они ничего не смогут придумать.

— Я думаю, что придёт.

— Кто знает… Минору ведь не глупый.

— Думаю, что он умнее тебя, Касуми-тян.

— Это правда, что Минору умнее меня, но и твои оценки, Изуми, не сильно выше!

— Значит, мне уже можно не помогать тебе с предметами общего курса?

— П-подожди! Это нечестно! Сейчас мы не об этом говорим!

— Даже если ты говоришь, что это нечестно…

— Я хочу сказать, что это ведь Минору, разве он не будет опасаться засады!?

Не позволив Изуми договорить, Касуми в сильной панике её перебила.

Изуми невольно улыбнулась и на этом прекратила донимать сестру-близнеца.

— Думаю, такое он сможет предсказать. Возможно, что он даже заметил, что мы его ожидаем.

Изуми завершила неудобный для Касуми разговор, и та, почувствовав облегчение, спросила:

— Правда?

— И всё-таки, я думаю, что Минору-кун придёт.

— Э-э? Почему?

— Он ведь постоянно болел с самого детства. Минору-кун был мальчиком, не имеющим привязанности к чему-либо.

— …И правда. Он мог бы быть более эгоистичным. Я помню, как это несколько раз выводило меня из себя.

Касуми и Изуми не встречались с Минору настолько часто. К тому же, Касуми и Изуми, с точки зрения других детей, также были «не имеющими привязанностей».

И даже с точки зрения таких Касуми и Изуми, Минору был ребёнком, не желающим ничего иметь, и не желающим ничего делать.

— И этот Минору-кун так желал получить Сакурай-сан, что даже отказался от своей человечности. Настолько сильное желание… К сожалению, мне не понять, как такое могло произойти, но я хотя бы могу предположить, что он никогда не сдастся.

— Изуми, даже ты этого не понимаешь…?

— Да. Но как юная дева, я искренне считаю это достойным сожаления.

— Юная дева… Ну, ты, Изуми, и впрямь юная дева. Но я догадываюсь, что в таких чувствах мужчины и женщины равны… Но независимо от этих чувств, реальная проблема в том, что вокруг Сакурай-сан собрались семьи Йоцуба, Дзюмондзи и Саэгуса, не так ли? Пойдёт ли он в одиночку против таких врагов? Или же он из тех, для кого «любовь слепа»?

— Касуми-тян, у фразы «любовь слепа» немного не такое значение.

— Э-э, правда? Разве это не значит, что если вы влюбляетесь, то вы потеряете рассудок и здравое мышление?

— Согласно тому, что написано в толковом словаре японского языка, в данном случае потеря рассудка означает, что человек не может понять недостатки своего партнёра, а потеря здравого смысла означает такое состояние человека, когда он не оглядывается на социальный статус себя и своего партнёра и на отношения между их семьями.

— Хе, вот оно как.

— К тому же, я думаю, что Минору-кун придёт, несмотря на засаду, не потому что я предполагаю, что Минору-кун лишился способности трезво мыслить.

— …Тогда почему?

— Скорее всего, Минору-кун…

Изуми понизила голос. Не только её голос, но даже выражение её лица говорило «я не могу сказать это громким голосом».

— …не боится ни семьи Йоцуба, ни семьи Дзюмондзи, ни нашей семьи Саэгуса. Думаю, поэтому.

— …Думаю, Минору не был таким излишне самоуверенным человеком.

Вслед за Изуми, Касуми тоже заговорила шёпотом.

— С реальной силой Минору-куна, его самоуверенность не такая уж и излишняя.

— Если она на уровне семьи Саэгуса, то мы сможем как-нибудь его перехитрить.

— Нынешний Минору-кун имеет силу Паразита. Но кроме этого, не знаю, правда это или нет, но он поглотил призрак континентального волшебника древней магии.

— …Но призраков ведь не существует, верно?

— …В любом случае.

На самом деле, Изуми тоже не верила в нечто такое, вроде поглощения призрака Чжоу Гунцзиня. После возражения Касуми, она не стала углубляться дальше в эту историю.

— Я думаю, что Минору-кун, несомненно, стал на порядок сильнее.

Но при этом она не отказалась от мысли, что необходимо быть осторожной по отношению к Минору. В итоге было непонятно, согласилась Касуми с мнением Изуми, или нет.

— Касуми-тян, Изуми-тян, он обнаружен!

Когда их позвала Маюми, эта дискуссия прекратилась.

 

— Как там Сакурай-сан!?

Первое, о чём спросила энергично вскочившая Касуми у появившейся из двери в кухню Маюми, было состояние Минами. Похоже, что Касуми, являющаяся одноклассницей Минами, испытывала к ней более сильное чувство привязанности, чем Изуми, работающая вместе с Минами в школьном совете. …Но, возможно, Касуми просто имела более простой характер.

— Всё в порядке. Мы обнаружили его, прежде чем он успел прокрасться внутрь больницы.

— Это сделали ребята из семьи Дзюмондзи?

Тем, кто задал такой вопрос, была Изуми. Но если бы она не спросила это, то спросила бы Касуми.

— Нет, подчинённые семьи Саэгуса.

С лицом, говорящим «мы сделали их», глаза Касуми засияли. Но почти сразу же она помрачнела.

— Похоже, что их уложили меньше чем за минуту. В данный момент туда подоспели люди из семьи Дзюмондзи, и им как-то удаётся его сдерживать. Я уже связалась с отцом, но до прибытия подмоги больше десяти минут. Дзюмондзи-кун тоже должен был получить уведомление, но его прибытия тоже придётся ожидать не раньше, чем через пять минут.

— Ты имеешь в виду, что до прибытия подмоги, сдерживать его должны мы?

— Именно так.

Касуми и Изуми не просто беззаботно слушали рассказ Маюми. Слушая и разговаривая, эти двое надели CAD на запястья, надели защитные очки, не только защищающие глаза, но также имеющие встроенное устройство связи, и облачились в защитные жилеты(жилеты, обладающие не только функциями защиты от пуль и ножей, но и функцией смягчения ударов).

— Я готова.

— Я тоже.

— OK. Идём.

Маюми, носящая такое же снаряжение, открыла дверь, и Касуми с Изуми последовали за ней.

 

◊ ◊ ◊

 

Когда Маюми и близняшки прибыли на место, проходившее там сражение уже было закончено.

На дороге лежали четверо волшебников. Касуми и Изуми бросились в их сторону, чтобы проверить пульс и дыхание.

— Живой!

— Здесь тоже. Сильных травм, похоже, нет.

Маюми заговорила с двумя тяжело дышащими волшебниками.

— Куда пошёл Минору-кун?

Маюми сдвинула защитные очки на лоб, чтобы показать лицо, и спросила это у двоих волшебников, которые ещё оставались на своих ногах.

— Он скрылся в переулке справа. Я уже связался с людьми, охраняющими ту область, чтобы они его перехватили.

С правой стороны больницы не было дверей, ведущих внутрь. Похоже, он планировал разбить окно или прокрасться с крыши. Как бы то ни было, Маюми подумала, что Минору решил сбежать.

— Я поняла. Я тоже последую за ним. А вы возвращайтесь на свой пост.

Оба волшебника, с которыми разговаривала Маюми, были из семьи Дзюмондзи. А все, кто лежал сейчас на дороге, были подчинёнными семьи Саэгуса.

— Спасибо за помощь.

Двое из семьи Дзюмондзи поклонились Маюми и отправились обратно к заднему входу больницы. Задача, поставленная перед ними, заключалась в препятствовании проникновению внутрь больницы. Они прибежали сюда, чтобы помочь волшебникам из семьи Саэгуса, но это пошло вразрез с их оригинальной ролью, и они оказались довольно далеко от входа.

— Вы двое, присмотрите за этими людьми.

— Онээ-тян, ты собралась пойти одна!?

— Это опасно!

Касуми и Изуми попытались остановить сестру, но Маюми покачала головой с серьёзным лицом, без единого намёка на улыбку.

— Нельзя оставлять раненых. Даже если раны не серьёзные, их точное состояние неясно. Кроме того, нельзя исключать, что Минору-кун не вернётся сюда, к заднему входу.

Притвориться, что ушёл в другое место, и нацелиться на повторное вторжение туда же, потому что противник потеряет бдительность. Это довольно популярная, часто применяемая хитрость. Они обе не смогли возразить против того, на что указала их старшая сестра.

— …Я поняла, онээ-тян.

— Онээ-сама, будь осторожна.

— Да, и вы двое тоже.

Надев защитные очки обратно, Маюми отправилась к правой стороне больницы.

 

◊ ◊ ◊

 

Внезапно появились признаки использования магии. Маюми побежала в том направлении, и с переулка, пролегающего вдоль больницы, выбежала на ещё одну внешнюю боковую улицу.

В воздухе сверкнула молния.

На высоте около 5 метров над землёй. Эта молния ударила из темноты, в которой ничего и никого не было, лишь густые облака в небе были на фоне.

Целями были двое мужчин-волшебников. На тактическом собрании, прошедшем ранее, Кацуто представил их, как подчинённых семьи Дзюмондзи.

У одного из них было кровотечение из ноги, и он сидел на корточках, зажимая рану.

Оставшийся нетронутым волшебник стоял, прикрывая товарища спиной, и отразил атаку молнией, сформировав магический барьер.

Если бы это была обычная магия системы высвобождения, то она закончилась бы, когда была остановлена щитом. В современной магии начальная точка атаки устанавливается на некотором расстоянии от цели для того, чтобы вражеская сила вмешательства в явление не препятствовала активации магии. Других причин делать это не было.

Однако эта молния была не простым потоком электронов. Пробежавшая несколько метров по диагонали вспышка молнии оставила после себя световой послеобраз, напоминающий извивающуюся змею. Она не просто врезалась в магический барьер, а двинулась так, будто ползёт по нему, и пытается обойти его сбоку.

Задать форму явлению. Это была техника, которая повышает работоспособность феноменов, создаваемых магией, вместо того, чтобы тратить ресурсы на создание форм, символизирующих живых существ. Это была техника древней магии, отсутствующая в современной магии. Похоже, это было нужно для продолжительного поддержания молнии, которая при обычных условиях рассеивается мгновенно.

Это, безусловно, была продвинутая техника, однако просто создавать повторяющиеся молнии казалось более эффективным методом. Так подумала Маюми, когда увидела эту ползущую по щиту «молниевую змею», однако она быстро осознала своё заблуждение.

Магические барьеры операторов семьи Дзюмондзи имели форму полусферического купола. Пройти через щит не получится, даже если обвиваться вокруг него.

Однако казавшаяся бесполезной змея-молния обвилась вокруг щита и замкнулась об свой «хвост», став кольцом, сдерживающим оператора щита.

Став очевидцем этого, Маюми, наконец, поняла, каково предназначение этой магии. Это магия сдерживания.

«Молниевая змея» обладает лишь эффектом поражения электричеством. Она не оказывает давления на щит, и тем более не сдавливает волшебника, находящегося внутри щита. Однако, как только щит будет отключен, находящиеся внутри него люди моментально получат удар электрошоком.

К тому же, хоть и казалось, что эта змея-молния извивается вокруг щита, но на самом деле, она была зафиксирована на позициях контакта с барьером.

В небе снова грянул гром. И не один раз. Один за другим, последовали три удара.

Сверкнувшие молнии также превратились в змей и окружили щит, покрывающий двоих волшебников семьи Дзюмондзи.

Полусферический купол теперь сдерживали 3 кольца. Первая змея-молния исчезла, но теперь молнии, выпущенные вторым залпом, пересекались друг с другом вокруг щита в 6 местах.

Маюми выпустила псионовую пулю в точку, из которой исходили молнии.

Псионовая пуля Маюми не обладала такой мощностью, как «Прерывание заклинания» Тацуи.

Однако по точности попадания заклинанием по заданной точке она ему не уступала.

Её не просто так называли «одним из лучших в мире пользователей магии дальней точной стрельбы».

Выпущенная Маюми псионовая пуля попала точно в установленную в воздухе магическую «батарею». Это было псионовое информационное тело, удалённо активирующее магию продолжительного действия. Псионовая пуля Маюми уничтожила информационную структуру этой «батареи».

Кроме умений в обычной магии (4 системы и 8 типов современной магии) и несистемной магии стрельбы псионовыми пулями, у Маюми также была врождённая способность системы восприятия. Магия для удалённого наблюдения системы восприятия, «Мультископ». Хотя она может осуществляться как обычная магия, но Маюми могла свободно её использовать как свою врождённую уникальную способность (раньше такое называли «суперсилами»).

Это был исключительный случай. Хотя магия и суперсилы, по сути, являются одной и той же силой, но один человек не должен обладать одновременно магией и суперсилой. Суперсилы искажают явление одной лишь силой мысли. Платой за это было то, что они могут изменять явление только по определённому шаблону. Современная магия была реализована перенастройкой использующихся суперсилами функций разума так, чтобы можно было осуществлять различные модификации явления. Платой за это стало то, что для беспроблемного применения магии стало необходимо использовать различные вспомогательные средства.

С точки зрения работы по определённому шаблону, «разложение» и «восстановление» Тацуи близки к суперсилам. У Тацуи тоже есть характерные черты обладателя суперсил, с точки зрения того, что он не может использовать другие шаблоны изменения явления. Из его примера видно, что суперсила, специализирующаяся на определённом изменении явления, и магия, способная на различные изменения явлений, не могут сосуществовать.

Однако в Маюми сосуществовали разносторонняя магия и уникальная способность восприятия. Её можно было называть «нестандартным* волшебником» в отличном от Тацуи смысле.

[В данном случае автор применил английское слово irregular, которое употребляется в официальном английском названии данного ранобэ. В данном случае больше подходит перевод «неправильный» или «нестандартный». Можно даже задуматься о другом смысле названия.]

И сейчас Маюми задействовала свою сверхспособность «Мультископ» в полную силу. «Мультископ», активированный в полную силу, сильно нагружал её разум, потому что потоки зрительной информации, полученной с множества разных углов наблюдения, поступали к ней одновременно. От этого её сознание затуманивалось всего за несколько минут, поэтому она редко применяла её в полную силу.

Маюми так сильно старалась ради того, чтобы отыскать прячущегося где-то неподалёку Минору.

Хоть и утверждалось, что магия способна игнорировать физическое расстояние, но в обычном случае такое заклинание высокой мощности и высокой степени мастерства, как недавняя магия молний — это не то, что может быть использовано с дальнего расстояния, без прямой видимости. Он точно должен был скрываться где-то рядом.

«Нашла!»

Упорство Маюми было вознаграждено. Хотя, возможно, это её решительные намерения показали такой результат.

В поле зрения её сверхспособности «Мультископ» отобразилась спина молодого парня.

Несмотря на то, что это был вид со спины, и лицо не было видно, но было понятно, что это фигура человека таинственного и прекрасного, будто не от мира сего.

Маюми переместила точку обзора и подтвердила лицо этого человека.

В момент, когда направление «взгляда» оказалось прямо перед ним, он отвернулся от него, то ли по случайному совпадению, то ли почувствовав этот взгляд.

Но этого мгновения было достаточно.

Маюми пробежала пальцами по CAD на запястье.

Активируемая магия «Волшебный стрелок» была ещё одним её характерным представителем.

Это магия, которая создаёт в воздухе «оружейную батарею», и выстреливает из неё пулями из сухого льда.

Три таких батареи залили Минору сконцентрированным огнём.

В поле зрения удалённого наблюдения «Волшебный стрелок» определённо настиг Минору.

Силуэт молодого парня, который обнаружила Маюми, исчез с поверхности земли.

Но её «Мультископ» не упустил из виду красивую фигуру Минору.

Он был в воздухе.

Маюми создала новые батареи и снова залила его дождём пуль из сухого льда.

Но бегущий по воздуху человеческий силуэт уклонялся почти от всех пуль, делая сложные движения, похожие на шаги.

Минору приземлился на крышу больницы.

Маюми освободила ресурсы, затраченные на «Мультископ», оставив лишь одну точку обзора вниз с неба, и задействовала магию прыжка, одновременно с этим готовя магию для поимки Минору.

Бросив пойманных змеями-молниями союзников, Маюми запрыгнула на крышу больницы.

 

◊ ◊ ◊

 

— …Интересно, у Онээ-тян там всё в порядке?

— Даже если противник — Минору-кун, я думаю, что Онээ-сама не проиграет так просто…

Изуми ответила на вопрос Касуми неуверенным тоном, но на её лице не было видно беспокойства. Но даже если судить по голосу, она не беспокоилась.

На данный момент, Маюми, вероятно, является сильнейшим волшебником семьи Саэгуса. Хотя в этом не было абсолютной уверенности, потому что их отец Коити никогда не участвовал в сравнениях силы со своими детьми. Однако Маюми доказала на практике, что является самой сильной среди всех братьев и сестёр.

Касуми и Изуми не могли победить Маюми даже вдвоём. Они ей не ровня, даже если используют составную магию, их козырь, проявляющий их настоящую силу.

Они сейчас так беззаботно болтали, потому что им ничего не оставалось, кроме как разговаривать и стоять на страже. Они уже закончили оказывать первую помощь подчинённым (их отца), отправленным в нокаут Минору. У них изначально и не было сильных травм, сопровождающихся обильным кровотечением. Насколько можно было судить по внешнему виду, переломов у них тоже не было. Один из раненых, предположительно, в момент своего падения ударился головой, но, к сожалению, эти двое ничего не могли поделать с повреждениями мозга. Они охладили опухшее место и ждали, когда прибудет скорая помощь в лице команды спасения из семьи Саэгуса. Хотя они не говорили об этом вслух, но они обе подумали, что если команда спасения будет ехать слишком долго, то можно отнести раненых в больницу, которая прямо перед ними.

— Они всё никак не приедут.

— Не приедут…

Эти двое были слишком нетерпеливы. Нетерпеливость Касуми можно было увидеть по её поведению, но Изуми тоже фактически проявляла непостоянство в поведении. Хотя в случае Изуми, это лучше было выразить фразой «она имела собственный темп». В любом случае, они совпадали в такой черте характера, как отсутствие терпеливости.

Они обменялись взглядами, и каждая из них поняла, что другая думает о том же.

Будто сговорившись, они одновременно обернулись в сторону заднего входа в больницу.

И в тот момент, когда они собирались попросить помочь с переноской раненых, из их уст вырвались совершенно другие слова, а не те, которые они собирались сказать изначально.

— Осторожно!

Но это предупреждение дало обратный эффект.

Двое волшебников, охраняющих задний вход повернулись в сторону Касуми и Изуми.

В тот момент, когда их внимание было отвлечено, из темноты в них была выпущена магия.

С неба упала яркая искра. Магия «Искра», которая принудительно извлекает электроны из окружающего вещества, производя тем самым явление электрического разряда. Это базовое заклинание магии системы высвобождения, но оно требует высокой силы вмешательства в явление. Обычные волшебники, даже приложив все усилия, могут ионизировать лишь газ низкой плотности (когда количество молекул на единицу объёма мало) и в очень ограниченном масштабе.

Но выпущенная сейчас искра превратила в плазму всё пространство вокруг этих двоих. Если говорить точнее, то только область от груди и ниже. Головы не получили прямой урон. Но они потеряли контроль над своими телами, и упали, корчась в конвульсиях.

— Кто здесь!?

Одновременно с криком Касуми выпустила магию. Яркая вспышка осветила пространство между уличными фонарями.

Хоть Касуми и спросила, кто это, но она была убеждена, что противник — Минору.

Если бы свет проявил фигуру другого человека, а не Минору, Касуми бы удивилась до немоты.

Но от этого ослепительного магического света, способного лишить способности сопротивляться, Минору лишь сузил глаза, даже не прикрыв их рукой.

Очертания теней, созданных ярким светом на красивом лице Минору, подчеркивали его нечеловеческую сущность.

— Минору, сдавайся по-хорошему!

Касуми выстрелила «Пулей замороженного воздуха». Это магия, которая сжимает воздух, охлаждая его, и преобразует отбираемое тепло в ускорение.

Это магия, которая стреляет не углекислым газом, как козырь Маюми «Сухой метеор», а обычным воздухом. У смеси газа, имеющей главными компонентами азот и кислород, точка замерзания ниже, чем у углекислого газа, поэтому она не замерзает. Таким образом, пули охлаждённого и сжатого под высоким давлением воздуха, оказывают воздействие, отличающееся от воздействия пуль из сухого льда.

Одновременно с магическим выстрелом Касуми, Изуми развернула защиту в виде Зоны подавления магии.

Эффект магической вспышки закончился, и силуэт Минору погрузился во тьму.

«Пуля замороженного воздуха», выпущенная Касуми, столкнулась с магическим барьером и разбилась об него.

Магия перестала сдерживать воздух, и он, следуя законам физики, стал резко расширяться, создавая массу замороженного воздуха с температурой ниже точки замерзания на 10 градусов.

Но этот замороженный воздух тоже не проник внутрь щита Минору. Появился туман, капли воды конденсировались на поверхности щита и стекали вниз по этой прозрачной стене. Магический барьер Минору обладал «твёрдостью» идеального твёрдого тела.

Минору выпустил свою магическую атаку одновременно с разрушением «Пули замороженного воздуха» Касуми.

На территории, покрытой Зоной подавления магии Изуми, возникло воздействие вмешательства в явление. Зона подавления магии это не магия, которая выполняется с помощью вывода последовательности магии. Это заклинание защиты продолжительным применением собственной силы вмешательства в явление. Если враг выпускает магию, то оператор зоны подавления получает отклик об этом.

Изуми собрала все свои силы, чтобы нейтрализовать магию Минору. Однако её сопротивление было прорвано очень быстро.

В воздухе возник электрический разряд. Масштаб был меньше, чем у «Искры», поразившей волшебников семьи Дзюмондзи, вероятно потому, что мощность изменения явления была уменьшена Зоной подавления магии Изуми.

Но в условиях, когда противник смог активировать магию, это не особо утешало.

Рассыпающаяся искрами плазма надвигалась на Касуми и Изуми.

Порыв ветра, сдувший эту плазму, был результатом сообразительности Касуми, которая вместо второй атаки по Минору переключилась на защиту.

— Изуми, ты как!?

Касуми подбежала и протянула руку Изуми, получившей урон от этого состязания сил вмешательства в явление.

Изуми схватила на полпути руку Касуми, тянущуюся ей к плечу.

— Касуми-тян, поодиночке это невозможно.

— Поняла, Изуми.

Касуми сразу поняла, что пытается сказать Изуми.

Нынешнее положение: двое против одного. И они не сражались с ним по очереди. В данном случае Касуми и Изуми действовали сообща.

Слова Изуми означали не простую ошибку подсчёта участников. Если вместо того, чтобы сражаться вдвоём как два человека, не объединить силы двоих человек в одну, то Минору им не победить. Вот что имела в виду Изуми. И Касуми была с этим согласна.

Они схватили друг друга за руки, переплетя пальцы. Ладони правой руки Касуми и левой руки Изуми сомкнулись вместе.

Сёстры близнецы приблизились друг к другу, повернулись лицами вперед, и схватились сзади другими руками.

Из левой руки Касуми псионы вливались в правую руку Изуми.

Из левой руки Изуми псионы вливались в правую руку Касуми.

Псионы двух человек циркулировали между их телами через сжимаемые руки.

Опомнившись, Минору выстрелил магией. Над головами стоящих лицом друг к другу близняшек начала действовать сила, изменяющая явление.

Однако вызов магии Минору завершился неудачей. Сестёр защищала Зона подавления магии такой силы, что предыдущий раз не шёл с ней ни в какое сравнение.

— Начали. — Прошептала Изуми.

— Оставляю это тебе! — Ответила ей Касуми.

Из CAD, обёрнутого вокруг левого запястья Изуми с помощью мысленного управления выводилась последовательность активации.

В составной магии этих двоих не было такого правила, что кто-то является главным, а кто-то — подчинённым. У них чаще всего было такое распределение ролей, когда Касуми строит последовательность магии, а Изуми предоставляет силу вмешательства в явление. Но даже в случаях, когда Изуми строит последовательность магии, а Касуми отвечает за силу вмешательства в явление, их составная магия работает точно так же.

В темноте возник источник света. Не имеющий мощность, достаточную, чтобы ослепить, а лишь предназначенный для освещения. Этот свет осветил тело Минору.

Находясь под лучами магического света, Минору показал растерянность на лице. Вероятно, он не понимал, зачем тратить силы на такую магию, не обладающую атакующей силой.

Разумеется, это была лишь стадия подготовки. Это было действие, облегчающее дальнейшее прицеливание магии.

Следующая магия активировалась. Хотя Минору тоже не сидел сложа руки, но, видимо, на принятие им решения повлияла его растерянность, и на этот раз Изуми была быстрей.

Над головой Минору закружился вихрем порывистый ветер. Большая масса атмосферного воздуха была мгновенно сжата при поддержании нормальной температуры.

Изуми не подтолкнула эту воздушную массу на Минору, а просто отпустила её в свободное падение вертикально вниз.

На Минору обрушился нисходящий поток быстро охлаждающегося адиабатическим расширением воздуха.

«Холодный шторм*». Это магия, которую недавно выучила Изуми, восхищающаяся Миюки, под влиянием своего желания использовать такую же магию охлаждения, как и Миюки.

[Дословно «штормовой поток холодного воздуха». Но у автора подписано на английском Cold Storm.]

— Х-холодно! — Прокричала Касуми, обдуваемая порывами ветра с ледяным туманом.

— Извини!

Голос извиняющейся Изуми слегка дрожал. Причиной тому были как холод, так и волнение. Она только недавно выучила «Холодный шторм», и, похоже, ещё не владела им настолько хорошо, чтобы после него не было побочных эффектов.

— Нет, ничего. Лучше скажи, у нас получилось?

Даже если бы Касуми это не сказала, Изуми уже смотрела на покрытого инеем Минору.

Минору стоял, сверкая белым магическим светом.

Он не двигался. Но и не падал.

Если Минору потерял бы контроль над конечностями, то было странно, что он не падает. Даже если бы всё тело застыло, в обычном случае продолжать неподвижно стоять просто невозможно.

— Касуми-тян, ещё раз!

Крик Изуми и изменение состояния Минору произошли одновременно. Иней на лице, волосах и одежде Минору исчез за одно мгновение.

И он не стал мокрым после того, как иней исчез.

Минору вытянул правую руку в сторону Изуми и Касуми.

— Давай!

Касуми с нетерпением в голосе ответила Изуми. Однако они не повторили прошлый раз. На этот раз Касуми взяла на себя инициативу.

В сторону Минору подул порывистый ветер с содержанием азота более 90 процентов.

«Азотный шторм». Это магия, которая вызывает кислородное голодание у цели, насылая на неё поток воздуха с крайне низкой концентрацией кислорода.

Однако запущенный близняшками «Азотный шторм» был заблокирован щитом Минору и нейтрализован нисходящим с неба потоком воздуха.

— ****.

Изуми увидела, что губы Минору двинулись. Касуми этого не заметила, и не смогла расслышать, что сказала Изуми под порывами бурного ветра.

Изуми почему-то подумала, что Минору сказал «теперь моя очередь».

Изуми почувствовала признаки мгновенной активации магии. Одновременно с этим подул лёгкий ветерок.

Изуми поспешно развернула противообъектный щит.

Но этот ветер, остановившись на поверхности щита, снова подул уже внутри щита. Через магический барьер прошёл не ветер. Через барьер прошла сама магия.

Но это уже ничего не значило. Потому что когда Изуми и Касуми почувствовали этот ветер в самый первый раз, уже было поздно.

Касуми внезапно начала падать на землю.

Изуми, которая её поспешно подхватила, возобновила своё дыхание, о котором она забыла чуть ранее.

Сразу после этого сознание Изуми утонуло во тьме.

 

Тела Касуми и Изуми были пойманы невидимой рукой, прежде чем ударились о поверхность дороги. После чего их плавно положили на дорогу.

И то, что подхватило тела этих двоих, и то, что заставило их потерять сознание, — всё это сделала магия Минору.

Первое — это сначала остановка падения системной магией движения, потом уменьшение гравитации системной магией веса.

Второе — это понижение концентрации кислорода системной магией концентрации. Это магия с таким же принципом действия, что и «Азотный шторм» близняшек. Вместо того чтобы силой преодолевать магический барьер двух сестёр, он использовал технику введения чужой магии в заблуждение, применив магию такого же типа, что использовал противник. Это была техника, полученная из знаний Чжоу Гунцзиня.

Манипулируя потоками воздуха, Минору повысил концентрацию кислорода в нём, и вдул этот воздух в ноздри двух девушек. Таким образом, он принудительно послал кислород в их лёгкие.

Они обе одновременно прокашлялись и возобновили дыхание.

Минору использовал следующую магию. С помощью техники древней магии он заставил заснуть двух девушек, находящихся в полусонном состоянии, и поэтому не обладающих сопротивлением к магии. Их успевшие приоткрыться веки снова закрылись. В отличие от предыдущего обморочного состояния, нынешнее спокойное дыхание доказывало, что теперь они находятся в состоянии безвредного для здоровья обычного сна.

Минору облегчённо вздохнул. У него не было желания травмировать этих двоих. Ему было не по себе даже от нацеливания на них магических атак.

Минору понимал причину, по которой он стал для Десяти Главных Кланов целью поимки и усмирения. Но он не собирался враждовать с Десятью Главными Кланами.

Он просто хотел спасти Минами. Убедиться, что Минами сама этого хочет, и, если она примет его идею, то сделать её Паразитом. После этого он собирался жить с ней вдвоем спокойной жизнью, спрятавшись где-нибудь. Или же вернул бы её семье Йоцуба, если бы Минами того пожелала. Он считал, что уж Йоцуба-то смогла бы защитить своего человека, независимо от того, что бы говорили другие Главные Кланы.

Поэтому он хотел закончить всё наиболее мирным путём, даже если бы его атаковали. Он с большим трудом смог принять решение атаковать Касуми и Изуми с риском последствий после атаки, потому что был знаком с ними с раннего детства, и поддерживал дружеские отношения. Он планировал нейтрализовать их наиболее безболезненным способом, после чего как можно быстрее оказать им первую помощь. Но сам Минору не думал, что это его оправдывает.

Испытывая горькое послевкусие от своего поступка, Минору развернулся к заднему входу в больницу.

Его целью было похищение Минами. И это были не приукрашенные слова. Сегодня он пришёл, чтобы увести её из больницы, игнорируя её волю. Он с самого начала думал, что на убеждение не будет времени. По расчётам Минору, прошло всё ещё приемлемое количество времени, даже если Тацуя уже вылетел сюда.

Минору протянул руку к двери заднего входа. Однако в следующий момент он был вынужден отдёрнуть руку и сделать большой прыжок назад.

Пули из сухого льда продырявили его послеобраз.

— Минору-кун, сдавайся!

Минору поднял взгляд в сторону пришедшего сверху голоса.

— Уже рассеяла заклинание иллюзии…? — Неосознанно пробормотал Минору. С крыши больницы на него смотрела Маюми.

 

◊ ◊ ◊

 

Запрыгнув на крышу вслед за Минору, Маюми остановилась.

Минору стоял на противоположном краю.

Небо было покрыто густыми облаками, луны и звёзд было не видно. С этой высоты было видно, как облака над центром города светятся тусклым светом, отражая от себя искусственное освещение поверхности земли.

В этом слабом свете промелькнула фигура Минору, видимая со спины.

Минору стоял к Маюми спиной.

И он не обернулся, даже когда она проявила псионовую активность, чтобы атаковать.

— Минору-кун, не двигайся! Я не сделаю ничего плохого, если ты не будешь дальше сопротивляться! И выслушаю всё, что ты расскажешь!

Минору никак не среагировал на слова обратившейся к нему Маюми. Даже с явными признаками нацеленной на него атаки, он не проявлял никакой защитной активности.

Маюми колебалась. Она не могла решиться напасть на беззащитного противника.

Но и упустить его здесь она тоже не могла. Минору превратился в Паразита. Она не могла подтвердить это своими глазами, однако она не думала, что Тацуя будет врать про такие вещи. Её кохай не может быть таким гнусным лжецом. А Паразит не был таким существом, которое можно оставить без внимания.

— Минору-кун, положи CAD на пол и подними руки!

Чтобы подтолкнуть саму себя к принятию решения, Маюми призвала Минору сдаться.

Впервые на крыше Минору отреагировал. Он лишь оглянулся назад, в сторону Маюми. На его лице, повёрнутом в профиль, всплыла таинственная, злобная, и далёкая от человеческой улыбка.

Нет, даже не просто далёкая от человеческой, а нечеловеческая.

Маюми не считала сомнительным рассказ о том, что Минору превратился в Паразита. Но в этот момент она окончательно убедилась в том, что Минору стал нечеловеческим существом.

Маюми сформировала последовательность магии своей излюбленной магии «Волшебный стрелок». Она больше не колебалась. Из 12 «орудий», расположенных в окружающих Минору местах, выстрелили пули из сухого льда. Замороженные пули пронзили плечи, грудь, живот, спину, бёдра. …Точнее, прошли насквозь.

«Иллюзия!? Это и есть «Парад»!?»

Магия семьи Кудо, «Парад», которая мешает вражескому прицеливанию, создавая иллюзию, охватывающую даже информационное измерение. Когда Маюми решила участвовать в этой операции, она узнала от своего отца Коити о существовании этой магии.

Как ей и рассказывали, на вид он совершенно ничем не отличался от реального. Одновременно с использованием «Волшебного стрелка», Маюми видела Минору сразу с шести разных направлений. Однако даже с полученной с разных углов зрительной информацией, она не почувствовала ничего странного.

«И что делать, если не смогу найти настоящее тело!?»

Магия, на которой специализируется Маюми — это дальняя точная стрельба. Без знания местоположения цели, эта её особая способность бесполезна.

Однако она была «одним из лучших в мире пользователей магии дальней точной стрельбы», и одновременно с этим была старшей дочерью семьи Саэгуса. Семью Саэгуса также называли «Всемогущие», и она, возможно, была самым сильным волшебником среди них. Она владела не только «точечными» атаками.

««Парад» — это магия, уводящая в сторону атаки противника, помещая рядом с собой иллюзию…»

Такое описание «Парада» слышала Маюми.

«В таком случае, настоящее тело Минору-куна должно быть где-то на крыше!»

Маюми построила новую последовательность магии. Это была «Сухая буря», магия, поливающая поверхность дождём пуль из сухого льда.

На высоте 3 метра над поверхностью крыши сформировалось облако углекислого газа, из которого посыпались камешки температурой -80 градусов по Цельсию.

Этот «дождь» захватил примерно две трети площади крыши. Однако не было никаких признаков того, что эта атака нанесла урон Минору.

Однако Маюми это не смутило. Заградительный огонь Сухой бурей был для неё лишь подготовкой к следующему действию, ведущему к победе.

Маюми сформировала сдерживающую газ клетку. Она препятствовала вхождению и выхождению только газов.

Весь сухой лёд, находящийся внутри неё, одновременно сублимировался.

Масса воздуха с очень высокой концентрацией углекислого газа и температурой в минус несколько десятков градусов Цельсия, накрыла половину крыши.

Маюми начала сжимать клетку, постепенно выпуская из неё все газы, кроме углекислого, и одновременно с этим направила внутрь неё свои максимально обострённые чувства.

Если Минору находится внутри, он должен применить какую-нибудь магическую защиту. Хотя можно скрыть своё собственное местоположение, но нельзя скрыть признаки продолжительного применения магии. …По крайней мере, так думала Маюми.

Но, вопреки её ожиданиям, на крыше не было признаков использования новой магии, хотя прошло уже приличное количество времени.

Вместо этого, признаки использования знакомой Маюми мощной магии пришли с поверхности земли.

Признаки магии, активированной неподалёку от заднего входа в больницу, принадлежали магии её сестёр.

Это были псионовые волны составной магии Касуми и Изуми.

«…Он меня обманул!»

Маюми, наконец, осознала эту уловку. Целью Минору от начала и до конца было проникновение через заднюю дверь. Иллюзия Минору была лишь куклой, предназначенной, чтобы увести её подальше!

В эту магию иллюзий были встроены функции проецирования ложного образа, магической батареи, а также, вероятно, препятствия обнаружению магии.

Эту изолирующую стену из псионовых волн не смогло преодолеть ничего, кроме интенсивных волн составной магии.

Маюми оставила свой изолирующий газ барьер и бросилась бегом к заднему краю крыши.

«Касуми-тян, Изуми-тян!»

Она еле смогла подавить стремление закричать. Касуми и Изуми лежали на дороге. Выглядело так, будто наихудшие ожидания стали реальностью.

Однако сейчас следовало отдать приоритет поимке Минору. У неё не получится оказать им первую помощь, пока она не даст отпор Минору.

Цель — Минору, протянувший руку к двери заднего входа.

Используя собранную на крыше большую массу углекислого газа, Маюми сформировала пули из сухого льда и выстрелила ими.

Минору отдёрнул руку и отпрыгнул далеко назад. Атака Маюми закончилась тем, что продырявила лишь послеобраз Минору.

— Минору-кун, сдавайся!

Минору поднял взгляд в сторону голоса Маюми.

Но он ничего не ответил и не показал признаков подчинения словам Маюми.

На этот раз без колебаний, Маюми выстрелила в Минору пулями из сухого льда.

«Опять!?»

Её пули прошли сквозь тело Минору и разбились о землю позади него. Снова «Парад». Маюми моментально пришла к такому выводу.

Маюми сжала оставшуюся под её контролем массу углекислого газа, вместо того, чтобы превратить в твёрдый сухой лёд. Куб газа со сторонами 10 метров сжался до шара диаметром 1 метр.

И этот шар она бросила в сторону Минору.

Столкнувшись с поверхностью дороги, метровый шар растянулся в полусферу радиусом 5 метров.

Но не растягивался дальше. Она держала младших сестёр вне зоны поражения. Об этом она не забыла.

Концентрация углекислого газа легко превысила уровень, при котором начинается интоксикация. Если обмен веществ у Паразита не сильно отличается от человеческого, то Минору должен избегать вдыхания такого воздуха.

Маюми создала медленный воздушный поток внутри этой полусферы. Он был такой слабый, что его даже лёгким ветерком не назовёшь. Направление тоже не было фиксированным. Это был слабый воздушный поток, подчиняющийся сложному набору правил, похожему на случайный порядок.

В определённом месте этот поток прерывался. Высота этого места была где-то между 170 и 180 сантиметрами. Ширина — примерно 50 сантиметров. Это были примерные размеры тела Минору.

Маюми создала орудие «Волшебного стрелка» внутри этого полусферического купола, и сконцентрировала огонь в направлении этого места.

Появились признаки присутствия скрывавшегося Минору.

Под слабым светом уличного фонаря появилась фигура молодого парня.

«Парад» был разрушен.

Маюми повысила мощность и плотность обстрела. Углекислый газ для производства пуль был подготовлен в изобилии. Выпущенные пули сублимировались обратно в газ, снова становясь материалом для последующих выстрелов.

Внезапно Минору поднял правую руку.

Маюми подумала, что это может быть жестом капитуляции. Хотя она не была уверена, что у него не возникнет шанса что-либо сделать. Но, по крайней мере, она не прервала обстрел «Волшебным стрелком».

Поэтому контратаку Минору следовало бы рассматривать, как совершенно не зависящую от того, дала ему Маюми шанс или не дала.

Иллюзия Минору, выманившая Маюми, исчезла в момент применения «Сухой бури». В сознании Маюми не осталось ничего об исчезнувшей иллюзии. Поэтому тёмную тень, возникшую на месте проецирования иллюзии, она тоже не заметила.

Из тени вытянулись четыре лапы. Сверху вытянулась шея и сформировалась голова, а с противоположной стороны возник тонкий хвост. В конечном итоге силуэт стал напоминать тигра.

В большой открывшейся пасти выросли клыки, а вместо рёва послышался раскат грома.

Маюми поспешно обернулась. Укутанный молниями теневой зверь уже был прямо перед ней.

Маюми не успела ничего сделать и была повалена зверем.

Зверь вонзил в Маюми свои клыки.

Однако из тела Маюми не брызнула кровь, вместо этого её тело поразил удар электрошоком, лишивший её сознания.

Тело Маюми, упавшее на самый край крыши, затрясло.

— Чёрт! — Вскрикнул Минору. — Маюми-сан!

Тело Маюми сорвалось с крыши и начало падать. Чтобы её поймать, Минору начал строить магию контроля гравитации. Однако до того, как он успел выпустить эту магию, тело Маюми подхватил спустившийся с неба крупный человеческий силуэт.

 

Минору совершенно не рассчитывал, что Маюми упадёт с крыши. Чтобы её спасти, он в спешке попытался выпустить магию. Но за мгновение до этого она была спасена мужчиной внушительного телосложения.

Упав с неба, он в падении поймал Маюми, и, управляя гравитацией и инерцией, беззвучно приземлился на дорогу.

Этот человек приземлился совсем беззвучно, полностью погасив импульс падения. Однако Минору испытал слуховую галлюцинацию, как будто при этом приземлении был глухой звук удара, и затряслась земля.

— Дзюмондзи-сан…

Это массивное тело принадлежало главе семьи Дзюмондзи, Дзюмондзи Кацуто.

Держа Маюми на руках, Кацуто повернулся к Минору спиной. И осторожно положил Маюми на дорогу.

Минору не атаковал Кацуто со спины. …Точнее, просто не мог.

Он был буквально напуган этой спиной, которая будто молчаливо говорила «подожди немного».

Кацуто встал и развернулся.

Минору мгновенно отступил, оставив на своём месте иллюзию «Парада».

Но как манёвр уклонения это было бесполезно.

Кацуто выпустил прозрачную стену. Это был магический барьер размером в 2 татами, то есть длиной и шириной 1,8 метра, обладающий свойством не пропускать твёрдые тела. Он приближался к Минору с огромной скоростью.

Минору поспешно отпрыгнул направо.

Этот барьер не оказывал воздействия на отличные от твёрдых тел вещества и на энергию, но как магия, придающая пространству свойство «прозрачной стены, не пропускающей твёрдые тела», он был несовместим с иллюзией, придающей пространству свойства, противоречащие этому определению. Выпущенная Кацуто стена уничтожила «Парад» Минору, слегка задела тело самого Минору, и скрылась во тьме.

Минору, который едва смог увернуться от атаки Кацуто, упав на дорогу, моментально вскочил и начал строить следующую магию. Это была обманывающая чувство направления магия «Кимон Тонко», недавно выученная им после копаний в знаниях Чжоу Гунцзиня.

Одновременно с этим он побежал налево. Если бы «Кимон Тонко» был успешным, то Кацуто должен был увидеть, что он убегает в противоположном направлении.

Но его побег был остановлен всего за 2 шага. На его пути возвышался противообъектный барьер.

««Кимон Тонко» не сработал?»

Минору на мгновение задумался, и быстро осознал свою ошибку.

Магический барьер Кацуто был построен в круглой форме диаметром 4 метра и высотой 2 метра.

Эта стена окружала его со всех сторон. «Кимон Тонко», заставляющий ошибаться с выбором направления, был бесполезен.

Сверху тоже была стена, и она приближалась. Это выглядело, как цилиндрическая клетка, накрытая крышкой, и этот своеобразный круглый «потолок» падал вниз.

Этому магическому барьеру, пытающемуся раздавить всё под собой, Минору сопротивлялся таким же противообъектным щитом.

Он вложил все свои силы в круглый щит диаметром 50 сантиметров, чтобы сдержать им круглый барьер диаметром 4 метра.

Барьер Минору и барьер Кацуто разрушились одновременно.

Минору моментально активировал магию прыжка и сбежал из этой «клетки».

Одновременно с приземлением Минору опустился на одно колено. Он смог соперничать с барьерной магией сильнейшего волшебника семьи Дзюмондзи, которые также были известна как «Железная стена». Сконцентрировав свою силу в ограниченной области, Минору едва смог компенсировать силу Кацуто, которая была растянута на большую ширину. Такое «соревнование сил» сильно измотало Минору.

Но Минору не мог себе позволить отдыхать и ждать восстановления сил. Кацуто не был настолько добрым человеком, чтобы позволить Минору отдохнуть. До того, как пришла преследующая его атака, Минору выпустил контратакующую магию.

«Небесный гром».

Это заклинание противопехотной магии, обладающее высокой поражающей силой, которое является магией системы высвобождения, в которой он был очень хорош. Но для Минору, сейчас находящегося в состоянии истощения, это не было магией, которую он может легко применить. Однако непродуманные атаки на Кацуто не подействуют.

Масса молекул воздуха превратилась в плазму. И из неё на Кацуто дождём посыпались электроны. Однако они не достигли Кацуто. Масса катионов, упавшая с небольшим опозданием, также была полностью заблокирована магическим барьером.

Это было в пределах ожидания Минору.

Минору с самого начала и не думал, что сможет нанести урон Кацуто «Небесным громом». Его целью было временно прекратить атаки Кацуто, и самому перейти в наступление.

«А как тебе это!»

Минору достал из кармана черную глянцевую блестящую карту — табличку контроля — и направил её на Кацуто.

Из этой таблички выскочил полностью чёрный четырёхлапый зверь, и бросился на Кацуто.

Это была атакующая магия Чжоу Гунцзиня «Теневой зверь», переделанная из западной древней магии «Адская гончая». Если классифицировать её с точки зрения современной магической науки, то это была разновидность внешней системной магии, которая выполняла фактическую атаку, создавая иллюзию, будто атака была сделана клыками или когтями.

«Это внешняя системная магия, которая обращает вспять причинность с астральной стороны. От этого нельзя защититься противообъектным щитом!»

Чёрное сформированное тело приближалось к Кацуто.

Однако чёрный как смоль «Теневой зверь» не добежал до Кацуто, а исчез, столкнувшись с его магическим барьером.

«…В магических барьерах семьи Дзюмондзи, в самом её определении цели защиты есть функция поддерживания других свойств пространства в их исходном состоянии?»

Минору не был в смятении от такого результата, он спокойно проанализировал магию Кацуто из произошедшего прямо у него на глазах явления.

«Фаланга», барьерная магия семьи Дзюмондзи. Для Минору проблемой сейчас была не сама защитная способность барьера, а свойства Зоны подавления магии, которыми он обладал.

Это магия по области, не позволяющая никакие изменения явлений в окружающем пространстве, за исключением самой функции блокировки, заданной пользователем.

И иллюзии, и сформированные объекты проецируются в пространство. И если они не превысят мощность Фаланги, то есть силу Кацуто, то они сотрутся о его барьер. Присвоив мастерство Чжоу Гунцзиня и ассимилировавшись с Паразитом, Минору повысил свою скорость, но его мощь не изменилась. Хотя Минору имел силу вмешательства в явление, значительно превосходящую таковую у большинства волшебников, но, к сожалению, его мощности не хватало, чтобы грубой силой пробить барьер Кацуто.

Минору рассредоточил свои копии, и спрятался между ними.

Для экономии магических ресурсов он создал не «Парад», а простые ложные образы. Затем, когда взгляд Кацуто был дезориентирован, он выпустил несколько магий одну за другой.

«Искра» «Небесный гром» «Плазменная пуля» «Клинки горячего ветра»

И после уже привычных для него заклинаний,

«Азотный шторм» «Сухая буря»

С целью застать врасплох Кацуто, он продолжил атаку разнообразными заклинаниями из арсенала сестёр Саэгуса.

Однако Кацуто блокировал всё это. Затем, поймав небольшую паузу между приходящими атаками, он выстрелил атакующей версией Фаланги. Но это была не версия, сосредотачивающая несколько слоёв вместе, а версия, стреляющая «дробью» в сторону сразу всех рассредоточенных иллюзий.

Одна из них ударила настоящего Минору.

«Атакующая версия Фаланги» — это магия, которая серией наносимых один за другим последовательных ударов барьерами, не пропускающими твёрдые тела, пробивает защиту противника, и сокрушает его самого. Но если это только один слой, то это не особо отличается от обычной системной магии веса. Минору блокировал барьер Кацуто своим противообъектным барьером.

Это блокирование сообщило Кацуто его местоположение.

На него полетела полноценная «Атакующая версия Фаланги». «Кимон Тонко» здесь уже не поможет. Минору отменил щит и одновременно с этим активировал магию ускорения.

Удар барьером Кацуто отбросил тело Минору.

Минору едва смог удержаться в сознании, которое должно было быть потеряно от сильной боли, изменил направление полёта на подъём, и усилил импульс движения.

Страдая от тяжелых травм внутренних органов и переломов нескольких рёбер, он также наложил на себя магию антигравитации.

Тело Минору быстро поднялось во тьму ночи.

Весь израненный и помятый, он прорвался через слой низко висящих облаков и полетел прочь.

 

◊ ◊ ◊

 

Маюми и её сёстры, в итоге, были доставлены в больницу, в которой лежала Минами. Когда подоспели Тацуя и Миюки, Касуми и Изуми ещё не очнулись. Маюми с самого начала потеряла сознание не полностью, однако она всё ещё лежала на кровати, несмотря на то, что уже была в состоянии встать своими силами и вести разговор.

— Во всяком случае, главное, что серьёзных травм, похоже, нет.

— Я думаю, что Минору-кун сдерживался. — Ответила Маюми Тацуе, и у неё всплыла самоупрекающая улыбка.

— …Целью Минору-куна является только Минами-тян, и я уверена, что у него нет намерения серьёзно враждовать с нами.

— Но ведь можно быть врагом, даже не имея намерений им быть, так ведь?

На утешение Миюки тоже пришёл лишь замысловатый, бунтарский ответ.

— Сэмпай…

— …Извините. Я повела себя по-детски.

Когда Тацуя обратился к ней осуждающим голосом, Маюми, похоже, наконец, заметила недостатки в своём поведении.

— Нет… я считаю, что досада от поражения — это вполне естественно.

В ответ на слова Миюки, Маюми сделала озадаченное лицо и вопросительно склонила голову.

— …Миюки-сан тоже когда-то проигрывала?

— …Да, эм… было такое, но…

— И-извини. Я задала глупый вопрос.

— Кстати, Дзюмондзи-сэмпай погнался за Минору? — Прежде чем возникла неловкая пауза, Тацуя сменил тему.

— Да. Хотя я не слышала это прямо от него самого. — Ответила Маюми, приняв эту помощь Тацуи. — Это люди из семьи Дзюмондзи так сказали.

Маюми слегка вздохнула. Это был вздох восхищения, а не насмешка над собой или попытка пожалеть саму себя.

— И всё-таки, Дзюмондзи-кун потрясающий… По-другому и не скажешь после того, как он дал отпор Минору-куну и остался невредимым.

— Способности Дзюмондзи-сэмпая, и правда, восхитительны, но… Если бы там был только один Дзюмондзи-сэмпай, то это была бы более ожесточённая битва.

— Хм? — Маюми вопросительно склонила голову.

— После сражения с Касуми-тян и Изуми-тян, а затем с Саэгусой-сэмпай, Минору-кун должен был прилично подустать. Без усилий, приложенных сэмпаем и её сёстрами, даже Дзюмондзи-сэмпай не смог бы закончить невредимым. Это моё мнение.

— Думаешь…? Нет, ты права. Если подумать, то так и есть. Спасибо, Миюки-сан.

Маюми улыбнулась Миюки, и та слегка поклонилась в ответ.

 

◊ ◊ ◊

 

После этого Тацуя и Миюки поговорили с очнувшимися Касуми и Изуми, и уехали домой.

В палату Минами они не зашли. Они уже посещали её вечером, к тому же, им сказали, что сама Минами спит, устав от упражнений по реабилитации.

— Похоже, сэмпай и её сёстры вернулись домой.

Сидя в гостиной и смотря на экран мобильного терминала, Тацуя сообщил Миюки то, что там прочитал.

— Могли бы провести ночь в больнице… Может это из-за того, что дома спокойней?

— Не могут чувствовать себя спокойно в больнице, контролируемой семьёй Йоцуба? Я не про сэмпая и её сестёр, а про главу семьи Саэгуса.

— Онии-сама, ты злой… Но, возможно, ты прав.

Эта «внезапная перемена» Миюки заставила Тацую лишь криво улыбнуться. Увидев улыбку Тацуи, Миюки тоже облегчённо улыбнулась. Возможно, она подумала, что её «внезапная перемена» «провалилась».

— Кстати, Онии-сама. Сможет ли Дзюмондзи-сэмпай поймать Минору-куна?

Миюки не смогла противиться пришедшей ей в голову мысли, что «нужно поменять тему». Но даже и без этого, она была серьёзно обеспокоена результатами преследования Минору.

— Сомневаюсь.

Ответ Тацуи был кратким и пессимистичным. И не по той причине, что Тацуя по личному опыту знал силу Минору.

— Магия семьи Дзюмондзи, оправдывая их псевдонимы «Железная стена» и «Последний рубеж обороны столицы», подходит для защиты определённой точки. Хотя она так же демонстрирует свою несравненную силу в задачах перехвата и отпора, но маловероятно, что она подходит для задач выслеживания и захвата.

— Да, теперь я припоминаю, что в том «вампирском инциденте», они не принимали особого участия в поисках снующих по окрестностям Паразитов.

— У всех есть сильные и слабые стороны. Разве сам Дзюмондзи-сэмпай не должен думать, что лучше будет снова устроить засаду, чем гоняться за ним?

— Ара, Онии-сама. Я думаю, что пригодность и склонности не всегда совпадают.

— …Тут ты меня сделала.

Тацуя, улыбаясь, шутливо поднял руки вверх, и Миюки гордо улыбнулась в ответ.

— Но независимо от того, что думает Дзюмондзи-сэмпай…

Шутливая улыбка исчезла с лица Тацуи. Миюки тоже вернула своему лицу смирное выражение.

— Имея своей целью вторжение в больницу, Минору был естественным образом ограничен в количестве возможных тактик. Если связать это с политикой «избегать разрушения больницы насколько это возможно», то маршрут вторжения был ограничен главным входом, ночным входом, входом для персонала, задним входом и крышей. В случае Дзюмондзи-сэмпая, лучше было подождать, пока Минору сам прыгнет к нему в руки.

— Но у Минору-куна есть «Парад» и «Кимон Тонко». Обе эти магии способны скрывать находящееся прямо у вас перед глазами или выдавать ложное местоположение. Даже зная, что он придёт, его было бы трудно поймать, верно?

— Дзюмондзи-сэмпаю не нужно в точности знать, где находится Минору.

— …Извини, но что ты имеешь в виду?

— Магические барьеры используются не только для того, чтобы защищать то, что внутри от того, что снаружи. Их также можно использовать для запирания цели внутри, чтобы она не могла выбраться наружу.

У Миюки вырвалось «А-а», и она прикрыла рот одной рукой.

— Я не знаю в деталях, в каких масштабах Дзюмондзи-сэмпай может растянуть свой магический барьер, но на 10-20 метров он точно сможет. Можно предсказать действия Минору и окружить барьером выбранную область. При таком подходе не получится сбежать с помощью «Парада» или «Кимон Тонко».

— Понятно, зная, куда он придёт, если там будет Дзюмондзи-сэмпай…

— То он сможет его поймать, несмотря на магический камуфляж.

— Но в случае, когда нельзя установить, куда он направится, будет трудно сорвать с него камуфляж «Парада» или «Кимон Тонко»… это ты имеешь в виду?

— Это моё мнение. Если я не ошибся в рассуждениях, то убегающего Минору должно быть очень трудно поймать.

Тацуя сделал паузу и показал такую горькую улыбку, будто пожимает плечами.

— К тому же, я не говорю, что сам поймаю его, если буду преследовать. Если «Парад» и «Кимон Тонко» будут использоваться вместе, то обнаружить его будет очень трудно даже Элементальным взглядом.

— Вот значит как…

— Вероятно, самым лучшим способом будет использование помощников и неспешный поиск… Будем надеяться на поисковые сети семей Саэгуса и Кудо.

 

◊ ◊ ◊

 

— Я был наивен…

Откинувшись на спинку сиденья кабинки электропоезда, Минору облегчённо вздохнул и упрекнул сам себя.

Прошло уже 10 минут, как он оторвался от руководимого Кацуто отряда преследования семьи Дзюмондзи, и сел в кабинку электропоезда, направив её в сторону Хокурику.

Благодаря исцеляющей способности Паразита, нанесённые Кацуто ранения уже зажили.

Заехав в своей кабинке на борт трейлера дальнего следования, изменивший своё лицо «Парадом» Минору, наконец, почувствовал себя «сбежавшим».

Но он всё равно не отменил маскировку «Парадом». По закону, в персональной кабинке электропоезда была гарантирована приватность, но он не знал можно ли доверять этому утверждению. Служба общественной безопасности могла установить камеры наблюдения. И нельзя утверждать, что Десять Главных Кланов не смогут получить доступ к изображению с этих камер.

Тем не менее, хоть и не полностью, но расслабившийся Минору получил немного времени, чтобы оглянуться на события сегодняшней ночи, которые закончились для него полным провалом.

Минору не недооценивал Десять Главных Кланов. Но если взглянуть на результат, то остаётся только рассмеяться. Он собирался похитить Минами в одиночку. Он рассчитывал, что это возможно.

Но в реальности он не смог даже проникнуть внутрь больницы. Всё шло хорошо до того момента, когда он нейтрализовал трёх сестёр Саэгуса, но когда у него на пути встал глава семьи Дзюмондзи, ему пришлось отказаться от плана похищения Минами.

Маюми, Касуми и Изуми тоже было непросто победить. Казалось, что это была безоговорочная победа, добытая за короткое время, однако все трое оказались намного сильнее, чем он ожидал.

С Касуми и Изуми поодиночке битва была бы совсем не трудной. Даже когда они действовали сообща, особой угрозы для нынешнего Минору они не представляли.

Но когда они объединились в использовании составной магии, они действительно смогли потеснить Минору.

Когда его тело застыло от магии Изуми, это была не актёрская игра, чтобы заставить противника потерять бдительность. Без исцеляющей способности Паразита, он бы проиграл ещё на этом этапе.

Если бы он не знал заранее о применённой после этого любимой магии этих двоих, «Азотном шторме», то его контратака не смогла бы быть выполнена так превосходно.

Маюми была ещё сильнее, чем использовавшие составную магию Касуми и Изуми. Изначально он не планировал использовать сегодня ставшую решающей в той битве континентальную древнюю магию, то заклинание, использующее сформированное тело в качестве проводника.

То, что Маюми сможет разрушить его «Парад», стало для него полной неожиданностью.

И, наконец, Дзюмондзи Кацуто. Минору знал о Кацуто не много. В его памяти осталось только то, что они однажды встретились и лишь представились друг другу и обменялись парой слов.

Он осознал это, «скрестив с ним мечи» в реальности. Хотя, точнее будет сказать «скрестив меч с щитом».

Кацуто действительно был «Железной стеной». Даже если Минору внимательно оглядывался на те события, у него совершенно не возникало образа, как можно преодолеть эту защиту.

Его не оправдывала битва с сёстрами Саэгуса, произошедшая перед этим.

Он действительно вымотался от этой серии сражений.

Но Минору этого ожидал и всё равно решил атаковать этой ночью.

К тому же, он не верил, что смог бы как-то перехитрить Кацуто, даже если бы не устал от сражения с Маюми и её сёстрами. Он не думал, что проиграл бы, но чувствовал, что не был бы убит.

«…Для меня, он, возможно, более грозный противник, чем Тацуя-сан…»

«Фаланга» обладает особенностями, нейтрализующими иллюзии и сформированные тела. Тактика против «Парада» — запереть в «области» и атаковать по всей её «площади».

«Я не смогу провести этот штурм лишь своими собственными силами.»

Сидя в кабинке электропоезда, Минору продолжил свои отрешённые размышления.