Глава 25: Деймон
Деймон был освобожден как от тренировок, так и от присутствия короля в день своей свадьбы и на следующий день после нее, и поэтому впервые с тех пор, как проснулся после своей смерти, он обнаружил, то как долго тянется время между утренним пробуждением и подготовке к свадьбе. Прежде всего, это было странно. Будучи далеко не социальным существом, он, несмотря ни на что, привык к присутствию других.
В его покоях нечем было заняться, кроме чтения, а книги там были одними из его любимых, которые он выучил наизусть несколько десятилетий назад. Он мог бы пойти прогуляться по крепости, но существовала опасность встретить свою семью, и ему не хотелось портить себе настроение, прежде чем он доберется до септы. Деймон мог бы выйти в город через туннели, но была того вероятность что могут возникнуть неожиданные задержки, и король, скорее всего, не одобрил бы это.
Король сурово разговаривал с ним в ночь перед его, как надеялся Деймон, последней свадьбой с Гейль, и было настоящим испытанием удержаться от того, чтобы постоянно не закатывать глаза и решительно смотреть в потолок. Поскольку король, казалось, был настроен на то, чтобы максимально развлечься за его счёт за то время что осталось до свадьбы.
Деймон не должен был проявлять слишком сильного нетерпения. Деймон не должен был слишком страстно целовать Гейль, и желательно чтобы поцелуй был целомудренным, словно они никогда в жизни до этого не целовались. Деймон должен был убедиться, что не будет никаких причин сомневаться в девственности Гейль, и ему вручили пузырек с кровью, который нужно было использовать с этой целью. Деймон должен был сдерживать себя и следить за тем, чтобы не было грубых шуток, подобных тем, которые исходили во время провожания его родителей.
Поистине, Деймон не собирался вести себя так, чтобы поставить под сомнение честь Гейль. Тем не менее, его дедушка, казалось, был обеспокоен тем, что тот отказывался возвращать себе Темную Сестру. Тем не менее он был королем, и они были в столице, поэтому Деймон счёл разумным не слишком сильно сопротивляться ограничениям. Никто не ожидал от него полностью хорошего поведения, вероятно, подозревая, что он обязательно устроит хаос или ещё какие-нибудь неприятности, если его заставят быть слишком уступчивым.
Итак, ему пришлось расхаживать по своим покоям, как льву в клетке, пытаясь найти что-нибудь достаточно разумное, чтобы заполнить время, проведенное в одиночестве в своих покоях. Он ходил и сортировал свои книги, точнее, те книги, которые он так и не удосужился вернуть в библиотеку крепости, в алфавитном порядке. Затем он прошел еще немного и снова рассортировал книги в порядке предпочтения. В очередной раз обойдя свои покои, он вернулся к книгам и отсортировал их по толщине. Рассортировав книги по оттенку их переплетов, он бросился на кровать и в отчаянии закричал в подушку. Книг было даже не так много, всего несколько штук.
Деймон не был создан для безделья, и он начал подозревать, что это была еще одна часть какого-то коварного и тщательно продуманного плана короля, чтобы наказать его за то, что он вызвал все эти беспокойства. Сейчас он скучал даже по дедушке. Его присутствие хотя бы позволяло Деймону не оставаться наедине со своими мыслями. Он яростно покачал головой и дал себе мысленную пощечину. Нет. Он зря об этом подумал. Оставаться наедине со своим дедушкой было чертовски запутанно и приводило к тому, что у Деймона появлялись безумные идеи.
Его взгляд задумчиво остановился на шкафах. Он мог перебрать свою одежду. В гардеробе его юности наверняка было слишком много цветов, и лучше было бы избавиться от этих вещей как можно скорее.
Он решительно отвернул голову от шкафа. Нет. Комнаты должны были быть подготовлены для проведения постельного белья после его отбытия в септу, и не годилось слугам возвращать выброшенную одежду на прежние места, совершенно разрушая тот порядок, который они навели. Слуги могли раздражать, когда считали, что знают как должно быть лучше. Что довольно часто бывало. Он сделал паузу и снова поправил себя. Учитывая количество слуг, которые у него были в этом возрасте, это было чертовски восхитительно.
Возможно, это была вина Деймона. В детстве ему не понадобилось много времени, чтобы понять, что слуги, особенно хорошие и верные слуги, являются абсолютно неотъемлемой частью успешного ухода от неприятностей. Слуги видели все, но не обязательно рассказывали обо всем, что видели, когда их расспрашивали. Действительно, полезность их ответов во многом определялась их расположением к вопрошающему и к человеку, о котором спрашивают. О нем спрашивали довольно часто.
Излишне говорить, что Деймон держал своих слуг вокруг своего мизинца, и, чтобы этого добиться пришлось сделать вид что и они имели над ним некую власть. Верность, истинную преданность, на самом деле нельзя купить, потому что по-настоящему ее можно получить лишь в обмен на что-то такое же ценное. Деймон дал им, как они считали, небольшую власть над ним, а они взамен подарили ему свою бессмертную преданность. Это был тот же метод, который он на протяжении многих лет применял к Городской страже и многими другими своим соратникам.
Дворяне считали слуг неважными, нестоящими их драгоценного внимания и едва ли людьми, и действовали соответственно, часто не только не зарабатывая лояльности своих слуг, но и подталкивая их к откровенной враждебности. Деймон увидел ценность простых людей еще в детстве и всю свою жизнь жил за счет этого осознания. Спустя более двух десятилетий, проведя год в качестве Лорда-командующего Городской стражи, он по-прежнему сохранял их бессмертную и непоколебимую преданность. Не было ни короля, ни лорда, ни кого-либо еще, кто мог бы претендовать на то же самое.
Немалым облегчением стало то, что, наконец, пришло время отправляться в септу. Это было чертово избавление.
Если уж в чем можно быть уверенным, так это в том, что Деймон не собирался давать деду больше поводов для изобретательных наказаний, пока он мог этому помешать. Зная себя, это, вероятно, было бы совсем недолго. Но он постарается. По крайней мере, он мог бы попытаться это сделать. Конечно.
Поэтому на протяжении всей церемонии он вел себя хорошо, даря Гейль целомудренный поцелуй, чтобы в последний раз скрепить их союз. Он все еще считал себя воспитанным женихом, чтобы ни думал при этом король, когда подарил ей второй целомудренный поцелуй, глядя на ее совершенно растерянное выражение лица.
Когда он вел ее через переполненную септу, ему пришла в голову мысль о том, что на самом деле это была самая посещаемая из всех его свадеб, и это открытие не только относилось к его свадьбам с Гейль. Он предполагал, что первоначальная свадьба могла бы по соперничать с этой, но все равно оказалась бы прискорбно неудачной, поскольку Рея была всего лишь женщиной, которую ему навязали, и он все равно по-настоящему не помнил церемонию. Это было поразительное осознание. В каком-то смысле теперь именно эта свадьба казалась более реальной, чем другие.
Свадебный пир проходил в Тронном зале, и это его несколько сбило с толку. Он был совершенно уверен, что раньше такого не было. Королева, вероятно, настояла на этом, поскольку это была свадьба ее дочери, а не только Деймона. Его губы скривились при этой мысли, он постарался сгладить черты лица и встал рядом с Гейль.