Том 17 Глава 3 Реабилитация

— Вчера был просто ужасный день, – глаза Хен-Ву были наполовину закрыты, а волосы больше походили на сорочье гнездо.

Солнце уже давно встало, когда он наконец-то выбрался на свет, всем своим видом напоминая всклокоченного бродягу. В подобном состоянии он находился из-за пространства хаоса в Новом Свете. Жизнь его сейчас состояла из двадцатичасовых игровых сессий, прерываемых на короткий сон. Без преувеличения можно было сказать, что режим – адский, и причинял он немалый физический и психологический урон. Арк уже достиг состояния, в котором его начинало мутить от одного лишь красного цвета только потому, что тот напоминал ему о лаве.

— Но я еще не закончил…

Вот что отличало Хен-Ву от большинства остальных игроков. Большинство считало Новый Свет всего лишь онлайновой игрой, в то время как для него это было настоящее иное измерение. Пара часов, пара дней? Это же чистое удовольствие. Хен-Ву даже не задумывался о времени. Добравшись до новой локации, он оставался в ней, пока не приходил к выводу, что выжать из нее больше нечего. Из всех своих поступков и возможностей он выдавливал максимум, а это он умел.

«Ради чего так упахиваться?» – задавались вопросом некоторые.

А смысл в том, чтобы быть впереди других. Он рассматривал Новый Свет как работу, в которой он должен быть лучшим. Он должен стать сильнее и получить больше остальных.

— У меня нет времени. Нужно быстро сделать зарядку и снова в игру.

Услышав, что открылась входная дверь, он обернулся и увидел, как Гвон Хва-Ренг вкатывает кресло его матери.

— О, вы пришли в гости? – поинтересовался Хен-Ву.

— А ты только проснулся?

— Пять утра подкрались незаметно.

— Действовать нужно с умом… сказал бы я, но не стану, — ухмыльнулся Хва-Ренг.

В последнее время детектив навещал их каждые пару дней, чередуясь с Хен-Ву в сопровождении его матери в больницу на процедуры. В первые его визиты Хен-Ву каждый раз сопровождал их в этих поездках, но затем, когда он прочел во взгляде Хва-Ренга что-то вроде: «Эй, ты зачем нам мешаешь?», то стал ездить с ними через раз. Мама не призналась бы, но он видел, что она этим тоже довольна. Однако сегодня она была странно молчалива, а детектив смущенно на нее поглядывал.

— Чем занимались? – спросил Хен-Ву.

— Мы… — Хва-Ренг неожиданно запнулся. – Давайте выпьем кофе, ты выглядишь уставшим.

Последовав его предложению, все трое уселись в гостиной. Потягивая кофе, Хен-Ву неожиданно кое-что вспомнил.

— Вы нашли то, что я искал? – обратился он к детективу.

— А что ты искал? – заинтересовалась мать.

— Да я кое о чем попросил Гвона Хва-Ренга, – уклонился Хен-Ву от ответа.

— Должно быть, опять о своем Новом Свете, – криво улыбнулась женщина, опуская кружку.

Ему следовало тогда обратить внимание на едва заметное изменение в ее настроении, но он продолжал внимательно смотреть на детектива. Неизвестно почему тот долго колебался перед ответом:

— Ты говоришь все о тех же доказательствах?

Разговор шел об уликах, подтверждающих связь между альянсом Гермес и бандитским портом.

«Нет никаких сомнений в том, что Гермес связан с бандитами, и эта связь должна была оставить следы в Новом Свете. Соглашение между альянсом и Накуджуками, или какие-нибудь свидетельства того, что они получают товар от пиратов…»

Даже с чем-нибудь одним из этого списка он сумел бы доказать наличие отношений между Гермесом и гаванью. Ранее Хен-Ву обнаружил связь между Аланом и тайным религиозным обществом Анкха, что привело тех к краху. И возможно это стало благодаря тому, что и в Новом Свете существовали законы. В мире, где «возможно все», где предлагалась неограниченная свобода, где можно было вести в бой армии или устроить заговор против короля. Но «возможно» не значит «рекомендуется». Баланс Нового Света сохраняли законы, за нарушение которых полагалось соразмерное преступлению наказание. Вот почему Алан потерпел поражение и лишился всех своих последователей.

«Если я отыщу доказательства сношений Гермеса и бандитского порта, то судьба их будет подобна алановской. Если объявить их криминальной группировкой, то они потеряют права на лордство в Сильване».

Поэтому Хен-Ву попросил Гвона Хва-Ренга поискать свидетельства в самом преступном логове, однако тот отрицательно помотал головой:

— Я ничего не нашел, эти ребята тщательно все прячут.

— Хм. Я так и думал, что будет непросто. Было ли что-нибудь еще?

— Еще?

— Вложения Гермеса в гавань должны быть значительными. Поскольку они получают прибыль от продажи награбленного пиратами, то потеря порта чувствительно по ним ударит. Но этого будет недостаточно для того, чтобы они вышли из игры.

— Согласен.

— Мы победили, но мне почему-то неуютно.

— Не стоит беспокоиться. План по зачистке гавани сработал, и мы можем превратить ее в свою военную базу на Сеутандале. Те парни уже не смогут повторно использовать такую же систему.

— Военную базу? – с любопытством переспросил Хен-Ву, для которого были важны любые перемены в Сеутандале.

Он собирался устроить там торговое представительство, чтобы запустить в работу свою торговую схему «треугольник». Но он был так занят охотой на Вендиго, что даже не мог найти время справиться о тамошних делах.

— Ах, ты же еще ничего не знаешь. Изначально в тех краях была бандитская гавань, но местность там очень хороша. В пещере с легкостью можно держать полсотни боевых кораблей, и мы можем пользоваться строениями, которые уже возвел Гермес. Поэтому логово будет переделано в штаб-квартиру Флота Сеутандаля.

— Штаб-квартира Флота?

— Сеутандаль все-таки остров и нуждается в защите флота. Бандитской гавани больше нет, но необходимость разобраться с пиратами с континента никуда не исчезла. Если мы увеличим размер флота, наш нынешний порт не позволит содержать его. Если же отделить штаб-квартиру от порта, это позволит упростить управление флотом.

Как и следовало ожидать, виденье Гвон Хва-Ренга целиком и полностью отличалась от мыслей Хен-Ву.

— Этот порт – естественная крепость. Альянс Гермес знаком с окружающей его местностью, но, если мы примем меры предосторожности, атаковать гавань будет очень непросто. Во всяком случае, он в сотню раз лучше, чем нынешняя база Сеутандаля. Деньги тоже не проблема после того, как мы захватили этот притон.

Поначалу Гвон Хва-Ренга немного запинался, но теперь разговорился, и тут мать Хен-Ву, до этого сидевшая тихонько, сдвинула свое кресло:

— Я устала от поездки в больницу. Хочу немного отдохнуть.

Вздрогнув, Хва-Ренг лягушкой вскочил на ноги:

— Я…

— Нет. Продолжайте. Я не все понимаю, но, очевидно, все эти преступления важны для Хен-Ву. Я сама справлюсь, – женщина направила кресло к своей спальне.

«Что это было? Мама только что сказала что-то обидное?», – Хен-Ву повернул голову, глядя матери вслед, и поморщился.

— Ой-ой-ой, что ж я натворил… – бессильно выдавил детектив, сжимая голову ладонями.

— В чем дело?

— Просто… на самом деле… – вздрагивая, Гвон Хва-Ренг начал рассказывать.

Кое-что случилось, когда он отвозил мать Хен-Ву в больницу. Они радостно болтали друг с другом, когда Хва-Ренгу позвонили. Как он уже сказал, в Новом Свете вовсю шла переделка бандитской гавани в Штаб-квартиру Флота. Поскольку детектив был экспертом в тактике, и вполне естественно, что он отвечал за этот процесс, то если возникала малейшая проблема, Реабилитанты сразу звонили ему.

— Что? Недостаточно укреплений? С Изабель советовались? Значит, снова начинайте сбор материалов, потому как строительство форта наша самая важная задача.

Едва он положил трубку, телефон снова зазвонил. За то время, пока они были в больнице, его вызывали по телефону шесть раз, и каждый раз прерывалась беседа Хва-Ренга и матери Хен-Ву. Но настоящую ошибку Гвон совершил позже.

— Изабель? Штаб-квартира Флота? Что происходит? – поинтересовалась женщина.

— Ах, не забивайте себе голову, Со-Ми-ши, – рассеянно отозвался Гвон Хва-Ренг. Он тут же понял, что сморозил глупость, но уже было поздно. – Нет, я не это хотел… Все очень запутанно… Это…

— Все в порядке. Пожалуйста, поехали дальше, – обычным тоном ответила мать Хен-Ву.

Но было ясно, что бесчувственные слова Гвон Хва-Ренга обидели ее, поэтому она молчала всю обратную дорогу. И вот почему детектив так странно вел себя, когда они пришли. И по этой же причине он колебался, когда Хен-Ву начал расспрашивать его о Новом Свете.

— Ох, что же я натворил… – по-щенячьи проскулил он, глядя на плотно закрытую дверь. – Просто… Вся эта суета со Штаб-квартирой настолько запутанная, я побоялся обременять ее… честно. И тогда… нет, это все моя вина. Почему я был настолько глуп, что и дома сразу заговорил о Штабе? Конечно же, она рассердилась.

«Она рассердилась?» – Хен-Ву озадаченно поскреб затылок.

Сказать по правде, его мама вовсе не была рассержена. Гвон Хва-Ренг знать не знал, как она себя ведет, когда сердится, но он так часто упоминал о своих делах, что она закономерно ощетинилась. Она намеренно вела себя подобным образом, чтобы указать Хва-Ренгу на его ошибку. Хен-Ву в детстве частенько получал подобные «уроки».

«Маму, похоже, это забавляет. Она уже начала обучать своего будущего мужа?»

Но Гвон Хва-Ренг этого не знал и успел впасть в панику, так что Хен-Ву только посмеивался, глядя на него.

«Оставить все так или вмешаться? В последнее время Хва-Ренг-аджосси уделял больше внимания Новому Свету, чем маме. К тому же, это будет ему полезно…»

Однако пока он раздумывал над этим, то кое-что понял: «Кажется, в последние дни я тоже…»

Сейчас он проводил с матерью под одной крышей двадцать четыре часа в сутки, но чувствовал, что чаще разговаривал с ней, пока она была в больнице. Здесь они всегда были рядом, поэтому он даже не думал просто сесть и поговорить. Он вел себя безразлично. Вдобавок, все его разговоры с детективом после выписки мамы так или иначе касались Нового Света. Его мать не играла, поэтому поневоле чувствовала себя изолированной. И, хотя она сердилась не всерьез, ее недовольство росло с каждым днем.

«Я вел себя, как свинья».

— Что мне делать, Хен-Ву?

— Почему вы меня спрашиваете?

— Разве ты не можешь что-нибудь сделать? Это же ты поднял тему с Сеутандалем.

— Я ведь не знал, что у вас случилось до этого. Знал бы, так не стал бы говорить. Зато вы взрослый человек, не смогли почувствовать ее настрой и продолжили обсуждение.

— Это… – Гвон Хва-Ренг тяжело вздохнул и опустил плечи. – Каюсь, виновен.

— И я, – признал Хен-Ву.

Он никогда не задумывался, что ему не хватает бесед с мамой, которые у них были раньше. Но Новый Свет стал для него работой, которая помогала оплачивать ему жилье, процедуры для мамы, оплату кредита и прочее. На все про все требовалось пять миллионов каждый месяц, и эти деньги Хен-Ву зарабатывал именно в Новом Свете. Деньги, нужные его семье, с которой из-за этой работы проводил все меньше времени. Порочный круг, знакомый всему миру, а не одному лишь Хен-Ву. Как бы то ни было, они с Гвон Хва-Ренгом действительно обидели маму, болтая о Новом Свете. И вот они сидели вдвоем, потягивая кофе и тихонько рефлексируя. Неизвестно, сколько прошло времени, но Хва-Ренг внезапно поднял голову и воскликнул:

— Вот оно!

— Что? Вы о чем вообще?

— Решение же элементарное! Со-Ми-ши тоже нужно начать играть в Новый Свет!

— Че? – сумел выдавить ошеломленный Хен-Ву. – Разве она не слишком больна для этого?

— Вот именно! И как я раньше до этого не додумался? – возбужденный детектив принялся объяснять свою идею: – Только подумай. По какой именно причине ты заставил меня играть?