Часть 42 — Месть

(12 дней спустя…)

На похоронах Луиса собрались все: Хави, Кейт, Трипп, Адриан, Софи, Вайолет, даже Лилли пришла, с туго перебинтованной рукой.

— Прости, Клем, я никогда до этого не любила делиться своими чувствами, но я увидела, насколько хорошим парнем был Луис. Мне так жаль за твою утрату, — сказала женщине Клементине, сковывая в дружественные объятия.

— Спасибо, Лилли, я не забуду этого…

Вся семья Гарсий помогала девушке, с самого начала поддерживая её, в особенности отличился Гейб. Он каждый вечер приходил в комнату Клем, успокаивая и помогая справиться с такой утратой. Девушка благодарила его за оказанное внимание, ей оно нужно было больше всего, Вайолет делала тоже самое в течении прошлой недели.

Первые дни были наихудшими, подросток ни под каким предлогом не выходила из комнаты, здание могло бы охватить пламя, а ей было бы всё равно. Однажды она даже захотела, чтобы это произошло, ведь просто не представляла жизни без Луиса. Он был для неё всем: отцом её ребёнка, мужем, с которым ей хотелось бы умереть вместе. Но сейчас… его не стало. Мир для девушки потух, когда она услышал о его смерти.

— Почему это всегда должна быть я? — постоянно спрашивала себя Клем.

Всякий раз, когда она пыталась переключиться на что-то другое, она вспоминала их первое свидание или их ночь в музыкальной комнате. Сочиненные им песни, особенно первые несколько строчек её любимой никогда не уйдут из головы:

«Oh my darling, oh my darling,

Oh my darling Clementine…»

Девушка неуверенно шагнула в открытому гробу, сердце невыносимо ныло в груди. Боль от скорби и горя снова накрыла её, с самого начала пробивая на слезу.

— Луис был хорошим парнем… Всегда знал, как подбодрить окружающих, — произнесла Клем безликим голосом.

Она старалась держаться, что и делала всё это время, пытаясь заглушить всю ту боль на сердце.

— Он был для нас всех хорошим примером: сильный, выносливый, но всегда жизнерадостный. Был как отец для Эй-Джея, и как муж для меня… — продолжила девушка, голос начал немного дрожать.

— Иногда Лу любил подурачиться, но именно за это я его и полюбила. Чтобы он не говорил, на его лице всегда была лёгкая ухмылка. Он делал всё возможное для нас. Я никогда не ожидала… Никогда не ожидала, что в моей жизни появится лучик света…

Клем снова запнулась, голос перешел на тихий шёпот, по щекам стали стекать слёзы.

— Я всегда думала, что буду одна… но затем, я встретила тебя…

Маленькие слезинки переросли в целые потоки, стекающие по лицу Клементины. Непрекращающиеся всхлипы разносились по всему телу, овладев девушкой, как марионеткой. Лилли вышла вперёд, прижав Клем к себе, её теплые касания как раз помогли немного успокоиться.

— Все, кто был мне дорог, погибли. Я думала, что ты будешь исключением… — разрыдалась она, положив голову на грудь женщины.

— Шшш, всё хорошо, Клем… — сказала Лилли, погладив девушку по спине, окружающие подошли к ней и сделали тоже самое.

— Прости меня, Клем, я должен был спасти его… — высказался Трипп с глубокой горестью и скорбью в голосе, сожалея о всем, что он сделал в Дельте.

— Это… не… твоя… вина… — ответила девушка, запинаясь от всхлипов, ей уже стало трудно дышать.

Сильная тоска оставила в душе лишь пустоту, огромная дыра неопределённости сжирала её изнутри. Клементина больше не могла этого терпеть, она была в тупике, была сломлена, устала от постоянных скитаний, устала от потерь.

Вдруг девушка почувствовала, как кто-то положил руку на её плечо и взглянула вверх, увидев знакомую красную шапку Гейба.

— Если захочешь вдруг поговорить, приходи ко мне в комнату, хорошо?

Клем кивнула и отстранилась от Лилли, ей нужно было сказать речь до конца.

— Я буду скучать по тебе, Лу… мы будем скучать по тебе, — прошептала она, прикоснувшись к уже выпирающему животу. За последнюю неделю ребенок всё рос и рос, уже все видели, что она была беременна.

Девушка положила цветы в гроб, рядом с обугленным телом, которое и отдалённо не напоминало её парня. Его дреды полностью сгорели, а лицо стало бесформенным и чёрным как уголь. Ей было больно смотреть на него, такого изуродованного, совсем непохожего на прежнего себя, лишь пустая оболочка. В тот же момент внутри девушки будто что-то щёлкнуло, начала расти ненависть, сжигая всё на своем пути.

— Они заплатят за то, что сделали с тобой… — пробубнила Клем про себя, чтобы никто не смог услышать.

Подросток смотрела, как гроб стали опускать в могилу, а потом закопали остатки любви всей её жизни. Отряд солдат поднял вверх оружия и выстрелил в честь павшего товарища, все они были обязаны ему жизнью.

Гнев внутри девушки был словно луч света, освещающий для неё путь к плану мести. Клем подошла к Хави и Триппу, оба были как с креста снятые.