Глава 1251. Призыв Будды-Императора
Фан Хань понимал, что его нынешнее положение всё ещё сопряжено с опасностью. Несмотря на внешнее величие, его сил было недостаточно.
С нынешним уровнем культивации при встрече с настоящим Святым он мог лишь надеяться сохранить жизнь. И это было лишь вероятностью — шансы на успех составляли всего пятьдесят процентов.
Более того, среди Святых тоже существовала иерархия. С начальным уровнем он ещё мог надеяться сбежать, но встретив опытного мастера — среднего, высокого уровня или пика Святого, не говоря уже о полу-Бессмертном Пределов, — он, вероятнее всего, погиб бы мгновенно.
Поэтому только переработка тела Бессмертного Пределов, Небесного Дзен Будды-Императора, могла дать ему возможность по-настоящему противостоять Святым. Фан Хань даже подумывал о том, чтобы превратить это тело в своего аватара.
Создав обитель среди пространственных разломов в самом сердце Небесного Царства Вознесения, он приступил к спокойной медитации. Взмахом руки он призвал тело Небесного Дзен Будды-Императора, и оно предстало перед ним.
Будда-Император выглядел как живой: на нём не было ни следа разложения, а по всему телу непрерывно циркулировала энергия Великой Техники Кармы. Та версия этой техники, которой владел сам Фан Хань, не достигала и одной десятитысячной доли мастерства этого Будды.
Как только Фан Хань извлёк тело Будды-Императора, вся обитель мгновенно озарилась светом Будды. Десятки демонов содрогнулись, ощутив инстинктивный, леденящий ужас.
Сама природа демонов подавлялась светом Будды. Им повезло лишь в том, что после подчинения Боевым Гегемоном их сущности были очищены божественной волей боевого пути, иначе под лучами этого света они бы уже давно начали дымиться и распадаться.
Тело Будды-Императора хранило в себе несравненную мощь. Несмотря на смерть, от него исходила величественная аура. Казалось, стоит его ладони, сложенной в священную печать, шевельнуться, и она сможет разорвать сами небеса.
Фан Хань провёл серию прорицаний и пришёл к выводу, что мощь этого тела безгранична. Если сложить силы Сокровища Тридцати Трёх Небес и Пагоды Восьми Частей, они не составят и сотой доли той энергии, что была заключена в этом теле. К сожалению, вся эта мощь была запечатана внутри Великой Техникой Кармы, и как бы он ни пытался её переработать, ни капли энергии не просачивалось наружу.
Это было истинное «безупречное тело», не знающее потерь.
Фан Хань высвободил свою внутреннюю силу. Потоки Техники Превращения Всего Сущего в Драконов захлестнули тело Будды, но не смогли даже зацепиться за него — вместо переработки энергия драконизации была попросту поглощена. Удары энергии меча постигла та же участь.
Силы Истока, Творения, Свободы — одна за другой обрушивались на тело Будды, но безрезультатно. Напротив, чем яростнее Фан Хань атаковал останки, тем ярче и торжественнее становился свет Будды. Лишь талисман Будды Безграничной Свободы мог хоть немного сдерживать это сияние.
— Время течёт, и ушедшее не вернуть, — прошептал Фан Хань.
Щелчком пальцев он заставил время в обители ускориться. Законы времени в Бессмертном Мире были невероятно стабильны, и лишь мастера на уровне Золотого Бессмертного могли пытаться их изменить. Однако Фан Хань, пребывая в состоянии Полусвятого, мог ускорять время буквально по мановению руки.
Сжигая огромное количество изначальной энергии, он настроил временной поток так, чтобы один час во внешнем мире равнялся тысяче лет внутри обители. В тишине и покое он начал прорицать способ закалки тела Небесного Дзен Будды-Императора.
Этот Будда-Император стал самым сложным сокровищем, которое ему когда-либо приходилось перерабатывать. Фан Хань чувствовал себя беспомощным, словно столкнулся с непреодолимой преградой. С его нынешним уровнем Полусвятого он мог бы подчинить даже артефакт королевского класса, но тело Будды-Императора не поддавалось никакому воздействию.