Глава 1611. Зверь Года
Никто не ожидал, что на Поле битвы Бессмертных Королей обнаружится третья сила. Этот союз, состоящий из племени Дикарей, расы Демонов и расы Зверей, был невероятно могущественным и мог на равных противостоять Фан Ханю и Хуа Тяньду.
Демоны и звери издревле были неразделимы. Демоны — это звери, а звери — это демоны. Что же касается племени Дикарей, то это была группа варваров, живших бок о бок с демоническими зверями. Неудивительно, что они решили объединиться.
— Хм! Вы, демонические звери и дикари, решили, что сможете нажиться на нашей вражде? Не так-то просто! — Хуа Тяньду, который теперь никого не боялся, внезапно сделал резкое движение. Его пальцы сжались в кулак, воплощая иероглиф «Уничтожение», который глубоко запечатлелся в самой пустоте.
Прогремел взрыв. Огромные пласты пустоты начали аннигилировать; мощь этого удара была сопоставима с великим взрывом вселенной.
Однако в тот самый миг, когда прогремел взрыв, из глубин пустоты донеслось колебание силы. Медленно вытянулась огромная звериная лапа, под давлением которой все волны внутренней силы Хуа Тяньду мгновенно угасли. Атака была полностью нейтрализована.
— Хуа Тяньду, хоть ты и получил поддержку Бессмертных Королей, а твоя культивация достигла уровня семнадцати циклов, я ни капли тебя не боюсь. Если хочешь битвы — я приму вызов. Посмотрим, чьи достижения выше: твои или внутренняя сила моего Пути Зверя.
Вслед за лапой из слоёв тумана показалось исполинское древнее чудовище. Оно было намного крупнее любого божественного зверя; казалось, оно способно поглощать целые циклы и управлять временем и пространством. Оказавшись на свету, тело зверя начало колебаться и уменьшаться, пока не превратилось в таинственного незнакомца, облачённого в тёмный плащ странника.
Этот таинственный тёмный странник был воплощением того древнего зверя. Лица его не было видно, но от него исходила явственная аура величайшего из зверей, царя всех хищников. Ни один божественный зверь, свирепый монстр или лесное существо не могли сравниться величием с ним.
Никто не знал, из какого далёкого цикла пришёл этот старый мастер, но колебания его внутренней силы ничуть не уступали мощи Хуа Тяньду или Фан Ханя. Его культивация также находилась на уровне семнадцати циклов.
— Это же… — при виде тёмного странника глаза Тай Хуантяня расширились от шока. С трудом он выдавил одно лишь имя: — Нянь!
Стоило прозвучать этому имени, как все Небесные Владыки переменились в лицах. Среди тех, кто обитал в Мире над мирами, было немало древних существ, проживших более десяти циклов, и все они знали, что величайшим и самым могущественным из царей зверей на Пути Зверя является Зверь Года — Нянь!
В каждом цикле существовали легенды о Няне. Он олицетворял завершение одного года и начало другого; это был самый свирепый и пугающий зверь, не оставляющий врагам ни единого шанса на спасение.
Говорили, что Нянь обладает мириадами воплощений, и люди в каждой цивилизации Эры когда-то страдали от его набегов. На исходе каждого года его воплощения являлись миру, чтобы поглотить всё сущее.
Нянь был легендой, живым мифом. Его статус был неизмеримо выше любых божественных существ: ни Куньпэн, ни божественные драконы, ни фениксы, ни Красная Птица, ни Черная Черепаха не могли с ним сравниться. Согласно преданиям, сам Владыка Мириад Зверей, некогда возглавлявший цивилизацию Пути Зверя, тоже был Зверем Года.
Появившийся сейчас Нянь был сыном Владыки Мириад Зверей, но и он сам уже прожил более десяти циклов, превратившись в непревзойдённого мастера. Его появление на Поле битвы Бессмертных Королей заставило всех Небесных Владык замолчать. Слава Няня была столь кровавой и пугающей, что она пропитала каждую цивилизацию, и в сердцах мастеров невольно пробуждался первобытный страх.