Том 9. Глава 4

14 января 2096 года, Сибуя 23:00.

Поздно ночью в субботу, хотя машин на улице не было, она была заполнена молодыми людьми.

Машин там не было из-за изменений в транспортной системе и изменений в обычном рабочем времени. Самоуправляемый (с автопилотом) индивидуальный электрический транспорт работал круглосуточно. Кроме того, в большом районе, как Сибуя, этот общественный транспорт использовать не было необходимости, так как под землей были сооружены моторизированные тротуары, по которым можно было легко добраться до станции.

Больше того: в нынешнем веке, когда инфраструктура для работы на дому была улучшена, больше нет нужды допоздна оставаться в офисе. В случае срочной работы, современная тенденция в бизнесе была в том, чтобы делать её дома и передавать обратно в компанию через частную линию. Современные офисы — места для деловых переговоров, не для бумажной работы. К тому же, когда компании занимаются честным бизнесом, исчезает необходимость сознательно назначать деловые переговоры на ночь.

Ночной Сибуя — город для молодых людей, где не видно взрослых.

На самом деле, кроме Сибуи, в это время дня невозможно увидеть такую сцену в любом другом районе.

Сибуя, Синдзюку, Икэбукуро, Роппонги… До войны они процветали как торговые районы для молодых людей; но теперь увидеть, как молодые люди бродят и собираются поздно ночью, можно лишь здесь, в Сибуе.

В эпоху хаоса, охватившей два десятилетия, в разные периоды в Синдзюку, Икэбукуро и Роппонги, как результат разрушительных действий, вызванных иностранцами, вместе с крайней разрухой, вызванной ксенофобскими* бунтами местной молодежи в ответ на действия иностранцев, возникло множество извилистых руин. В ходе реконструкции были приняты меры по капитальному восстановлению общественного порядка, превратив тем самым эти районы в довольно плотные оживленные центры.

Но Сибуя был исключением.

Ещё до войны уровень разрухи усугубился и распри между молодежью усилились, поэтому, как результат того, что они были первыми, кто выпроводил иностранцев, Сибуя был избавлен от абсолютного уничтожения, от которого пострадали другие районы. И так как беззаконие ночного Сибуя было оставлено в покое, даже сейчас нельзя категорически утверждать, что такой результат был лучшим чем другие.

Если это была такая зона беззакония, будь то день или ночь, «перестройка», инициированная правительством и местным муниципалитетом, которые стали очень нетерпимы к отсутствию порядка по сравнению с довоенными днями, вероятно, продолжилась бы, как можно было бы предположить. Нынешние административные органы стали довольно строгими по отношению к ограничениям частных прав, связанных с недвижимостью.

Однако днем и ночью внешний вид Сибуи полностью отличался.

Днем — деловой центр, где деловито приходят и уходят честные сотрудники компаний.

Ночью — квартал удовольствия, где ошивается молодежь с признаками преступности.

Поскольку они не могут совершить облаву сразу на всех, властям трудно сделать решающий шаг в перестройке района.

И в этот самый вечер, в начале Нового Года, на улицах также собралось много молодежи, шумевшей столько, сколько хотят: смеясь, флиртуя и обмениваясь ударами.

Среди них была видна фигура молодого парня с угловатыми чертами лица и крепким телосложением.

Одетый в легкую куртку поверх спортивного свитера, что было невообразимо легкой одеждой для середины зимы, Лео неуверенными шагами глубокой ночью шел через Сибую. Хотя использовалось слово «неуверенными», его ноги и ступни были должным образом в джинсах и кроссовках. Однако, судя по его шагам, похоже, у него не было конкретного назначения.

У Лео было одно плохое времяпровождение. Нет, скорее не времяпровождение, наверное, это была привычка.

Привычка скитаться.

Не ходьба или бег, но скитание в ночи.

С приближением глубокой ночи ему хотелось бродить в случайном направлении в неопределенности.

Лео считал, что это объяснялось инстинктами, высеченными в генах его тела.

Он был третьим поколением «Бург Фолге (Серия Крепость)», в первые дни разработанной в Германии, где впервые в мире был доведен до практического применения метод генетической манипуляции по настройке волшебников.

Бург Фолге — метод по настройке тела, разработанный с акцентом на улучшение его прочности. В те дни, чтобы увеличить возможности ближнего боя, считающиеся слабейшей точкой волшебников, вместо укрепления магических способностей, этот метод, который усиливал физические способности, содержащиеся в генах, родил поколение «Супер солдат, способных использовать магию», или «Расширенных людей, способных одновременно использовать и сверхчеловеческие физические способности и магию», эти два названия им больше подходили, чем просто настроенные волшебники.

Хотя методы Химера-фикации не были включены в методы настройки, не трудно представить, что как начало метода генетической реконструкции были использованы большие млекопитающие, которые были гораздо крепче людей.

Не удаляя внешними средствами ограничитель организма, — уже тогда было известно, что такой метод будет иметь высокую вероятность повреждения магических способностей, — но за счет повышения производительности физического тела.

Возможно, как результат такой необоснованной генетической реконструкции, много из первого поколения умерло ещё в детстве, даже большинство тех, которые стали взрослыми, сошли с ума и умерли.

Дедушка Лео был одним из немногих выживших.

У Лео был страх.

Посторонний не сможет этого увидеть, но он всю жизнь живет со страхом глубоко в сердце.

Он задавался вопросом, сойдет ли и он однажды с ума.

С нечеловеческим фактором, пожирающим его человеческий фактор, он задавался вопросом, потеряет ли в конечном итоге себя.

Он задавался вопросом, действительно ли выпуская свои порывы, сможет оттянуть момент, когда его скрипучее сердце разобьется. Он старался быть лояльным к своим порывам. Он на примере своего дедушки знал, что можно свободно прожить естественную продолжительность жизни.

Вот почему он не сопротивлялся своему порыву «блуждания в ночи».

По прихоти этого порыва, под луной, под звездами, под угольно-черными облаками, он бесцельно блуждал.

Одной ночью в центре города, следующей: в торговых районах, в пригородах, в уединенных горах. Без назначения. По прихоти, он выбирал дорогу по настроению дня.

То, что сегодня он пришел в Сибую, было чистой случайностью.

Он увидел фигуру молодого человека в темном костюме, поверх которого был серый плащ, на котором, хотя он и был новым, тут и там виднелись складки.

— Э? Старший брат Эрики, Мистер Инспектор?

Человек, который только что прошел мимо, был случайным знакомым. Всего-навсего, но Лео заговорил с молодым человеком. Просто по прихоти, так как он не всегда заговаривал со знакомыми, лишь их завидев.

В следующий момент в его направлении поднялась волна шума.

Голос Лео никоим образом не был громким. Он был всего лишь достаточно громок, чтобы призвать прохожего остановиться.

Но, несмотря на это, взгляды в его сторону с обеих сторон улицы определенно нельзя было назвать дружескими.

— Ты, пройди со мной ненадолго, — ответил с критикой человек, которых шел возле «старшего брата Эрики». Лео также вспомнил лицо этого человека, который был в возрасте, в котором его тяжеловато назвать молодым человеком. Он вспомнил не только лицо, но и имя.

— Инагаки-сан, верно? Что так внезапно?

Не отвечая на вопрос, что также можно было посчитать грубым, Инагаки схватил Лео за левое запястье.

Хотя его легко можно было стряхнуть, Лео быстро последовал за Инагаки.

Его привели в маленький бар внутри глухого переулка. Хотя на вывеске было написано «BAR», его внешний вид был таким, что Лео посчитал, что вообще не было нужды в использовании западных символов.

— Хозяин, я позаимствую комнату на верхнем этаже, — Инагаки обратился к владельцу бара, который с другой стороны стойки полировал стакан, и, не дожидаясь ответа, в дальнем конце поднялся по лестнице. Лео привели в небольшую тесную комнатку, в которой было лишь четыре стула, размещенных вокруг маленького круглого стола. В дверном проеме была громоздкая, герметичная дверь, похожая на люк космического корабля и ужасно не соответствующая изношенности интерьера.

— Я всё ещё несовершеннолетний, — в шутливой форме сказал Лео, предупреждая Инагаки, который как раз собирался начать говорить, после того как обеими руками прокрутил ручку, крепко заперев дверь.

Возле Инагаки, который выглядел, будто жует кислого жука, Тиба Тошиказу весело — не в смысле чтобы повеселиться, но в смысле глубокого интереса — засмеялся.

— Сайдзё-кун, правильно? Ты неплохо нас обнаружил. Хотя мы должным образом скрыли наше присутствие.

Этих слов было достаточно, чтобы Лео понял, что пытается сказать Тошиказу.

— …Может ли так быть, что я прервал расследование?

Похоже, Тошиказу удивила эта неплохая догадка.

— Хеех… У тебя есть не только мускулы. Что ж, полагаю, Эрика не поддерживала бы тебя, если бы у тебя были мышцы вместо мозгов.

Хотя Лео машинально нахмурился, неважно, была ли это доброжелательность или злоба, так как он осознавал, что его научили техникам, одолжили специализированное оружие, и ещё во много чем поддерживали, он воздержался от споров.

— Может, Дом Мистера Инспектора перепутал способ воспитания дочерей?

Контратака в лучшем случае была такой, которая была бы отбита ненормативной лексикой (что было бы отвратительно).

— Это точно, — с кривой улыбкой сказал Тошиказу. Но вразрез с его светлым тоном, в свете его прищуренных глаз чувствовалось что-то глубоко укоренившееся.

Чувствуя опасность пересечения того, что не должен, Лео замолчал.

— Не обращай внимания на расследование. Мы просто пытались скрыть своё присутствие, чтобы избежать бессмысленных проблем; мы ни за кем не шли. Сейчас ведь поздняя ночь, так что в этом месте полиция может привлечь негодующие взгляды.

— Негодующие взгляды, хех… действительно, — Лео, будто что-то вспомнив, глубоко кивнул. Доказав тем самым, что чувствует больше симпатии к полиции, чем к молодым людям Сибуи.

Если добрая воля вернулась, отношение смягчится; это один из самых базовых принципов межличностных отношений (хотя это и не обязательно истинно для противоположного пола).

Поэтому блеск в глазах Инагаки по отношению к Лео стал более дружеским.

— Инспектор, разве сейчас не нужный момент? Почему бы не спросить его об «этом»?

Естественно, лишь по этим словам Лео не мог узнать, что означает «это», но он не настаивал на объяснении. Лео спокойно смотрел на Тошиказу, который кивнул и повернулся к нему лицом:

— Сайдзё-кун, по какому делу ты сегодня в Сибуе?

— У меня нет конкретного дела.

— Хмм, ты часто приходишь в Сибую?

— Нет, не часто; лишь иногда. Я также прогуливался здесь в канун Нового Года.

— Две недели назад, хех… Тогда, ты знаешь о странностях, произошедших в торговых районах?

Инагаки не остановил Тошиказу, который пытался раскрыть подробности инцидента, который был под запретом на разглашение СМИ. Впрочем, Инагаки знал, что завтра это будет «сенсационная новость».

— Странности? Я думал, что они случаются каждый день. Кстати, Мистер Инспектор, разве вы не отвечаете за Йокогаму? Почему вы ведете расследование в этом месте?

— Мы являемся членами Полицейского Департамента. Нас переводят по всей Японии. Поэтому мы сейчас расследуем инцидент частых неестественных смертей в столичной области.

Слова изливались легко и плавно. Однако Лео не был введен в заблуждение его тоном.

— Неестественные смерти… Странные убийства? Ещё и частые? — нахмурив брови, Лео задал вопрос.

Тошиказу пересмотрел свою оценку Лео, её повысив, но не показывая никаких признаков этого.

— Верно. Ну, это станет известно общественности лишь завтра… — сказав это, Тошиказу переглянулся с Инагаки. Который кивнул и достал со своего кармана пальто мобильный терминал. Открывая складной терминал, он вывел на экран файл изображения. Видя фото, меняющиеся в слайд-шоу, Лео вдохнул воздуха и проглотил слюну.

— Последняя жертва была найдена три дня назад в Парке Догэндзака. Предполагаемое время смерти приблизительно с часу до двух ночи.

— Прямо посреди города!?

Лео подумал, что выражение «Прямо посреди города» странновато, но он не мог придумать лучших слов, чтобы должным образом выразить свои чувства.

Наверное, он подумал, что такие дела обычно происходят в малонаселенных областях.

— Оставим пока в стороне время дня, не было бы странным, даже если бы что-то такое случилось ночью посреди города. По крайней мере, здесь.

Однако когда Тошиказу ответил с горьким выражением, Лео не мог не кивнуть со словами «Вы правы». Лео также по опыту знал, что текущий Сибуя имеет необычную двойственную натуру.

— Поэтому я хотел бы кое-что спросить; ты ничего не знаешь о странном парне? Я не против, даже если это будут всего лишь услышанные тобой слухи.

— Ночью здесь слоняется много странных парней. Что конкретное вы хотите знать?

На обоснованную жалобу Лео, Тошиказу, зная, что это не тот случай, показал кривую улыбку.

— Конечно, это не ясно. Но расследование было бы намного легче, если бы мы знали черты преступника…

Лео молча уставился на Тошиказу, который размышлял «с чего бы начать?».

— Что ж… трупы жертв мы уже тебе показали.

Инагаки не пытался вмешаться. У него также не было намерений останавливать начальника, который начал гражданскому сливать секретную информацию расследования.

— Причина всех смертей была неестественна. На семи трупах не было найдено никаких следов внешних повреждений.

— Не было повреждений? Яд?

На вопрос Лео, который сменил своё выражение, Тошиказу покачал головой:

— Тесты на наркотики все были негативными. И хотя не было травм, жертвы потеряли примерно десять процентов крови.

— Все жертвы?

— Все жертвы.

— Понятно… это действительно «неестественные смерти». Даже не странные убийства, это странный инцидент, — не испугавшись и не почувствовав тревогу, Лео пробормотал изумленным голосом.

— Хотя это может показаться сверхъестественным явлением, инцидент этот — реальность, — изумившись отношением Лео, Тошиказу решил вернуться к изначальному вопросу. — Вот мне и интересно, не знаешь ли ты парня, который мог это совершить, имитируя что-то оккультное. Особенно среди иностранцев в наши дни, например странные слухи, которые среди них распространяются.

— Иностранцы в наши дни, хех…

Прежде чем его снова спросили, Лео скрестил руки на груди, но вскоре развел их со сдавшимся видом.

— Виноват, никто не приходит на ум.

Это был грубый, или скорее сбитый с толку тон, будто говоривший «что это за манеры?», но без чувства удивления или ненависти.

— Я поспрашиваю друзей.

— Э, нет, всё в порядке. Такого рода вещи — работа полиции, которая не ограничивается лишь вынюхиванием или слежением.

— Но Инспектор, это ведь ночной Сибуя, вы знаете? Думаю, взрослым, более того, полицейским, будет здесь трудно что-либо спросить.

— …Ну, может быть и так, но…

Даже без напоминания, Тошиказу и Инагаки уже осознали сложность расследования. В противном случае они не пошли бы так далеко и не раскрыли бы секретные детали расследования парню, который был всего лишь их знакомым.

— Я не намерен совать нос в опасность. И даже если я смогу это увидеть, я уверен в своем чутье.

— Действительно? Тогда…

— Инспектор!?

Намереваясь сказать «сотрудничество ученика старшей школы в криминальном расследовании — это уже зашло слишком далеко и очень опасно». Инагаки поспешно повысил голос, как жест, чтобы его остановить, но Тошиказу достал из нагрудного кармана визитку.

— Если что-то обнаружишь, напиши мне здесь. В первый раз нужно ввести вручную, и оно автоматически обновиться во второй.

Благоразумие Инагаки было проигнорировано и Лео и Тошиказу.

— Это действительно строго. Ну что ж, если что-нибудь найду, дам вам знать.

Сказав это, Лео встал, одной рукой легко прокрутил ручку герметичного замка, чтобы повернуть которую Инагаки пришлось использовать обе руки, и спустился вниз.

◊ ◊ ◊

14 января 2096 года, USNA Вашингтон округ Колумбия 11:30 местного времени.

15 Января, 01:30 японского времени — полночь.

Лину, которая уже заснула, разбудила соседка по комнате Сильвия.

— Сильви, что случилось?

Лина стала кадровым офицером более трех лет назад; даже если принять в расчет время после того, как она заняла пост Главнокомандующего Звезд, у неё была военная карьера длительностью полтора года. Она привыкла к вытаскиванию из постели при чрезвычайных ситуациях. Мгновенно восстановив своё сознание, она ясным голосом запросила объяснение у Сильвии.

— На экстренной связи Майор Канопус.

Услышав ответ Сильвии, Лина молча подбежала к переговорному устройству.

— Бен, прости, что заставила ждать. Извини, что только звук.

«Это я должен извиниться за то, что потревожил вас посреди сна»

Насколько Лина знала, Бенджамин Канопус был человеком здравого смысла даже среди Звезд. Среди Звезд первого класса у него, возможно, наиболее здравый смысл. Он, даже зная о разнице во времени, другими словами, зная, что здесь в Японии полночь, позвонил Лине. Это не может быть по тривиальному вопросу.

— Я не возражаю. Что же случилось?

«Мы установили местонахождение тех, кто сбежал прошлым месяцем»

— Что!?

Инцидент дезертирства класса «звезды первой величины», Альфреда Фомальгаута, произошедший прошлым месяцем, не ограничился скандалом в Звездах, он также сильно потряс руководство USNA.

Инцидент не закончился устранением собственноручно Линой Старшего Лейтенанта Фомальгаута. В тот же период семь волшебников, и мастера магического производства сбежали из сил USNA. Среди них, хотя и самого низкого класса «спутник», были также и члены Звезд. Миссия, тогда возложенная на Лину Майором Канопусом, заключалась в том, чтобы догнать и устранить беглецов. Именно о них он говорил, что местонахождение установлено.

— Где они!?

«В Японии. После того, как приземлились в Йокогаме, похоже, что сейчас они скрываются в Токио»

— Почему в Японии… и более того, в этом Токио!?

Лина в удивлении обернулась. Но Канопус не имел ответа на этот вопрос. Этот вопрос задавала не только Лина, и на него не мог ответить не только Канопус.

«Объединенный комитет Начальников Штабов решил направить дополнительную поисковую команду»

— Правительство Японии знает?

«Нет, это секретная операция»

Операция преследования беглецов в сочетании со шпионажем и боями на чужой территории — это может плохо кончиться с правительством страны-партнера. Была даже возможность того, что это может посчитаться серьезным провокационным актом к суверенитету, и привести к разрыву дипломатических отношений. Лина снова осознала, насколько большое значение Пентагон придает этому вопросу.

«Главнокомандующий, вот указания от Генерального Штаба: текущая миссия Майора Энджи Сириус должна перейти на второй план, высшим приоритетом назначается миссия по отслеживанию беглецов»

Лина, сразу, как только глубоко вдохнула, ответила в переговорное устройство:

— Бен. Прошу передать в Штаб, что я принимаю миссию.

«Вас понял. Главнокомандующий, берегите себя»

Связь окончилась этими словами беспокойства.

«Похоже, ночью я уже не смогу поспать» — подумала Лина.

◊ ◊ ◊

В начале недели в классной комнате странные убийства стали горячей темой.

В воскресенье утром все новостные компании вышли с тем, что можно назвать настоящим фестивалем статей о многочисленных странных убийствах, в попытках скомпенсировать то, что до этого крутилось на второсортных новостных сайтах. Их поведение было маниакальным, или скорее они потеряли управление над собой, до такой степени, что пытались загладить вину перед разочарованными подписчиками, можно сказать, что это был акт признательности.

Из-за этого, новости разошлись быстро, как пожар. Главной темой особо подчеркивался оккультный аспект, нагнетая сенсацию.

— Утро~. Эй, эй, Тацуя-кун, ты видел вчерашние новости?

Однако единственные люди, понимающие, что повелись на сенсацию, но всё ещё способные взять из этого преимущество, были, наверное, люди приблизительно возраста Тацуи. Как обычно, ничем не руководствуясь, голос друга, который, по всей видимости, заранее танцевал, был первым, который он услышал.

— Новости, ты имеешь в виду о «вампире»?

Хотя это и было очевидно, он просто хотел следовать общему этикету. Затем Эрика, как он и думал, радостно кивнула:

— Об этом, ведь невозможно, чтобы это сделал один преступник, так ведь? Это профессионально организованная преступность? Я голосую за то, что это незаконная организация, имеющая дело с органами и кровью.

Прежде чем Тацуя успел сесть на свой стул, она уселась на его стол, развернулась и приблизила лицо.

В этот раз Тацуя подумал: «это действительно несущественно, но это тело гибко», о чем действительно можно было и не думать, поэтому он принял серьезный взгляд и покачал головой.

— Если это так, тогда я не понимаю, почему было удалено лишь десять процентов крови.

Чтобы напрасно не вызывать в мире проблемы, власти определенно хотели скрыть это, но тот факт, что жертвы потеряли около десяти процентов крови, распространился среди общественности, разжигая недовольство «Вампирским инцидентом».

— Здесь ведь есть цель убийства? Может, они думали о возможности использования крови для фабрики крови, если её эффективно использовать?

— Если это так, то они не оставили бы трупы посреди города. Кроме того, загадка ещё и в том, что нет никаких следов извлечения крови.

В статьях «после извлечения крови иглой, они стерли следы магией» хотя они также предположили, что волшебники были вовлечены, но невозможно навсегда стереть след от инъекции единичным использованием магии лечения.

— Хмм, понятно… Отсутствие шрама определенно странно.

— Как говорили по ТВ, это убийство оккультными средствами? — нахмурив брови с соседнего сидения, скорее с несколько нервным выражением, Мизуки присоединилась к разговору.

— Оккультные средства, хех… Если бы вампиры действительно существовали, то это уже давно стало бы известно.

Современная магия, в процессе систематизации теории, приветствовала тех, которые передавали древнюю магию с другой стороны покрова легенд. Если хобгоблины или подобные сущности действительно существовали, их наличие было бы раскрыто вместе с «колдунами». По крайней мере, так считал Тацуя.

— Тогда, по мнению Тацуи этот акт был совершен всецело человеком, а не оккультными средствами?

— А ты, Микихико? Как думаешь, Ёкаи или демоны, такие существа вовлечены?

Он ответил на вопрос Микихико таким же вопросом.

Микихико сказал «Хмм…», покачав туда-сюда головой:

— …Не думаю, что это работа простого человека, но я не могу утверждать…

На странный ответ Микихико, Тацуя показал неприятную улыбку:

— Кстати, об оккультизме, всего сто лет назад магия была ярким примером этого оккультизма.

Эрика быстро с волнением наклонилась вперед:

— Тацуя-кун, неужели ты думаешь, что это преступление связано с волшебниками?

— Я ещё не думал об этом. Ни камеры уличного наблюдения, ни радары Псионов не захватили никаких реакций.

Вскоре после того, как он закончил говорить, Тацуя, ещё раз об этом подумав, покачал головой:

— …Однако волшебник высокого ранга может обмануть радары, и если он может использовать Внешнюю Системную Магию Психического Вмешательства, он также может совершить преступление в центре города, что его никто не заметит.

— Это неприятно. Хорошо, что направление Человечности не стало сильнее, — пробормотала Мизуки мрачным голосом.

Строго говоря, «Человечность» текущего века — своего рода антимагическое движение.

Это движение пытается запретить использование магии, говоря, что «магия — не сила, дозволенная людям», и является сущностью культовой идеологии суб-секты христианства.

«Люди должны жить лишь с силой, им дарованной» — так утверждала гражданская позиция под названием «Человечность», это партия, которая в последние годы расширила своё влияние на восточное побережье Америки.

Если бы они ограничились лишь «прекращением использования магии», тогда здесь не было бы особого вреда (с чем многие согласилось бы), но радикальные элементы Гуманизма проводили насильственные акты, направленные на отказ от самого существования волшебников. Даже в USNA они получили свои органы по надзору в форме резервных войск по борьбе с преступностью (USNA постоянно следит за организациями, связанными с насилием).

— Сейчас, когда ты это упомянула, я видела по телевизору, как эти овцы выдвигали свои требования.

— Утро, о чем говорите?

Как обычно, прервав речь Эрики, на сидение впереди Тацуи — очевидно, что «классного учителя», который мог бы предложить смену мест, не было — сел Лео.

— Кажется, ты сегодня довольно поздно? — подняв руку, чтобы его поприветствовать, Тацуя задал вопрос. Хотя по его внешнему виду это может быть и удивительно, но для Лео необычно приходить в последнюю минуту как раз перед началом занятий.

— Ах, у меня были незначительные дела, поэтому я поздно лег спать… Кстати, о чем вы говорите?

— Мы говорим о «Вампирском инциденте».

Из-за ответа Мизуки Лео нахмурился.

Как раз в тот момент, когда он пробормотал «Снова?..», терминал отобразил информацию о начале урока. Без оставшегося времени, их утренний разговор подошел к концу.

◊ ◊ ◊

Возле Миюки, которая появилась в школьной столовой, не было златовласой спутницы.

Тацуя не испытывал никаких сомнений или недовольства, он ведь не назначал отдельную встречу. Поэтому этот вопрос не то чтобы его интересовал, он просто пришёл ему на ум.

— Сегодня ты без Лины?

Однако ответ младшей сестры был за пределами его ожиданий.

— Сегодня она отсутствует, Онии-сама. У неё появились некоторые срочные семейные дела.

— Хмм?..

«Отсутствует сразу после перевода из-за границы?» — подумал Тацуя, но так как он кроме неё не знал никаких иностранных волшебников, он не утверждал, что это ненормально. Прежде всего, если учесть её личность, должно быть много вещей, у которых больший приоритет, чем школа. Кроме того, Лина ну никак не могла сказать Миюки или Хоноке причины кроме «домашних». Поэтому Тацуя не спрашивал дальше.

Эрика и Мизуки показали беспокойство её поведением, но — по факту разница была в том, что Мизуки «волновалась», тогда как Эрике было «любопытно» — даже если он спросит Миюки, он понимал, что данный ему ответ не обязательно будет правдой. Таким образом, как обычно, с нехваткой одного человека (нехваткой Шизуки, не Лины), семь человек собрались вокруг столика.

— Кстати, Шизуку хорошо поживает? — Эрика посмотрела на Хоноку.

— Да, кажется, она хорошо себя чувствует. Она также говорила, что уроки не так уж и сложны, — даже не подумав над вопросом, Хонока ответила сразу же. В связи с современными коммуникациями, другая сторона Тихого океана — не такое уж и больше расстояние.

— Она была удивлена тем, что там всё ещё остались обсуждения на уроках, включающие учителей.

У всех на лице появилось удивление, смешанное с интересом. Так как система учеников, выезжающих за рубеж изучать магию, практически прекратилась, было трудно получить информацию о том, какая там форма обучения.

— Тогда, может быть, Лина тоже по-разному недоумевает?

— Не похоже, — Миюки, улыбаясь, отклонила беспокойство Мизуки. на самом деле казалось, что Лина вообще не была озадачена разницей в структуре занятий между Америкой и Японией. «Как если бы она с самого начала ходила лишь в Японскую Старшую Школу Магии», Миюки незаметно показала неприятную улыбку.

Это была милая улыбка дьяволёнка, которую к счастью никто не заметил. Сознание её друзей было приковано к следующей бомбе, которую Хонока объявила.

— Мы вчера немного поговорили по телефону, Шизуку также была удивлена новостями о «Вампирском инциденте». Она сказала, что каким-то образом подобный инцидент произошел и в Америке.

— Э-э! Правда?

— Я спросила у неё то же самое. Похоже, оно имело место не на Восточном Побережье, где находится Шизуку, но в центральной области в южной части Далласа.

— Я впервые об этом слышу… — недавно получив предупреждение от тёти, Тацуя, который старательно проверял новости относительно USNA, неожиданно с восхищением пробормотал.

— Даже на другой стороне, похоже, что у них есть сносно работающее ограничение информации. Шизуку говорила, что услышала это не из новостей, но от хорошо информированного ученика, который оказался бывшим учеником по обмену.

Видимо счастливая, что привлекла внимание Тацуи, на Хоноке была застенчивая улыбка, когда она всё это объясняла.

В глазах Тацуи, который кивнул, был свет, достаточно сильный, чтобы сказать, что это было просто из любопытства.

◊ ◊ ◊

В то время как группа Тацуи была взволнована темой друга, которая училась за границей, светловолосая и голубоглазая ученица старшей школы, которая пришла учиться из-за границы, была на секретной встрече в посольстве USNA.

— Другими словами, вы говорите, что в коре головного мозга Фредди, нет, Старшего Лейтенанта Фомальгаута, была сформирована нейронная структура, которую никогда не видели в обычном человеке?

Хотя встреча проходила в обеденное время, никто из присутствующих, включая Лину, не просил перерыв.

— Возможно, утверждение «обычный человек» немного неверно, — ответил мужчина, который, хотя и не носил белый лабораторный халат, действительно походил на самого настоящего ученого, — по результатам вскрытия, в мозгу Альфреда Фомальгаута была обнаружена нейронная структура, которая до этого никогда не наблюдалась в коре головного мозга человека, даже включая волшебников. В частности, в префронтальной коре головного мозга было сформировано небольшое мозолистое тело.

Видя, что на многих участниках встречи появилось неоднозначное выражение (конечно, Лина была среди них), ученый начал объяснять ещё раз, на этот раз с небольшой лекцией:

— Вы ведь знаете, что человеческий мозг разделен на левое и правое полушарие?

Видя, что все кивнули, он продолжил:

— Правое и левое полушария соединены мозолистым телом, расположенным в центре мозга. Это значит, что мозг обычного человека как правило имеет структуру, в которой правое и левое полушария соединены центральной частью.

— Префронтальная кора — поверхностная часть мозга… Здесь не должно быть структуры, соединяющей правое и левое полушария, так?

— Верно. Другими словами, это значит, что в мозгу Старшего Лейтенанта Альфреда Фомальгаута есть что-то, чего не должно быть в человеке.

Лина, наконец, поняла, почему ей нужно было сегодня явиться лично. Определенно это не та тема, которую можно обговорить по телефону.

— Какую функцию оно выполняет? Я слышала, что префронтальная кора — зона, близко связанная со способностью сознания и суждения, но… Могут ли вновь сформированные клетки мозга настолько сильно повлиять на психические возможности?

— Мы, как исследователи магии USNA, считаем, что мозг не является независимым органом мышления; настоящее ядро мышления — это Информационное Тело Пушионов; роль мозга заключается в получении информации с так называемого «разума», и также быть коммуникационным органом, передающим информацию из тела в разум. Хотя это по-прежнему в теоретической стадии, вероятность этого очень высока, — ученый, с льстивой улыбкой, покачал головой на вопрос старших офицеров, сидевших по другую сторону. — Если эта гипотеза верна, можно предположить, что новая нейронная структура, сформированная в мозгу Старшего Лейтенанта Фомальгаута, связалась с неизвестными психическими функциями, которые обычно не загружены.

На всех снова появилось сконфуженное выражение. Среди них, Лина, которая всё ещё была в раздумье, подняла руку, чтобы ей дали слово.

— Майор, в чем дело?

Хотя ученый побудил её говорить, слова не выходили. Три секунды поколебавшись — хотя этого никто и не заметил — она начала говорить:

— …Доктор, относительно неизвестных психических функций, есть ли возможность вмешательства внешней магии?

Ученый ответил быстро:

— Думаю, Майор Сириус пытается сказать, есть ли возможность того, что Старшим Лейтенантом Фомальгаутом манипулировали, но, к сожалению, такой возможности нет. Хотя это всего лишь гипотезы, но можно без сомнений предположить, что разум и тело взаимодействуют один к одному. Даже если можно вмешаться в разум другого человека, невозможно вмешаться до такой степени, чтобы повлиять на структуру мозга. Кроме того, магии, которая изменяет саму структуру мозга, не существует.

Из фразы «магии, которая изменяет саму структуру мозга, не существует», Лина вспомнила легенду об одном волшебнике. Однако этот волшебник уже мертв. После двадцати лет госпитализации, не вступив в брак, и определенно не имея детей, этот человек должен был уже покинуть этот мир.

Лина слегка покачала головой, возвращая мысли назад к текущему вопросу.

◊ ◊ ◊

Хотя сейчас шли послеобеденные уроки, у учеников третьего года уже было свободное посещение в школу. Воспользовавшись преимуществом того, что ученики второго года застряли в классных комнатах и комнатах практики, два ученика третьего года, парень и девушка, тайно встретились в пустой клубной комнате.

Но между ними не было сладкой атмосферы. Даже несмотря на то, что их родители считали их возможными брачными партнерами (впрочем, у них обоих было более чем по одному кандидату в партнеры).

И, конечно, эту тайную встречу можно считать лишь «тайной встречей», не «свиданием». Катсуто и Маюми пришли сюда от имени Дома Дзюмондзи и Дома Саэгуса.

— Интересно, почему мы должны специально приходить в такое место.

— Извини за это. Я решил, что так будет наименее выделяющийся способ. Как член Дома Дзюмондзи, я хочу пока не привлекать внимания Йоцубы.

— С прошлого месяца между нашим Домом и Домом Йоцуба идет Холодная Война. Боже, потому что этот старый хитрый лис сделал что-то ненужное.

Повернувшись к Маюми, на лице которой появилось немного отвращения, Катсуто усмехнулся:

— Даже Саэгуса может так говорить.

— Ара, Извини. Это было вульгарно?

Когда Маюми начала фальшиво кокетничать, усмешка Катсуто превратилась в горькую улыбку.

— Когда я с тобой, иногда я задаюсь вопросом, считают ли меня мужчиной.

— Это всё недопонимание, ясно? Дзюмондзи-кун, среди моих знакомых, самый что ни на есть настоящий мужчина. Просто напросто.

— Может ли это теперь перерасти в отношения между мужчиной и женщиной?

— С самого поступления мы все эти три года были соперниками.

После того, как они вполголоса посмеялись друг над другом, они одновременно сменили выражение лица. Поскольку даже во время смеха между ними было тяжелое чувство напряженности, нельзя сказать, что атмосфера изменилась.

— Дзюмондзи-кун. Я должна передать сообщение от отца, нет, от Главы Дома Саэгуса, Саэгусы Коуити. Дом Саэгуса рассчитывает на единый фронт с Домом Дзюмондзи.

— Как поспешно. Не «сотрудничество», но вдруг «единый фронт», хех.

Внезапно остановившись, Катсуто глазами запросил объяснение. Конечно, даже Маюми хотела всё объяснить так, чтобы другая сторона могла понять обстоятельства.

— Что ты знаешь о Вампирском инциденте?

— Не так много. В нашем Доме нет стольких приспешников, как у Саэгусы.

На слова, которые могут быть приняты как скромность Катсуто, губы Маюми чуть ослабли.

— Ну, один за тысячу — девиз Дома Дзюмондзи. Тогда как Дом Саэгуса, насколько я знаю, велик всего лишь своим числом… — Маюми многозначительно оборвала речь. И, прежде чем Катсуто призвал её продолжать, продолжила: — Жертв Вампирского инцидента ровно в три раза больше того, что было объявлено. Вчера была подтверждена двадцать четвертая жертва.

Даже если это Катсуто, он не мог не удивиться.

— …Происшествия были лишь в этом районе Токио?

— Столичный район Токио, и, более, того сконцентрированы в городской местности.

Катсуто скрестил руки на груди и тихо думал.

Маюми молча ждала, пока он заговорит.

— Есть жертвы, о которых знает Дом Саэгуса, но полиция не знает… более того, места преступления ограничены лишь узкими местами… Жертвами стали служащие Саэгусы?

— Наполовину верно. Жертвы, о которых не знает полиция, — все наши волшебники и те, кто с нами сотрудничает. Даже жертвы, которые не были доказаны, что являлись волшебниками или обладающими склонностью к магии. Например, студенты Университетов Магии.

— Другими словами, — лицо Катсуто окрасилось ужасным выражением, — это значит, что виновник нацелился на волшебников, хех.

— …Дзюмондзи-кун, ты немного пугаешь.

Но влияние этого выражения, похоже, было слишком сильным для ученицы старшей школы. Не говоря уже о том, были ли это его реальные намерения или просто игра.

— Хмм… Извини.

И даже если это была игра, эффект был достаточным, чтобы оставить на Катсуто след.

— Мы не знаем один ли виновник этих серийных убийств, или несколько; в любом случае, можно с уверенностью предположить, что этот «вампир» в качестве жертв выбирает волшебников.

Не делая больше замечаний Катсуто, который стал мрачным, Маюми спокойно вернулась к теме, в конце концов, её истинная природа показала, что она, действительно «дьяволёнок».

— В хронологическом порядке, когда были убиты студенты Университета Магии и персонал, персонал нашего Дома, пытаясь отомстить за эти предыдущие потери, был убит во время расследования, тем временем количество жертв также увеличилось, в результате чего и появилась такая ситуация.

— Действительно, мы не можем это игнорировать.

Не обращая внимания на урон, полученный от крайности выражения лица Маюми, Катсуто глубоко кивнул.

— Есть какие-либо зацепки? Если есть человек, способный навредить волшебникам Саэгусы, на ум приходят лишь улучшенные солдаты или волшебники. К тому же высока вероятность того, что это иностранцы. Тот, кто въехал в страну до и после инцидента, или подозрительный человек среди приехавших в Токио иностранцев?

На вопрос Катсуто, Маюми покачала головой. Видимо Саэгуса подумала о том же и уже расследовала это дело.

— Но, касательно иностранцев, которые въехали в страну перед инцидентом и после…

Здесь Маюми остановилась, но в ответ на взгляд Катсуто, призывающий её продолжить, она нерешительно продолжила говорить:

— В страну въехало много иностранных студентов-волшебников и Инженеров Магии из USNA. Даже в нашей школе есть ученица по обмену, которая подходит… Дзюмондзи-кун, думаешь, она подозрительна?

— Думаю, она подозрительна, но, вероятно, не преступник, — немедленно ответил Катсуто. — Я не думаю, что она совершенно непричастна, но мы можем её на время оставить?

— Если так говорит Дзюмондзи-кун…

Маюми тоже серьезно не подозревала Лину. Маюми, которая опустила глаза из-за потери уверенности в себе, Катсуто задал вопрос о том, что его волновало.

— Но, если такие дела, думаю, тебе лучше сотрудничать с Йоцубой.

На резонное предложение Катсуто, настала очередь Маюми нахмурить брови.

— На самом деле я тоже так думаю, но… это нарушит неписаное правило. Если Отец не извинится и не признает свои ошибки, думаю, что налаживание отношений будет невозможно.

— Но твой отец не намерен извиняться перед Йоцубой, хех… хотя и понятно, учитывая прошлые разногласия между Майей-доно и Коуити-доно… Тем не менее, чтобы в Йоцубе до сих пор было жесткое отношение, такое случается редко.

В свете положительной политики независимости, или в свете отрицательной политики эгоцентризма, которую приняла Йоцуба (хотя, изначально независимость не имела плохого значения), они всегда принимали позицию, в которой их не заботило, что делают остальные Дома. Прочно развивая свою собственную эффективность, находясь в одном ряду с Саэгусой на вершине Десяти Главных Кланов благодаря лишь их магической силе, это был Клан, который можно сказать, что был еретическим даже среди Десяти Главных Кланов.

Катсуто иногда думал, что же они делали за кулисами, но даже притом, что между ними была ясная конфронтация, которая даже нарушила встречу клана, он знал лишь это. Хотя он не мог сказать это Маюми, именно Саэгуса существенно подняли семена конфликта.

Наверное, на его лице отобразились мысли «Что же случилось?».

— Я тоже не знаю подробности, но… — Маюми с горьким чувством неохотно открыла рот, — кажется, этот хитрый лис, мой отец, тайно вмешался в определенную часть Оборонительной Военной Разведки под патронажем Йоцубы. И это было обнаружено.

— …Понятно.

Тогда жесткая позиция Йоцубы имеет смысл. Маюми, у которой было лицо, будто она в любой момент начнет скрежетать зубами, Катсуто лишь так мог ответить.

Не так много времени прошло и Маюми, которая, наконец, восстановила спокойное выражение, снова повернулась к Катсуто:

— И что ты думаешь? Будет ли Дом Дзюмондзи сотрудничать с Домом Саэгуса?

Маюми, которая снова задала этот вопрос, Катсуто сразу же кивнул:

— Я буду сотрудничать.

— Хотя это обычное дело… это действительно довольно прямой ответ.

На ответ Катсуто, который также не содержал сомнений, Маюми засуетилась с потрясенным голосом.

— Я уже говорил раньше. Так как я услышал историю, даже для Дома Дзюмондзи это не та ситуация, которую он может проигнорировать.

Конечно, он не был бы Катсуто, если бы был этим потрясен.

  1. ↑ Ксенофобия: действия против иностранцев.