Глава 28.2

— Отвечаю госпоже: мастер Хуа сейчас… в комнате наложницы. — Красивое лицо Иньсин выражало смущение.

Я неожиданно споткнулась и, повернув голову, воскликнула:

— Что это значит?

— Ничтожная не знает, но я слышала, как кто-то доложил… что господин Хуа вломился в комнату второстепенной супруги, — судя по виду, Иньсин была готова расплакаться.

Изо всех сил стараясь подавить тревогу в своем сердце, я ускорила шаг.

Прибыв в новый двор Му Яо, я вошла в спальню и увидела повсюду осколки разбитого фарфора, в то время как Му Яо с растрепанными волосами съежилась в углу комнаты. Посередине без сознания лежал Хуа Шэнь. На его лбу виднелась несвернувшаяся кровь.

У меня потемнело в глазах, и я, собравшись с силами, подошла к Хуа Шэню, поборола желание влепить ему пощечину, присела перед ним на корточки и потрясла его за плечо: «Брат, проснись».

Он ошеломленно открыл глаза и встретился с моим растерянным взглядом: «Сестра? Это…»

«Что происходит?» — раздался голос Чжун Еланя, заставивший меня оглянуться с дрожью в руках.

Лицо Чжун Еланя, увидевшего царящий в доме погром, внезапно исказилось. Он подскочил к Му Яо, поддержал ее за плечо и спросил: «А Яо, ты в порядке?»

Бледная Му Яо выдавила из себя улыбку: «Я в порядке, к счастью, служанка вовремя оглушила… его».

Хотя она улыбалась и всем своим видом показывала, что всё в порядке, в её глазах стояли слезы.

Чжун Елань всегда был сдержанным, и вдруг на его лице отразился чудовищный гнев.

Он протянул руку и выхватил у Нань Фэна меч. Его глаза были подобны горящему пламени, и он шаг за шагом приближался к Хуа Шэню.