117. Палата

Рэйнбоу Дэш слегка морщилась от полученных синяков, ковыляя по улочке, примыкающей к переулку, где она упала. Минут через десять её походка выровнялась, а осанка стала увереннее. Когда она вышла на просторные улицы Вердстоуна, её одарило своим поцелуем неспешно заходящее солнце. Внезапно мимо неё пронеслись тени. Пегаска невольно вздрогнула, но тут же успокоилась и понаблюдала за тем, как множество пони возбуждённо скачут к юго-западному краю платформы.

— Это правда?! — Перед Рэйнбоу Дэш затормозила кобыла с вытаращенными глазами.

— А? — Рэйнбоу Дэш неловко моргнула. — Правда… что?

— В городе появился крылатый пони? — Кобыла широко улыбнулась. — Родственник королевы?

— О… э… Именно! — Рэйнбоу Дэш повернулась и указала ногой в длинном рукаве в сторону того места, откуда улизнула. — Ищите толстую кобылу с лохматой гривой и шкурой в горошек! Вы точно её не пропустите!

— О-о-о, как… экзотично! — Кобыла ускакала вместе с другими запыхавшимися пони. — Я всю жизнь ждала встречи с королевской особой…

— Ага, круто. Повеселитесь там от души. — Рэйнбоу Дэш отступила прочь.

— Спасибо, сэр! — донёсся издалека голос кобылы.

Рэйнбоу Дэш моргнула. Её ушки поникли, когда она понурила голову, глядя на свой строгий костюм.

— Ну, не то чтобы круто…

Гуляя по улицам Вердстоуна, Рэйнбоу Дэш никуда не спешила. Она не чуралась привлекать к себе внимание, но быть выдающимся пегасом было легко в маленьком городке или наворачивая круги над крохотным караваном. В центре гигантского мегаполиса, в самом сердце страны, с которой она была знакома лишь понаслышке, стать объектом всеобщего обожания было гораздо сложнее. Часть её почти тосковала по прошлому, по более простым временам, когда она могла быть целым миром для одной и единственной пони.

Не задумываясь, она слегка встряхнула перемётные сумки. Почувствовав, как внутри колыхнулись лётные очки, она улыбнулась.

Прогулка до Палаты представителей оказалась долгой и трудной и стала мучительным испытанием для терпения Рэйнбоу. Одно дело — заставлять себя идти медленно, чтобы не привлекать внимания. Но делать это, будучи затянутой в идеально пригнанный костюм, тугой как жгут, было сущей пыткой. Она поборола искушение расправить крылья, разорвать шёлк и бархат и в мгновение ока вынести дубовые двери Палаты.

К счастью, ей не пришлось долго размышлять над этим. До казарм, о которых говорили продавщицы, было уже копытом подать. Рэйнбоу Дэш прошла мимо ворот и взглянула направо: несколько стражников в серебристых доспехах отрабатывали боевые приёмы на деревянных фигурах пони. Она прищурилась, наблюдая сквозь решётку за их движениями, незаметно для себя самой заинтригованная неистовостью и мощью этих в остальном жизнерадостных уроженцев Эмеральдина.

— Стойте на месте.

Рэйнбоу Дэш замерла. Посмотрев вперёд, она не увидела ничего, кроме чёрного сукна. Её голова задралась вверх… и ещё, и ещё, и ещё. Наконец она разглядела голову жеребца, возвышавшегося над ней, и пару сверкающих глаз, которые были втрое страшнее всего остального. Тяжёлую фигуру жеребца ещё больше подчёркивал накинутый плащ, развевающийся на ветру. Тень от широкополой шляпы в сочетании с чёрным как ночь плащом создавала впечатление, что его глаза — это пара аквамариновых звёзд, пронзающих её взглядом из тёмной бездны.

— Ладно, — хмыкнула Рэйнбоу Дэш. — Стою.