Глава 74.1

Айро мысленно собрался с духом, когда сошел со скудного причала острова Серебристого угря и направился вглубь страны. Прогулка была не слишком долгой; на маленьком острове едва могла разместиться рыбацкая деревушка, не говоря уже о поместье аристократа. И все же такое поселение втиснулось именно сюда, его аккуратные белые стены, обозначающие границы, выделялись за россыпью хижин и сетей.

Айро подошел к воротам и коротко постучал, а затем представился сонному слуге, который приветствовал его.

— Пожалуйста, подождите, — сказал он, несмотря на удивление от личной встречи с принцем, и закрыл ворота.

Айро вздохнул и немного ссутулился. Он даже не пытался скрыть свою нервозность. Мысленно он прокрутил в голове возможные маршруты, по которым могла бы пройти встреча. В то же время другая его часть ругала себя за то, что он не пришел сюда раньше.

Через несколько минут ворота снова открылись, на этот раз полностью, но Айро понял, что лучше не входить, когда увидел, что пожилая хозяйка дома хмуро смотрит на него.

— Ты.

Принц поморщился от этого тона. Время не избавило ее голос от яда. Сделав глубокий вдох, Айро поклонился со всей вежливостью.

— Госпожа Су-Вэй.

— Как ты смеешь показываться здесь, Айро? — Глубокие морщины на лице пожилой женщины подчеркивали ее гнев и отвращение, но ее слуги нервничали из-за отсутствия вежливости в разговоре с королевской особой. — Уходи.

Ей не нужно было больше ничего говорить. Во время их последней встречи вдова ясно дала понять, что присутствие Айро никогда не будет желанным. Время не ослабило этого чувства.

— Пожалуйста, госпожа Су-Вэй, я пришел извиниться.

— Твои извинения для меня ничего не стоят! — огрызнулась она. — Они всегда были никчемными, и я была дурочкой, что поняла это слишком поздно!

Айро вздрогнул, но не выпрямился. В нем начали закипать вина и стыд. Как и прежде, он не мог найти слов, чтобы сформулировать подходящий ответ. Она имела полное право презирать его так, как презирала сейчас.

— Ну? Почему ты все еще здесь?

Наконец он медленно выпрямился, выдержав разъяренный взгляд вдовы.

— Я хочу загладить свою вину…