Глава 98.

— Ты же не серьезно!

Это были первые слова, которые услышал Наруто, когда он рассказал всем о своем плане борьбы с новой проблемой, которую им вчера подкинула Мацу. Эти слова были произнесены не спокойно, а с громким криком недоверия, который мог исходить только от того, кто говорил так, чтобы выразить недоверие.

Все сидели за обеденным столом. Мия, как всегда, сидела во главе, потягивая исходящий паром чай и внимательно наблюдая за происходящим. Невозможно было сказать, что именно происходило в ее голове в тот момент, когда она наблюдала за разворачивающимися вокруг событиями. Она могла быть веселой, заинтригованной или чувствовать и думать о чем угодно, сидя с нейтральным лицом. Как бы там ни было, она, похоже, внимательно наблюдала за происходящим.

Наруто сидел между Цукиуми, которая была слева от него, и Акицу, которая была справа. Как всегда, лицо Акицу было лишено выражения. Единственный способ понять ход ее мыслей — посмотреть в глаза, которые смотрели на Наруто с той же силой, что и всегда, показывая, о чем, или, возможно, точнее было бы сказать, о ком, она думает. Блондинка, напротив, не скрывала своих эмоций и смотрела на человека, который только что неуважительно обратился к ее ашикаби.

Кусано сидела у него на коленях, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему. Вместо этого она играла с маленьким чучелом лисы, которое Наруто подарил ей во время одной из своих прогулок. Она даже издавала странные «мяукающие» звуки, несмотря на то, что лисы не мяукают, как кошки.

По другую сторону от Акицу сидела Мусуби, которая тоже не обращала внимания на происходящее, занятая тем, что дулась, что упустила свой шанс сесть рядом с Наруто.

В следующий раз Мусуби повезет больше.

На другом конце стола, напротив Мии, Мацу с интересом наблюдала за тем, что выглядело как богатый событиями и весьма забавный спор. Вполне вероятно, что извращенная хакерша просто считала происходящее чем-то вроде мыльной оперы. Девушка находила развлечение во всех странных и необычных вещах, которые делали и говорили остальные члены гарема Наруто.

На другой стороне стола сидели Хомура, Узумэ и Чихо, причем пользовательница огня располагалась с левой стороны, Узумэ — посередине, а Чихо сидела справа от своей ашикаби. Узумэ выглядела почти так же весело, как и Мацу. Несомненно, она находила для себя такое же развлечение, как и похотливая Мацу. Тем временем, Чихо с беспокойством смотрела на Хомуру, а сама Хомура выглядела готовой разразится огнем.

Слова, которые были произнесены, естественно, принадлежали Хомуре. Беловолосая пользовательница огня, казалось, была на грани взрыва от гнева, и весь этот гнев сейчас был направлен на ее ашикаби.

Ашикаби медленно отпил глоток чая и вздохнул, наслаждаясь его вкусом. Чай представлял собой особую смесь, которую он приготовил много-много веков назад во время поисков идеального сорта чая. Это был итог многих веков смешивания различных чайных листьев вместе, чтобы найти идеальное сочетание, которое дразнило вкусовые рецепторы и оживляло разум.

Сделав большой глоток чая, который, казалось, еще больше разозлил Сэкирэй огня, которую он игнорировал, Наруто отставил чашку и посмотрел на Хомуру спокойным взглядом.

— Я совершенно серьезен, — без заминки заявил Наруто. Он не беспокоился о том, что девушка в гневе натворит что-нибудь. Даже если Хомура попытается причинить ему вред, в чем блондин сильно сомневался, учитывая, о чем шел спор, она не сможет причинить ему никакого вреда. — Это лучший способ разобраться с Хигой и помочь Сине выйти из-под его влияния.

Всего несколько минут назад Наруто раскрыл план, который он придумал прошлой ночью, чтобы спасти Сину, брата Сэкирэй Кусано. Это был довольно гениальный план. Это не только помогло бы кому-то из его Сэкирэй, но и показало бы Хиге, что он не является главным в плане Сэкирэй.

Все было бы похоже на один большой розыгрыш, и Наруто не мог просто проигнорировать это. Прошло слишком много времени с тех пор, как у него была возможность разыграть кого-то. Если только не считать розыгрышем массовое убийство.

Наруто так не считал, в основном потому, что рядом не было никого, кто мог бы насладиться плодами его труда. Мертвые не могли оценить хорошую шутку, потому что они были мертвы. Жаль.

— Подвергая себя опасности? — недоверчиво спросила Хомура, ее голос прозвучал нелепо громко в тихой гостиной. Конечно, она звучала громко, потому что кричала.

— Тише, пожалуйста, — заявила Мия с блаженной улыбкой, которая не скрывала скрытой угрозы за ее словами. Хомура тяжело вздохнула, стиснув зубы, пытаясь сохранить спокойствие. Она не хотела вызывать гнев Хання Севера.

— Вряд ли этот план подвергнет меня опасности, — язвительно заметил Наруто. Конечно, у него была причина полагать, что он никогда не будет в опасности, и очень веская. Не то чтобы Хомура или кто-то еще знал об этом.

— Этот план глуп, и ты это знаешь, — ответила Хомура, сверкнув глазами. — Мы найдем другой способ справиться с этим. Мы разработаем другой план. Такой, чтобы ты не подвергал себя ненужной опасности.

Наруто почти забавлялся тем, как Хомура защищала его. Никто из других Сэкирэй ничего не сказал о его плане. Конечно, ни у кого из них не было шанса, потому что Хомура начала кричать, как только он рассказал им об этом, но, похоже, никто из них не согласился с ее оценкой.

— Хмф! — Цукиуми набросилась на беловолосую девушку. — Неужели ты действительно так мало веришь в способности своего ашикаби? Как отвратительно! — Прекрасная пользовательница воды задрала нос кверху на Хомуру, которая бросила на нее взгляд, способный расплавить сталь. Цукиуми, казалось, ничего не заметила. — Не сомневайся в силе моего мужа, кретинка. Все будет в порядке.

— Точно! — вклинилась Мусуби, ее левая рука сжалась в кулак перед лицом, а глаза сверкали потусторонним блеском. Серьезно, это было похоже на то, как будто кто-то выстрелил из пушки блестками у нее в голове. Довольно тревожно. — Наруто-сама силен. Он победил Мусуби в спарринге.

— Это не имеет значения! — крикнула Хомура, заставив Мусуби подпрыгнуть, а Кусано — сжаться от страха, когда она впилась в бок светловолосого ашикаби. Даже Мия и Узумэ выглядели испуганными, но Цукиуми просто ответила на взгляд пользователтницы огня своим собственным, а Чихо с беспокойством посмотрела на Хомуру. — Он вообще не должен сражаться! Он не должен подвергаться опасности!

Мусуби вздрогнула под суровым взглядом Хомуры. Из-за света, отражающегося от ее глаз, ее взгляд действительно выглядел так, будто им можно было разжечь огонь, просто глядя на то, что она хотела сжечь. Наверное, так казалось и Мусуби, если судить по тому, как обычно жизнерадостный кулачный боец морщился и отворачивался от гневного взгляда.

— Хе-хе, — хихикнула Узумэ, привлекая к себе внимание. — Похоже, ты ужасно сильно хочешь уберечь своего ашикаби, — все наблюдали, как лицо Хомуры приобрело оттенок вареного лобстера, и Узумэ заметила это. — Ты ничего не хочешь нам рассказать? — спросила она, глядя на покрасневшую женщину(мужчину?).