Одиночество.

Когда следующим утром Гермиона спустилась к завтраку, её встретил уютный запах блинчиков, смешивающийся с насыщенным ароматом свежесваренного кофе. Она потёрла глаза, сходя с последней ступеньки, и потянулась, входя на кухню. Там её ждало зрелище Гарри и Рона, стоящих у плиты и спорящих из-за бекона.

— По-моему, он уже вполне готов, — заметила Гермиона, наблюдая, как оба виновато повернулись в её сторону.

Гарри торжествующе ухмыльнулся.

— Вот! Я же говорил! Если бы всё зависело от тебя, на завтрак у нас был бы только сгоревший уголь.

Рон изобразил ужас, вскинув руки в притворном поражении.

— Ладно, Поттер. Полагаю, ты прав, — поддразнил он. — Значит, теперь мы можем всё это съесть?

Гермиона тихо рассмеялась, чувствуя, как настроение понемногу улучшается. Взмахом палочки она накрыла на стол: тарелки, чашки и приборы аккуратно появились перед ними.

Когда все уселись, Гарри посмотрел на неё уже серьёзнее, нахмурившись от беспокойства.

— Как ты, Гермиона? — мягко спросил он. — Я утром поговорил с Драко, и он рассказал мне обо всём. Прости, что нас не было рядом. Нас вызвали на работу. Это уже второе стихийное бедствие за месяц. Нас попросили помочь определить источник магии — на случай, если итальянскому Министерству понадобится поддержка.

— Я в порядке, — с лёгкой улыбкой ответила она, стараясь звучать убедительнее, чем чувствовала себя на самом деле. — Просто немного потрясена всем этим. Но, эй… что за свидание без пары торнадо?

— А как насчёт Оливера? — осторожно спросил Рон, кладя ей на тарелку несколько полосок бекона. — Мы и про него слышали.

Улыбка Гермионы дрогнула, когда воспоминания о вчерашнем вечере вновь нахлынули на неё. Тогда ей казалось, что всё в порядке — она была полна решимости двигаться дальше. Но ночью, лёжа без сна, она снова и снова прокручивала произошедшее, разбирая каждую деталь.

— Даже не знаю, что сказать, — призналась она, и голос прозвучал слабее, чем ей хотелось. — Наверное, с одной стороны, я рада, что узнала сейчас, какой он на самом деле. Представляете, что было бы, если бы он узнал о Скорпиусе? Он бы наверняка бросил меня сразу же только из-за того, кто его отец. Но в то же время… не понимаю, как я не заметила этого раньше. Такие мужчины, как он, ненавидят, когда женщины стремятся вперёд. Когда мы в чём-то лучше них, они чувствуют угрозу. Ему не нравилось, что я хотела помочь людям в том городе, потому что он решил, будто я просто ищу внимания.

Её голос дрогнул, и она сделала глубокий вдох.

— Больше всего меня задевает то, что до этого свидания он казался настоящим джентльменом. Ему будто бы было всё равно на мои достижения, карьеру… Я правда думала, что у нас есть шанс. Правда.

Лицо Гарри смягчилось, и он обнял её за плечи.

— Он идиот, — твёрдо сказал Гарри. — И если бы Джинни узнала, что он так с тобой обращался… ну, какой бы пугающей она ни была, мне нравится, как она борется за то, что считает правильным. Она вспыльчивая, умеет постоять за себя. И я ни за что не хотел бы это изменить.

Рон согласно кивнул.

— Я всегда уважал тебя, Гермиона. Не только как бывшую девушку, но и как лучшего друга. Забудь всё, что сказал этот придурок. Ты заслуживаешь куда большего.

Ком подступил к её горлу. Их слова были такими добрыми, так много для неё значили… но всё же не могли до конца заглушить ту тревожную неуверенность, что поселилась внутри.

— А что, если я этого так и не найду? — тихо прошептала она, прежде чем успела остановить себя. — Вы оба так счастливы в своих отношениях. А вдруг я просто не создана для любви? Есть столько замечательных людей, которые остались одни. Взять хотя бы МакГонагалл. Она такая сильная… но была одна.

Голос Гарри стал мягче.

— МакГонагалл любила, Гермиона. Дважды. Она любила маггла, но не смогла отказаться ради него от своей жизни. А потом полюбила волшебника — того, за кого вышла замуж. То, что человек не нашёл любовь так, как ожидал, не значит, что он её не заслуживал. Запомни это. Может быть, ты уже встретила мужчину, за которого выйдешь замуж. А может, встретишь его совсем скоро. Но что бы ни случилось, мы с Роном всегда будем рядом. И если кто-то не способен увидеть, какой ты потрясающий человек — это их потеря.

На губах Гермионы появилась маленькая благодарная улыбка, хотя тревога внутри всё ещё не исчезла окончательно.

— Я знаю, — тихо сказала она, сглотнув. — Но иногда мне кажется, что это просто не для меня. Любовь, я имею в виду. Будто эта карта мне не выпала.

— Ты ошибаешься, — твёрдо сказал Рон. — И если тебе станет хоть немного легче, я с удовольствием потрачу всю свою энергию на то, чтобы ты никогда не чувствовала себя одинокой. Тебе от нас не избавиться, хочешь ты того или нет.

Гермиона тихо рассмеялась, чувствуя, как тяжесть на груди немного ослабевает.

— Что ж, это как раз то, против чего я ничего не имею, — поддразнила она. — Вы двое, наверное, единственные, кто способен заставить меня смеяться посреди всего этого кошмара.

Над столом повисла пауза. Каждый из них погрузился в собственные мысли. Спустя несколько мгновений тишину нарушила Гермиона.

— А где дети? — спросила она, заметив непривычную тишину в доме с самого пробуждения.

— Играют с Драко во что-то на заднем дворе, — ответил Гарри, качая головой с улыбкой. — Честно, волшебные игры, которые они придумывают, просто невероятны. Понятия не имею, как им это удаётся.

Гермиона невольно ощутила лёгкий укол зависти. Она выросла на маггловских играх, и хотя они были весёлыми, им было далеко до той магической фантазии, которой обладали дети волшебников. Создавать целые миры лишь силой воображения и палочки — такого у неё никогда не было.

— Хотела бы я иметь такие игры в детстве, — тихо пробормотала она, глянув в окно на играющих детей. — Это странно. Мне нравится, что у них есть всё это… но иногда хочется, чтобы у меня тоже были такие воспоминания.

Лицо Рона смягчилось — он понимал её чувства.

— Понимаю. Правда. Но посмотри на них сейчас. Им повезло иметь оба мира — маггловский и магический.

Гермиона молча кивнула, возвращаясь мыслями к более важному.

— Я знаю, что официально вы вроде как не должны меня расспрашивать о торнадо, но, думаю, будет полезно, если я всё проговорю вслух. Возможно, это поможет нам лучше понять, что произошло… и как не допустить этого снова.

Гарри призвал перо и пергамент, готовясь делать заметки.

— Ты видела, откуда оно появилось? — спросил он.