Глава 138

«Ну вот, опять этот брат несёт ерунду…»

Наблюдая за Чхве Хёнджуном через Глаз Абсолютного Затворника, я морщился от его речей.

«Так он ничем не отличается от сектантского вербовщика».

Слова вроде «чудеса» и «святое имя» превращали всё в типичную сектантскую агитацию.

Впрочем, запрещать ему разносить моё имя я не стал.

Это было закреплено в инструкциях спасательных групп как один из эффективных методов восстановления сил.

Действительно — для обладателей гражданства одно лишь знание моего имени повышало физические характеристики благодаря «Силе доверия».

Поэтому мешать ему было… неоднозначно.

[Хёнджун-хён, соберите людей. Тех, кто может передвигаться самостоятельно — я начну выдавать гражданство.]

— А? Аа, понял.

Чхве Хёнджун.

Добрый сосед из квартиры напротив — и первый зарегистрированный вассал.

Но по натуре слишком робкий для боевых задач, потому уровень я ему не повышал.

Естественно, он стал самым слабым среди вассалов — но даже его 33-й уровень был высоким для человека, не участвующего в охоте.

Он рос органически — через квесты и получаемый за них опыт.

Единственный вассал, не получивший серьёзных инвестиций, — но по-своему привилегированный.

Я ни разу не отправлял его на передовую.

«Слишком мягкий характер».

Честно — в бою от него больше помех, чем пользы.

До сих пор не отпустил травму от гоблинов — настолько чувствительный человек.

Чхве Хёнджун не мог атаковать даже монстров.

И у меня был перед ним долг.

С самого начала он был рядом, помогал чем мог, а теперь растил у себя дома сирот, потерявших родителей из-за вампиров.

Поэтому обычно его обязанности ограничивались дежурством на аванпосте.

Если даже такого человека пришлось задействовать — значит, ситуация в Чамсиле критическая.

Телепортация позволила минимизировать ударную волну от падения земли.

Но даже смягчённый удар был чудовищен, и люди продолжали гибнуть в реальном времени.

Вассалы, спасательные и медицинские бригады — все были брошены на ликвидацию последствий.

Первым делом — спасение людей из-под завалов, перемещение в эвакуационные пункты.

Затем — переброска на единственный сеульский аванпост «Кондэ Ипку», выдача гражданства и эвакуация в Пусан через Южные Врата.

Под личным руководством Ким Дабин работа шла молниеносно.

И тут:

— Хм?

В группе Чхве Хёнджуна произошло ЧП.

Ли Джунён был в панике.

Когда в эвакуационном пункте он пил колу и наслаждался разнообразными продуктами — всё было прекрасно.

Какой-то мужик подошёл и понёс чушь о необходимости запомнить имя «Ким Джэхён» — ну и ладно, мелочи.

Лишь бы он и его товарищи были сыты.

Но потом:

— Хаа, хаа… ребята, хаа…

— Что случилось? Эй, Джунён! Очнись!

— Б-бежать… надо бежать!..

Ли Джунён впал в гипервентиляцию.

Причина проста: они приближались к месту, где он потерял близкого друга.

Мужчина, продвигавший имя «Ким Джэхён», пообещал горячий душ и мягкую постель. Надежда была призрачной, но среди стольких невероятных пробуждённых — а вдруг?

Однако это место оказалось адом.

Они шли прямо к территории клинкового голема.

Паника и гипервентиляция охватили его, когда он это осознал.

«Слишком поздно заметил!»

Кошмарное воспоминание — тело друга, разорванное клинковым големом — вспыхнуло перед глазами.

Ужас той смерти сдавил сердце.

«Бежать… надо бежать!»

Но слова не шли — он задыхался.

— Хааах! Хааах!

Ещё чуть-чуть — и он умрёт.

Не от монстра — от шока и травмы. Что может быть обиднее.

В этот миг: