Глава 83

Возможно, это был не самые роскошные Именины в истории Рэдволла. Но переубедить в этом обитателей аббатства было бы невозможно.

Погода стояла солнечная и прекрасная, поэтому на лужайках расставили столы и скамьи, чтобы хватило места для всех членов их недавно расширившейся семьи. С приближением полудня столы постепенно заполнялись: одно за другим кухонная братия Хью выносила блюда, источавшие дивные ароматы. Самых надежных братьев и сестер поставили на стражу, чтобы дети, зайцы и выдры не слопали всё ещё до начала пира. Хью и его помощники действительно трудились всю ночь, и результат говорил сам за себя.

Главным блюдом стал овощной пирог с морковью, картофелем и густой коричневой подливкой, испеченный в самом большом котле, который только влез в печь. Ни один повар прежде не отваживался на такой подвиг, но Хью оказался ему под стать: корочка получилась золотистой и хрустящей по всей границе, а начинка — тягучей и горячей даже в самой середине. Этот кулинарный исполин был окружён двумя пирогами кротов, «глубже некуда»: один — по традиционному рецепту с картофелем, брюквой и свеклой, а второй — экспериментальный, с грибами, луком и водяными креветками, вдохновленный блюдом землероек, которое Винокур попробовал в Саламандастроне.

Эти основные блюда дополнял целый ряд салатов, гарниров, хлебов и десертов, каждый аппетитнее другого. Огромный салат из цветов Мшистого леса содержал понемногу всего, что росло в саду, а одуванчиковый салат был украшен ломтиками помидоров, толчеными желудями и тонкими полосками оранжевого чеддера. В гигантском фруктовом салате яблоки, сливы, груши и айва плавали в густом медовом сиропе. Сладкий крем из луговых трав украсили свежей клубникой. Те же самые ягоды вошли в огромный кекс, который пришлось нести вдвоем. Для заправки салатов предлагался пряный сливочный соус или масло с уксусом. Среди сортов хлеба можно было найти как грубый пшеничный, так и мягкий цветочный, яблочно-пряный, медовый, ореховый, а также хлеба с сыром, запеченным прямо в тесте, и целое сборище варений — ежевичное, малиновое, клубничное, красносмородиновое и виноградное. Морковный кекс с глазурью приготовили специально для зайцев. Рядом возвышались колеса и бруски белого, желтого и красного сыра, а также стоял горшочек с фирменным горячим сырным фондю от брата Хью. На десерт подавали крыжовниковую крамбль с мускатным кремом, многослойные пирожные с взбитыми сливками, лесной сливовый пирог с масляничным кремом и пудинги всех мастей.

Когда Хью дал знак, что всё готово, Сирил и Сайрус помчались к колокольне и с азартом затянули за веревки, возвещая начало пира. Из-под высокого свода аббатства вырвался целый рой воробьев и стремительно спикировал вниз, чтобы присоединиться к земляным зверям. Каждые мышь, крот, белка, еж, выдра, заяц, барсук — да, и горностай с лаской тоже — заняли свои места за столами. Исключение составил только невысокий детский стол, а также богато украшенное кресло настоятельницы во главе самого большого стола. Всем прочим было дозволено садиться, где вздумается. А поскольку рэдволльцы славились тем, что прекрасно ладят друг с другом, куда важнее было поскорее занять место, чтобы приступить к еде, чем выбирать, кто окажется по соседству. Всё же Брогген и Смоллерт стали исключением — Сирил и Сайрус позаботились о том, чтобы их новые друзья разделили с ними свой первый Праздник Именин в Рэдволле.

Наконец, все заняли свои места и устроились как следует. По традиции, никто не мог даже отведать ни крошки, ни пригубить ни глотка из этого богатого пира, пока настоятельница не произнесет благодарственную молитву и официально не объявит название нового сезона. В ожидании наступила тишина, нарушаемая лишь приглушенными смешками за детским столом да сдержанными воробьиными пересудами. Хоть рэдволльцы и были готовы наброситься на угощение, не меньший их интерес вызывало имя, которое получит эта осень. Ванесса упорно отказывалась давать даже малейший намек на свой выбор, так что предположения строились самые разные.

— Дорогие мои друзья, — начала Ванесса. — Знаю, вы все с нетерпением ждете благодарственную молитву и название сезона, поэтому я решила немного отступить от традиции и объединить их воедино. В честь Винокура, нашего бесстрашного посланника мира, и в честь Долгого патруля, ставшего частью нашей семьи, я сочинила для этого особую молитву. Начнем.

За всеми столами звери взялись за лапы с соседями и склонили головы в благоговейном молчании. В стороне от основного собрания воробьи опустили головы так же, а некоторые из них даже коснулись друг друга кончиками крыльев. Ванесса начала молитву, и ее ясный голос донесся до каждого уха.

Дар садов, пруда, полей,

Мы разделим поскорей.

Выдра, белка, заяц, крот —

Вместе крепок наш оплот!

Друг пернатый в небе мчит,

Барсучиху-мать почтим.

Вспомним тех, кто и вдали,

Путь домой их охрани!

В бурях, стужах, средь войны