Глава 1475. Преемственность Истины
Бессмертная “Голода”, не тратя времени на размышления, мгновенно погрузилась в осмысление полученных наставлений. За годы уединённых тренировок она хорошо усвоила, что подобные озарения в постижении Дао подобны вспышкам — они загораются на мгновение и тут же гаснут. Не успеешь ухватить суть — и откровение растворится в безбрежном океане мыслей.
Не надеясь на повторную милость наставника, она всецело отдалась постижению открывшейся истины. И действительно, десять тысяч лет медитаций не прошли даром — её понимание пути «Голода» достигло поистине удивительных высот. Едва приняв позу лотоса, она окуталась волнами таинственной энергии, в точности повторяющими узор следов Безымянного под ней.
«Подтолкнуть её к постижению безымянности оказалось даже проще, чем я предполагал», — мысленно отметил Ли Фань.
Хотя он давно заметил иероглиф “Голод” на земле Обители Бессмертных, но даже с его талантом и опытом множества перерождений его понимание пути «Голода» не могло сравниться с уровнем постижения нынешней Бессмертной “Голода”. Причина, по которой ему удалось несколькими фразами подвести её к внезапному просветлению, крылась в том, что Безжалостный Ли, используя силу Хранителя Холма, напрямую транслировал ей понимание, основанное на наблюдении за следами Безымянного. Такой взгляд с высоты, указывающий прямо на суть, естественно, превосходил всё, чего она могла достичь в своём уединённом совершенствовании.
Наставление Безжалостного Ли стало тем решающим толчком, который ей требовался. Хотя, по правде говоря, Бессмертная “Голода”, находившаяся в шаге от прозрения, и не требовалась ничья помощь для достижения уровня Истинного Бессмертного — разве что времени понадобилось бы больше. Возможно, позже она это осознаёт, но сейчас, погружённая в самую гущу событий, она ещё не постигла эту истину, всецело отдавшись постижению Дао.
Безжалостный Ли отступил в сторону, незаметно наблюдая. Её тело, недавно наполненное силой, снова иссохло, став подобным скелету — явный признак того, что она погрузилась в состояние постижения пути «Голода». Находясь на этом пути, она инстинктивно стремилась поглотить всё окружающее.
Колоссальная сила притяжения, временно исчезнувшая с появлением Безжалостного Ли, внезапно возникла вновь вокруг Бессмертной “Голода”, став даже мощнее прежнего! Во всём космосе лишь земля Обители Бессмертных и стоящий на ней Безжалостный Ли оставались неподвижными, тогда как всё остальное неудержимо устремилось к Обители, превратившейся в гигантский водоворот.
В мире Сюаньхуан едва возродившаяся жизненная сила под воздействием этого могучего притяжения оказалась на грани исчезновения, трепеща, словно пламя свечи на ветру. К счастью, Ли Фань успел развернуть проекцию сети Дао, защитив весь мир, и попытался оттянуть мир Сюаньхуан к границе звёздного моря, подальше от Обители Бессмертных.
«По сравнению с прежней эта внезапно вспыхнувшая сила притяжения стала намного мощнее, — нахмурившись, подумал Ли Фань, глядя в сторону Обители Бессмертных. — Значит, раньше Бессмертная “Голода” намеренно сдерживалась…»
Словно в подтверждение его догадки, в безмолвном космосе раздался чистый металлический звон: хрясь-хрясь… Это золотые цепи, опутывающие тело Бессмертной “Голода”, сжались ещё туже, словно пытаясь не только сковать её движения, но и обуздать её желание поглотить весь мир в состоянии крайнего голода.
«Лишь в состоянии предельного голода можно по-настоящему постичь путь голода, — размышлял Ли Фань. — Метод совершенствования через самоистязание, как у странствующих монахов…»
Золотые цепи впивались в иссохшую плоть, скрежетали о кости, издавая жуткий звук, но Бессмертная “Голода” оставалась неподвижной, молча перенося и собственные желания, и причиняемую боль. Путь голода был подобен свирепому зверю в клетке — как бы яростно он ни рвался на свободу, он оставался накрепко заперт в этом теле. И странным образом именно такой метод контроля через неутолённые желания заставлял эффективность её постижения Дао неуклонно расти.
Внимательно наблюдая за всеми изменениями, происходящими с Бессмертной “Голода”, и пытаясь поставить себя на её место, Безжалостный Ли начал улавливать определённые закономерности. «Чем глубже погружаешься в муки пути, тем лучше постигаешь его суть, — понял он. — Этот способ постижения Дао… Он немного напоминает обратную практику сердца Дао по Мантре Чистого Сердца Сюаньхуан Бессмертных. Неужели это унаследованный метод из мира Бессмертных?»
Наблюдая и размышляя, Безжалостный Ли сразу заметил разницу в скорости течения времени, вызванную возобновившейся силой притяжения Обители Бессмертных. Не успел он среагировать, как в мире Сюаньхуан промелькнуло три месяца, а за пределами Высокой Стены пронеслось целых тридцать лет! И эта разница продолжала увеличиваться.
К счастью, за эти тридцать лет не случилось ничего, что потребовало бы вмешательства силы призрака Хранителя. Цянь Жо Чан из Северного Звёздного Моря и Бессмертный Небытие несколько раз наносили визиты, докладывая о ходе сотрудничества. Ли Фань лишь отстранённо отвечал «понятно» и больше ничего не говорил. Понимая намёк, они не стали докучать и удалились.
Только что был в прошлом тридцатилетней давности — и вот уже перенёсся на тридцать лет вперёд. Бесчисленные картины, пережитые истинным телом, медленно всплывали в сознании одна за другой. От такой колоссальной разницы в восприятии времени даже Безжалостный Ли ощутил дискомфорт, у него закружилась голова. Тело из сети Дао проявило едва заметное искажение, которое мог заметить только он сам — словно взгляд сквозь мыльный пузырь, всё казалось нереальным.