2. Карта

Наступил день, и вершины холмов, над которыми пролетала Рэйнбоу Дэш, превратились в зазубренные выступы, когда она достигла гребня горного хребта. Солнце висело высоко над головой, приближаясь к наивысшей точке небесной сферы. Рэйнбоу поняла, что до сих пор щурится, поэтому подняла копыто к очкам и повернула регулятор. С тихим щелчком затемнённые линзы поднялись, обнажив пару прозрачных. Расслабив глаза, пегаска продолжила бреющий полёт на восток.

Местность внизу становилась всё более неровной. Когда начались горы, земля вздыбилась алебастровыми отрогами, разметавшими зелёные заросли на тонкие изумрудные ошмётки. Над острыми пиками клубился туман, цепляясь подобно серым миазмам за круто вспучившиеся склоны.

С большой осторожностью Рэйнбоу Дэш поднялась на несколько дюжин ярдов над каменными вершинами. Она была твёрдо уверена, что горы нужно пересечь как можно быстрее, но не собиралась по глупости разбиться о скрытые за облаками скалы.

Туман становился всё гуще. Вокруг Рэйнбоу ярким хороводом заплясали солнечные лучи. В полёте она протянула копыто и поигралась с ними. Мыслями она блуждала далеко-далеко, и на краткий миг ей почудилось, что она слышит смех. Рэйнбоу моргнула — наваждение оставило её, спорхнув на крыльях тихого вздоха.

Внезапно налетел порыв ветра. Будь на её месте другой пегас, его бы стало бесконтрольно швырять по небу, но Рэйнбоу Дэш без промедления отразила сильный ветер, атаковавший её крылья. Она выровняла высоту, зависла — и, когда мглистые облака расступились, окинула взглядом землю.

Она заметила резкий разрыв в горах. Там, внизу, проступала глубокая расселина — мощный поток холодного ветра устремлялся вниз, заполняя ущелье.

Пока Рэйнбоу Дэш, планируя, летела над скалами, облака разошлись, и она поразилась открывшемуся виду. Два горных хребта резко вздыбливались и сходились в одной точке, будто бы слепо сталкиваясь. В результате получались две вершины — спицы-близнецы из древнего камня, пронзавшие небеса подобно гранитным иглам.

Рэйнбоу Дэш долго парила на месте, пристально всматриваясь в эту картину. Пики выглядели до боли знакомо. Забеспокоившись о провалах в памяти, она закружила в потоках горного воздуха, пока не нашла сухое плато из светлого камня, на котором могла примоститься. Острая неровная скала позади неё гасила ветер, давая спокойно приземлиться и расчехлить перемётные сумки.

Она медленно достала поклажу: флягу воды, две буханки крошащегося хлеба, походную аптечку, металлический топорик, компас, кремень с огнивом, три одеяла и, наконец, книгу в зелёном переплёте. На книгу пегаска изо всех сил старалась не смотреть, иначе по телу пробегала тошнотворная дрожь. Осторожно убрав книгу с глаз долой, она в последний раз потянулась к сумке и достала бумажный свиток с лунной печатью.

Развернув его, она расстелила перед собой подробную карту, озаглавленную «Известный мир». Центр янтарного пергамента был расписан чёрной тушью. Рэйнбоу наткнулась взглядом на громадную вершину «Горы Кантерлот», затем посмотрела правее, мимо «Вечнодикого леса», потом мимо широкой пунктирной области под названием «Низотопье». Она провела копытом через всю карту: через «Долину Грёз», мимо «Моря Песен», вдоль «Алмазных низин» — и, наконец, остановилась на «Голубых Равнинах». Как раз восточнее этого места и находилась безымянная горная гряда, но одна деталь всё-таки обращала на себя внимание. Это была пара гор, которые острыми спицами вздымались в небо.

Рэйнбоу Дэш посмотрела вверх. Два огромных пика, отбрасывающие густую тень на величественное туманное ущелье, что её окружало, высились в полутора милях пути. Она глянула вниз — пики-близнецы были отмечены в двух дюймах от правого края карты.

Отчего-то кобылка заулыбалась ещё сильнее.

Рэйнбоу свернула карту, убрала пожитки, слегка задержав взгляд на зелёной книге, надела и застегнула сумки. Надвинув очки на глаза, она встала против ветра, одарила горы тихим рыком и кинулась с обрыва так, чтобы воспарить меж двух пиков, словно это были сверкающие ворота.