Глава 91. 18+

Не снимая трусиков, Наруто прильнул ртом к бугорку Мацу и начал нежно посасывать её губы через ткань. Рыжеволосая Сэкирэй издала более громкий, чем обычно, вздох, за которым последовал особенно горловой стон. Она схватила его за волосы и начала ласкать его голову. Наруто продолжал работать, не обращая внимания на легкую боль в коже головы, когда несколько волос были случайно вырваны.

Он провел языком по ткани трусиков Мацу и попробовал на вкус ее соки, которые начали пачкать ткань по мере нарастания ее возбуждения. В ответ Мацу начала толкаться бедрами, несомненно, надеясь усилить ощущения, которые доставлял ей Наруто, вжимаясь в него.

— Ан! Наруто! Хватит меня дразнить! — закричала Мацу. Ее бедра подрагивали, пальцы крепко сжимали расстеленный футон, а бедра дрожали, когда ее ноги твердо стояли на полу. Похоже, она была в нетерпении. Наруто решил, что он уже достаточно накрутил ее.

Взяв ее бедра обеими руками, Наруто запустил пальцы под пояс ее трусиков. Мацу прекрасно понимала, что он делает, и, казалось, была готова позволить ему сделать это с минимальным сопротивлением. Она приподняла бедра, позволяя ему легче спустить трусики по ее ногам. На мгновение они прилипли к сердцевине Мацу — влажность от ее возбуждения вызвала ощущение прилипания, но все же они снялись с относительной легкостью.

Белые и удивительно простые на вид трусики скользнули по гладкой поверхности бедер, по икрам и, в конце концов, по ногам. Наруто отбросил влажный кусок скомканной ткани и, наконец, впервые взглянул на приз, лежавший под одной из его Сэкирэй.

Расположившись между ног Мацу, Наруто уставился на лежащий перед ним бугор. Он отличался от того, что он видел у других женщин. Это был не совсем бугор или что-то в этом роде. Он был гладким и идеально изогнутым вниз (возможно, небольшое отличие в физиологии Сэкирэй?). У них не было ни складок, ни губ. Это была просто идеально тонкая щель, которая исчезала за ее ногами, следуя изгибу ее бугра. Это был признак человека, который никогда даже не доставлял себе удовольствия.

Наруто был удивлен этим. Честно говоря, он ожидал, что человек с такой амурной натурой, как у Мацу, хотя бы мастурбировал. Было ли это еще одним различием между обычными человеческими женщинами и Сэкирэй? Возможно, их желание испытать любовь от рук ашикаби не позволяло им ничего делать с собой? Если это действительно так, то это был еще один признак того, насколько они были преданы своим ашикаби.

— Наруто?

Услышав, что его зовут по имени, Наруто поднял голову и увидел, что Мацу пытливо смотрит на него. Осознав, что в разгар близости со своей Сэкирэй он потерял дар речи, светловолосый Узумаки извиняюще улыбнулся женщине.

— Прости, я просто любовался видом, — при этих словах Наруто опустил глаза на стык между ног Мацу, давая понять, что он смотрит именно туда. Было очень забавно видеть, как Мацу покраснела от смущения.

Рыжая пробормотала что-то бессвязное. Наруто подумал, что она говорит что-то о нем, но не мог быть уверен, так как уже наклонился вниз. Вскоре до него донесся аромат ее возбуждения, необычный и пьянящий запах, напомнивший ему лаванду и сирень. Странный, но не неприятный.

Наклонившись до конца, Наруто снова обхватил руками обе стороны бедра Мацу. Он прильнул губами прямо к ее девичьему лону, одарив ее «губы» продолжительным поцелуем, прижавшись носом к небольшой копне рыжих лобковых волос.

Из горла Мацу вырвался странный звук. Низкий, грохочущий звук, который слегка прерывался через неравные промежутки времени. Он звучал как нечто среднее между вздохом и мурлыканьем.

Язык Наруто высунулся изо рта и стал дразнить губы Мацу. Его розовый мясистый отросток прошелся по внешнему краю половых губ, дразня ее легкими прикосновениями. Мацу корчилась и извивалась под ним. Ее бедра пытались выгибаться и дергаться, чтобы заставить его дать ей больше, но руки Наруто останавливали ее движения и удерживали ее неподвижной, заставляя терпеть его дразнилки.

— Боги, Наруто! — закричала она, когда его язык едва проник в ее внешние губы и стал дразнить ее внутренности. — Еще! Мне нужно больше! П-пожалуйста!

Решив дать ей больше, Наруто оторвал свой рот от нижних губ Мацу. Женщина извивалась и умоляла его, но он игнорировал ее, засунув палец в рот, чтобы смочить его. Долго умолять она не стала.

Он прижал палец к ее половому органу и надавил. Он наблюдал, как его палец почти буквально всасывается в ждущую и жаждущую секса Мацу. Когда палец втянулся в неё до второй костяшки, Наруто изогнул палец и быстро нашёл небольшую ребристую область на передней стенке её полового органа и начал тереть её.

Реакция была почти мгновенной. Мацу кончила, сильно. Наруто почувствовал, как ее стенки сжались вокруг его пальца почти до боли. Только выделяемые ею соки не давали пальцу застрять внутри нее. Ее бедра почти неистово дернулись вверх, и она издала громкий крик удовольствия. Ее тело и разум, казалось, были совершенно не готовы к сексуальному контакту с таким человеком, как он.

Наруто не останавливался. Несмотря на то, что он уже довел Мацу до кульминации, он снова начал работать над ней. Его палец двигался внутри нее и постоянно терся о маленькую, чувствительную стенку плоти. Тем временем его рот вернулся в игру, прижавшись к ее губам над пальцем, который в данный момент доставлял ей удовольствие.

Его язык высунулся, раздвигая ее губы и добираясь до маленького капюшона, скрывавшего еще один приз. Он умело вывел маленький пучок нервов из-под капюшона и взял его в рот.

Затем он начал доводить Мацу до оргазмического блаженства.

Взяв в рот её клитор, Наруто начал посасывать одну из самых чувствительных зон женского тела. Его язык скользил по маленькому пучку нервов, а зубы слегка касались ее. Он покусывал, посасывал и облизывал чувствительный пучок, пока Мацу не выдержала. Ее крики удовольствия превратились в бессвязную тарабарщину, которая звучала как шестнадцать различных инопланетных языков, смешанных вместе.

Он понятия не имел, сколько времени он там пробыл, хотя считал время по количеству оргазмов, через которые прошла Сэкирэй, которую он ублажал, но в конце концов стимуляция и удовольствие стали слишком сильными для извращенного хакера. Ее тело дернулось и вздрогнуло несколько раз, прежде чем обмякло.

Подняв голову, Наруто увидел, что глаза Мацу закатились к затылку, а рот слегка приоткрыт, по щекам и подбородку стекает обильная слюна. Ее грудь вздымалась и покачивалась при каждом движении — единственный признак того, что она все еще находится среди живых.

Увидев результаты своих действий, Наруто задумался, а не переборщил ли он?

Неа.

Вытащив палец из Мацу и оторвав рот от ее женского естества, Наруто сел. Он вытер рукой нижнюю часть лица. Она была полностью залита возбуждением Мацу. Почти не обращая внимания, он начал облизывать пальцы. Как и запах ее возбуждения, вкус Мацу сильно отличался от вкуса других женщин. На вкус она была удивительно сладкой, почти как мед. Это был очень необычный вкус, такого он никогда раньше не пробовал от женщины. Он подумал, не является ли это еще одной особенностью Сэкирэй.

Когда Наруто переместился в более удобное сидячее положение, теснота в штанах заставила его посмотреть на собственное возбуждение. Об этом нужно было поскорее позаботиться, либо доставить себе удовольствие, либо охладиться. Может быть, ему стоит принять ледяную ванну или что-то в этом роде?

Не успел он подумать о том, как ему позаботиться о собственном сексуальном возбуждении, как дверь позади него открылась. Раздалось стальное шипение, и Наруто вдруг обнаружил, что через плечо к его горлу с левой стороны приставлено лезвие. Оно лишь едва касалось его шеи, просто задевая ее, но он знал, что это может измениться в любой момент.

— Мия, — небрежно поприветствовал Наруто, продолжая чистить лицо и пальцы. Похоже, его не особенно беспокоило присутствие хозяйки.