Глава 897. Разбить до смерти
— Совершенный Святой Меч, бессмертный артефакт небывалого класса!
Ми Бао, увидев вспышку клинка, сразу поняла, что это священный меч главы секты Небесного Края. Этот священный меч был чрезвычайно знаменит. Он не передавался с древних времён, а был создан самим главой секты Небесного Края. Он был выкован по методу, записанному в высшем секретном трактате секты — Тайном Трактате Древних Совершенных Мудрецов.
По логике вещей, обычный Небесный Бессмертный никак не мог создать бессмертный артефакт, ибо даже низкокачественный бессмертный артефакт содержал куда больше законов бессмертного пути, чем сам бессмертный. Для успешного создания требовалось кровавое жертвоприношение многих мастеров уровня Небесного Бессмертного и их законов бессмертного пути. Лишь после слияния всего в одной печи и восполнения Великого Пути это становилось возможным. Более того, в момент создания бессмертного артефакта на него обрушивались бедствия, а в качестве основного руководящего принципа должны были выступать законы Духовных Бессмертных.
Поэтому Высшие Девять Чистых Небес, включая многочисленных Владык Пути и гигантов секты Небесного Края, не имели бессмертных артефактов. Даже Бессмертная Тыква Перерождения Цзу Цинтина была оставлена с древних времён. А Линейка Святого Пути Небесного Края Я Убэня и вовсе досталась от древнего предка секты Небесного Края; нынешние люди просто не обладали способностью создавать такие вещи.
Однако «Совершенный Святой Меч» был единственным бессмертным артефактом секты Небесного Края, успешно созданным Я Цзун Дао.
По слухам, Я Цзун Дао тридцать шесть тысяч семьсот раз входил в домен демонов, чтобы тайком нападать на мастеров уровня Святых Демонов. Он девять раз был на волосок от смерти, убил нескольких Святых Демонов, а затем случайно обнаружил в одном из тайных царств скелет вознёсшегося Духовного Бессмертного. В конце концов, он провёл восемьсот десять тысяч лет в уединении, чтобы создать этот Совершенный Святой Меч. После создания бессмертный артефакт стал непобедимым; он мог убивать врагов, находящихся за Небесным Краем, подобно несравненному гению среди Небесных Бессмертных.
Именно поэтому, имея такого брата-главу секты, Я Убэнь был столь нахален: он бесцеремонно вошёл в секту Высших Девяти Чистых Небес, угрожая всем вокруг, а после смерти Владыки Сокровищ немедленно приступил к захвату Мира Совершенствования.
Один удар мечом лишил света солнце и луну, затмил мириады звёзд, весь блеск сосредоточился на клинке. Четыре звучных слова разнеслись в воздухе:
— Меч и есть Путь!
— Меч и есть Путь!
…
Бесчисленные вспышки клинка окутали всё вокруг, в воздухе раздались голоса древних мудрецов. Этому удару мечом никто не мог противостоять, в нём чувствовалась даже частица изменчивости реки судьбы.
Когда свет клинка обрушился на Фан Ханя, его лицо оставалось безмятежным. Он сомкнул руки, и десять когтей изначального дракона вытянулись, чтобы схватить свет клинка. Он просто взял его!
Совершенный Святой Меч, зажатый между его ладонями, беспрерывно метался и рубил, но никак не мог вырваться. Более того, из его рук вырвался Драконий Огонь Пагоды, распространился ореол Зеркала Предков-Шаманов, а тени Сокровища Тридцати Трех Небес мерцали на клинке.
Хруст-хруст.
Бессмертная сила циркулировала, и на Совершенном Святом Мече стали появляться драконьи чешуйки. Он начал трансформироваться в дракона.
Фан Хань теперь мог мгновенно драконизировать любой артефакт Пути совершенного качества, не прошедший громовое бедствие. Даже если это был древний артефакт Пути совершенного качества, прошедший громовое бедствие, он мог, просто схватив его, немедленно превратить его в истинного дракона, чтобы тот слился с его телом, увеличивая его силу и укрепляя Пагоду Восьми Частей.