Глава 1256. Разрешение кризиса

Три Бессмертных Пределов один за другим пытались совершить покушение, но так и не смогли ни на йоту навредить Небесному Дзен Будде-Императору.

Фан Хань и в страшном сне не мог представить, что эта мумифицированная плоть обладает столь сокрушительной мощью. Впрочем, винить себя ему было не в чем: завладев телом Небесного Дзен Будды-Императора, он не раз пытался прорицать его суть, но каждый раз, стоило его сознанию лишь слегка коснуться этой оболочки, как вся сила и воля Фан Ханя бесследно поглощались. Заглянуть внутрь было невозможно.

Он знал лишь одно: этот Будда невероятно силен. Но насколько именно — оставалось для него загадкой.

«Слишком силен… Это превзошло все мои ожидания, совершенно превзошло! Такая мощь… она просто ужасает», — Фан Хань был охвачен волнением, однако в его теле в этот момент стремительно сгорали запасы жизненной силы.

Та невероятная боевая мощь, которую сейчас демонстрировал Небесный Дзен Будда-Император, целиком зависела от сжигаемого долголетия Фан Ханя и призыва Малой техникой Судьбы. Стоило ему прекратить действие техники, и Будда мгновенно превратился бы в безжизненный труп.

Бам!

Энергия меча худощавого старика, достигшего уровня Бессмертного Пределов, разлетелась вдребезги. Он попятился, а Небесный Дзен Будда-Император, чей взгляд стал острым и пронзительным, нанес сокрушительный удар ладонью, подобный обрушению гор и морей.

— Дзен-возможность повсюду!

Это была еще одна древняя тайная техника Врат Будды, способная изменять небесные тайны и обращать Небо и Землю. Под гигантской ладонью Небесного Дзен Будды-Императора всем живым существам оставалось лишь взирать снизу вверх, отдаваясь на милость творца этой мощи.

Хрусть!

Худощавый старик, этот древний мастер уровня Бессмертного Пределов, был отброшен прочь. Словно выпущенный из пушки снаряд, он пролетел через весь зал, изрыгая в воздухе фонтаны крови. Высший его уровня, находящийся на начальных ступенях этого ранга, не имел ни единого шанса выстоять против такого древнего титана, как Небесный Дзен Будда-Император.

Трое Высших из клана Хуа атаковали одновременно, и все трое были наголову разбиты Небесным Дзен Буддой-Императором.

Все Святые и Великие Бессмертные повскакивали со своих мест, в страхе отступая назад. Глядя на этого ужасающего Будду, они не могли проронить ни слова — в их сердцах царил лишь первобытный ужас.

Остальные Бессмертные Пределов из клана Хуа, видя такое положение дел, приготовились нанести совместный удар. Даже Высшие из других кланов не смогли сдержаться — как бы то ни было, Небесный Дзен Будда-Император был мастером из иного мира, и позволять ему так безнаказанно бахвалиться силой в самом сердце Врат Вознесения было немыслимо.

В тот самый миг, когда напряжение достигло пика и битва была готова вспыхнуть с новой силой, вмешался Юй Хуан, Верховный Наставник Врат Вознесения. Он шагнул вперед прямо из пустоты.

Его взгляд намертво впился в Небесного Дзен Будду-Императора.

Будда, словно почувствовав угрозу, обернулся и посмотрел на него.

— Долголетие, равное Небу и Земле…

— Именно так, — голос Юй Хуана звучал спокойно, но весомо. — Небесный Дзен Будда-Император, как ты пробудился? Говорят, ты давно мертв, а мертвые не возвращаются к жизни.

— Невыразимо, о том нельзя сказать. Намо[1], Будда Безграничной Свободы, — промолвил Небесный Дзен Будда-Император, смиренно опустив взор.

Внезапно он нанес удар буддийской техникой прямо в воздухе, целясь в Юй Хуана. — Я мертв уже много лет и давно не сражался с равным себе по рангу. Надеюсь, ты сможешь меня порадовать.

— Как пожелаешь!

Юй Хуан вытянул два пальца, превращая их в подобие меча, и резко полоснул по пустоте. Техника Будды была мгновенно рассечена. Взмахнув широким рукавом, Верховный Наставник превратил ладонь в лезвие ножа и сделал резкий выпад. Чик! Река ножевого сияния устремилась к сверкающей лысине Небесного Дзен Будды-Императора.

— Намо, Вершина Ваджры!

С еще одним громоподобным криком над головой Будды возник золотой ореол, который в мгновение ока сокрушил сияние ножа. Следом за этим тело Будды оказалось прямо перед Юй Хуаном. Огромный кулак сложился в печать, напоминающую сердце или нерожденный плод, и нанес прямой, как таран, удар.