Том 5. Глава 2. Рещающее сражение флотов.

Глава 2. Решающее сражение флотов.

Тень устремилась к морским волнам под острым углом. Когда она уже собиралась удариться о поверхность воды, она сильно взмахнула крыльями и снова вернулась в небо.

— Воу…

Парень на пляже аплодировал при виде рыбы в когтях той тени. Тем временем этот прирождённый охотник порхающей над морем, вернулся к своей хозяйке, которая ждала у берега.

— Молодец, Мисай.

Охотник быстро спустился на землю, и, бросив рыбу на пляж, полетел к женщине, стоящей рядом с парнем, и приземлился на её правое плечо, обтянутое кожей. Это была свирепая хищная птица с белым телом и чёрными крыльями — скопа. Он казался молодым и был всего на один размер больше чайки.

Женщина взяла добычу, отрезала ножом немного мяса со спины рыбы и бросила её партнеру, гордо кричащему на её плече. Мисай ловко поймал мясо клювом, затем проглотил его одним глотком. Казалось, рыба была очень вкусной.

— Невероятно, что за удивительное представление.

Парень хлопнул в ладоши, но женщина даже не посмотрела в его сторону. Она бросила рыбу в корзину на своей талии и ушла. Парень не обращал внимания на её холодное отношение и просто следовал за ней.

— Так эта та самая техника “сокольников” Лао!? Я слышал слухи, но даже не ожидал увидеть всё самому. Удивительно, как царь неба так покорно подчиняется приказам человека.

Женщина продолжала идти по пляжу и не обращала внимания на его слова. Парень подул своим тёплым воздухом на холодные руки и отказывался сдаваться.

— Как жаль, что такая удивительная техника исчезнет после твоего поколения.

Её шаги замедлились в этот момент, и парень естественным образом соответствовал её темпу.

— Я слышал от старейшин деревни, что ты последняя из “племени сокола”. Остальные не вернулись после войны.

— …

— Война против соседней нации Баюши полностью приостановлена. Независимо от того, какая сторона победит, обе нации не смогут выжить после произошедшего. Это не займет много времени, прежде чем это произойдет. Что ты планируешь делать?

Парень перешёл сразу к делу, а женщина рядом с ним остановилась и замолчала. Она не могла ответить, даже если бы хотела. Она никогда не думала о будущем.

— Если тебе некуда идти, то почему бы не пойти со мной? Возможно, есть место, в котором твоим навыкам найдётся применение.

— Навыки… ты про навыки в рыбалке?

Тогда бы мог обратиться к рыбакам. Женщина посмотрела на парня с этой мыслью, а тот лишь преувеличенно пожал плечами.

— Это ведь не всё на что ты способна, так!? Я слышал “племя сокола” может предсказывать направление ветра.

— И где это может пригодиться, кроме рыбалки?

— Я могу придумать несколько других применений. Позволь похвастаться, но я гораздо изобретательней остальных.

— А кто ты собственно такой!?

Женщина устала от этого разговора, который ни к чему не привёл, и дошла до сути дела. Когда он услышал этот вопрос, парень показал бесстрашную улыбку на лице и раздвинул руки. Его плащ развевался на ветру, а под ним были видны тёмно-синяя матроска и штаны.

— Я!? Чтож, я обычный патриот, которого можно найти, где угодно. Создание страны, в которой всё будет хорошо, а может даже лучше – таков мой смысл существования. Такой я человек.

В отличие от того, как он избегал вопроса, его глаза смотрели прямо на неё. Женщина почему-то почувствовала тягу к свету в его глазах. Она, вероятно, почувствовала, что его цель была чем-то, чего ещё не было… Мир, который полностью отличался от этого.

Двое смотрели друг на друга без слов. Мисай, который всё ещё сидел на плече женщины, внезапно громко закричал. Она вспомнила что-то важное и снова продолжила движение.

— Я могу с тобой поговорить, но для этого мы с тобой должны отправиться в деревню.

— Я не против. Но к чему такая спешка!? У тебя есть какие-то неотложные дела!?

— Не совсем… Давай поторопимся, скоро пойдёт дождь.

Женщина ответила кратко. В тот момент, когда она натянула соломенную шляпу на голову, над ними появились тёмные облака. Человек даже не успел удивиться, как с неба внезапно полился сильный дождь, который даже не был виден несколько минут назад. Даже гром зазвучал внезапно.

— Невероятно.

Несмотря на то, что всё его тело промокло под грозой, его улыбка не переставала исчезать. Вспышка молнии сверкнула в облачных небесах, ослепительно освещая всё вокруг.

Перед глазами женщины тёмно-синяя матроска и штаны были окрашены от влаги и стали темнее черного.

— М-м-м…

Тревожный стук дошёл до ушей Элулуфай, которая вспоминала далёкое прошлое, и вернул её в настоящее. Она выглянула в окно, которое можно было найти только в каюте Капитана большого корабля, и увидела ярко сияющий солнечный свет. Затем она посмотрела на двух обнажённых мужчин по обе стороны от неё и вздохнула.

— Контр-адмирал! Уже прозвучал подъём, а трое моих моряков пропали! Вы не знаете, где они могут быть!?

Хриплый рёв командира морской пехоты и его настойчивые стуки можно было услышать в комнате. Два морских пехотинца, которые крепко спали, проснулись от шума.

— Командир! О-о нееет!

— Чёрт! Я же хотел проснуться, перед тем как прозвучит подъём!

— Извините, я тоже проспала.

Элулуфай извиняюще улыбнулась, наблюдая, как их лица менялись от страха. Затем она встала и без колебаний открыла дверь.

— Прости Грег, я слишком долго спала.

— Так всегда было и будет… и вы опять голая…

Рот Грега, который был разрезан до уха, слегка нахмурился, когда он вздохнул. Он осмотрел комнату острыми глазами и обнаружил, что двое моряков, которые даже не надели нижнее белье, дрожали, как новорождённые олени.

— Нашёл двоих за раз, какая удача… Кори, Солберт, накиньте что-нибудь на свои задницы и дуйте на палубу. Наказание будет позже.

Когда их судьба была предрешена, они молниеносно оделись и вылетели из каюты Капитана со слезами на глазах. Страшно выглядящий морской командир снова вздохнул, пока его начальник стоял у края своей кровати, словно что-то вспоминая.

— Прости, их было не двоя.

— Великая Мать!

Под простынями прятался ещё один дрожащий голый мужчина. Набухшие вены показались из раны Грега, и он оттащил своего глупого подчинённого с кровати и выгнал его из каюты, не давая ему возможности одеться. В конце он всё же из чувства жалости бросил ему его одежду.

— Хватит уже, контр-адмирал! Если будете так их портить, то мне придётся и дальше тренировать их расслабленные умы!

— Если будешь и дальше относится к ним так строго, то мне придётся ещё сильнее их развращать. Какое замечательно разделение обязанностей.

— Я не шучу! Морские пехотинцы живут и умирают от меча. Для меня всё будет кончено, если мои люди будут смотреть на меня свысока! Именно поэтому я не проявляю пощады на тренировках, чтобы избежать этого! Вы знаете, как меня называют за моей спиной!? Чтобы дополнить вас, “Великую Мать”, они зовут меня “Папочкой”! Я почти потерял сознание, когда впервые услышал это прозвище!

Услышав этот крик отчаяния, Элулуфай уронила одежду в своей руке и начала смеяться, положив руки на живот. Грег взялся за голову обеими руками.

— Хаха… П-папочка! Ой, прости, я не должна об этом шутить… Но Грег, это звучит не так уж и плохо! Если подумать о Четвёртом Флоте как о семье, то “Папа” – символ глубокого уважения и почтения.

— Это само собой разумеющееся, но я не позволю смотреть на меня свысока… Контр-адмирал оставьте моих людей в покое. Не слишком ли это смело просыпаться поздно в такой-то ситуации? Уже прошло 3 дня с тех пор, как разведывательное судно принесло новости о вражеском флоте. Вполне очевидно, что враг скоро нападёт.

— Этого не произойдёт. Они нападут как минимум через 4 дня.

Ответила Элулуфай пока одевала штаны. Грег озадаченно нахмурился.

— Почему это!? Имперские корабли настолько медленные?

— Оснащение наших кораблей не такие уж и разные. Всё кроется в морском ветре в этом регионе. Ветер дует на запад сейчас, так? Если предположить, что противник атакует с запада, то мы будем атаковать их с востока. Как думаешь, каков будет эффект этого западного ветра?

Командир морских пехотинцев подумал об этом и в согласии кивнул.

— Понятно, враг хочет атаковать с подветренной стороны. Поэтому то вы думаете, что Имперский Флот не будет атаковать нас в таких неблагоприятных условиях?

— Любой моряк бы не хотел сражаться против ветра, потому что все отлично знают с какими ограничениями приходится сталкиваться в таком случаи. Кроме того, несколько дней назад у нас была морская стычка, которая оставила у них глубокое впечатление о наших взрывных пушках. Поскольку они понимают, что их снаряжение уступает нашему, они попробуют сделать всё возможное, что получить преимущество за счёт ветра. В таком случаи, скорее всего они поплывут в обход и атакуют с востока.

После того, как Элулуфай закончила медленно накидывать верх, она наконец добралась до нижнего белья. Грег хмыкнул.

— То есть, прежде чем враг пойдёт в обход и атакует, мы может только ждать в гавани… Но контр-адмирал, разве это нормально дать им возможности плыть по ветру? Разве мы не будет в невыгодном положении, если это произойдёт?

— Всё нормально. Помимо обычных кораблей, у нас несколько суден с взрывными пушками. Если мы правильно сформируем ряды перед столкновением, то сможем свести на нет все их преимущества нахождения с подветренной стороны. Однако то, что меня беспокоит, это то, что враг может отступить, когда мы будем сражаться за позиции против ветра. Ты ведь понимаешь, почему я хочу избежать этого?

— Потому что порт будет атакован. Защитники вступят в бой с ними, и когда мы нападём на них, они будут окружены с обеих сторон и начнут отчаянную борьбу. Если им удастся захватить гавань, Четвёртый Флот потеряет базу и окажется в море.

— Именно так. Это наиболее логичный способ проиграть войну. Поэтому, нужно уничтожить эту возможность ещё в зародыше. Именно поэтому мы ждёт в гавани… Для того, чтобы перехватить Имперский Флот, когда они атакуют.

Западный ветер, дующий за окном, начал завывать, и корабль, на котором они находились, затрясся, как будто был согласен с ясной теорией. Элулуфай слушала этот звук, надевая штаны, с лицом теолога, который столкнулся с трудным религиозным вопросом.

— Согласно прогнозу Мисая, сегодня ветер будет на пике, а днём вообще ​​может быть шторм. Мысль о том, как тяжело плыть в такую ​​погоду, заставила меня порадоваться, что мы наконец-то может побездельничать у гавани.

— Да-да… Теперь понятно, почему контр-адмирал так расслаблен. Но даже, если враг не атакует, у вас ведь всё равно должны быть обычные рутинные занятия, которыми Адмирал флота должен быть занят.

— Ты прав. Но не беспокойся, я и не думала спать весь день лишь из-за сильного ветра.

Надев свою фирменную перьевую шляпу, Элулуфай Тенерексилла наконец-то восстановила своё достоинство военно-морского Адмирала. Подтвердив это, Грег обернулся.

— Кажется, вы наконец проснулись… Чтож, мне пора возвращаться на свой корабль. Вроде на “Белом Крыле” я был всего несколько дней, а из-за этого уже и забыл, что меня отправили на другой корабль.

— Да, спасибо за твою тяжёлую работу. Не забудь и завтра меня разбудить.

Страшно выглядящий морской командир решил проигнорировать эту последнюю часть и вышел из комнаты своего начальника. Элулуфай почувствовала, как он уходит за закрытой дверью, и потянулась.

— Отлично, нужно бы и сегодня навестить своих милых морячков…

Сказал она, пока тянулась к своей любимой птице, сидящей над кроватью. Когда её бледные пальцы уже собирались ласкать его перья, громкий сигнал тревоги заглушил звук морского бриза.

— Замечен вражеский флот! Повторяю! Замечен вражеский флот на западе!

Один из шести кораблей, покинувших гавань для патрулирования, обнаружил флот на западном горизонте. Включая флагман “Белое Крыло”, все суда в гавани услышали сигнал тревоги из близлежащего морского залива. Боевой дух моряков воспрял.

Порт Нимонг, который служил базой Четвёртому военно-морскому флоту Киоки, был единственной гаванью на бывших восточных территориях, обращенных к югу. Глубокий залив местности позволял безопасно швартоваться на многих кораблях.

Поскольку в регионе не было никаких других портов, которые можно было бы использовать немедленно, это было важное стратегическое место во время сражений за бывшие восточные территории в прошлом. Это была не первая атака Империи на это место. Все прошлые морские сражения были невероятно кровопролитными, с ужасными жертвами с обеих сторон, независимо от победы или поражения.

— История их ничему не учит… Они уже нападали когда-то с запада, причём тогда хотя бы с подветренной стороны.

Женщина, командующая всем флотом, стояла на вороньем гнезде, расположенном на главной мачте военного корабля Белое Крыло, и пробормотала, глядя в свой телескоп. Убедившись, что отчёты верны, она передала телескоп моряку, дежурившему в этом месте, и быстро спустилась по верёвочной лестнице обратно на палубу.

— Я думала, что это может быть приманка, пытающаяся выманить нас, но их число слишком велико для такого. Похоже на настоящую атаку… Я не уверена, но кажется, что у них не всё в порядке с головой.

Элулуфай спокойно сказала своей команде, которая ждала её, затаив дыхание, и начала задаваться вопросами… Может в результате несчастного случая что-то произошло с головой вражеского Адмирала? Даже с точки зрения обычных моряков, атаковать против ветра было слишком глупо.

Прежде всего, никакие парусные корабли в мире не могут плыть против ветра. Максимум что можно, это слегка продвигаться под углом. Сравнив два корабля, один из которых находиться в положении против ветра, а другой по направлению ветра, то разница в преимуществах становится очевидной. Другими словами, корабли с подветренной стороны могут свободно плыть к противнику, когда как корабли против ветра сильно ограничены в движениях.

Простой пример – игра в фрисби. Пока одна сторона свободно может кидать летающий диск, другая будет испытывать сопротивление при тех же действиях. То есть, корабли с подветренной стороны всегда будут быстрее и их преимущество всегда будет очевидным.

Возвращаясь к теме парусных кораблей, ограничения по направлениям плавания были не единственной проблемой, с которой столкнутся корабли, идущие против ветра. По сравнению с их противником, их скорость будет значительно меньше и усугубится тем фактом, что они не смогут “плыть прямо к противнику”. С точки зрения кораблей с подветренной стороны, противник будет двигаться медленнее и приближаться зигзагообразно. И пока они будут так приближаться, они постоянно будут обнажать свои уязвимые фланги судна.

И как же они размажут жалкого врага!? Они могли бы использовать старинный метод тарана носовой частью корабля, который при правильно исполнении нанёс бы колоссальный урон. Но в этой битве будет ещё один неблагоприятный фактор для врага. Мало того, что корабли находятся на подветренной стороне, так ещё и некоторые из них оснащены взрывными пушками. Что же предпримет враг?

— Это даже морским сражением трудно назвать…

Несмотря на то, что битва даже не началась, Элулуфай уже почувствовала жалость. Мысль о командовании односторонней расправы казалась ей удручающей. Хоть это и означало ошеломительную победу для её флота, но это никак не улучшало её настроения.

— Великая Мать, корабли готовы выступать!

— Мы уже готовы!

— Великая Мать, пожалуйста, отдайте приказ!

Её любимые подчинённые поддержали её. Элулуфай выкинула в сторону меланхоличные чувства и крикнула.

— Отплываем! Конечно, это не то, чего мы ожидали, но наша миссия остаётся прежней! Враг — это гнусный пиратский флот! Давайте покажем наследникам капитана Гарсиева их никчёмность!

———— Воля Великой Матери – наш закон! ————

Ответ был громким и гармоничным. Мисай, круживший в воздухе, каркал, как будто он присоединялся к хору. Объединённые под командованием “Великой Матери Белых Перьев”, команда смело выплыла по направлению к вражескому флоту.

***

— Они здесь!

На квартердеке флагманского корабля Первого Имперского Флота “Жёлтого Дракона” Адмирал Эрфин Юргус и его команда, находившаяся на своих боевых позициях, смотрели на формирование вражеского флота, который блокировал маршрут, по которому они хотел проплыть.

Перед ними была линия из 16 трёхмачтовых кораблей среднего размера, плывших в ряд. Примерно через 1 морскую милю, судна Киоки в унисон повернулись к правому борту. Они не пытались изменить курс, они просто изменили направление движения кораблей.

Корабли Киоки сохранили относительное расстояние между друг другом и завершили поворот на 90 градусов. Так они продемонстрировали свою решимость не пропускать имперские корабли. Шестнадцать кораблей образовали линию впереди формирования в восточных водах.

— Кильватерная колонна! Как и говорил ребёнок из дома Тетдрич!

Глаза Адмирала Юргуса заострились. Учитывая общепринятую военно-морскую тактику, основанную в первую очередь на высадке на вражеские суда, было трудно представить формирование, которое обнажило бы фланги кораблей вот так. Невозможно было сблизиться с противником, у которого было такое построение. Они словно приглашали врага атаковать их.

Тем не менее, такое любезное приглашение пришлось отклонить с введением новых пушек. Взрывные пушки были установлены по бокам кораблей, поэтому направление их флангов на противника предоставит полную мощь. Причина, по которой противник сформировал единую линию, заключалась в том, чтобы не попасть по своим союзникам при развертывании своих орудий.

Позади линии из 16 кораблей находился целый флот. У этого флота было 20 судов, что сделало его главной силой четвёртого военно-морского флота Киоки. Но поскольку он находился в построении двойного фронта, да и позади кильватерной колонны, то можно было понять, что там находились обычные корабли, не оснащённые взрывными пушками. Имперские моряки на пока сосредоточили всё своё внимание на 16 кораблях, находившихся ближе всего.

— Адмирал! Если они все оснащены взрывными пушками…

Когда они услышали, что сказал рулевой, команда вокруг него сглотнула. Обломки “Тираннозавра”, осыпанные залпом этих пушек, вспыхнули у них в головах. Но их Адмирал не волновался. Он внимательно наблюдал за другой стороной моря, чтобы изучить ситуацию.

— Для всех 16 кораблей – это невозможно!

С другой стороны, на борту имперского судна “Новая Луна”, расположенного в северном конце построения двойного фронта, темноволосый юноша, стоящий на вороньем гнезде передней мачты, узнал ответ раньше остальных.

— Учитывая годовой темп добычи железной руды в Киоке и трудозатраты, необходимые для рафинирования и обработки стали… Учитывая приоритетность распределения взрывных пушек между военными отрядами, а также стоимость строительства новых кораблей для установки этих пушек… Даже с огромным запасом погрешностей, у Четвёртого военно-морского флота Киоки никак не может быть 16 кораблей, оснащённых взрывными пушками. Первый и Второй Флот, которые имеют решающее значение для их национальной обороны, будут иметь куда больший приоритет в оснащении такого орудия. У только что сформированного Четвёртого флота попросту нет такой привилегии.

Поскольку Киока до приобретения независимости была частью Империи, то о её природных ресурсах хорошо осведомлены. Таким образом, благодаря знаниям Икты и энциклопедической памяти принцессы Шамию о данных Империи, они смогли, проверяя друг друга, исключить такую возможность.

— Торвэй, что думаешь!?

Парень передал через своего партнёра Кусу световое сообщение его товарищу, который находился на соседнем судне.

— Ик-кун, могу сказать… Что их формация – это комбинациях двух разных типов судов.

Справа от “Новой Луны”, курсировал его родственный корабль “Солнечное Колесо”. На борту палубы рядом с носом корабля сидел Торвэй в странной позе, ноги которого прислонялись к заднице.

В его руках был ствол среднего размера, который стоял на штативе. Его нефритово-зелёный правый глаз смотрел в телескоп… точнее в оптическое прицел, установлённый на его новом оружии.

— Не вижу никаких явных различий, но есть одна вещь, которая бросается в глаза. Все корабли среднего размера, однако осадка* кораблей различается. Скорее всего, те судна, что сильнее погружены в воду, оснащены взрывными пушками, когда как остальные – обычные корабли. Вероятно, разница в погружении вызвана весом этих пушек. (*осадка – глубина погружения корабля в воду)

Внимательно понаблюдав за вражескими судами, Торвэй поручил одному из своих подчинённых послать сообщение на соседний корабль и поделиться своими выводами с Иктой. Зеленоволосый парень также предупредил команду на своём корабле об этом важном “различии”.

— Теперь, когда он это упомянул, думаю, набросок будет совершенно другой…

— А разве можно их так дифференцировать? Разве это не потому, что модели кораблей отличаются!?

— Нет, если бы модели кораблей отличались, то было бы больше…

Команда в сомнениях обменивалась мнениями. В этот момент моряк, который просто случайно поднял взгляд вверх, широко раскрыл глаза и закричал.

— Эй! Смотри туда! Воздушный шар! Это воздушные войска!

***

— Хмм, судя по тому, что они не напуганы, должно быть они раскрыли нашу маскировку…

С сильным ветром, дующим в их пользу, команда воздушный шаров быстро пролетела над головой Элулуфай. Она стояла на борту флагманского корабля Киоки “Белое Крыло”, наклонённого от сильного ветра, дующего на его правый борт. Женщина бесстрашно смотрела на воздушные шары.

— Неважно, так тоже пойдёт. Это может показаться несправедливым, но никто и не говорил, что поле битвы ограничивается лишь морем. Чтож, наслаждайтесь же не останавливаемым преследованием с неба.

В прошлом такая воздушная атака доставила много неприятностей известному генералу, ныне покойному Хазафу Рикану. “Воздушные налёты” воздушных сил, которые сбрасывали огненные бомбы с неба.

Для всех моряков нет ничего страшнее, чем загорающийся корабль. Чтобы потушить пламя, придётся ни раз кинуть ведро в воду и подтянуть его обратно. При этом количество воды должно быть достаточным, иначе всё будет бессмысленно. Паруса тут же сгорят, а мачта превратиться в гигантские дрова. Корабль быстро превратится в жуткий ад, и у экипажа не останется иного выбора, кроме как прыгнуть за борт.

— Честно говоря, многого от них не ожидаю. Их количество явно не доходит до нормы, а точность “огненных бомб” оставляет желать лучшего. К тому же нам следует опасаться дружественного огня и использовать эту тактику только тогда, когда наши флоты находятся далеко друг от друга. Заставить их запаниковать будет вполне неплохим результатом, но, если удаться поджечь пару тройку парусов вражеских кораблей то будет ещё лучше.

Сказала Элулуфай не беспокоясь, пока смотрела, как военно-воздушные силы выполняют свою задачу. Ведущий воздушных шаров начал сбрасывать высоту и, вероятно, начнёт “воздушный налёт” после достижения эффективного диапазона воздушных винтовок. Остальные члены группы позади сделали то же самое.

В этот момент Великая Мать увидела взрывное пламя вместе со звуком взрыва в небе.

— Ааа…

Её разум застыл на несколько секунд. Произошёл ещё один взрыв, и два самых низких воздушных шара исчезли из поля зрения Элулуфай.

— Поторопитесь…

Секунду спустя Элулуфай почувствовала, как вспышка молнии прошла сквозь её тело. Она стояла вместе с другими моряками, стоящими на палубе и тупо наблюдающими, и громко кричала вверх, несмотря на то что понимала, что её слова не дойдут до них.

— Быстрее, восстановите высоту! Уходите в небо! Живо!

***

— Хах…

На имперском корабле “Солнечном Колесе”, на передней палубе левого борта, люди, впервые испытавшие страх перед неуязвимой авиацией, уставились в небо.

— Они… они подстрелили их…

Моряки, которые готовили ведра для борьбы с угрозой пожара, остановились и просто стояли, глядя на то, что произошло в небе. Паника несколькими секундами ранее была похожа на сон, и тишина поглотила судно.

— Две цели поражены, продолжаю стрелять. Отрегулируй угол… вправо на четыре и вверх на три.

Пока снайпер раздавал инструкции, его помощник быстро корректировал угол наклона ствола, который между делом был очень толстым для стрелка. Подобно воздушной пушке, у её основания было три трубки, которые были связаны тремя духами ветра. Однако ствол был довольно маленьким, чтобы называть его пушкой.

— Цели увеличивают высоту… они что, убегают!?

Видя, что враг потерял желание сражаться, глаза юноши немного расслабились, когда он посмотрел в оптический прицел. Прошло некоторое время, прежде чем команда спросила его, чем он вообще занимался.

— Крупнокалиберная Воздушная Винтовка – это новое оружие, которое мы принесли с собой.

На передней палубе имперского корабля ”Гарпун” слегка пухлый юноша объяснял рядом стоящим морякам, которых хотели объяснений. Само оружие и снайпер были прямо перед ними.

— Как вы можете видеть, принцип её действия такой же, как у воздушной пушки, только размер её боеприпасов другой. Вместо взрывчатого вещества, она использует твёрдые снаряды. Она имеет гораздо большую дальность действия, поскольку использует сжатый воздух трёх духов ветра. По воздушным целям эффективная дальность чуть более 400 метров. Следовательно, воздушные шары, наполненные горючим газом, являются лучшей целью.

Объяснение, дополненное демонстрацией результатов, заставило команду ахнуть от удивления. Даже Полли была удивлена силой козыря, принесённого армейскими солдатами. На самом деле, Мэттью уже объяснял принцип действия несколько дней назад, однако оружие, выглядящее как менее впечатляющая версия воздушной пушки, не привлекала к себе особого внимания.

Крупнокалиберная Воздушная Винтовка… Хоть Мэттью и назвал её новым оружием, но правильнее было бы сказать, что это модификация старого оружия, которая не была бы так эффективна на поле.

Выстрелы, сопровождаемые несколькими духами ветра, уже существовали давным-давно. Однако такой способ забраковали, поскольку “в них не было смысла, так как нельзя было точно нацелиться”. Но после изобретения винтовки, которая смогла стабилизовать траекторию полета пули, эта идея вернулась.

— Помимо дальности стрельбы, эта винтовка вряд ли посоревнуется в количестве или мощи выстрелов с взрывными пушками. Тем не менее с их приходом пришло окончание непобедимой эры военно-воздушных сил Киоки.

Закончил Икта с мрачным выражением лица, вспоминая генерал-лейтенанта Хазафа Рикана, которого до самого конца мучили военно-воздушные силы. Даже Мэттью представил торжественное лицо известного генерала, которого, казалось, он встречал лишь однажды на восточных территориях.

В этот момент Капитан “Гарпуна”, капитан 2 ранга Хигорум приказал морякам, которые лениво наблюдали, вернуться на свои посты. Он подошёл к Мэттью с некой улыбкой, пока покусывал трубку.

— Парниш, а хороший фейерверк вы нам устроили. Благодаря вам, наши корабли избежали судьбы быть сгоревшими дотла.

— Всегда пожалуйста. Вот только те, кто подстрелили врага, это наши товарищи с “Солнечного Колеса”. Мы же пока не в пределах досягаемости…

— Да какая разница, я просто всем вам благодарен. Какое же прекрасное чувство, когда этим уродам, которые в безопасности летали в небе, дали под зад.

Капитан Гарпуна рассмеялся и повернулся к носу корабля.

— Хорошо, так как битва в небе окончена, теперь наш черёд… Всем на свои места!

———— ТАК ТОЧНО КАПИТАН! ————

Тем временем на передней палубе флагманского корабля Четвёртого флота Киоки “Белое Крыло”, Великая Мать Элулуфай Тенерексилла, увидев, как её подчиненные погибли в небе, упала на колени.

— Пожалуйста, возьми себя в руки, Великая Мать! Может атака и не удалась, но мы потеряли лишь два воздушных шара! Военно-воздушные силы понесли лишь незначительные потери!

— Именно! И всё благодаря вашим наставлением: “Если вдруг вас каким-то образом атакуют, немедленно набирайте высоту и уходите в небо”!

Моряки вокруг неё подбадривали её, но Элулуфай говорила с дрожащими губами.

— Глава формирования… третий и седьмой шар… Маллов, Хобкин, Хинди, Локо, Виджай, Эктель, Сайда, Молдов, Хеки, Масукка… они… все мертвы!? Они даже не смогли показать результаты своих тренировок и так быстро погибли!

Контр-адмирал со слезами на глазах ударила кулаком по палубе. Имена, лица и воспоминания о погибших солдатах вращались в её голове.

— Это должно быть так страшно и больно! Как ужасно… ужасно! Я должна была обнять их ещё сильнее! Нет, если бы я знала, что такое произойдёт, я бы навсегда объяла их своими руками! Этих детей уже нет! Я больше никогда не увижу их улыбки!

Моряки знали, что её слезы были искренними, и сохраняли спокойствие… “Великая Мать Белых Крыльев” одинаково любит всех под своим командованием, и она только что потеряла десять своих драгоценных детей. Никто не мог понять, сколько боли она переживала.

К-к… каркающая птица эхом отозвалась в небе. Услышав, как её любимая птица убеждает её “взять себя в руки”, она медленно встала. Она не вытерла слёзы на щеках и уставилась на врага.

— Я заставлю вас заплатить за убийство моих детей… вашими жизнями!

Кипящая ненависть изверглась из уст Великой Матери. Её безграничная любовь сменилась на крайнюю враждебность по отношению к врагу, который забрал её близких.

— Открыть все орудия на левом борту и приготовиться к стрельбе! Все корабли, начать движение! Давайте же утопим их в собственной крови за наших драгоценных близких!

По приказу Великой Матери у экипажа не было иного выбора, кроме как приступить к работе. Это будет односторонняя бойня, но они с нетерпением ждали её.

— Поступили приказы! Приготовиться к стрельбе!

Двумя этажами ниже верхней палубы, артиллеристы Киоки, находившиеся в деке* и получившие приказ, начали суетиться в замкнутом пространстве. Там было так тесно, что их плечи соприкасались. (*дек – палуба, на которой установлена артиллерия)

Взрывные пушки были выровнены по бокам корабля, по восемь с каждой стороны. Регулируя угол стрельбы, чистя ствол и загружая боеприпасы… для выполнения всех этих задач и поддержания скорости стрельбы, на каждую пушку выделялось по шесть человек. Собственно, не удивительно, почему дек был так переполнен.

— Ай, больно! Смотри куда прёшь!

— Прости! Корабль слишком сильно наклонило!

С каждым движением корабля артиллеристы бились друг о друга. Этого следовало ожидать, за исключением ограниченного пространства. Корабль сильно наклонялся к левому борту. Не только “Белое Крыло”, но и все 16 стоящих в ряд кораблей столкнулись с одной и той же проблемой.

— Хватит тратить время! Враг в пределах досягаемости!

Рёв их начальника прозвучал позади. Было трудно нормально стоять без хорошей опоры при таком наклоне, но артиллеристы всё ещё продолжали работать вокруг взрывных пушек. В то же время пушечные порты* по бортам кораблей были открыты. Моряки не могли не испугаться того, как вода была близка к их ногам. (*пушечные порты – отверстия по бокам корабля из которых высовывается ствол пушки. Для предотвращения попадания воды при сильных волнах или при сильном наклоне судна отверстия закрываются деревянными щитами, подвешенными за верхний край и открывающиеся наружу.)

— Хорошо, подготовка закончена! Загружайте!

Артиллеристы охотно приступили к работе. Они прочистили щёткой дуло ствола, а затем поместили туда боеприпас.

— Впрыскивайте динамический воздух!

“Огненное отверстие” создало “динамический воздух”, который через трубки направлялся духами ветра у основания пушки, где он был сжат. Лица артиллеристов стали напряжёнными… Всего лишь один неверный шаг, и они будут разорваны на куски накопленной энергией.

— Целься!

Артиллеристы посмотрели на прицел, чтобы нацелиться на вражеские корабли, но в этот момент они замерли.

— А?

— Стоп, это же…

— Нам стоит их поднять? Но…

Их рабочий процесс остановился и слышался лишь запутанный шум. Они даже не успели сообщить, что “цель заблокирована”. Их руководитель начал кричать им: “какого чёрта там у вас происходит”!

Но ещё до разрешения ситуации, сверху поступил приказ. Ни секунды не медлив, начальник призвал моряков к действию.

— Отрегулируете прицел во время второго залпа! Вы ведь уже установили высоту!? Всё, хватит трястись, нам нужно стрелять!

Его подчинённые не могли ослушаться приказа. Даже не проверяя, почему наводчик, отвечающий за прицеливание, был так растерян, на начальника повлияло волнение, и он закричал.

— Открыть огонь!

Из 16 кораблей Киоки, стоящих в кильватерной колонне, восемь из них были оснащены взрывными пушками.

В этот момент раздался громоподобный гул, и 64 взрывных пушек одновременно выдали залп. Каждый выстрел был достаточно сильным, чтобы уничтожить мачту. Зрелище звучало как рёв дракона, эхом отражающимся в море. Образ односторонней бойни появился у всех на виду.

Однако залп упал в море после полета менее чем на 200 метров.

— Что?

Элулуфай, стоявшая на передней палубе “Белого Крыла”, была сбита с толку первым залпом, который вообще не повредил врага.

Неужели беспокойство перед лицом врага заставило команду пренебречь своей целью… Она ​​обернулась с подозрением и бросила взгляд на лестницу, ведущую вниз. Почти в то же время начальник артиллеристов выбежал, и Элулуфай немедленно сказала ему.

— В чём дело!? Враг более чем в полумиле отсюда! Просто отрегулируйте орудия!

— К сожалению… у нас появилась непредвиденная проблема…

— Что такое!? Вам просто нужно поднять угол прицела пушек выше, так!? Вы ведь делали это во время тренировок бесчисленное количество раз!

Элулуфай потеряла терпение к человеку перед ней, который не успел дойти до сути, и бросилась вниз по лестнице, чтобы увидеть ситуацию лично. Когда она достигла дека, она увидела хаотическую сцену артиллеристов, которые боролись с пушками.

— Это…

Элулуфай поняла ситуацию лишь одним взглядом и увидела, каким образом исполнили её приказ. Дело в том, что они выполнили приказ… вот только угол всех восьми взрывных пушек уже был поднят на максимальную высоту.

— Великая Мать! Корабль слишком сильно накренился. Угол наклона пушек уже на пределе! Мы не можем стрелять выше!

— Простите нас, но если мы поднимем угол выше, то это заденет пушечные порты…

Артиллеристы на месте объяснили ситуацию более кратко, чем доклад их начальника. В этот момент Элулуфай почувствовала, как будто её ударила молния, и все элементы паззла встали на своё место.

— Неужели… Враг знал об этом!?

Элулуфай задрожала от шока, которого никогда не испытывала, и посмотрела на вражеский флот с другой стороны моря через пушечный порт.

***

— Кажется, до врага наконец дошло, почему мы решил атаковать против ветра.

В вороньем гнезде на передней мачте имперского военного корабля “Новая Луна”, темноволосый юноша держался за перила одной рукой, чтобы подготовиться к сильному морскому бризу, и наблюдал за хаосом вражеских войск. Рядом с ним был его заместитель Суя, которая волновалась и последовала за ним.

— Вражеский обстрел не достиг нас… Старший лейтенант, а почему это?

— Причина не сложная. Когда боком стоящий корабль обдувает сильным ветром, он естественным образом наклоняется в сторону ветра. Ещё хуже это ощущается с более сильными ветрами, как сегодня. Наклон корабля подразумевает, что взрывные пушки, находившиеся в деке, также будут направлены вниз.

Глядя на сцену перед ним, Икта подтвердил, что первая фаза плана прошла успешно. Он смотрел через телескоп, продолжая объяснять.

— Если наклон не был бы слишком серьёзным, то они бы просто смогли компенсировать проблему, увеличив угол наклона пушек… именно поэтому наша сторона предпочла нанести удар сегодня, когда ветер намного сильнее обычного. Мы с самого начала отказались от того, чтобы нападать по ветру, и решили атаковать против ветра, чтобы сократить безопасную дистанцию против взрывных пушек. Как и планировалось, их радиус действия упал менее чем на треть от их максимума.

Он выглядел так, будто ничего из ряда вон выходящего не случилось. Его заместитель, не желая отдавать своего места рядом с её старшим офицером, работала не покладая рук и пыталась идти с ним в ногу.

— Я понимаю логику отрезать их от возможности вести обстрел, но есть некоторые моменты, которые я не понимаю. Достаточная сила ветра, необходимая для наклона вражеского судна, которая сократит дальность стрельбы взрывных пушек… Если вы никогда ранее не плавали на таких кораблях, оснащённых взрывными пушками, как вы можете знать так много о них, старший лейтенант Икта?

На лице юноши появилась слабая улыбка. Суя сразу поняла, что значило это его выражение, когда он услышал хороший вопрос.

— Когда я увидел взрывные пушки, обстреливающие “Тираннозавр”, первое моё впечатление – “это орудие не оптимизировано”. Структура кораблей, оснащенные этими пушками, имеет недостатки в своей конструкции. Самой главной являются пушечные порты. Уже тогда я понял, что размер этих окошечек может затруднить угол стрельбы пушек.

Суя вздохнула. В битве, когда его корабль почти затонул, он был ранен, да и вообще рисковал умереть, этот юноша всё же смог заметить такие мелкие детали на вражеском корабле.

— И, конечно, этого недостаточно, чтобы зваться слабым местом. Поэтому я посоветовался с опытными моряками для их мнения. Поскольку мы записали точные данные о размере, форме и скорости корабля с взрывными пушками, я попросил оценить их, насколько сильным должен быть ветер, чтобы наклонить такое судно. Для них это была довольно простая задача.

— Но ведь у вражеских кораблей с взрывными пушками могут быть разные конструкции, так? Проблема с пушечными портом может быть исправлены кораблями, которые построят позже…

— Невозможно. Какой бы гениальной Киока ни была в судостроении, им всё ещё недостаёт опыта и времени для создания высококачественного военного корабля, вооруженного взрывными пушками. Сама подумай, если считать встречу с Тираннозавром, то это будет второй раз, когда их корабли с этими пушками развернули в бою. У них не было возможностей проверить компетентность своих кораблей. Другими словами, эти корабли — всего лишь прототипы.

Парень продолжал объяснять. Другие имперские солдаты не осознавали, что эти недостатки существуют только потому, что корабли с взрывными пушками были новым оружием.

— Предположим, что у Киоки есть гениальный корабельный архитектор, который предлагает “сделать пушечные порты больше”. Прежде чем его идея будет отражена на практике, он столкнётся с жёсткой критикой. В конце концов, пушечные порты — это отверстия, вырезанные по бокам корпуса корабля. Увеличение этого отверстия увеличит риск попадания воды на корабль. Если люди будут расставлять приоритеты по производительности корабля, то лучше пусть у них будут меньшие порты для оружия. Поскольку взрывные пушки совершенно новое оружие, то большинство людей в кораблестроении Киоки скорее отдадут предпочтение характеристикам корабля. Для того, чтобы переубедить их, понадобятся доказательства того, насколько это серьёзная проблема и как сильно небольшой размер отверстия для орудия влияет на боевой потенциал. И для этого им понадобится…

— Корабли с взрывными пушками, которые будут развёрнуты непосредственно в бою, так? У Киоки ведь нет данных о подобных сражениях.

Суя нашла ответ и продолжила размышлять об этом. Икта посмотрел на её серьезное лицо, уверенный, что его заместитель продолжит улучшаться. Стимуляция оставаться рядом с ним оказала большое влияние на образ мыслей Суи Миттокалиф.

— В любом случае, на пока мы перекрыли им возможность вести одностороннюю пальбу по нам. И что же теперь будет делать вражеский Адмирал?

***

— Перенесите пушки с обоих концов дека и две трети боеприпасов сюда на правый борт! Быстрее!

Немного подумав, Элулуфай быстро раздала приказы несчастным артиллеристам.

— Ахх… Да!

— Пошевеливайтесь! Быстрее на ту сторону!

— Осторожно, едет пушка! Освободите немного места!

Ещё оставалось пару людей, которые не понимали её намерения, но никто не бездельничал. Это были наставления Великой Матери, никто бы не усомнился в ней.

— И на палубу пару свободных людей отправьте! Нам нужно временно сместить центр тяжести корабля в сторону правого борта! Таким образом, мы сможем выровнять судно, которые сейчас накренилось!

Теперь все поняли. Она пыталась сместить центр тяжести, чтобы противостоять наклонившемуся кораблю из-за сильного ветра. Поскольку пушки и пушечные ядра были металлическими, они могли служить противовесом, просто перемещая своё положение. Это было утомительным занятием для моряков, перетаскивающих всё это, но на корабле было достаточно рук, чтобы выполнить задание.

— Передайте приказ на другие корабли! Скажите им переместить две трети боеприпасов и две пушки на правый борт и атаковать противника тогда, когда они окажутся в пределах 200 метров! Не пугайтесь, даже если они будут очень близко! Враг идёт на нас против ветра! Они не смогут подойти к нам напрямую!

Экипаж полностью доверял словам Великой Матери и продолжал двигаться. Элулуфай смотрела на их спины надежным взглядом, но её разум дрожал.

— Почему-то так тревожно… Я хотела повернуть все корабли в сторону ветра, чтобы исправить наклон кораблей и дальность пушек. Было бы довольно просто отстрелить врага со стороны, но…

В любом случаи, ей пришлось отказаться от этого искушения, так как решение плыть по направлению ветра привело бы к тому, что они направились бы в противоположном направлении от противника… Другими словами, пошли бы в лобовое столкновение.

Поскольку из-за направления ветра у противника были проблемы, это казалось вполне хорошей идеей. Проплыть параллельно с вражеским флотом и начать перестрелку, когда они пройдут мимо друг друга. После этого достаточно сделать крюк и продолжить огонь. Затем можно взять врага в клещи с 20 кораблями в задней части соединения и поставить мат. Если бы Элулуфай больше не думала об этом, она могла бы осуществить этот план.

— Есть два недостатка. Во-первых, во время лобового сражения у нас будет только один шанс, буквально момент, когда мы пересечём друг друга. Взрывные орудия могут быть мощными, но, вероятно, они не нанесут серьёзного урона большинству кораблей вражеского флота.

Элулуфай стиснула зубы, чтобы убедить себя и продолжила говорить про себя.

— Другой недостаток – схватить врага в клещи с имеющимися 20 кораблями союзников. У этого плана есть серьёзный недостаток. Если мы попытаемся это осуществить, враг немедленно сломает строй и втянет нас в хаотичный бой. Когда это произойдет, корабли с взрывными пушками не смогут стрелять издалека.

Точность взрывных пушек была недостаточно хорошей, чтобы нацелиться на судно в хаотическом сражении. Если они не будут готовы стрелять в своих союзников, корабли с взрывными пушками вынуждены будут наблюдать со стороны. Если их заставят поплыть в бой, то им придётся подобраться поближе, чтобы повысить точность… Но в таком случаи придётся отказаться от самого большого преимущества этих орудий – дальность поражения.

Элулуфай больше не сомневалась в том, что Имперский флот учёл всё это перед тем, как начать наступление. Всего лишь за одно сражение им удалось выявить слабые места кораблей с новыми взрывными пушками. На вражеском флоте находился кто-то, кто сподвиг ко всему этому.

Элулуфай почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Она знала только одного человека, который мог сделать нечто подобное. У врага нашёлся кто-то, кто мог бы посоперничать с этим беловолосым офицером. Осознание этого всколыхнуло водоворотоподобный боевой дух в груди “Великой Матери Белых Крыльев”.

— Мгновенная ошибка может оказаться фатальной для всех, помните это хорошо — наш враг на этот раз огромен.

***

— Полностью лева руля!

Команды капитана 2 ранга Хигорума ничем не отличались от рёва и эхом отразились по палубе. Имперский корабль “Гарпун” начал сильно наклоняться влево. Корабли слева, справа и сзади меняли направления одновременно, чтобы плыть против ветра под углом.

Прежде чем они вошли в зону поражения взрывных пушек, все корабли последовали примеру флагманского корабля “Жёлтого Дракона” и замедлились. Маневрирование кораблей при таком сильном ветре требует высокого уровня навыков, но ни один из кораблей не отставал. Как и ожидалось от имперского флота, Мэттью вновь затрепетал при виде их способностей.

— Воууу…

Вокруг него расплескались брызги в море. По сравнению с первым залпом, упавшим в море менее чем в 200 метрах от их места, дальность увеличилась на 50%. Тем не менее, количество брызг сократилось примерно на четверть.

Поразмыслив об этом, слегка пухлый юноша точно определил смысл того, что он видел.

— Хмм, а ведь если подумать… О, точно. Они должно быть перенесли некоторые из своих пушек на правый борт, чтобы противостоять наклону корабля. Икта назвал это “самой сложной ситуацией”.

Мэттью вспомнил голос темноволосого парня… Если вражеский адмирал некомпетентен, много времени будет потрачено впустую из-за шока от этого неожиданного развития событий. Если адмирал посредственный, он пойдёт в лобовое сражение, за которым последует атака с последующим взятием в клешни. Но если адмирал является образцовым, он будет настаивать на сохранении позиций против ветра, даже если для этого придётся уменьшить количество задействованных пушек. Если это произойдет, тогда твоим солдатам придётся как следует поработать…

— Стрелки из четвёртого взвода, соберитесь на правому борту передней палубы! Старайтесь не прерывать работу на корабле, а затем рассредоточьтесь и приготовьтесь сражаться с противником!

По его приказу стрелки выбежали с лестницы. Видя, как его подчинённые занимают позиции на передней правой стороне корабля, Мэттью продолжил приказывать таким голосом, который даже от такого ветра не заглох.

— Мы начнём огонь на подавление! Две группы будут стрелять одновременно. Целимся в пушечные порты противника! Пока не обращайте внимания на моряков на их палубе и сосредоточьтесь на том, чтобы остановить их взрывные пушки, понятно!?

———— Так точно! ————

— Отряд с крупнокалиберными воздушными винтовками пока не вступайте в бой! Просто продолжайте наблюдать за противником. Поглядывайте на орудия, нацеленные на этот корабль, и сразу докладывайте в случаи чего! Я буду обновлять цели в соответствии с этой информацией! Держите глаза открытыми и помните об этом, хорошо!?

———— Так точно! ————

Услышав указания Мэттью, подчинённые слегка расслабились. Они нисколько не смутились и последовали приказам без каких-либо вопросов. Икта и Ятори были не единственными, чья репутация выросла после того, как они выжили в отчаянной ситуации на северных территориях. Этот слегка пухлый юноша также был признан людьми, которые могли доверить ему свои жизни.

С другой стороны, с высоты за Мэттью наблюдал кое-кто ещё. Польмина Юргус, подвергшаяся остракизму на этом корабле, делала всё возможное на своём посту и посматривала на активного Мэттью, командующего своими солдатами.

— Герой северных волнений, да!?

Сказала она про себя. Полли ещё на “Тираннозавре” поняла, что ему подходит этот титул. Она знала, что у него есть право сражаться на поле битвы, в отличии от неё.

— Я тоже… смогу…

Её костяшки побелели от слишком сильного хвата за перила… Полли продолжала думать об именах и лицах своих погибших подчинённых и продолжала искать способ извиниться перед ними.

— Хорошо, начинаем залп!

По его приказу раздался резкий звук взрыва сжатого воздуха. Не обращая внимания на её внутреннюю борьбу, поле битвы становилось всё жестче с каждым мгновением.

— АААа!

— КХаа…

— Пх… аааа

На флагманском корабле Киоки “Белое Крыло”, который был одним из восьми суден, оснащёнными взрывными пушками, и который также входил в состав кильватерной колонны, раздались крики артиллеристов за пушечными портами в деке. Это произошло на всех кораблях в строю одновременно. Те, кому подстрелили конечности или торс, упали на пол. Их товарищи сразу же оттащили их от пушечных портов.

— Чёрт! Эти Имперские ублюдки! Они взяли под прицел наши пушечные порты!

— Мы можем что-нибудь сделать!? А то даже перезарядить пушку не получиться!

Зрелище, как их товарищи подают замертво один за другим, заставило артиллеристов засомневаться в работе. Атака Мэттью и остальных имела ожидаемый эффект. Их цель состояла не в том, чтобы убить как можно больше вражеских артиллеристов, а в том, чтобы уменьшить частоту стрельбы взрывных пушек.

— Должен быть способ! Закрывайте порты, когда заряжаете пушки! Да, это добавит лишней мороки, но зато мы не будем беспокоиться, что нас застрелят!

У артиллеристов не было другого выбора, кроме как следовать приказам своего начальника. Когда пушечные порты закрылись, они слышали прилетающие пули, бившиеся о борт корабля. Они быстро обновили боеприпасы через дуло пушки…

— Адмирал Юргус, корабли в первых рядах скоро войдут в зону поражения их пушек.

На квартердеке имперского флагманского корабля “Жёлтый Дракон” капитан 1 ранга Канрон, временно оставивший свой пост ответственного парусной командой, предупредил своего Адмирала.

— Да, так или иначе нам не удастся полностью избежать повреждений.

У Адмирала было грубое лицо, когда он ответил. Другие корабли, которые замедлились, чтобы соответствовать “Жёлтому Дракону”, постепенно ускорялись и оставляли флагманское судно позади при следующем оверштаге.

— Как досадно! Если они должны были соответствовать скорости этого огромного корабля, кто знает, какой урон они получат, прежде чем мы приблизимся к врагу. Я очень хорошо понимаю… но я всё ещё хочу присутствовать на кораблях в первых рядах, которые требуют больше всего навыков.

— Не соглашусь с этим. Будь то взрывные пушки или воздушные винтовки, оба оружия лучше всего подходят для уничтожения высокомерных командиров, ведущих войска впереди. Никто не может быть уверен в том, что шальная пуля не столкнётся с судьбой Адмирала прямо перед атакой.

— Звучит бесяче, но в этом есть смысл! Кстати, разве не ты был тем, кто сказал, что пытаться защитить меня – наитупейшее решение!?

— Если Адмирал будет освобождён от обязанности избежать битвы, то с Первым Флотом всё будет в порядке. Однако, если Адмирал погибнет в бою, флот окажется в опасности. При любом исходе, оба сценарий одинаково отсталые.

— В следующий раз я точно раздавлю твои орешки и сделаю тебя евнухом…

Адмирал Юргус посмотрел на своего заместителя, выглядящего беспечным даже после того, как высказал своё мнение, и устремил взгляд вперёд. Корабли в тыловых рядах, которые находились рядом с флагманским кораблем, уже ушли вперёд в длину двух кораблей. Те, кто находился в первых рядах, были уже в 300 метрах от вражеского флота.

— Ладно, похоже наконец начинается. Эти триста метров покажут характер и способности Пиратского Флота.

— Слушайте! Придерживайтесь ветра!

Экипаж сдвинул паруса в соответствии с приказом Капитана Хигорума, перемещая имперский военный корабль “Гарпун” под углом против ветра. Их союзники в том же блоке формирования изменили курс в то же время, когда они подобрались ближе к 16 судам Киоки.

— Меняем огневые позиции! Направляемся к правому борту!

На передней палубе люди Мэттью передвигались в соответствии с приказами. Поскольку при смене курса корабль меняет положение при оверштаге, им было необходимо постоянно перемещаться с одной стороны корабля на другую. Когда они прицелились на своей новой позиции, солдаты азартно закричали.

— Хах, враг так замешкался. Это ещё сильнее упрощает задачу!

— Именно, остаётся лишь атаковать, когда они откроют свои пушечные порты!

Когда они заряжали пушки, противник закрывал пушечные порта, чтобы избежать обстрела. С этой точки зрения, всё стало более удобным. В конце концов, им просто нужно вести огонь по открытым портам. Вместо того, чтобы гадать, какие пушки вот-вот будут стрелять, теперь им было намного проще сфокусировать свою атакую.

— Не расслабляйтесь! Это самый важный момент! Вражеские пушки сейчас нас могут обстреливать!

Тем не менее, Мэттью суровым голосом предостерегал своих людей от слишком оптимистичного взгляда. Всё развивалось так, как планировалось, но он не мог ослаблять бдительности. Как никак, выстрелы врага ещё по ним не попали.

Слегка пухлый юноша прекрасно знал, что взрывная пушка была достаточно мощной, чтобы разорвать борта военного корабля, как бумагу. Лишь одно попадание могло подорвать желание команды сражаться. Он испытал всё это на “Тираннозавре”, поэтому…

— Берегись! Всем внимание! Схватитесь за что-нибудь… Аааа!

Мэттью увидел выстрелы из орудий, нацеленных на них, и закричал во весь голос. Не только для того, чтобы предупредить людей, но и для того, чтобы мысленно подготовить всех остальных на борту.

В следующее мгновение вода с обеих сторон корабля взорвалась, и давление моря покачнуло “Гарпун” с силой из стороны в сторону. Несколько солдат упали на палубу, и на них обрушился дождь с моря. Крики звенели по всей палубе, как хор.

— Аааа!

Мэттью схватился за верёвочную лестницу, чтобы противостоять удару, и его стало сильно тошнить. Два выстрела, мимо попавшие в воду поблизости, вызвали такие последствия. И чем ближе они будут к врагу, тем чаще по ним будут вести огонь.

— Человек за бортом! Кто-то упал в море!

Крик позади него шокировал юношу, и он быстро обернулся. Он внимательно посмотрел и обнаружил несколько солдат возле перил, с тревогой указывающих в море. Мэттью инстинктивно наклонился за борт.

— Туда! Бросьте спасательный круг!

В море десятью метрами ниже он видел упавшего за борт моряка, машущего им. Он продолжал тонуть и боролся с приливами. Надолго его точно не хватит. Морской пехотинец выбросил спасательный круг с прикреплённой к нему верёвкой… Но эта последняя надежда упала очень далеко от человека в море.

— Эй! Сюда! Плыви сюда!

— Не туда! Направо!

— Нет! Тебя же сметёт!

Экипаж кричал, пытаясь направить человека за бортом к спасательному кругу. Однако это было напрасно, он уже был на пределе. Волна, которая была выше обычной, накрыла голову этого моряка и злонамеренно втянула его в море.

— С-субас!

— Чёрт!

Понимая, что их товарища уже нет, моряки кричали, пока бились о палубу. Из-за сильных волн и движущегося корабля каждую секунду они отдалялись от человека за бортом. Шанс на спасение с самого начала был ничтожен. Мэттью с горечью осознал, что падение в таких условиях было равносильно смерти.

— Кхааа!

Мэттью выжег в памяти образ жёстокой смерти моряка и снова посмотрел на переднюю палубу. Он посмотрел на своих людей, которые не оправились от удара бомбардировки, и закричал.

— Чего вы боитесь!? Чем дольше мы простаиваем, тем больше по нам ведут огонь! В море нам некуда бежать! Если не хотите закончить также, то продолжайте стрелять!

Он скрыл своё желание кричать от ужаса и издал приказ. Мэттью едва удалось выполнить свой долг командира, и солдаты, поражённые недавним снарядом, снова начали двигаться после того, как их наставили.

— Да пошли вы! Я не позволю вам в нас попасть!

— Мы убьём всех до того, как они по нам попадут!

Воодушевились солдаты, когда вернулись на свои места, и возобновили подавляющий огонь после остановки менее чем на десять секунд. Благодаря своей не ослабшей бдительности, молодому парню удалось минимизировать шок, понесённый всему кораблю.

— Полли, ты в порядке!? Или ты тоже впала в панику после выстрелов!?

Убедившись, что его люди вернулись в бой, Мэттью посмотрел вверх и закричал на воронье гнездо. Через несколько секунд Полли схватилась за перила и помахала рукой, показывая, что с ней всё в порядке. Слегка пухлый юноша с облегчением перевёл взгляд.

— Целый флот в зоне досягаемости пушек! Интересно, а как у остальных дела!?

— Фух… Я уж думал, что помру.

На имперском корабле “Новая Луна”, который плыл в северном конце формирования, Икта и Суя упали друг на друга в вороньем гнезде на передней мачте.

— Один лишь пушечный залп, упавший в воду неподалёку, вызвал такие последствия… Хорошо, что у нас есть леера*. Суя, ты в порядке? (*леер – проще говоря, это туго натянутый трос, предотвращающий падение людей за борт)

— Всё хорошо! Вот только…

Понимая, что её держат сзади, Суя поспешно встала. Икта встал рядом с ней и положил руку себе на талию, чтобы проверить, не открылась ли рана.

— Хмм, даже не ухудшило состояние моей талии. К счастью, ты такая лёгкая, как пёрышко.

— О чём вы говорите!? Давайте спускаться, тут опасно!

— Спускайся тогда, а я остаюсь здесь. Я должен следить за реакцией врага.

Сказав это, Икта поднял телескоп, который не отпускал, даже когда упал. Видя, что его заместитель всё ещё смотрит на него с беспокойным взглядом, юноша ответил с кривой улыбкой.

— Не волнуйся и спускайся. Знаешь ведь, я не могу уйти в середине шахматной партии!

***

— Ноль попаданий!?

Элулуфай наблюдала за последствиями первого залпа после того, как противник вошёл в зону досягаемости пушек “Белого Крыла”. Выстрелы упали в море, не повредив ни одного из противостоящих кораблей.

— Ничего не поделаешь, у нас стало меньше пушек, поскольку мы откорректировали наклон корабля… К тому же по нам ведётся огонь…

— Следует ли нам как можно быстрее пустить следующий залп!?

Спросил её адъютант, стоящий позади. Великая Мать тут же покачала головой, даже не задумываясь.

— Сделай обратное. Продолжайте загружать, как всегда, но при прицеливании будьте намного внимательней. Ноль попаданий свидетельствует о растерянности артиллеристов. К тому же они опасаются вражеского подавляющего огня. Снарядите людей щитами и направьте их к пушечным портам. Цифры тех и других должны соответствовать.

Перед ней находились солдаты с скутумом, защищавшие адмирала. Эти щиты могли защитить человека в полный рост, а также отразить осколки, либо шальные пули. Элулуфай приказала этой группе защищать артиллеристов без каких-либо сомнений.  

— Не стоит волноваться за меня! Это сражение всецело зависит от взрывных пушек!

— Так точно Мадам, как скажите!

Её адъютант бросился к лестнице по её приказу. Элулуфай посмотрела на постепенно приближающегося врага острыми глазами и спокойно обдумала свой следующий шаг.