Глава 826. Королевство секса / Перекрёстные продажи 3

Опция "Закладки" ()

— Старшие сёстры сказали своё мнение, но…

Луна говорит с Койоми-тян.

— Нет нужды торопиться, у Койоми-тян нет причин срочно заняться сексом с Нии-сан.

Койоми-тян смотрит на свою сестру.

— Когда ты сделаешь это с Нии-сан, у тебя установятся более глубокие отношения с нами, хмм, они все называют друг друга «сёстрами», да? Вот что случится.

Луна пытается объяснить.

— Нии-сан сказал, что Койоми-тян часть нашей семьи, но это означает «близкий человек». Глубокие отношения между кровными сёстрами — это другое.

— Да, верно.

Эдди кивает.

— Теперь Юкино тоже наша сестра.

— Серьёзно?

Юкино фыркнула.

— Что касается Агнес-тян, ну, Койоми-тян тоже видела её сердце как мы… Она девочка, которая нуждается в уникальном воспитании.

Агнес — ребёнок, который был воспитан как сексуальная рабыня для Ширасаки Сусуке.

Ей внушили, что она должна заниматься сексом со своим отцом.

Поэтому я взял на себя роль отца Агнес, она думает, что заниматься сексом со мной — это самое важное в её жизни.

— Агнес-тян особенная, она не будет дружить с девочками, которые не занимаются сексом с Нии-сан.

— Я понимаю.

Отвечает Койоми-тян.

Я знал это, они читает мысли с помощью силы Мико.

— Но я не могу сделать это сейчас.

Койоми-тян оглядывает своё маленькое тело.

— Нет, всё нормально.

Сказал я.

— Не заставляй себя, мы также хотим постепенно исправить Агнес шаг за шагом.

Она не открывается девушкам, с которыми я не занимался сексом, но.

Агнес скоро пойдёт в школу.

Я хочу, чтобы она нашла там друзей.

Когда это случится…

Агнес попросит меня изнасиловать всех девочек, с которыми она хочет подружиться.

— Я хочу, чтобы Агнес научилась дружить с людьми без сексуального подтекста.

Поэтому я думаю, что Койоми-тян, которая не занималась со мной сексом, будет полезна.

Если Агнес сможет подружиться с ней, несмотря на это, то, я думаю, всё наладится.

— Но я…

Койоми-тян?

— Мне кажется, я хочу этого.

А?

— Секса.

Эта маленькая девочка смотрит на меня.

— Я видела сердца всех, кто живёт в особняке, кажется, что все они считают секс чем-то замечательным.

Понятно. Койоми-тян читала мысли жителей особняка последние несколько дней.

— Все считают секс приятным, она делает их счастливее.

Женщины, которые проводят ночи со мной.

— Никто не остаётся разочарованной после секса. Ай-сан приняла это раньше, чем сама заметила.

Койоми-тян взглянула на Ай.

— Этот идиот всегда старается, чтобы это было приятно.

Сказала Юкино.

— Они даже едят вместе. Этот идиот всегда называет вкусным всё, что ест, да? Это не означает, что у него нет вкуса, он просто считает всю еду вкусной. Он пробует еду, говорит, что она вкусная, и делает довольное лицо. Поэтому у него постоянно тупое лицо.

У меня правда такое лицо?

— У Нии-сан положительный взгляд на жизнь. Он находит в еде вкусное и с удовольствием есть её.

Сказала Луна.

— Он не любит придираться, если только это не совсем плохо. Я хочу сказать, что Нии-сан счастлив только от того, что ест еду, которую приготовили его любимые.

Это…

Я не ел вместе с семьёй с тех пор, как умерла моя бабушка.

Поэтому я счастлив, когда ем вместе с девочками.

Я ел лишь холодную еду в тёмном доме, когда мама и папа ушли.

Я никогда не забуду это одиночество и безвкусную еду.

Даже сейчас, когда я окружён большой семьёй и живу в счастье.

— Поэтому Кацуко, Маика и Рурико такие же. Этот идиот радуется, когда кто-то готовит для него, что мотивирует девочек становиться лучше в кулинарии. Понимаете? Она счастливы от того, что их еду считают вкусной.

Юкино, ты так это видишь?

Они почти не общается ни с кем, кроме Мегу и Мана…

Она всегда сидит в сторонке, но всё же…

— Моя мама — критик еды, она всегда делает качественные блюда, но папа придирался ко всему, что она делала. Например: «Вот это нельзя добавлять в суп мисо. Лишние ингредиенты портят его», «Это тофу не влезет в мой живот», «Голову сайры надо было отрезать, а голову скумбрии оставить открытой» и так далее.

Ширасаки Сусуке — узколобый мужчина.

— Он не готовил сам, но постоянно жаловался. Даже обедая в дорогом ресторане, он говорил: «Это неправильно», «Мне это не нравится». Он всё время жаловался и не мог молча поесть.

Сказала Юкино.

— Ладно, вернёмся к нашему идиоту. Этот идиот применяет такую логику не только к еде, но и к женщинам.

Ч-что?

— Этот идиот не насилует каждую встречную. Я имею в виду, у него нет чести и он тупой как пробка. Он определённо отбитый на всю голову, но…

Юкино подбирает грубые слова.

— Но он обязательно пробует своих женщин. Он всегда такой. Он не летит за своим либидо впереди поезда, он использует все свои пять чувств…

— А, я поняла!

Говорит Кана-сенпай.

— Нобу много смотрит на меня и слушает, когда я стону от удовольствия, он нюхает мои волосы и кожу, прикасается ко мне…

— А ещё он любит лизать!!!

Эй, это звучит так, словно я тот ещё извращенец.

— Он такой жадный, что не остановится, пока не испробует тебя всю.

— Не только тело, Нии-сан также хочет насладиться твоим сердцем.

Добавляет Луна.

— Я тоже понимаю это. Нобу полностью открыт, когда занимается сексом. Он раскрывает всего себя. Он не пытается выглядеть круто перед нами, да?

А? А что я могу скрыть во время секса?

Мой член оголён.

Мой тело голое, я не думаю, что тут можно что-то скрыть.

— Нобу прекрасен в такие моменты, это так эротично! Особенно, когда он нападает на меня, мне хочется визжать как фанатке.

— Да. Этот идиот говорит тебе: «Я хочу секса, давай займёмся им», и он даёт тебе прочувствовать это.

— Поэтому нам приятно заниматься сексом.

Сказали Кана-сенпай, Юкино и Луна.

— В конце концов, Дорогой ищет в каждой из нас уникальный шарм.

Эдди улыбнулась.

— Когда приходит моё время, он обнимает меня. Время Юкино — для него существует только Юкино. И так же с остальными девочками. Он наслаждается отличиями в наших телах и разумах. И это делает нас счастливыми.

— Верно. Поэтому Ай права. Делая это с Нобу, ты понимаешь, что делаешь что-то хорошее. Потому что он наслаждается этим. Ох, вот почему.

Кана-сенпай взглянула на Ай.

— Понимаешь, со мной было также. Сначала Нобу меня изнасиловал, но затем я по уши влюбилась в него. Секс с ним — это приятно.

Канасепнай улыбается.

— Я-я…

Ай посмотрела на меня.

— Ай тоже счастлива.

Мама ошарашенно слушает признание своей дочери.

— Похоже Койоми-тян почувствовала наши эмоции от секса.

Говорит Эдди.

— Но тело Койоми-тян молодое, тебе ещё рано заниматься сексом.

— Нет, Нии-сан… Нии-сан сомневается. Он думает: «Это невозможно с телом Койоми-тян. Ей будет больно» и «Койоми-тян возненавидит меня за это».

Луна?

— Койоми-тян может видеть негативные мысли Нии-сан, поэтому она аккуратно сближается с ним…

Понятно.

Значит проблема в моём отношении к ней.

— Но настоящая проблема в том, что её тело ещё не готово.

Сказала Эдди.

Я тоже так думаю.

Тело Койоми-тян слишком маленькое и молодое для секса.

— А? Вы бы могли сделать это понарошку, если не можете заняться настоящим сексом.

Сказала Кана-сенпай.

— Да, я думаю, что девочки в её возрасте уже знакомы с мастурбацией.

Ю-Юкино?

— Ты не можешь вставить в неё член сейчас, но ты можешь заставить её кончить своим языком или пальцами, например?

После слов Юкино.

— Я-я вам не позволю!

Мама Ай разозлилась.

— Я-я не позволю тебе вставлять пальцы в этого ребёнка! Я-я защищу её!

Ээ.

Ах да.

Она сломается, если мы слишком сильно надавим на неё.

— Нет, я ещё ничего не решил.

Вежливо отвечаю я.

— Давай пока не будем торопиться с этим. В любом случае, теперь я знаю больше о Койоми-тян, мы может не спешить с этим.

Я смотрю на Койоми-тян.

— Койоми-тян, тебе не нужно торопиться с ответом. Впереди может оказаться ещё много проблем…

Она может читать мысли, поэтому…

Пока Койоми-тян остаётся в особняке, она будет впитывать эмоции и воспоминания о сексе.

— Да. Ты прав.

Сказала Койоми-тян.

— Я рада, что ты честный мужчина, который думает о балансе.

А?

— Моя ситуация… нет, здесь у всех необычная ситуация… Я понимаю это…

Её мама, в которой текла кровь служительниц, была поглощена силой Мико и погибла.

— Я знаю, что все здесь создают отношения через секс, и Кийохара-сан злится на это.

Да, наши отношения ненормальные.

Я знаю об этом.

— Даже так, Но ты находишь баланс в этих ненормальных отношениях, и ты не теряешь бдительности.

А?

Что?

Койоми-тян хвалит меня?

— Да. Это короткий период, но я благодарна за эту возможность, ты никогда не лгал мне, Ай-сан и Кийохаре-сан. Ты говоришь то, что думаешь.

Койоми-тян смотрит на меня.

— Ты не лжёшь и остальным. Я рада быть в обществе людей, которые не умеют врать.

Не умеют врать?

Я смотрю на женщин в комнате.

Юкино, Кана-сенпай, Луна, Эдди.

— А, понятно.

Внешность и характер Нэи — всего лишь маскировка, ложь. Надзима Йясуко не обладает той свободой и напором, как у Нато Нэи.

Кацуко-нээ и Минахо-нээсан — члены Куромори, у которых всегда в голове какой-то план.

Если бы они были здесь, Койоми-тян не смогла бы расслабиться.

Мегу тоже из тех, кто сдерживает эмоции.

Юкино и Кана-сенпай не боятся говорить то, что думают.

Эдди и Луна спокойно наблюдают за происходящим и никогда не говорят ничего лишнего.

Эти люди располагают к тому, чтобы Койоми-тян, девочка, которая читает мысли, открыла своё сердце.

Ну, если не считать Минахо-нээсан, которая наблюдает за нами через камеры.

— Мы поняли друг друга.

Кстати говоря, двери закрыты.

После Эдди никто не входил.

Возможно Кацуко-нээ попросила дать нам время.

— Вот и славно, предлагаю после нашего разговора поесть.

Я говорю всем.

— Ах да. Нам надо поторопиться, а то нэи-сан и остальные не успеют поесть.

Уже 12:45.

— А, за Нэи не беспокойтесь. Похоже она пропустит пятый урок.

Эдди улыбнулась.

— Поэтому нужно подменить Мегуми.

— Тогда я пойду.

Я встаю.

— Они не будут жаловаться, если я опоздаю на пятый урок.

Я прохожу «курсы пекаря», они имеют больший приоритет.

Кацуко-нээ и Нэи занимаются продажами, а я подменю Мегу.

У меня есть немного опыта в качестве продавца.

— Вы все можете расслабиться, вы достаточно поработали сегодня. Ай, ты можешь пообедать вместе с мамой.

— Аууу.

Ай дрожит.

Кажется она боится своей мамы.

— Я позабочусь об этом, Нобу, если ты позволишь.

Кана-сенпай очень помогает в такие моменты своим настроем.

— А можно я съем твой обед?

Юкино дразнится.

— Смотри, мне ведь надо за двоих есть.

— Хочешь превратиться в жируху после родов?

Эдди ухмыляется.

— Ууу, это проблема.

— Дорогой, я помогу тебе, когда закончу.

— Да, спасибо.

Я открываю дверь.

Затем.

— Я сказала отпустите Кийохару-сан!

За прилавком стоят пять школьниц.

Все они требуют что-то от Кацуко-нээ.

А, вот почему Нэи и Мегу стоят на продаже.

— Странно всё это! Почему Кийохара-сан работает!

— Д-да! Это нарушение трудового законодательства!

— Мы доложим о вас в отдел по охране труда!

— Если мы подадим на вас в суд, мы победим!

Пять девочек громко кричат на Кацуко-нээ, и все ученики в столовой смотрят на них.

Их коридора тожже заглядывают любопытные ребята.

Плохи дела.

Я закрываю дверь.

Если я выйду, то они попытаются заглянуть в комнату, где должна находиться Ай.

Я не могу позволить им увидеть Юкино, маму Ай и Луну.

— Дорогой.

Эдди нажимает кнопку на стене.

Из потолка выдвигается монитор.

Он показывает происходящее снаружи, а также мы слышим голоса через динамик.

Это было сделано для Мегу и меня. Пекарня оборудована системой наблюдения, чтобы следить за столовой.

— Хорошо, успокойтесь и выслушайте меня.

Кацуко-нээ обращается к пяти девочкам.

— Кийохара-сан просто помогает в магазине, как и остальные девочки. Мы не заставляем её делать это.

— О чём вы говорите? Вы ведь ей не платите, да?!

Кричит одна из девочек.

— Вы продаёте выпечку, а Кийохара-сан не получает ни иены?! Это возмутительно!

— Вот-вот! Это нечестно!

— Нарушение прав человека!

Да что с ними такое?

— Э-это девочки из моего класса.

Отвечает Ай, дрожа.

— О-они всегда помогают Ай, и м-мы каждый день ели вместе.

Подруги Ай?

— Но Кийохара-сан не наёмный работник. Эта пекарня связана с курсом «технической подготовки боевых пекарей» или как его там. Это часть образовательной программы.

— Я не получаю оплату здесь.

— Я тоже.

Сказали Нэи и Мегу.

— Н-но вы должны платить Кийохаре-сан, если она работает!

— Вот-вот!

— Она продаёт выпечку!

— Если это только обучение, то она должна просто выдавать товар!

Пятёрка искательниц справедливости продолжает кричать.

— Хмм, школьные бейсбольные команды платят вступительный взнос, чтобы участвовать в турнирах. Но при этом игроки на этих турнирах не получают деньги за участие, верно? Это просто часть их образовательной программы.

Объясняет Кацуко-нээ.

— Вы просто пудрите нам головы! Нас не обманешь!

— Вот-вот!

— Но вы ведь получаете деньги, да?!

Кацуко-нээ:

— Да, я учитель курсов пекаря. Это моя работа: учить ребят печь и продавать. Поэтому я получаю оплату.

Гордо говорит она.

— Вы звучите такой гордой. Вы ведь просто наёмный работник в этой школе, не так ли?

— Вот-вот! А мы платим этой школе! Поэтому мы главнее вас!

— Пойдём к директору. Скажем ему, что наш пекарь много о себе возомнил.

— А может пойдём к председателю совета?

— Отправим письмо министру образования, мы закончим вашу карьеру.

Девочки не умолкают.

Кацуко-нээ была председателем совета этой школы, сейчас она просто завуч.

— В любом случае, всё, что вы говорите — это странно!

Сказала одна из девочек.

— Кийохара-сан не поступала на курс пекаря. Вообще очень странно, что ученики работают в пекарне в «образовательных» целях!

— Вот-вот! Это тирания!

— Ваши доводы неуместны!

— Мы протестуем!

Ээ.

— Как я уже сказала, вы ошибаетесь. Мы здесь как волонтёры.

— Да, мы тоже не поступали на курс пекаря.

Возражают Мегу и Нэи.

— Ай-тян тоже! Она добровольно помогает нам!

Нет, это…

Я приказал Ай помогать.

— Это неправильно!

Кричат подруги Ай.

— Но это же Кийохара-сан! Она бы никогда не сказала, что хочет сделать что-то сама!

— Вот-вот! Она же совсем несамостоятельная, только хнычет и всё!

— Вы наверняка угрозами заставили её работать здесь!

— Вы сделали её своей рабыней!

— Всё-таки Кийохара-сан милая.

Ох.

Понятно.

Так о ней думают одноклассники.

— Эй, заткнитесь! Я вообще-то тоже милая!

Вдруг вклинивается Нэи.

— Мегу-тян тоже хорошенькая, если смотреть с этого угла.

— Нэи-онээсан, пожалуйста, прекрати, девочки настроены серьёзно.

Мегу просит Нэи замолчать.

— Эмм, я думаю, что вы не знаете, но Кийохара-сан и старшая из теннисного клуба, Хошидзаки-сенпай…

— Мы знаем! Парень из клуба дзюдо приставал к Кийохаре-сан, а старшая из теннисного клуба помогла ей.

— Кийохара-сан всегда всё обсуждала с нами.

— Да, мы видели те отвратительные фото и пытались помочь ей.

Ай полагается на кого угодно, если от них есть толк.

Она всегда делает жалкий вид, побеждая других помочь ей.

— Вы сделали что-нибудь с этим?

Спрашивает Нэи.

— Очевидно, что мы ничего не можем сделать!

— Он старше, парень, и из клуба дзюдо.

— Он присылал пошлые фото, он отвратительный.

Ох, они видели фото члена Шиндо.

Ай всё показала им.

— Вот-вот, эти сталкеры ужасны.

— Да, с нами бы тоже могло случиться что-то плохое.

— Так значит вы, девочки, никак не помогли ей?!

Спрашивает Нэи.

— Это не значит, что мы ничего не делали!

— Вот-вот! Мы с ней каждый день.

— Мы едим вместе с ней!

— Да, Кийохаре-сан страшно оставаться одной.

— Мы помогаем ей таким образом.

Говорят они.

— Видите ли, Кана-тян решила проблему.

Сказала Нэи.

— И в качестве благодарности за помощь Ай-тян сказала, что будет помогать Кане-тян в пекарне.

— Это невозможно!

Подруги Ай не верят.

— Кийохара-сан никогда бы не сказала такого!

— Вот-вот! Старшая из теннисного клуба заставила её! Это точно!

— Кийохара-сан ничего не рассказывала нам об этом!

— Это жестоко!

Они продолжают создавать собственную историю.

Что нам делать с ними?

— Боже, какая шумная шайка. Пойду тоже покричу вместе с ними.

Юкино встаёт.

— Нет, если ты выйдешь сейчас, то создашь ещё больше проблем, Юкино.

Юкино по-прежнему считается неприкасаемой в нашей школе.

— Они притворяются её подругами, но на самом деле они смотрят на неё свысока.

Юкино смотрит на Ай.

— Они не подруги.

Сейчас ты защищаешь Ай?

— Понимаете. Я потеряла всех моих друзей за один день. И я ненавижу людей, которые притворяются друзьями.

У Юкино было много друзей.

Однако это были лишь поверхностные отношения.

Это из-за меня она потеряла друзей.

— Может мне стоит выйти?

Спрашивает Кана-сенпай.

— У меня больше опыта общения с младшими выскочками, чем у Нэи-сан.

Ох.

Нэи тут бесполезна. У неё не было обычной школьной жизни.

Кацуко-нээ тоже не может разобраться с ними.

Мегу и Эдди — первокурсницы.

Они не смогут переспорить эту группу девочек.

— Хорошо, попробуй, Кана-сенпай.

— Конечно.

Кана-сепнай встаёт.

— Ай, и ты иди.

Ай удивлённо взглянула на меня.

— Ты должна сделать это сама.

Говорю я.

— Разберись с этими девочками вместе с Каной-сенпай.

— Ч-что ты сказал?!

Ай дрожит.

— Я не буду говорить тебе, что делать, ты должна решить сама, Ай…

Хочет ли она оставаться с этими подругами?

Или порвать с ними?

Она должна самостоятельно подумать, решить и сказать им.

— Аууууу.

— В любом случае, они мешают нашему бизнесу. Ты разберёшься с ними, Ай, это приказ.

Я чётко приказал ей.

Оставить комментарий