Глава 117.2

Цео продолжал всматриваться, когда они приблизились примерно на пару сотен ярдов, а затем он увидел первые признаки ответного удара противника. Маленькие клубы дыма вырывались, казалось, из каждого второго солдата, и устремились к стене танков. Генерал изо всех сил пытался понять, что это могут быть за струйки дыма, пока банка с нафтой не разбилась вдребезги о корпус его танка, прямо перед смотровым окном.

Он пожалел, что вдохнул от удивления, так как почувствовал вкус густого, вонючего дыма, который теперь клубился в его танке. Танк затормозил, когда Цео и его экипаж начали с трудом дышать. Их руки метались в поисках люков, когда заплаканные глаза были плотно закрыты, а легкие сильно сжимались. В конце концов, выход был найден, и Цео со всей поспешностью выбрался наружу.

Воздух снаружи был едва ли лучше, чем внутри его танка. Но, по крайней мере, теперь генерал мог позволить себе открыть глаза. И он тут же пожалел об этом.

Смог был таким густым и едким, что Цео едва мог различить очертания людей и танков в двух шагах от него. То, что он мог видеть, приводило его в уныние: целая куча танков остановилась, некоторые опрокинулись набок, весь их экипаж отчаянно выползал наружу в поисках пригодного для дыхания воздуха. Ему показалось, что он слышит страдальческий рев носорогов Комодо, которые, вероятно, были достаточно умны, чтобы не входить в ядовитое облако.

Стараясь вернуть себе самообладание, Цео стоял на своем танке в тщетной надежде пробиться сквозь густой смог, но не был вознагражден успехом. В глубине его внутренностей образовалась пустота, и он не слышал ничего, кроме звуков скрипа и щелканья металла и отчаянного кашля измученных легких. Вся его дивизия, весь фланг были остановлены стеной дыма. Осознание этого нанесло серьезную рану воинской гордости генерала.

Прежде чем он успел полностью оплакать свою судьбу, уши Цео уловили новый звук, который определенно исходил со стороны врага. Вдалеке замигали вспышки, сопровождаемые характерным ревом пламени. Генерал попытался сплотить своих людей, но зашелся в приступе кашля, когда случайно вдохнул побольше отвратительного дыма.

Он быстро восстановил контроль над своими легкими и телом и попробовал снова. На этот раз он даже не успел вдохнуть, потому что кто-то приземлился ему на голову с такой силой, что у него сломалась шея. Генерал Цео был мертв задолго до того, как кинжалы вонзились ему в шею, и он был избавлен от зрелища фигур в масках в кольчугах, падающих с неба и убивающих его людей.

*****

— Бедные ублюдки, — не удержалась от восклицания Суюки, когда начала улавливать крики, доносящиеся из-за стены ядовитого дыма сразу за обоими концами строя. После всего лишь одного залпа банками с нафтой она увидела, как какофонический поток танков остановился с визгом гусениц и криками.

А затем, подождав несколько секунд, чтобы убедиться, что танки остановились, Ксин послал свою первую волну, ветеранов 11-го. Маги огня взмывали в небо, сопровождаемые огромными огненными вспышками, в то время как копейщики и маги земли мрачно маршировали в смоге.

Суюки отсалютовала храбрецам со всем уважением, на какое была способна. Она стояла на безопасном расстоянии, и у нее уже слезились глаза, а в носу горело от одного лишь слабого запаха отвратительной смеси. Другие солдаты, выстроившиеся перед ней, уже кашляли, а некоторые стояли на коленях, выблевывая свои обеды. И мужчины и женщины из 11-го входили в облако, как будто его не было.

А затем крики умирающих достигли их рядов, и Суюки поняла, что первая волна войск Повелителя Огня обречена.

— Хорошая работа, Ксин, — похвалила Азула, стоявшая рядом с Суюки. — Что теперь?

Ее жених в ответ пожал плечами.

— Мы ждем, когда враг перестанет кричать и переведет дыхание. А потом мы дадим им еще один повод покричать.

В устах Ксина это звучало просто, но, с другой стороны, возможно, это было просто для него. После того, как ее включили в их стратегическое совещание и она ознакомилась с планом, который он им представил, Суюки, наконец, поняла, насколько она уступает ему.