Том 13 Глава 9.1 — Второй эпилог

Перенесемся в другой мир и в другое время. Маленькая девочка жила в такой же маленькой приграничной деревушке. Черные волосы были коротко подстрижены, а кожа была покрыта загаром. Судя по ее простой, поношенной одежде, можно было сказать, что она была из не особо богатой семьи. Если бы она больше заботилась о своей внешности, она могла бы быть красивой, но было ясно, что ей это было не интересно.

Однако никто в деревне не смотрел на нее свысока за то, что она так просто одевалась.

— Привет, Шини! Энергия из тебя прямо сочится!

— Хмпф, конечно же! С кем, по-твоему, ты разговариваешь? Лучшая девочка мира, как-никак!

— Ха-ха-ха, уверенности тебе не занимать!

— Просто говорю правду! Если я самая лучшая, то в тайне от мира это держать нельзя!

— Доброе утро, Шини! Заносчивая, как и всегда!

— И тебе доброе утро! Это оскорбление я тебе еще припомню, только подожди!

Она могла вызвать улыбку на лицах у всех и каждого. Сирота, которую бросили на пороге деревенского приюта, когда она была совсем маленькой. Но по тому, как она держалась, было ясно, что она не считает свое положение удручающим. Она обладала природным обаянием, которое также притягивало к ней людей.

В довершение всего она была очень работящей. Несколько лет назад она открыла свое дельце “Шини-Золотые-Ручки” и начала помогать жителям деревни в каких-то мелких бытовых делах.

Она была трудолюбивой и вдобавок умной, так что она всем импонировала.

Было еще раннее утро, но Шини бродила по округе, приветствуя всех пружинистой походкой и улыбкой на лице. Сегодняшней она вызвалась помогать в самой большой лавке деревни.

Владелец неожиданно получил партию товара и попросил Шини помочь разобраться с запасами.

Она уже не в первый и даже не в пятый раз помогала в лавке, так что хорошо подружилась с ее работниками. Когда она дошла до места своей сегодняшней работы, ее горячо поприветствовали, и она приступила к разгрузке ящиков. Покончив с разгрузкой, другие сотрудники уселись обедать, а Шини взяла свою оплату и направилась обратно в приют.

— Э-эй, Шини. Может с нами перекусишь? — сказал мальчик примерно возраста Шини, останавливая ее прежде, чем она скрылась. Мальчик был старшим сыном владельца лавки, и, хотя обычно он выглядел суровым мальчуганом, прямо сейчас он краснел и ерзал.

Находящиеся в комнате работники с интересом наблюдали за происходящей сценой и ожидали ее развязки.

Пока мальчик нервно ждал, Шини обернулась и сказала:

— Нет, спасибо!

Плечи мальчика поникли от немедленного отказа, а все остальные в комнате вздохнули.

— Н-но почему?!

— Я обещала детям в приюте, что сегодня обед готовлю я!

С этими словами Шини развернулась на каблуках и снова зашагала домой.

Обычно в этот момент мальчик неохотно отступал, но не сегодня. Он погнался за ней и крикнул:

— П-подожди! Это правда, что ты собираешься покинуть деревню?!

До него доходили слухи от других жителей деревни, что все это время она работала не только для того, чтобы содержать приют, но и для того, чтобы скопить денег на дорожные расходы. Для него это стало настоящим потрясением, так как он предполагал, что Шини проживет жизнь в этой деревне. Он надеялся, что Шини опровергнет слухи и скажет, что, конечно, не поедет, но она в очередной раз обманула его ожидания.

— О, так ты уже знаешь? Но да, я отправляюсь в путешествие!

В этой стране совершеннолетия достигали в пятнадцать. Но хотя Шини была вольна делать все, что ей заблагорассудится, люди редко покидали свою родную деревню. Большинство сирот даже приют не покидали до тех пор, пока не находили стабильную работу, а это было труднее сделать за пределами деревни, чем в ней самой.

— Но… зачем? Ты хоть знаешь, куда отправишься?

— Не-а!

— Тогда чего ты так радуешься, если у тебя нет плана?!

— Я как раз в том возрасте, когда хочу посмотреть мир! Свободно по миру поскитаться, понимаешь?

— Чего?

Мальчик вообще не мог понять Шини, но в этом не было ничего нового. Он сам себе эту чудачку выбрал как объект любви, так что жаловаться ему было некому.

— Нельзя тебе одной путешествовать. Ты должна тут остаться. Кроме того, я уже говорил об этом с отцом и… Он был совсем не против, что ты останешься со мной и будешь помогать мне! Всегда!

Признание у него вышло так себе, но хоть смелости хватило. Затаив дыхание, за происходящим наблюдали не только все работники лавки, но и родители мальчика.

Шини была не настолько глупа, чтобы не понять, что предлагает мальчик. И когда кто-то был серьезен, в ее характере тоже было отвечать серьезно.

— Мне жаль, — просто ответила она без намека на поддразнивание или отказ.

Все ахнули, удивленные тем, какой серьезной она стала.

— Но с тех пор, как я себя помню, у меня было мучительное чувство, что что-то не так. Каждую ночь я вижу сны, но, когда я просыпаюсь, я их забываю, и все, с чем я остаюсь, — это ужасное чувство, что чего-то не хватает.

— О ч-чем ты?

Мальчик увидел несгибаемую волю, отражавшуюся в карих глазах Шини. Трудно было поверить, что четырнадцатилетняя девочка может выглядеть такой решительной. Они знали, что не смогут остановить ее. В конце концов, как только она принимала решение, никто не мог ее переубедить.

— Я хочу знать, чего именно мне не хватает и что я так отчаянно пытаюсь найти снова.

Шини знала, что не найдет то, что ищет, если останется в деревне. Пусть она и не знала, куда нужно двигаться, она знала, что двигаться надо.