Глава 177. Слава I

На реке Юйлинь стояла в одиночестве фигура. Человек указал пальцем на небо, призвал штормовой ветер, от которого река вздыбилась волнами.

*Грохот, грохот, грохот…*

Волны бились о берег, разбивая фарфор и жемчуг, обдавая водой толпу зрителей

Прохожие в страхе бежали и прятались от шторма, а гости в прибрежных лодках в панике выбрались на берег, некоторые даже упали на колени и взывали к богам, чтобы те явились.

Эта сцена была похожа на то, как если бы Лунван (Король Драконов) спустился в мир смертных!

В элегантном зале на третьем этаже Нефритового Павильона, превращенном в частную комнату под открытым небом, многие сановники, устроившие банкет, были настолько потрясены, что их сердца содрогнулись до глубины души.

Они поняли, что сильно ошибались, так как думали, что это шарлатан. Думали, что такие деяния, как хождение по водам реки и призыв ветра точно фальсификация, но теперь… ясно, что это вовсе не шарлатанский трюк, а настоящая божественная сила бессмертного!

— Бессмертный! Этот человек действительно бессмертный! У него есть сила, чтобы вызвать ветер и дождь! — вскрикнул в неверии Чжао Хинган, его многолетний опыт и стать чиновника разбились в ничто.

Е Шуньчжун не в первый раз видел, как Чжоу Цзин использует божественные силы, но его предыдущие приёмы не были настолько эффектны, и хотя он был втайне доволен собой, но также испытывал чувство благоговения.

«Верно, эти потомки аристократических семей неоднократно задавали ему вопросы, чем разозлили господина Даоса. Вероятно, он намеренно сделал это, чтобы научить этих людей, бессмертные могут призвать как лёгкий ветерок, так и заставить поменять цвет неба и земли…» — Сердце Е Шуньчжуна дрогнуло.

Видя, что все присутствующие сановники в полном шоке, и понимая, что суматоха на улице становится всё более бурной, он поспешно встал, подошел к дыре в стене и закричал во весь голос:

— Даосский мастер Лин Фэн-цзы, все убеждены, отзовите свои силы!

Чжоу Цзин оглянулся на комнату наверху и вдруг вскинул ладонь, завывающий ветер резко превратился в легкий бриз, а взволнованная река медленно успокоилась.

В следующее мгновение его одежда взметнулась вверх, и он поднялся в воздух, неторопливо направившись обратно в комнату под открытым небом на третьем этаже Нефритового Павильона.

Опустившись на пол, Чжоу Цзин сложил руки на спине в манере человека не от мира сего, на нём, как и на его даосскую шапку не упало ни капли воды, и равнодушно произнес:

— Я показал не так уж и много господин Чжао, теперь, когда вы увидели её, не забывайте о том, что мне обещали.

Чжао Хинган подскочил, словно его ягодицы горели, и поспешно пошёл вперед, чтобы извиниться: