Глава 1570. Город Неба и Земли
— Сокровище Тридцати Трёх Небес наконец-то успешно закалено, достигнув Царства Единства с Небом и Землей. Плоть и кровь Небесного Владыки Многочисленных Сокровищ действительно оказались поразительными. Теперь, когда я владею иероглифом «Сокровище», я обрел власть над всеми ценностями в подлунном мире. Даже Владыка Неба и Земли, который сам является Божественным артефактом, вряд ли сможет полностью противостоять этой силе. Хм! Как они посмели преследовать Фан Цинсюэ? Все мастера Мира над мирами, посягнувшие на неё, должны умереть.
Фан Хань сидел в позе лотоса на вершине одной из гор Мира над мирами. Он впитывал духовную энергию небес и земли, поглощая эссенцию солнца и луны. В его теле вращались бесконечные тайны Врат Бессмертия. Наконец он полностью усвоил всё, что получил после убийства Небесного Владыки Высшего и Небесного Владыки Многочисленных Сокровищ.
Улов в этот раз был поистине небывалым. Только магических символов прибавилось немало: иероглифы «Гора» и «Море», иероглиф «Доспех» и иероглиф «Сокровище». Каждый из них обладал невероятной мощью, способной подавлять вечность.
Кроме того, такие сокровища, как Девять Чистых Сияний, Меч Рассекающий Пустоту, Колесо Небесного Пути, Божественное Оружие Измерений, Царь Доспехов и Река Мириад Сокровищ, окончательно слились с его телом, значительно обогатив его собственный Путь Эры. Каждый артефакт, что когда-то принадлежал Небесному Владыке Многочисленных Сокровищ, был верхом совершенства, вызывая невольное восхищение.
Но даже эти артефакты отходили на второй план по сравнению с самим телом Небесного Владыки Многочисленных Сокровищ. Его необычайно крепкая плоть обладала свойствами Божественного артефакта. Соединившись с Сокровищем Тридцати Трёх Небес, она привнесла в него частицу сдерживающей силы. Иными словами, между путями Бессмертного Короля Истока и Бессмертного Короля Творения существовали фундаментальные противоречия.
Благодаря этому Фан Ханю стало ещё проще управлять Сокровищем Тридцати Трёх Небес, используя останки Небесного Владыки Многочисленных Сокровищ как связующее звено. Теперь, даже если Бессмертный Король Творения самолично явится из Врат Бессмертия, он не сможет отобрать у Фан Ханя его главное сокровище.
Теперь, когда Небесный Владыка Высший, Небесный Владыка Многочисленных Сокровищ и все их артефакты стали частью Фан Ханя, он преодолел все преграды и достиг уровня развития в четырнадцать циклов. Его мастерство в технике Великой Судьбы также возросло; фантомное изображение Врат Бессмертия в его глазах становилось всё более четким.
Фан Хань чувствовал, что если ему удастся увидеть истинные Врата Бессмертия, он сможет довести технику Великой Судьбы до совершенства. После очередного крещения его сила поднимется на новую, недосягаемую ступень.
Теперь он не боялся никого. Одним ударом руки он мог закрыть солнце и луну, истребляя любое непревзойденное существо.
«С моей нынешней силой раздавить Хуа Тяньду, Девятую Небесную Владычицу Таинств, Черного и Белого Посланников и прочих деятелей Небесного Двора — всё равно что прихлопнуть муравья. Но спешить с ними не стоит. Сейчас многие могущественные враги ополчились против Фан Цинсюэ, и я должен сначала спасти её. Интересно, какого уровня она достигла?»
Он поднялся на ноги и огляделся. Фан Хань уже принял решение: по сравнению с Хуа Тяньду, Владыкой Войны или Небесной Матерью, спасение Фан Цинсюэ было первостепенной задачей. Со всеми остальными он сможет разобраться в любой момент.
Вспорхнув, он устремился в самую глубь Мира над мирами, направляясь к Городу Неба и Земли — крупнейшему мегаполису, о котором ходили легенды. Город Неба и Земли находился под властью Владыки Неба и Земли. О нем говорили как о мастере пятнадцати циклов, с которым не могли справиться даже Бессмертные Короли. Его слава гремела повсюду, хотя он никогда не появлялся в Бессмертном Мире, словно опасаясь, что тот осквернит его драгоценное тело.