Том 5.5 Глава 98. Обсуждение по итогам

— П-пожалуйста, прекратите.

— Но Ицуки-сама!

— Она просто решила для себя, кто я такой. Однако это не истина. Нам нужно найти возможность решить все мирно.

— П-понятно. Хорошо.

Доспех понял, что ничего не добьется, сдался и сдулся. Затем и Рафталия ослабила хватку.

— Поумерьте ложь. И еще — если вы так и будете лишь тешить свое чувство справедливости, однажды спутники отвернутся от вас, — высказала она Ицуки еще несколько хлестких слов.

— …Буду молиться, чтобы этого не случилось. Но придет время, и вы обязательно доверитесь мне.

Что за?

Я бы сказал, что это вопли неудачника, но слишком уж бредовые.

С какой стати вдруг Рафталия бросит меня и доверится Ицуки?

Я даже не могу представить, что должно произойти.

Он в этом смысле что, одномышленник Мотоясу?

У него не чувство справедливости обостренное, а желание слышать похвалу других?

И даже сила ему… для собственного удовлетворения?

Или я слишком много думаю?

Ну да, вряд ли он настолько мерзок.

То есть, мне хотелось бы так верить. Потому что в противном случае можно гасить свет.

— Буду с нетерпением ждать вечернего совета.

— Ага, я тебя много о чем хочу спросить.

— Да, нам тоже хотелось бы о многом вас расспросить, Наофуми-сан.

Ицуки и его свита ушли в номер..

Получается, мы… расстались с ним быстрее, чем с Мотоясу и чем с Реном. Теперь у меня такое чувство, будто Мотоясу из них самый толковый.

— Поверить не могу, что все Герои, кроме Наофуми-самы, так себя ведут!

Как же хочется за голову схватиться.

Отчасти я ее пониманию. Они ведь как-никак Герои.

Одни вон уже говорят, что Герои-то — ненастоящие, однако они могут думать, что, если вспомнить логику известных мне игр, Герой — он всегда Герой, даже если грабежом занимается.

К тому же всеми ими движет извращенное понятие о справедливости, скрытность и потакание собственным капризам.

Но как бы там ни было… надо бы провести обсуждение по итогам.

— Рафталия, Фиро, послушайте меня.

— Что такое?

— Что-о?

— Рафталия, мне кажется, ты слишком требовательна к людям.

— Э?! — откликнулась та, словно не веря своим ушам.

— Возможно, в этом есть и моя вина, но Герои — в первую очередь люди. Может, в твоих легендах все они совершали великие дела, но на деле у каждого из них есть по недостатку. По паре. По три-четыре. По пять-шесть.

— Не слишком ли много?

— …Не бери в голову. В общем, легенды — они приукрашенные. Ну, говорят же, что великие люди велики и в любви, так что и к Героям этого мира оно относится, да?

— Н-ну-у…

Я вставил в свою фразу поговорку, а Рафталия поняла. Значит, в их мире тоже существует похожее выражение.

— Поэтому, придираться к ним можно до бесконечности. Просто они сражаются по-своему. Посмотри с хорошей стороны.

— С какой?

— Если хорошо подумать о стиле Мотоясу, то он лучше сам выйдет вперед и будет сражаться, чем допустит, чтобы его товарищей ранило. Это ведь по-геройски?

— И, и правда.

— Если хорошо подумать о стиле Рена, то он стремится как можно меньше нагружать своих спутников и просит их о помощи лишь в битвах, где силы одного Героя недостаточно.

Я не слишком плохо о нем выразился?

Конечно, ему не хватает стратегического мышления, но в целом впечатление о нем у меня сложилось такое. Если попривыкнуть — вполне можно будет его переваривать.

— Ну…

— А если хорошо подумать о стиле Ицуки, то он, скорее всего, пытается привить своим спутникам уверенность в том, что враги никогда их не ранят. Учит их доверять Герою.

Правда, зашел слишком далеко и получил таких вот спутников.

Думаю, они и ему хлопот доставляют.

Впрочем, если смотреть на одни только недостатки — ничего хорошего не выйдет, к тому же мы начнем забывать о своих минусах.

— Возможно, что и я слишком стремлюсь к идеалу.

— …

— Не бывает идеальных от рождения людей. Даже Герои не появляются всесильными, а растут вместе с оружием… но сильное тело вовсе не означает, что в нем сильный дух, да?

— Д-да…

Меня это тоже касается. У меня вон тоже бабочки в животе кружили, когда я только пришел в этот мир.

Ну как же — мир меча и магии!

Любой, познавший хоть одну неприятную сторону реальности, начинает мечтать.

И если бы заурядного человека вдруг превратили бы в Героя и наделили особыми силами, он наверняка бы тоже увлекся.

Если так подумать, вся четверка призванных Героев — люди, со всеми вытекающими последствиями.

Мы не идеальные.

И все же… не знаю, какие у призыва критерии выбора, однако какими-то качествами Герой обладать должен.

Взять, например, Мотоясу. Да, он бабник, и с моей точки зрения страшно раздражающий тип, к тому же от женщин фанатеет как никто другой, но с точки зрения здравого смысла он поступал правильно, когда пытался освободить Рафталию от рабства.

Рен в свою очередь спасал деревни.

Ну а Ицуки занимает позицию Героя — непримиримого борца со злом, пусть и не слишком умного.

Разумеется, все это не означает, что я намерен с ними мириться.

Даже с учетом всего, что я перечислил, они совершают слишком много сомнительных поступков. Но я и не собираюсь обелять их перед лицом Рафталии. Моя задача — повысить осведомленность нашей группы.

— Ты ведь после всего уже наверняка поняла и мои недостатки?

— Наофуми-сама, вы… порой смеетесь, когда смотрите на страдания других.

Гх… это я и сам пониманию, но из уст Рафталии такое слышать все равно неприятно.

И действительно, до сих пор я наживался на страданиях селян и других торговцев, и из-за этого когда слышу о чьей-то беде начинаю радоваться и предвкушать прибыль.

Из недавнего — я радовался, когда Сука с Подонком по заслугам получили.

И исправляться не собираюсь.

— Еще вы невежливый и порой любите уклоняться от ответственности тем, что как бы не врете, но ничего не обещаете.

У-у… слова ее почище клинка ранят.

Тут и говорить не о чем — я осознаю, что я скользкий тип.

И считаю, что если ничего не обещал, то ничего делать не обязан.

И недостаток мой, видимо, в том, что исправляться я нисколько не собираюсь?

— Вы грубый, иногда бесчувственный и непонятливый, бестактный, не понимаете чувств других и так далее.

— Это уже перебор.

Вот ведь язык наточила.

Это я-то бесчувственный и непонятливый? Что бестактный — это да, это я знаю.

— Т-так вот, в этом смысле можно сказать, что ты и меня пока не признала Героем, Рафталия.

— Вы неправы!

— Я очень рад, что ты так считаешь. Но недостатки есть и у меня, и у них. И сейчас ты это в общих чертах увидела.

Вот именно на этом нам надо сойтись.

К тому же мы должны понять их слабые места, чтобы в будущем придумать, как над ними работать.

— Если ты не против, Рафталия, то я считаю, что ты слишком многого ожидаешь от других людей и капризничаешь. Чуть что неприятное случится — сразу сбегаешь. Пойми это.

— Есть…

Рафталия свесила голову и умолкла.

Может, я и переборщил, но пусть она в таком случае на моих ошибках учится.

Наверняка у меня есть недостатки других Героев, а в будущем я могу часто наступать на их грабли.

И очень важно о таких вещах предупреждать заранее, чтобы их не случалось.

— Господин-сама, а что насчет меня?

— А ты бесишь.

— Бу-у!

— Ха-ха.

Вывод здесь такой, что в любой группе… или другом объединении людей непременно возникают трудности.

Вполне возможно, что и мы столкнемся с теми, которые возникли у троицы Героев.

Чтобы этого не случилось, всей нашей группе необходимо поработать над восприятием действительности.

— Мы должны помнить о трех точках зрения: собственной, наших товарищей и стороннего наблюдателя.

Я должен сделать так, чтобы мы не столкнулись с трудностями, которые увидели в их группе — с игрой в рыцаря и принцесс, с игрой в одинокого волка и с представлением о собственном превосходстве.

Лишь бы и у нас иерархии не появилось. Не хочу, чтобы Рафталия и Фиро травили наших новых товарищей… новых рабов или монстров.

Мне не кажется, что мои девочки на такое способны, но обещать, что такого не случится, я не могу.

К тому же я не могу ручаться за то, что наши будущие спутники не будут разделять таких взглядов.

Кроме того, все это относится не только к Рафталии и Фиро, но и ко мне.

Чувствую, мне будет очень тяжело предвидеть сложности, которые буду создавать я сам, и пытаться делать все возможное, чтобы исправиться и не допустить их.

На меня, как на Героя Щита, мои спутники влияют самым прямым образом, в отличие от остальных Героев.

Конечно же, Рафталии и Фиро мне уже становится мало, так что нам нужно найти новых спутников.

И чем больше их будет, тем сложнее ими будет управлять. В будущем группой придется управлять, постоянно оглядываясь на то, а не возникнут ли у нас такие же трудности, как и групп других Героев.

— Не стоит думать, что вам все дозволено, раз вы спутники Героя. Старайтесь никому не досаждать. Если будет еще одно такое мероприятие, не сдавайтесь на полпути.

Хотя, конечно, с Героюшками ходить сложно.

Наверняка они придумают, в чем обвинить Рафталию на совете.

Если честно, надеюсь, больше таких мероприятий не будет.

— …Хорошо. Прошу прощения.

Рафталия, видимо, поняла, в каком я теперь положении, и раскаялась.

— Ну, преследовать идеалы — это неплохо, но вы должны работать прилежно, чтобы гордиться своими заслугами.

— …Есть.

— Е-есть.

Увидев, как девушки кивнули, я тихо добавил:

— Но в любом случае, с вами куда лучше, чем с ними.

И дело тут не в том, кто слабее или сильнее. Со всеми спутниками Героев так или иначе возникали сложности.

За эту неделю я даже слишком хорошо понял, насколько же легко мне было с Рафталией и Фиро.

— Так что я на вас рассчитываю. Надеюсь, вы и в будущем меня не подведете, — подбодрил я расстроившуюся было Рафталию, и на этом наше обсуждение закончилось.

— Е, есть!

— Е-есть!

Если я что и не успел спросить, так это…

— Кстати, Фиро, ты ведь до конца была с Ицуки?

— Угу.

— Он делал что-то, чего не делал я?

— М-м…

Фиро задумалась, по ходу дела играя с непослушной прядью.

Это еще отчего?

— Эт-то. Он все приговаривал, что проценты то, бонусы с монстров сё.

Проценты? Бонусы?

Значит, он что-то скрывает? Бонусы… я бы предположил, что речь о бонусах экипировки, но о каких именно? А монстры… попробую потом воспользоваться этой зацепкой, чтобы выудить из него правду.

К тому же у меня есть руда, подаренная Лисия, так что, быть может, у меня получится что-то разузнать.