Chapter 34

Я была слишком напугана, чтобы выйти из туалета, но, когда часы уже показывали 10:30, мне стало ужасно скучно сидеть там в одиночестве.

Слезы прекратились, но я уверена, что все еще выглядела ужасно. Я просто хотела вернуться домой, так как определенно не была в настроении для всего этого. Но я не была уверена, что Хантер бы повел себя нормально, если бы я все-таки ушла.

Поэтому я продолжала сидеть на унитазе в женском туалете, прокручивая в голове выражение лица Гарри. Гнев. Недоверие. Боль. Я никогда не хотела быть той, кто заставит такой взгляд появиться на его лице, но я стала. И это было больно.

По крайней мере, Скотти понимал, что что-то случилось. Мне нужно было поговорить с ним, и я не знала, где лучше всего это сделать. Если я приглашу его к себе или пойду к нему домой, Хантер может найти это подозрительным. Но если я поговорю с ним в школе, может он не догадается? Тем более он, вероятно, даже не будет ожидать того, что я буду говорить об этом в таком публичном месте. Я поговорю с ним об этом на обеде, который будет в 11:05. Мне просто нужно было еще чуть-чуть посидеть здесь.

Я думала обо все, что произошло. Итак, Кэссиди, должно быть, была первой, кто рассказал директору о нас, поскольку Хантер сказал, что узнал о нас через школьные камеры. Он не смог бы рассказать это директору две недели назад, если узнал об этом только в среду. Но для чего она вообще донесла все это на нас? В этом не было никакого смысла.

Конечно, Кэссиди узнала о Гарри, потому что мы со Скотти всегда обсуждали его за обедом, и она сидела рядом со мной, так что она, вероятно, замечала необычные взгляды, которыми мы обменивались на уроке. Значит, с того самого времени она пыталась найти какие-нибудь доказательства для директора? Но зачем Кэссиди понадобилось втягивать нас в неприятности? Что она получит с того, что Гарри потеряет работу, а меня исключат?

Если только ее целью не было добиться его увольнения. Может быть, она просто хотела вызвать проблемы у нас с Гарри. Если это было ее целью, то она преуспела в этом, так как он даже не смотрел на меня в течение двух недель. Но зачем ей это делать? Нравится ли он ей?

Так что вначале она работала одна, подстегиваемая собственной ревностью. Но потом она, должно быть, заметила, что это не сработало, потому что он помог мне с моим тестом в коридоре. Вот почему она спросила меня, что мы делали и показалась такой подозрительной. Потому что она думала, что мы поругались.

Наступила среда, и именно тогда Гарри поцеловал меня в коридоре. Хантер увидел это, и поскольку они с Кэссиди соседи, они, вероятно, хорошие друзья, верно? Так что она была первой, кому он рассказал об этом. Она восприняла это как шанс объединиться, поскольку у них обоих была одна и та же цель. Разлучить меня и Гарри.

Но кто оставил мне эти записки? Хантер был со Скотти после школы, а Кэссиди была со мной, когда появилась последняя записка. Значит, в этом еле должен быть кто-то третий, тоже помогающий им. Кто бы это мог быть? Я вообще мало знала Хантера, поэтому понятия не имела, с кем он дружит, кроме Скотти. И Кэссиди тоже каждый день сидит со Скотти, Челси и мной за обедом, так что я не знала есть у нее другие друзья. Но кто-то помогал им, и я это точно знала.

У меня снова разболелась голова, отчасти от слез, отчасти от стресса, а отчасти от того, что я слишком много думала. Прозвенел звонок, и я неохотно поднялась с унитаза. Несмотря на то, что мне было скучно, я совсем не хотела покидать эту кабинку.

Я открыла дверь и вышла из кабинки, смотря на свое отражение. Выглядела я ужасно. Зеленая подводка для глаз, которую я взяла у мамы Хантера, была размазана по всему лицу, а на щеках застыли слезы. Мои глаза были налиты кровью и опухли, а нос покраснел.

Вытерев глаза, я попыталась стереть макияж, но это было бесполезно. Он только растирался по моему лицу. К тому времени, когда я, наконец, полностью стерла его, мои глаза и щеки сильно покраснели от жесткой чистки.

После этого я плеснула себе в лицо воду, и это, казалось, немного улучшило мой внешний вид. Тут до меня дошло, что у нас здесь нет бумажных полотенец, и я застонала. Я вернулась в свою кабинку, схватила туалетную бумагу и попыталась вытереть ей лицо. В конце концов она просто прилипла. Мило.

Как только я, наконец, убрала все это, я вышла из туалета и направилась прямо в кафетерий, планируя рассказать Скотти обо всем. Не знаю, почему я этого не сделала раньше, потому что я могла доверять ему и знала, что он точно поверит мне больше, чем кому бы то ни было. Может быть, в последнее время мы и ссорились чаще, но мы ведь мирились, так что это ничего не значило.

Мне захотелось кричать, когда я увидела, кто сидит за нашим столиком. Хантер и Кэссиди сидели рядом, а напротив них Скотти и Челси. Сюрприз — сюрприз. Я все равно подошла, стараясь быть храбрее.

— Скотти, можно тебя на минутку? — Спросила я, надеясь, что Хантер не поймет, что я делаю. Он понял.

— Рэнди! Где ты была, обед начался 10 минут назад! Садись. — Он улыбнулся мне, и я ответила ему небольшой улыбкой, пытаясь убедить всех, что я счастлива.

— Мне просто нужно срочно поговорить со Скотти. — Сказала я, надеясь, что это прозвучало не слишком подозрительно.

— Нет, не стоит. — Сказал он. — Ты должна оставаться здесь и быть со мной. Я не видел тебя весь день и соскучился.

Я кое-как сдержалась, чтобы не закатить глаза, когда о подвинул Кэссиди к стене, освобождая мне место на краю лавочки. Отлично.

— Ты действительно думаешь, что я смогу здесь поместиться? — Спросила я, приподняв бровь. Освобожденное место было размером с ладонь.

— Ну или ты сможешь сесть ко мне на колени? — Предложил он, похлопывая по ним. Мои глаза расширились, и я все-таки постаралась уместиться на краю. Ни за что не сяду к ним на колени.

Он обнял меня, и я закатила глаза, желая оттолкнуть его, но понимала, что не могу. Скотти смотрел на нас, и я не могла понять, завидует ли он тому, что его рука обнимала меня, или злился на то, что я не казалась счастливой.

Я надеялась на последнее.

Я не прислушивалась к разговору, который происходил вокруг меня, но знала, что в основном разговаривали Хантер и Кэссиди. Можно было сказать, что они были лучшими друзьями, хотя Кэс вчера говорила, что давно не общалась с ним.