Дополнительные короткие истории

Юрийный(?) дневник Каори

В какой-то момент после покорения Морозных Пещер Хадзиме, Шиа, Тио, Шизуку и Сузу отдыхали в гостиной Вандре Шни. Коуки и Рютаро ушли исследовать остальной дом. Рютаро позвал его с собой в надежде хоть немного поднять ему настроение.

— Уфуфу… — рассмеялась Юэ, вернувшись после того, как ненадолго вышла.

— Что случилось, Юэ? — спросил ошеломлённый Хадзиме. Шиа и остальные тоже выглядели довольно удивлёнными. Никто раньше не видел, чтобы Юэ так открыто ухмылялась.

— План сработал… — взволнованно сказала Юэ, доставая маленький блокнот из кармана.

— Какую шалость ты провернула в этот раз? — спросил Хадзиме смирившимся тоном.

— Это дневник, да? Постойте, это же тот, что начала вести Каори-сан из-за того, что ты вела такой, да, Юэ-сан? Разве ты уже не крала его как-то раз до этого, сделав в нём собственные записи?

— Полагаю, мы не можем тебя винить за это, поскольку сами тоже в нём понаписали.

— Как вы могли так поступить?! Разве не знаете насколько это неправильно подглядывать в чужие дневники?!

Шиа и Тио неловко отвели взгляды, когда Шизуку отчитала их. На самом деле этим двое заглянули и в дневник Юэ, так что это было уже второе их преступление.

— Н-Неужели никто не уважает частную жизнь Каорин?!

— Ты так говоришь, Танигучи, но только благодаря тому, что подсмотрели в дневник Каори, мы смогли узнать, что она украла одежду, оставшуюся от меня в замке. В каком-то смысле можно сказать, что её дневник был доказательством её преступлений.

— Я и не знала, что Каорин такая извращенка… — прошептала Сузу, отводя взгляд.

«Пожалуй, Нагумо-кун прав. У преступников нет права на частную жизнь».

Кстати говоря, благодаря записям в дневнике Каори, Хадзиме обнаружил, что Юэ и остальные все вместе надевали и даже нюхали его одежду. Само собой разумеется, он конфисковал всё у Каори и с тех пор бережно хранил в Сокровищнице.

— Уфуфу… С того времени она внимательно стерегла свой дневник, так что я не могла найти шанса прочитать его, но сегодня она наконец-то расслабилась!

— Прости, что порчу тебе праздник, Юэ, но ты не задумывалась, что это может быть аморальным поступком?

— Хм? Ты последний, от кого я готова выслушать такое, Хадзиме. Когда это ты последний раз делал что-то высокоморальное?

— Угх, ты права…

— Стоило предвидеть, что тебе это припомнят, Нагумо-кун, — вздыхая, попыталась Шизуку вернуть дневник своей лучшей подруги. — Юэ, нехорошо читать чужие дневники. Ты должна вернуть Каори её дневник и…

— То, что принадлежит Каори, принадлежит мне. Поэтому это не чей-то дневник, а мой!

— Что это за логика такая?!

Весьма показательно было, что Юэ так думала только про Каори.

— Я собираюсь прочитать дневник Каори. Мне плевать, даже если это настроит весь мир против меня, я собираюсь сделать это! — плюхнулась Юэ на диван и зыркнула на всех. Было очевидно, что она полна решимости прочитать дневник в своих руках.

— Не могу поверить, что она ведёт себя так, словно она права! — воскликнула Сузу, мурашки пробежали по её спине. Хадзиме и остальные тоже были поражены решимостью Юэ, и больше не протестовали.

Юэ выглядела настолько же возбуждённо, как фанат «Игры престолов» наконец-то открывающий экземпляр «Ветров зимы», когда открыла дневник и пролистала несколько страниц. И в итоге Хадзиме с остальными сгрудились вокруг, чтобы тоже взглянуть.

«День Х, месяц Y.

Я хочу, чтобы Юэ поцеловала меня…»

Юэ тут же захлопнула дневник. Она только что раскопала ужасающий секрет. Хадзиме и остальные уставились на неё.

— Ю-Юэ, я и не знал, что у вас такие отношения с Каори…

— Т-Ты всё не так понял, Хадзиме! Прошу, поверь мне! Между мной и Каори ничего нет! — прозвучала Юэ прямо как подружка, которую застали на измене, когда она отчаянно начала отрицать всякие прегрешения.

— О-Она вероятно просто ошиблась! Могу поспорить, Каори хотела написать, что хочет, чтобы Нагумо-кун поцеловал её!

— Д-Да, именно! Гениальная дедукция, Шизуку-сан!

Шизуку и Шиа обе выглядели невероятно потрясёнными знанием о том, что их лучшие подруги могут иметь интрижку друг с другом. Учитывая, как часто Юэ и Каори вцеплялись друг другу в глотки, выглядело действительно странно, что Каори вдруг захотела поцеловаться с Юэ. Юэ собралась с решимостью и открыла следующую страницу.

«День Ц, месяц Б.

Юэ так приблизилась поцеловать меня сегодня, но в итоге не сделала этого. Пожалуйста, хватит вести себя так ужасно, Юэ. Не могу больше выносить твоих заигрываний».

— Ну всё, признавайся, Юэ!

— Нет, Хадзиме, мы действительно не такие!

Теперь Хадзиме был убеждён, что Юэ изменяет ему. Он разочарованно глянул на неё, тогда как она отчаянно вцепилась в него.

— Ю-Юэ-онэсама, я и не знала, что ты би…

— Заткнись, Сузу! И хватит краснеть и так странно на меня смотреть!

Сузу расстегнула воротник и оголила шею для Юэ, словно говоря: «Можешь отпить моей крови в любое время».

— Я так понимаю, выходит, что постоянные драки с Каори это просто ширма, Юэ? Нет нужды скрывать это, знаешь ли. Даже Хозяин одобрит, пока ты будешь откровенна с ним… Скажи мне, как далеко вы вдвоём зашли?

— Небопад!

Тио была расплющена силой заклинания Юэ, но ухмылка на её лице всё равно не исчезла. Она довольно стонала, пока её голову прижимало к полу.

— Б-Будь проклята, Каори. Только подумать, что ты поставишь на меня ловушку…

— Если это ловушка, тогда я думаю, что ты всё это время ошибалась в характере Каори. В таком случае её профессия должна была бы быть «Пройдоха».

— У Каори д-действительно есть безответные чувства к тебе? К-Как её лучшей подруге, как мне стоит реагировать на это?

— Я понимаю твои чувства, Шизуку-сан. Но как их подруги, мы должны просто принять то, какие они есть.

Шиа и Шизуку сцепили руки вместе и кивнули друг другу.

— Хватит раздувать из мухи слона! — прокричала Юэ, после чего начала неистово пролистывать остаток дневника. Она надеялась, что Каори записала где-то дальше нечто наподобие того, что всё это лишь шутка.

— Е-Если Каори действительно любит меня… как мне ответить?

Юэ так отчаянно пыталась поверить, что это шутка, потому что была не уверена как повести себя, если это не так.

«День Ф, Месяц Г.

Мне нельзя терять надежды. Теперь, когда мы нашли дорогу домой, все воодушевлены. Это самый лучший шанс для меня. Я должна сказать это Юэ безотлагательно. Я приму душ, сделаю лёгкий макияж, а затем…»

Все напряглись. Дата у этой записи была сегодняшней.

— Если так подумать, Каори действительно что-то записывала, пока вы все принимали душ… — пробубнила Шизуку, и все дрогнули.

— Я больше не слышу шума от душа, так что должно быть она закончила…

— Она приближается… Каори приближается! Ч-Что мне делать?! Что мне сказать?!

Было очевидно, что Каори намеревается признаться. В действительности, возможно, что она намеревалась сделать даже больше, чем просто признаться. И Юэ совершенно не имела представления, как поступить с этим.

— Должен ли я одобрить ваши отношения? Или мне стоит быть типичным парнем и сказать Каори не трогать и пальцем мою женщину? Но хочу сказать, мы же говорим о Каори, так что как я могу отказать? Гха…

Даже Хадзиме был в растерянности. Когда услышали шаги Каори, приближающиеся к гостиной, все единогласно подумали: «Нам не стоило читать этот дневник!».

Дверь в гостиную со скрипом отворилась, и все снова содрогнулись.

— Э? Что не так, ребята? Почему вы все выглядите такими напряжёнными? — спросила Каори, вопросительно наклоняя голову.

Пока все просто молча уставились на неё, Каори заметила дневник в руках Юэ.

— А, мой дневник! Отда-а-а-а-ай! — накинулась Каори на Юэ, которая тихонько пропищала и сжалась. Обычно, она бы тут же контратаковала, но после прочитанного, она была слишком взволнованна для таких действий. Каори прочитала длительные нотации о необходимости уважать её личные тайны, и когда наконец-то остановилась отдышаться, Хадзиме робко сказал:

— Эм-м, Каори, мы, правда, сожалеем. Но могу я у тебя кое-что спросить?

— Ч-Что? Я больше не крала твоей одежды, клянусь!

«Это довольно слабая клятва, учитывая, как сейчас у тебя забегали глаза», — подумал Хадзиме, но быстро осознал, что есть вопросы поважнее.

— Ты выглядишь, ух… довольно таки отчаянно пытающейся заставить Юэ поцеловать тебя. И ты написала здесь, что тебе надо что-то ей сказать… Что всё это такое?

Сначала Каори выглядела озадаченной, но затем осознала, что подразумевает Хадзиме. Краснея, она собралась с духом и произнесла:

— П-Понятно, значит, вы всё это прочитали… Ладно, тогда полагаю, я скажу.

— П-Подожди минуточку, Каори. Я не готова…

«Она собирается признаться прямо здесь?!» — удивлённо подумал Хадзиме.

— Я хочу, чтобы ты поцеловала меня, и тогда я стану особенной для Хадзиме-куна!

— У-У меня уже есть Хадзиме, так что мне не нужен… Э? Чтобы ты могла стать особенной для Хадзиме?

Все, включая Юэ, озадаченно заморгали.

— Да! Я слышала от Шии, что когда она стала подружкой Хадзиме, ты поцеловала её и выпила её кровь! Другими словами, это доказательство, что ты приняла их! Шиа сказала, что только тем, кого ты поцеловала, можно становиться возлюбленными Хадзиме!

Все повернулись к Шие. Крольчиха отвела взгляд, боясь признаться, что она действительно сказала такое Каори, когда та пришла к ней за советом.

— Вот почему я хочу, чтобы ты поцеловала меня, Юэ!

— По крайней мере, ты откровенна. Но я никогда не поцелую того, у кого настолько грязные мотивы.

— Я даже склоню голову перед такой сучкой, как ты, если это потребуется!

— Сучкой?! Ну, теперь ты напросилась, Каори!

Рассерженная тем, что беспокоилась по пустякам, Юэ накинулась на Каори. Как и всегда они начали драться. Тем временем Хадзиме и остальные дружно вздохнули с облегчением.

Сбор перед финальной битвой!

В ночь перед решающим сражением огромная толпа собралась на крыше главной крепости. Все должны были спать, чтобы отдохнуть перед боем, но прямо сейчас парень, являющийся ключом к их судьбе, Нагумо Хадзиме, был на крыше с кучей людей, которые хотели с ним повидаться. Некоторые просто хотели воспользоваться шансом увидеть его перед тем, что считали концом света, в связи с чем они совсем не колебались делать наглые просьбы или озвучивать свои претензии к нему. Женщина, говорившая с ним сейчас, была одной из таких.

— Буду коротка, господин Нагумо. Пожалуйста, переспите с госпожой Лилианой!

— Откуда, чёрт возьми, возникла эта просьба?

Женщина, озвучившая такую безумную просьбу, была Хелиной, личной служанкой Лилианы. Её тёмно-коричневые волосы и абсолютно белый фартук развевались на ветру. По какой-то причине она пришла на передовую величайшей битвы человечества в костюме горничной.

— Что важнее, почему ты не эвакуировалась?

— Я телохранительница госпожи Лилианы, как и её служанка. Я довольно умела в бою.

— Вот… как?

Боевые служанки были сюжетным ходом, которые любили отаку по всему миру. Едва Хадзиме услышал это, как его лицо изменилось. Однако Хелина не заметила его перемены.

— Госпожа Лилиана действительно любит тебя. Более того, если она станет любовницей человека, который спасёт Тортус, то Хайлигх получит невероятный уровень влияния. Моя позиция также станет более значимой, и я смогу получить огромную прибавку к зарплате! По всем этим причинам и даже больше, мне нужно, чтобы вы двое перепихнулись!

— Значит, ты просто хочешь больше денег?

— Я осознаю, что повела себя довольно бесцеремонно, господин Хадзиме, но я создала потайную комнату в этой крепости, которая идеально звукоизолирована. Я уверена, что госпожа Лилиана прийдёт в восторг, если Вы отведёте её туда!

— Какого чёрта ты создала тайную комнату в непревзойдённой крепости человечества? Такая пустая трата таланта.

Неустрашимо, Хелина делала всё возможное, чтобы убедить Хадзиме переспать с Лилианой. Она придерживалась позиции, что делала это ради любимой принцессы, но для Хадзиме это выглядела куда больше как то, что она подкладывала свою хозяйку за деньги. Несмотря на это, Хадзиме не мог отрицать, что Лилиана вероятнее всего была бы счастлива такому. В действительности, в данный момент Лилиана со своего места на крыше украдкой бросала на него взгляды, так что явно надеялась, что он примет предложение Хелины. Разумеется, Хадзиме совсем не собирался так поступать, и сердито зыркнул на Хелину. Как раз, когда собрался прогнать её, пришёл новый посетитель.

— Стой! Для тебя было бы непростительно скреплять свои отношения с принцессой в такое тяжёлое время!

Это был Дэвид, рыцарь, который изначально был назначен охранять Айко. Остальные рыцари рассредоточились позади него.

— Вот это настоящий рыцарь. Пожалуйста, скажи ей…

— Если собираешься переспать с кем-то в ночь перед решающим сражением, Нагумо Хадзиме, это должна быть госпожа Айко и никто другой!

— Какого чёрта? И с хрена ли ты плачешь кровавыми слезами? Ты меня пугаешь!

И таким был не только Дэвид. У всех рыцарей кровавые слёзы текли по щекам. К тому же они дрожали от усилий для удержания своих эмоций под контролем. Всё это зрелище было довольно неприятным. Айко, которая наблюдала за спором Хадзиме с Хелиной покрываясь румянцем, внезапно побледнела. Все одноклассники, которые вместе с ней наблюдали за этим, тоже побледнели.

— Теперь, узнав правду, мы поняли, что наша вера пуста… — простонал Дэвид, и Хадзиме внезапно вспомнил, что Айко рассказала всем своим телохранителям настоящую правду. Что нет никакого хорошего Эхита, а только злой.

— Но поскольку госпожа Айко поделилась с нами своей мудростью, мы достигли просветления! Единственный достойный почитания бог — это она! Как почётная стража Богини Плодородия, мы обязаны отбросить личную привязанность и целиком посвятить себя госпоже Айко! Она желает стать твоей спутницей, в связи с чем ради её счастья, ты обязан переспать с ней, Нагумо Хадзиме-е-е-е!

— Угх, кто-нибудь, подойдите сюда и заберите этих сумасшедших фанатиков!

Преданность Дэвида и остальных проявилась в довольно извращённой форме. Хадзиме посчитал, что правда об этом мире должно быть оказалась для них шоком, но это всё равно оставалось проблемой. К счастью, кое-кто ответил на просьбу помощи Хадзиме.

— Тупоголовый брат!

С воодушевлённым криком незнакомка заехала коленом по затылку Дэвида. Глаза рыцаря закатились назад, и он ударился лицом о пол с такой силой, что вырубился.

— Господин Нагумо, пожалуйста, простите моего брата за его грубость. Я — Фирим, его младшая сестра. Я могу забрать его, если Вы всё ещё этого хотите.

Фирим была очаровательной женщиной, которой был чуть за двадцать, и она была одета в простой наряд монашки. К удивлению, женщина, достаточно сильная, чтобы вырубить рыцаря с одного удара, оказалась его сестрой.

— А-Ага, спасибо. Я и не знал, что у него есть сестра…

— Да, в общем, я была изгнана в отдалённый регион королевства за то, что высказывалась против гонений на зверолюдов. Я вернулась, только потому что Папа Симон вызвал меня.

Оказалось, что его сестра была довольно смелой и в словах, и в поступках. По её словам, она оборвала связи со своей семьёй больше десяти лет назад и только сейчас воссоединилась со своим братом, после того, как он отверг Эхита.

— Значит первое, что ты сделала, когда увидела брата после долгих десяти лет, это заехала ему коленом по затылку?

— Прошу прощения за то, что заставила увидеть нечто настолько неподобающее. Но когда мы были моложе, он всегда высмеивал меня и называл пятном на нашей семье, так что моё недовольство копилось прошедшие десять лет.

— Ну, это явно… освежает видеть сестру, которая наполняет свои кулаки яростью.

Красивая, светловолосая сестра смущённо заёрзала. Этот жест был бы милым, если бы не тот факт, что коллеги Дэвида, Чейз, Джэйд и Джошуа, паниковали позади неё. Честно говоря, было немного страшно, поскольку она даже не обернулась, когда они начали кричать нечто вроде: «Капитан, прошу, откройте глаза!», «О-Он мёртв?» и «Нет, он совсем едва жив!».

Как бы ужасно Дэвид не вёл себя в прошлом по отношению к ней, он всё ещё был её единокровным братом, а она даже глазом не моргнула несмотря на то, что почти что убила его. Теперь окружение Хадзиме было совершенно погружено в хаос. Конечно, оно было таким уже какое-то время, но теперь всё было значительно хуже. И всё же ещё тянулся бесконечный парад людей, пытающихся протолкнуться к нему.

— З-Здаров, беловолосый. Я-Я п-пришёл в неподходящее время? — спросил один из авантюристов, который только поднялся по лестнице. Хадзиме поначалу его не узнал, но был только один человек, который обращался к нему так, что помогло ему вспомнить.

— Ты один из авантюристов Брука, верно? Тебя звали… Гартима, да?

— Ха-ха, рад, что ты помнишь меня.

Оглядевшись, Хадзиме заметил, что авантюристы с ним были теми, с кем он путешествовал, когда он, Юэ и Шиа приняли первый запрос от гильдии. Гартима был главой охраны, защищающей караван на пути в Фурен. Он много чего рассказал Хадзиме о походах в приключения, но они не были особо близки.

— Что вас привело сюда? Или вы просто зашли сказать «Не могу поверить, что тот сопляк это тот же самый парень, что теперь держит в своих руках судьбу человечества!», как и все остальные?

— Более-менее. В конце концов, мы лишь массовка в этом деле.

По словам Гартимы, куча людей толпилась вокруг крепости, потому что хотели хотя бы мельком глянуть на Хадзиме и Айко. Они оба стали крупными знаменитостями среди смертных рас. Некоторые из них пытались притвориться, будто являются друзьями с Хадзиме, чтобы пройти сюда, так что охрана снаружи мучилась, пытаясь отсеять настоящих знакомых Хадзиме от сброда. К счастью, Катерина и Мотто узнали Гартиму и сказали, что он знаком с Хадзиме, так что их пропустили.

— Честно говоря, я не был уверен, помнишь ли ты вообще нас, и было похоже, что у тебя толпа посетителей, так что я сначала не планировал приходить сюда. Но вон те ребята заявили, что тоже хотят увидеться с тобой, так что я воспользовался своим пропуском, чтобы провести их.

— Кто это там?

Люди, стоявшие позади Гартимы, носили объёмные плащи с капюшонами, скрывающими их лица. Они явно выглядели подозрительно, но раз они были здесь, это означало, что охрана их проверила. Пока Хадзиме смотрел на них, они размашисто скинули плащи.

— Какого чёрта творит охрана?! Все за оружие, враги на крыше!

— Как жестоко, Хадзиме-кьюн! Мы наконец-то снова встретились, и вот что ты нам говоришь?

— Это должно было быть трогательное воссоединение! Ты мог хотя бы обнять нас!

Плащи скрывали стену отточенных, мускулистых тел, одетых в кружевные платья.

— Начиная справа у нас авантюрист, который признался Юэ и его яйца были раздавлены, Мариабель, затем бывший авантюрист чёрного ранга, чьи яйца были раздавлены в Фурене, Реганид, который теперь известен как Редбель, следом охранник тюрьмы, чьи яйца были раздавлены во время пыток, Недил, теперь зовущийся Дибель, потом авантюрист из Хорауда, который…

— Мне не нужны подробные представления! У вас всех зуб на меня что ли?!

— Э? Конечно, нет… Хотя мы были шокированы узнать, что вы раздавили яйца стольким мужикам. Честно говоря, это доставило нам кучу неприятностей, поскольку все эти ребята в итоге стали авантюристами и начали приставать к нам…

— Простите! Как только верну Юэ, скажу ей, чтобы больше не раздавливала мужикам яйца!

— Мы тоже не злимся на тебя, Хадзиме-кьюн! Скорее, мы благодарны за подаренную тобой возможность изведать совершенно новый мир…

— Мне плевать, Редбель, Дибель или как там тебя, просто заткнись! Вы теперь все выглядите на одно лицо, и это чертовски страшно! И мне не нравятся эти ваши взгляды!

Хадзиме понимал, что теперь просто пожинает то, что посеял, но всё равно не мог поверить, что создал так много монстров. К сожалению, прежде чем он смог всех их прогнать, Хелина вернулась с ещё одной пылкой просьбой лечь в постель с Лилианой. Дэвид тоже пришёл в сознание и начала умолять Фирим присоединиться к отряду телохранителей Айко, только чтобы его суплексом отправили обратно в небытие. В то же самое время из ниоткуда возникли Хаулии, чтобы защитить анальную девственность босса, но услышав речь Хелины они были настолько тронуты, что вместо этого начали просить его переспать со всеми ними. Ниа, самая молодая в отряде убийц Хаулий, по-видимому, была очень заинтересована стать верной секс-рабыней Хадзиме.

— Эхиту нужно чертовски поспешить и отправить сюда свою армию, чтобы я мог направиться в Святилище… — пробубнил Хадзиме, тоскливо глядя на Священную Гору.