Глава 47

Ванессу разбудили с первыми лучами рассвета и срочно вызвали на западную стену.

Уртфист прибыл.

Махус встретил ее на верхней ступеньке.

— Простите, аббатиса. Я намеревался спустить все свои войска со стены до восхода солнца, чтобы он сразу не увидел их, но они настигли нас слишком быстро. Должно быть, они путешествовали всю ночь. Боюсь, они хорошо нас рассмотрели и знают, что мы здесь.

— Не волнуйся так сильно, Махус. В конце концов, они узнали бы это, если только они не собираются вечно стоять на дороге.

— Пока что, похоже, они именно это и делают, — сардонически заметил Махус.

Ванесса подошла к бойницам, чтобы хорошо видеть дорогу. У нее перехватило дыхание, когда она впервые увидела войско Саламандастрона.

— Ого! Это впечатляет… почти пугает!

Серый утренний туман создавал потустороннюю атмосферу. Лорд Уртфист, в полном боевом доспехе серебристого, серого и черного цветов, стоял, как колосс, на дороге напротив главных ворот Рэдволла. Позади него огромным полумесяцем стояли зайцы Долгого патруля, десятки зайцев, и все их взгляды были устремлены на стены аббатства. Они не стояли по стойке смирно, но в их позах и глазах читалась готовность, словно они были готовы мгновенно отреагировать на любую неожиданность.

Александр стоял по другую сторону от Ванессы.

— Удивительно, что они все так стоят на открытом месте, — заметил он. — Если они думают, что у них есть враги в этом аббатстве, разве они не боятся, что в них будут стрелять?

— Ты удивишься, как быстро зайцы могут передвигаться, когда им это нужно, — ответил Махус. — Готов поспорить, у них даже есть шанс увернуться от выстрела из лука. Что касается Уртфиста, то его доспехи многое остановят. Но они приняли и другие меры предосторожности, — лис указал на равнину за канавой через дорогу от аббатства; Ванесса увидела, что там стоят еще около десяти зайцев, расположившихся еще более широкой дугой. — Видите, как они рассредоточены? Они отошли достаточно далеко, чтобы видеть по сторонам стены аббатства. Если вражеские силы нападут на них из-за стен Рэдволла, они смогут предупредить основной строй на дороге.

— Они нам показывают свои силы, конечно, — скрипнул зубами Алекс, — и я не могу сказать, что все это мне нравится. Ни капельки.

— Алекс, — сказала Ванесса, — все не так уж плохо. Мы могли этого ожидать. Если этим зрелищем все и ограничится, нам очень повезет, — она посмотрела на остальных: Монтибэнк, Арлин и леди Мина тоже были там. — Кто-нибудь пытался окликнуть их?

— Я не думал, что в этом есть смысл, аббатиса, — ответил Махус. — Как только они разглядели меня, то, похоже, не были настроены на беседу.

— Если Уртфист действительно ненавидит хищников так сильно, как нас убедил Уртблад, это неудивительно. Но теперь, когда здесь есть и лесные жители, было бы очень упрямо с его стороны не поговорить с нами. В конце концов, если он не хочет побеседовать с мышью, вряд ли в этом аббатстве найдется зверь, с которым он сможет вести переговоры!

Ванесса наклонилась вперед и обратилась к Уртфисту:

— Доброе утро, лорд, и приветствую вас! Что привело вас и ваших добрых зайцев в Рэдволл?

Барсук поднял на нее глаза.

— Кто ты? — потребовал он.

— Я аббатиса Ванесса, и…

Он перебил ее.

— Я сомневаюсь в этом!

Ванесса была настолько ошеломлена, что не смогла ответить. Махус бросил взгляд на леди Мину, Александра и Арлина и пробормотал:

— Как мы и боялись, он совершенно неразумен.

Настоятельница наконец обрела дар речи.

— Почему вы так говорите, лорд?

— Потому что мне сказали, что все вожди Рэдволла были убиты моим братом.

Ванесса заставила себя рассмеяться, но у нее это получилось весьма невесело.

— Тогда я рада сообщить вам, что это не так. Здесь не было убито ни одного редволльца. Мы все здоровы и надеемся, что так будет и впредь.

Угрюмый взгляд Уртфиста переместился на Махуса.

— Ни одна настоятельница Рэдволла не стала бы делить свой дом с тем, кого я сейчас вижу на стене. Скажи мне, кто ты, и больше не лги, иначе я отвечу на твой обман не только словами!

Несколько зайцев за его спиной несли длинные луки, почти такие же высокие, как они сами. Они стояли с опущенным оружием, но к их тетивам были прикреплены стрелы. Ванесса не сомневалась, что они могут выпустить стрелы в мгновение ока и со смертельной точностью.

— Я представилась, — властно заявила Ванесса, — и это больше, чем соизволили сделать вы!

— Вы знаете, кто я, и готовились к моему прибытию. Я — лорд Уртфист из Саламандастрона, а это зайцы моего Долгого патруля. Мы пришли, чтобы избавить Рэдволл от нечисти, что сейчас стоит за тобой рядом! — его взгляд снова обратился к мечнику. — Скажи мне — и на этот раз говори правду, если сможешь, — мой брат прячется среди вас? Или он покинул Рэдволл, оставив его убийцам и лжецам, и отправился распространять свое зло в других местах?

— Лорд Уртблад и большая часть его войск покинули нас несколько дней назад. Он приказал некоторым своим воинам остаться здесь, чтобы помочь нам защитить аббатство.

— От чего?

— От вас, лорд. Он боялся, что вы можете прийти сюда и навлечь беду. Он не был уверен в вашем нынешнем душевном состоянии. Его беспокоило, что ваша ненависть к хищникам могла сделать вас… неразумным.

Уртфист уставился на нее так, словно Ванесса произнесла что-то нечленораздельное. Затем он откинул голову и разразился хохотом. Но его громовые раскаты были еще более мрачны, чем ее собственный смех.

Он резко вновь устремил взгляд на Ванессу.

— Нет, настоятельница — если ты действительно такова, — я не намерен вести переговоры с теми, с которыми нет смысла. Или со лживыми лазутчиками, что выдавали себя за жителей Страны Цветущих Мхов, якобы спасаясь от моего брата после того, как он завоевал Рэдволл. Я не вижу признаков тирании в этом лесу, и все же я вижу хищников на стенах вашего аббатства. Ты говоришь, что мой брат был здесь, но не убил ни одного зверя. Меня обманули те лесные жители с равнин, или же меня обманывают сейчас. Что мне думать?

— Я и сама не знаю, что думать, — ответила Ванесса. — Я не знаю, что происходит между вами и вашим братом, и не знаю ничего о лесных жителях, говорящих, что Уртблад устроил в Рэдволле тиранию. Но я точно знаю, что у меня пересохнет горло, если мне придется продолжать взывать к вам отсюда. Давайте встретимся и поговорим как честные звери. Я приглашу вас внутрь, если вы пообещаете не причинять вреда никому в Рэдволле.

— Аббатиса, я настоятельно не советую вам этого делать! — вставил Махус.

— Похоже, твоему ручному лису это не слишком нравится, — отозвался Уртфист с дороги. — И у него есть на то основания. Если я войду в Рэдволл, то только со всеми своими зайцами, и мы не оставим в живых никого из его сородичей!

— Тогда вы не войдете в Рэдволл, — ответила Ванесса.

— Но я должен, чтобы убедиться, что вы та, за кого себя выдаете. Если вы откажете мне во входе, я могу лишь предположить, что вы самозванка. И в таком случае ни один из обитателей аббатства не может покинуть его. Я убью любого, кто попытается сделать это!

Ванесса отступила от бойниц.

— Понятно. Махус, пожалуйста, убери все свои войска с вершины стены. Алекс, я хочу, чтобы ты сказал всем братьям и сестрам подняться на западную стену. Я хочу, чтобы все мыши, кроты, ежи и белки, что поместятся на стене были здесь! Если кто-то из детей не спит в столь ранний час, пусть Маура приведет их сюда же. Мы покажем этому упрямому барсуку, что за звери на самом деле хозяйничают в Рэдволле!

Александр и Махус поспешили исполнить ее приказ. В кратчайшие сроки места северян Уртблада заняли более сотни лесных жителей, в основном мыши, одетые в одежды ордена Рэдволла. Юный Дорж тоже был там, вместе со своими друзьями; неуемный ежонок не собирался пропускать это зрелище. Маура следила за порядком, и даже монах Хью покинул свои печи, чтобы ответить на призыв настоятельницы. Это было далеко не все население аббатства — отсутствовали и сестра Аврелия, и Сирил, и Сайрус, и большинство выдр, и многие другие, — но этого было достаточно, чтобы донести до Уртфиста суть происходящего.

Ванесса перегнулась через стены, чтобы еще раз обратиться к воину-барсуку.

— Теперь вы видите, кто скрывается за этими стенами. Взгляните на эти лица, лорд. Неужели мы все самозванцы? Или вы теперь поверите, что Рэдволл и его обитатели не пострадали от лап вашего брата?

Уртфист окинул взглядом строй лесных жителей.

— Неплохое сборище. У вас даже есть свой барсук.

— Я — няня детей Рэдволла, — заявила Маура, — но я буду сражаться до смерти с любым, кто попытается причинить вред моим малышам!

— Я пришел сюда не для того, чтобы убивать добрых зверей, — сказал Уртфист. — Моя цель — освободить Рэдволл от моего брата. Если вы не самозванцы, оставленные им здесь, чтобы обмануть меня, то, боюсь, вы сами были ужасно обмануты, возможно, на свою погибель!

— Не знаю, что заставило вас сказать такое, — отозвалась Ванесса, — но мы можем обсудить эти вопросы как честные звери. Вы можете войти в Рэдволл, но только если поклянетесь, что не причините вреда ни одному зверю, даже хищникам из войск Уртблада.

— Я не могу дать такого обещания, — ответил Уртфист. — Я не буду отвечать за свои действия, если какой-нибудь мой враг окажется близ моего меча или моих когтей!

Леди Мина, остававшаяся на вершине стены, шепнула Ванессе:

— Это правда, аббатиса. Даже если он войдет внутрь один и согласится сдать оружие, барсука во власти Кровавого Гнева, почти невозможно остановить. Он сможет убить многих зверей одними лишь зубами и когтями, прежде чем мы сумеем расправиться с ним. Лорд Уртблад был прав: Уртфист ведет себя неразумно. Мы не можем рисковать и пускать его в аббатство.

Ванесса покачала головой.

— Я просто не могу отделаться от ощущения, Мина, что все это какое-то недоразумение. Уртфист ведет себя упрямо, но не безумно… если он действительно пришел сюда, ожидая найти всех нас убитыми. А его зайцы… они кажутся вполне собранными воинами. Не могу поверить, что они бы так преданно следовали за ним, если бы он действительно был безумен, — в ее глазах зажегся огонек. — Кстати, о зайцах, это наводит меня на мысль.

Она снова обратилась к Уртфисту.

— Лорд, вы знаете зайца по имени Ханчетт?

Барсук напрягся.