Глава 112.2

Опция "Закладки" ()

Слова Мадам выглядели крайне безрассудно. Главой дома был Юнь Сюань Чжи, но она постоянно пыталась надавить на него… Кроме того, Мадам намекнула, что Юнь Сюань Чжи слишком жаден, о чем она вообще думала? Это же определенно заставит Юнь Сюань Чжи ненавидеть ее сильнее!

— Мама, ты прекрасно знаешь, что все пригодные для сельского хозяйства земли семьи Юнь были переданы младшему брату, а все поместья – часть приданого Жо Ли, которое, в будущем, станет приданым Мэн Эр. Я не в состоянии передать дом и землю младшему брату, прошу прощения, мама.

Юнь Сюань Чжи действовал примерно так, как и предполагала Юнь Цянь Мэн: двумя предложениями он полностью отрезал любую возможность Мадам выжать из него деньги или любые другие богатства. Как бы то ни было, но даже если бы Мадам обладала полной поддержкой сына, она бы никогда не посмела публично перечить Фу Го Гун Фу. Если бы это произошло, учитывая характер Императора, будущему драгоценных внуков Мадам пришел бы конец.

Мадам и так едва сдерживалась, сначала Юнь Цянь Мэн, а после Юнь Сюань Чжи, но стоило из соседней комнаты донестись детскому плачу, как она не выдержала и раздраженно воскликнула:

— Все кормилицы умерли? Какой от вас вообще толк? Едите и спите целыми днями, а когда нужно работать, у вас постоянно находятся какие-то оправдания. Было бы лучше вообще вас не нанимать!

Юнь Цянь Мэн и Юнь Сюань Чжи проигнорировали крики Мадам.

— Мэн Эр, твоя свадьба приближается, и к ней нужно многое подготовить. Если тебе что-то понадобится, просто попроси наложницу Лю, она все организует и доставит. Ни в коем случае не потеряй достоинства старшей сяоцзе Сянь Фу. Если же у тебя не будет каких-либо дел, постарайся не покидать Ци Ло Юань. Сейчас твой статус не прост, ты – Фужэнь Чу Сяня. Не давай посторонним ни малейшего повода для насмешек.

В голосе Юнь Сюань Чжи слышалась забота, он явно сказал эти слова, чтобы остальные услышали их и не беспокоили Юнь Цянь Мэн. В противном случае, они рискуют оскорбить Чу Фэй Яна и Чу Нань Шаня.

— Старшая сяоцзе, Фужэнь Хоу прислала вам ткани. Прошу, вернитесь в Ци Ло Юань и посмотрите их, — поприветствовав присутствующих, сказала вошедшая в комнату Лю Хань Юй.

Юнь Цянь Мэн посмотрела на Юнь Сюань Чжи, увидев его кивок, она встала.

— Внучка просит прощения.

***

— Тетя на самом деле что-то прислала? – уточнила Юнь Цянь Мэн по пути в Ци Ло Юань, так как заметила хитрые усмешки Му Чунь, Юань Дун и Ин Ся.

— Конечно… Нет! Мы переживали, что вас могут обидеть, поэтому и придумали историю про ткани. Госпожа, видите какие мы теперь умные? – рассмеявшись, Му Чунь смело сделала шаг вперед, словно ожидая награды.

— Коварные и находчивые, — Юнь Цянь Мэн легонько ударила Му Чунь подушечками пальцев по лбу, ее настроение значительно улучшилось.

— Госпожа, вы постоянно задираете нас, служанок.

Даже после того, как Му Чунь отчитали, она продолжила жаловаться. Ин Ся и Юань Дун не удержались и начали хихикать.

***

Как только Юнь Цянь Мэн вошла в Ци Ло Юань, к ней подошла улыбающаяся мама Ми.

— Госпожа, вы, наконец, вернулись. Девчушка Лэ Яо ждет вас уже практически полдня.

— Лэ Яо? Что-то произошло с кузиной? – несколько обеспокоено спросила Юнь Цянь Мэн, но так как мама улыбалась, то вероятность подобного была крайне низка.

— Ваша кузина послала Лэ Яо, чтобы та доставила постельный набор для свадьбы. Служанка ждет в зале.

Неожиданно, но в ответ на объяснение мамы Ми, три служанки начали хохотать.

— Вы что, белены объелись? Если продолжите действовать неподобающе, не злитесь, если я вышлю вас!

Однако вскоре мама Ми уже сама смеялась вместе со служанками. Юнь Цянь Мэн дала служанкам побесноваться, а сама же поспешила встретиться со служанкой.

— Нуби приветствует сяоцзе.

Юнь Цянь Мэн слегка кивнула и мягко спросила:

— Тебе пришлось долго ждать?

Лэ Яо подошла к столу и, улыбнувшись, достала набор наволочек из красного шелка.

— Сяоцзе, это набор наволочек, который моя госпожа попросила вам передать. Госпожа планировала доставить их лично, но Лаотайцзюнь приказала ей не покидать пределов Тин Юй Сюань.

Стоило Юнь Цянь Мэн услышать объяснение Лэ Яо, как она нахмурилась.

— Как кузина себя чувствует? Почему Лаотайцзюнь внезапно запретила ей выходить из Хоу Фу? Только не говори, что ей еще и запретили приезжать в Сянь Фу?

Лэ Яо покачала головой пытаясь сказать, что она не знает всей истории. Достав из рукава письмо, она передала его Юнь Цянь Мэн.

— Госпожа попросила передать его вам.

Юнь Цянь Мэн сразу же сорвала восковую печать и внимательно прочитала письмо. Когда она закончила, выражение ее лица стало более серьезным.

— Возвращайся к кузине и скажи, когда у меня будет время, я обязательно навещу ее. Она может не беспокоиться.

— Да!

— Не забудь передать мою искреннюю благодарность, — улыбнулась Юнь Цянь Мэн, так как ранее взволнованная служанка заметно успокоилась.

Лэ Яо поклонилась и вместе с несколькими служанками покинула Сянь Фу.

— Госпожа, навыки вашей кузины просто невероятны. Эти утки на воде выглядят прямо как настоящие! – осторожно осмотрев вышивку, восхищенно воскликнула мама Ми.

Юнь Цянь Мэн безразлично посмотрела на наволочки и попросила Му Чунь зажечь свечу, после чего поднесла письмо к огню и полностью его сожгла.

— Моя кузина – дочь из благородного дома, естественно, ее навыки выдающиеся.

Мама Ми рассмеялась и шутливо продолжила:

— Когда вы так говорите, госпожа, может показаться, что вы не дочь из благородной семьи. Госпожа, не стоит себя недооценивать. Вы обладаете выдающимся умом, а это невероятная редкость. Многие точно завидуют вам.

Мама Ми, должно быть, подумала, что Юнь Цянь Мэн завидует Цюй Фэй Цин, поэтому она попыталась ее успокоить. Юнь Цянь Мэн не знала смеяться ей или плакать. Она могла орудовать копьем, но если бы она взяла в руки иглу, то упала бы в обморок от головокружения.

— Мама, убери их в надежное место.

При взгляде на ярко-красный постельный набор сердце Юнь Цянь Мэн сжалось. Раз Цюй Фэй Цин заперли в поместье и не разрешают им встретиться, остается только лично приехать к ней. Сейчас мало кто посмеет закрыть дверь прямо у нее перед носом.

Мама Ми кивнула. Когда она заметила, что Юнь Цянь Мэн погрузилась в размышления, то ничего не стала говорить, просто обернула подарок шелковой тканью и убрала в сундук, чтобы тот дожидался свадьбы Юнь Цянь Мэн.

Вечером того же дня Юнь Сюань Мо и его жена составили компанию Мадам во время ужина, а после телохранитель Лю сопроводил их карету в другое поместье. Мадам настолько сильно разозлилась, что не только разбила приличное количество драгоценного фарфора в своей комнате, но и приказала маме Жуй собирать вещи. Юнь Цянь Мэн, узнав о происходящем хаосе, не покинула Ци Ло Юань, чтобы успокоить Мадам. Неожиданно, но именно Юнь Сюань Чжи, который обычно проводил большую часть времени в своем кабинете, направился в Бай Шунь Тан. Стоило ему увидеть разбитую в дребезги бесценную посуду, как его глаза полыхнули гневом.

— Мама, что происходит? Не говори мне, что я обошелся с тобой несправедливо!

Мадам все еще не остыла, появление Юнь Сюань Чжи явно не доставило ей никакого удовольствия. Сегодня он опозорил ее перед младшим сыном, а после явно разорвал все отношения! Указав дрожащим пальцем в сторону боковой комнаты, Мадам холодно сказала:

— Тебе стоит забрать ребенка. Я практически труп, вряд ли мне будет под силу вырастить такого драгоценного и благородного ребенка.

В ответ Юнь Сюань Чжи лишь рассмеялся, а в его голосе появилась издевка:

— Мама, это ты поспешила в Фэн Хэ Юань во время родов Су Цин. Логично предположить, что ты с нетерпением ожидала рождения внука, именно по этой причине я передал его тебе на воспитание. Однако сегодня ты неожиданно говоришь эти болезненные слова… Ты все усложняешь и ставишь меня в неловкое положение!

— Усложняю, и неловкое? А ты обо мне подумал? Я поддерживала вас, двоих братьев, до тех пор, пока вы не женились и не завели собственные семьи. Ты думаешь, мне было легко? Сейчас, когда ты стал премьер-министром, ты не проявил уважения к брату, которому повезло значительно меньше, чем тебе! Ты даже не позволил им остаться, прямо выпроводил! И сейчас ты так относишься к собственной матери, почему бы тебе не сказать, что у тебя на самом деле на уме?

Мадам все время активно перебирала четки, пытаясь держать эмоции под контролем. Юнь Сюань Чжи ответил настолько холодным взглядом, что Мадам не выдержала и гневно топнула ногой. Сердце Мадам невольно задрожало, но она была не готова сдаться. Поэтому продолжила молчать.

— Пусть я и занят в последнее время, но я все равно знаю о происходящем в доме. Хоть Жо Сюэ поступила неправильно, она все еще моя дочь. Я не возражаю против наказания, и я бы ничего не сказал на то, что мама наказала моего ребенка. Вот только избить дочь до полусмерти, мама также относится к И Хэну, его брату и сестре? Ты невероятно предвзята, мама! Кроме того, я знаю, что Сюэ Эр ранила только руку И И, но по твоему приказу служанки чуть не забили ее до смерти! Домашними вопросами в Сянь Фу занимается наложница Лю, а Мэн Эр старшая дочь от законной жены. С каких это пор И И оказалась во главе дома? Прошу, объясни мне идею подобных наказаний, мама.

С самого начала Юнь Сюань Чжи планировал принять во внимание чувства матери и забыть былые обиды, однако она постоянно, едва ли не денно и нощно, испытывала его терпение! Терпение Юнь Сюань Чжи достигло критической точки!

Столкнувшись с обвинениями Юнь Сюань Чжи, Мадам не смогла проорать то, что изначально намеревалась. Ей казалось, что раз в Фэн Хэ Юань находились только ее люди, то все будет хорошо, но слухи все равно просочились. Чего Мадам не могла взять в толк, так это причину, по которой Юнь Сюань Чжи все еще заботится о ребенке шлюхи… Они обе разочаровали его, но он по-прежнему дорожит ее сукой дочерью! Мадам незамедлительно пожалела, что не прикончила Су Цин…

Так как Мадам молчала, Юнь Сюань Чжи убедился, что сказал правду и Мадам действительно хотела убить Жо Сюэ. Повернувшись к маме Жуй, он строго сказал:

— Отложи все ненужные дела. С данного момента удвой усилия и заботу о Мадам. И не нужно рассказывать ей всякие нелепые небылицы, иначе ты будешь первой, кого я вышвырну из Сянь Фу!

Юнь Сюань Чжи говорил с мамой Жуй, но создавалось впечатление, что он предупреждал Мадам не покидать Бай Шунь Тан, иначе она навлечет на себя его гнев.

Злость едва ли ни выплескивалась из Мадам, но она боялась, что Юнь Сюань Чжи может отыграться на И Хэне и И Цзе. Мадам смягчила тон и попыталась переубедить Юнь Сюань Чжи:

— Сын, ты не должен винить мать. Когда здоровье твоего брата пошатнулось, учитывая количество детей в семье, мне пришлось взять на себя ответственность. Но так как ты старший брат, ты не должен злиться и обижаться на младшего.

Оставить комментарий