Том 14. Эпилог.
Эпилог.
Прошло не мало времени, прежде чем Империя и Киока выпустили официальную декларацию об итогах войны.
Причина кроилась в разошедшемся мнении двух стран по поводу победителя. Проиграла ли отступающая сторона, не сумевшая захватить столицу? Или же сторона, первая заявившая о проигрыше, потерпела поражение? Помимо этих фактов в дело влились эгоизм и дипломатия, что существенно усложнили процесс. Но как бы там ни было, потери с обеих сторон не позволяли продолжить войну, поэтому считай, что сошлись на ничье.
Империя начала предпринимать меры раньше. При поддержке Парламента Императрица Шамию Китра Катванманиник предложила мирные переговоры для достижения прочного мира между двумя странами. Поскольку антивоенные настроения набирали обороты, мирные переговоры сыскали поддержку как с Имперской стороны, так и с Киокской.
Вскоре после возобновления дипломатических отношений новости об Императрице, настаивающей на демократии, распространились по Империи и Киоке. Что касается реализации республиканского управления, то мы бы хотели опереться на опыт нашего соседа… Дипломаты обеих стран были шокированы подобным заявлением Императрицы. Однако как показала история, она была очень серьёзна. Через два коротких года Императрица объявила об отмене императорской монархии Катварна. А спустя пять лет она добровольно отреклась от престола.
***
В один прекрасный день с легким ветерком перед большим особняком встал человек с прямоугольным багажом на спине.
— Это здесь?
Пробормотал мужчина, доставая из кармана записку. Он сверил адрес с домом перед ним. Уверенный в своей правоте, он набрался храбрости и собрался постучать в дверь, но тут…
— Добро пожаловать!
Дверь открылась, и перед ним появился пятилетний ребенок. Удивленный внезапным развитием событий, мужчина быстро присел на корточки до уровня глаз ребенка.
— Добрый день. Эмм, меня зовут Торвэй Ремион. Твои мама и папа дома?
— Толуэл? О! Я знаю! Ты друг папы! Заходи!
— Ну, тогда простите за вторжение.
Чувствуя себя немного неловко, 32-летний Торвэй Ремион вошел в дом. У входа была красиво расставлена обувь. Некоторые из пар принадлежали жильцам этого дома, и только его ботинки были испачканы грязью.
— Сюда! Я проведу!
Энергичный ребенок указывал путь, и он послушно последовал за ним по коридору. Это был огромный особняк, но он его не смущал, ведь он сам вырос в доме Ремионов. Добравшись до входа в комнату менее чем за минуту, ребёнок открыл дверь.
— Папа~ у тебя гость!
— Добро пожаловать. Мекал, смотрю ты уже умеешь встречать гостей.
Слегка пухлый человек, сидевший у окна, был 32-летним Мэттью Тетрдичем, смотревшем на вход в комнату. Прежде чем двое мужчин смогли заговорить, вбежавший в комнату ребенок громко сказал.
— Папа~ Это ведь Толуэл!? Твой друг?
— Это Торвэй. Твоя привычка коверкать слова, чтобы их было легче произносить, снова возвращается? Ну, хорошо ты гостя встретил как следует. Молодчина~
— Хе-хе~
Мэттью по-отцовски погладил его по голове, подбадривая ребенка, который хорошо справился с этой задачей. Торвэй улыбнулся при виде этой сцены и подошёл к своему армейскому приятелю.
— Привет, Ма-кун. Смотрю, твой сын хорошо растёт. Кстати, я так понимаю он пошёл в Полли?
— Внешностью точно в неё, но говоря о характере, то тут он весь в меня. Я вроде был таким же в молодости.
— Вот как… взял понемногу с каждого, получается?
Сказав это, Торвэй взглянул вверх. Гостиная была открытой планировки со вторым этажом, выходящим на неё. Там за мебелью прятались ещё двое детей. Казалось, они были на два или три года старше того, кто его встречал.
— Он нас заметил, капитан~ Спасаемся бегством! Отступаем~
Дети в панике убежали. Снайпер действующей службы неловко улыбнулся Мэттью при виде этой сцены.
— Алиса и Баус всегда такие. Глядя на них, я вспоминаю твоих братьев. Хотя в нашей вариации они брат и сестра.
— Аахха… игры в солдата – это один из основных элементов детских игр. Я тоже таким часто увлекался.
Они оба подумали о своём детстве с ностальгией. В этот момент из коридора послышались шаги. Они посмотрели на дверь, которая снова открылась, и за Мекалом показалась высокая женщина с мягким выражением лица.
— Папа! Харо! Харо пришла!
— Всем добрый день… Мэттью, Торвэй! Давно не виделись!
— Да, хорошо выглядишь…
Мэттью хотел было поприветствовать своего товарища, но внезапно остановился. Его лицо стало напряженным, когда он начал оценивать своего посетителя. Женщина озадаченно склонила голову.
— Эм, что-то не так?
— В этот раз я на это не поведусь. Ты ведь не Харо, а Патреншина, так!?
Мэттью убеждённо указал на это. Услышав это, женщина скинула с себя нежную маску, и Патреншина показала такое лицо, будто смотрела в бездну.
— Да ладно, толстяк!? Ты меня раскусил? Видимо пора заканчивать шпионскую карьеру.
— Не смотри на меня свысока! Хуже ты не стала! Просто я много работал и стал лучше! Не говоря о комплекции, над своим зорким зрением я изрядно постарался!
— Всё-таки, Ма-кун – это лучший кандидат на пост Маршала за последние 10 лет.
Торвэй с улыбкой похвалил выступление своего друга. Угнетенное лицо Патреншины сменилось улыбкой, и женщина сказала другим тоном.
— Простите, я должно быть вас удивила. Патреншина вдруг захотела проверить, сможет ли она вас двоих обмануть.
— О, это ты Харо. Давно же это было. Как твои дела?
— Я всё ещё в той же воинской части, но недавно меня назначили на исследовательскую работу, и я малость поднабрала из-за отсутствия физических упражнений.
— Харо опубликовала научную работу в сфере медицины на поле боя, и её хорошо восприняло высшее руководство. Я тоже её просматривал, и цифры по выздоровлению после ампутации действительно шокируют. Не думал, что до этого смертность была такой высокой…
— Я рада, что вы её прочитали! Я упорно старалась, чтобы собрать материалы, и надеюсь, что они станут основой для улучшений в будущем.
Все трое поделились своими недавними новостями. С момента их последней встречи прошло много времени, так что им было о чём поговорить. Дабы не упускать подходящего момента, Мэттью встал со стула.
— Хватит там стоять. Давайте выпьем чаю.
— Согласна! А Её Величества ещё нет?
— Таков план, но она очень занята, так что может опоздать. Пройдёмте пока в гостиную.
Хозяин дома вышел вперёд, и все трое направились в другую комнату.
— Уже десять лет прошло с тех пор, как Империя и Киока кардинально изменились.
Сказал Мэттью, наливая чай в три чашки. Чай обычно заваривала Харо, поэтому Мэттью не упускал возможности обслужить своих друзей в собственном доме. Он использовал самые дорогие чайные листья, чтобы компенсировать разницу в навыках с Харо. Но даже этого оказалось недостаточно. Раздав каждому по чашке, Торвэй сказал.
— Верно. По привычке хотел назвать её Империей, но сейчас это уже Республика Катварна. Подчинённый недавно рассказал мне, что дети просто называют нашу страну Катварной.
— Наверняка не скажешь, что это за нация такая, если оставить просто Республика. Но подумать только, что императорская монархия закончилась на нашем веку. С момента создания Парламента появились предпосылки, но мне казалось на это уйдёт ещё лет 50, прежде чем завершиться полный переход.
— Всё потому, что Её Величество подталкивала всех с огромной скоростью. Парламент, над которым насмехались с момента его формирования, теперь является очень значимым органом управления. Её Величество была очень активна во время парламентских выборов.
Сказал Мэттью, попивая заваренный чай. Вкус не был плохим, но всё же был слегка горьковат. Оценив чай в 60 баллов, он поставил чашку.
— По сравнению с такими изменениям в вооружённых силах будто ничего не поменялось. Хотя всё же, сейчас всё иначе, чем 10 лет назад. Особенно это касается сотрудничества с академической сферой. Мы избегаем войны в последние годы, и казалось имеем тенденцию к сокращению персонала, но вместо этого, военные исследования лишь набирают обороты. Я слышал то же самое происходит в Киоке.
— Воздушный шар, воздушная винтовка и взрывная пушка… Десять лет назад за короткий период времени произошло множество технологических прорывов. Обе стороны должны были осознать важность технологических исследований.
— Мы больше не враждуем друг с другом, но приготовлениям к следующей войне нет конца. Не знаю как к этому относится. Честно говоря, какое бы новое оружие мы ни воспроизвели в будущем, мне бы больше не хотелось снова сражаться с Киокой.
— А как дела на флоте? Слышал Полли повысили до командующего флотом.
— Как и в армии, там тоже прослеживается тенденция к сокращению персонала, но адмирал Юргус по-прежнему много работает. Недавно мы наконец-то переоборудовали все корабли первого флота в корабли с взрывными пушками. Однако этот человек лишь сильнее их возненавидел и пожаловался на то, что следующая война уже не будет такой интересной.
— Помнится у вас тогда был серьёзным конфликт, кто на чьей семье жениться, верно? Похоже, ситуация не сильно изменилась со временем.
— Всё не так как кажется, но и то верно. После нашего безупречного сотрудничества, которое принесло нам победу в морском сражении, нам с Полли стало трудно вступить в брак в один из домов. Наш собственный дом построен вдали от моря и суши, и мне очень нравится это беззаботное место.
— А я смотрю с детьми у вас полный отвал. Слышал, Полли ждёт четвёртого.
— Он родился в прошлом месяце. Не рассказывайте ей, но Полли потом сразу задумала заделать пятого. Ей очень нравятся дети. Не то чтобы я их недолюбливал, но на четвёртом, пожалуй, остановлюсь.
Мэттью ясно показал своё раздражение и скрестил руки на груди. Осознав, с какой теплотой на него смотрят его друзья, Мэттью быстро вернулся в свою первоначальную позу.
— Хватит уже обо мне. Что о себе расскажешь, Торвэй? Мы не молодеем. Тебе бы уже пора устроить парочку интрижек.
— Ой, скажешь тоже… Кстати говоря, отец устроил мне пару смотрин…
— Само собой. Ты ведь такой красавчик. Ну и как? Как они прошли?
— Ни с одной из них я не почувствовал совместимости. Ахахах, надо было в своё время затащить под венец Икту или Ятори.
— Говоришь всё в шутку, но ты ведь серьёзен? Ну, я не удивлён. Но знаешь, если ты продолжишь искать себе вторую половинку, сравнивая с ними, то ты навсегда останешься один.
Сказал Мэттью, забеспокоившись за будущее своего друга. Торвэй малость помолчал, прежде чем сменить вектор темы.
— Кстати говоря, касаемо этого. От моих братьев пришло пару новостей…
— От полковника Сарихасрага и подполковник Сушурафа? Ну и кто счастливица?
— В общем… Сушураф сделал предложение майору Миттокалиф. Но она его не приняла…
Рука Мэттью с чашкой чая остановилась у его губ и застыла. Харо не отреагировала столь преувеличенно, но она тоже выглядела удивленной.
— Серьёзно? Ты говоришь про ту самую майор Миттокалиф? Которую ещё называют «демоном»? А твой брат невероятен…
— Мэттью, Суя не такая уж устрашающая. Когда Икты не стало, она впала в депрессию. Но знаешь, по натуре она добрый и понимающий человек. Если брат Торвэя предложил ей это, всё понимая, то надеюсь, что у подполковника Сушурафа всё получится, если он будет усердно над этим работать.
— Если бы только это… Вот только перед предложением руки и сердца, кое-что было сделано раньше… Когда их троих отправили в одно подразделение, они постоянно яростно спорили, но чудесным образом эта тройка добилась больших результатов. Сушураф высоко оценил её и порекомендовал ей выйти за Сариху.
— Боюсь услышать результаты. Что произошло дальше?
— Само собой майор Миттокалиф отвергла эту идею и скорее бы предпочла прибегнуть к лотерее, чтобы выбрать кого-нибудь из своих подчинённых.
Мэттью подумал об этой пренебрежительной фразе и хотел схватиться за голову. Но Торвэй продолжил.
— Вот тут-то и началось. Узнав, что она никогда не выйдет замуж за Сариху, я так понимаю, Сушураф на мгновение задумался и предложил ей выйти за него.
Тишина повисла над ними во второй раз. Харо робко спросила.
— Ты ведь сейчас… о предложении говоришь?
— Именно о нём. Думаю, не нужно говорить, что его отвергли? Я даже подумывал над тем, чтобы потом извиниться перед майором Миттокалиф.
— Судя по твоему тону, есть что-то ещё?
— Да. Учитывая, насколько терпелив Сушурав, после её отказа, он кивнул и сказал, что сделает ей предложение ещё раз через 2 года.
— Два года!?
— Если Сушураф так сказал, то он определённо так и поступит. Мне кажется, что он сделает всё возможное, чтобы повысить свои шансы при следующей попытке. Однако глядя на то, как обстоят дела, его будущее кажется мне туманным.
В словах Торвэя было 80% опасения и 20% ожидания. Мэттью задумался над этим, смиренно пожав плечами.
— Его можно только подбодрить. Подполковник Сушураф, может тот ещё кадр, но он парень славный. Что ещё более важно, я чувствую некое облечение от осознания того, что кто-то сделал предложение майору Миттокалиф. Наконец она может посмотреть хоть на какого-то кроме Икты.
Вздохнул Мэттью. Торвэй потрясённо посмотрел на него.
— Ма-кун… О чём ты?
— Стоп… Ты об этом вообще не в курсе? Вы оба, конечно, были из разных подразделений, но у тебя ведь было больше шансов это заметить.
Удивлённо сказал Мэттью, намекая на отношения этих двоих, исходя из того, что он видел. Торвэй скрестил руки, как будто перед ним стояла сложная математическая задача.
— Никогда не замечал. Она всегда жаловалась на Ик-куна, поэтому мне казалось, что они никогда не поладят.
— Может ты слепой? Не все люди на земле могут выражать свои чувство прямо!
Невольно возразил Мэттью. Он был одновременно ошеломлен и тронут тем, что его 32-летний друг обладал социальным восприятием подростка. Он подбросил эту тему своей коллеге.
— А ты, Харо? Как у тебя на личном фронте?
— Ну~ нашлись люди, которые проявили ко мне интерес… Но, как и Торвэй, я принадлежу к клубу не успевших выйти замуж за Икту.
— Понимаю, понимаю.
— Не сочувствуйте друг другу! Нам чудиков в стране хватает!
Возразил Мэттью своим кивавших друг другу друзьям. Харо вдруг вспомнила и завела новую тему.
— Я в городе редко бываю, но, кстати говоря, я слышала, что Нанаку поселилась в Столице. Чем она там занимается?
— Энергично отстаивает интересы племени Шинарк из провинции Юнакура. После того, как Священнай Альдеранская армия покинула горы Великой Альфатры, некоторые из её соплеменников вернулись обратно. Но нашлось куда больше тех, кто осел на равнинах, и Нанаку планирует сосредоточиться именно на этой группе.
Рассказав о том, что он знает, Мэттью притих. Он кое-что вспомнил и добавил.
— Не знаю, есть ли у неё с этим проблемы… но как-то раз меня втянули в пьянку между ней и майором Миттокалиф. Мне тогда пришлось выслушивать их недовольство и жалобы по поводу того, как они скучают по Икте. То была адская вечеринка. Эх~ Радует уже то, что на следующее утро они обе были бодрячком.
— Нанаку была занята заботой о племени во время судебного процесса, поэтому не смогла посодействовать в ситуации. По сравнению с Суей, которой удалось повидаться с ним напрямую, её боль на другом уровне. В следующий раз, когда мы встретимся, надо бы с ней как следует поговорить.
Сказала Харо, обеспокоенная чувствами двух других женщин. Мэттью и Торвэй ощутили её доброту, которая не изменилась со временем.
***