Глава 296. Похищение

То, что другие силы ополчились против Нин Чжо и желали ему зла, Нин Сяожэнь только приветствовал. Но теперь, когда убийца втянул в это его самого, ощущения были просто отвратительными!

Нин Сяожэнь меньше всего на свете хотел расплачиваться за грехи своего врага, да ещё и рисковать при этом собственной головой. Он заставил себя успокоиться, пытаясь найти выход. Первой мыслью было: «Сначала нужно избавиться от этого паразита внутри!»

Однако стоило ему только об этом подумать, как паразит в его сердце внезапно активизировался. Нин Сяожэнь снова повалился на землю, катаясь от боли и издавая душераздирающие крики.

— Если я открыто попрошу помощи, то, скорее всего, просто умру от боли в тот же миг!

Он наконец осознал, что убийца в маске, отпустив его на свободу, был абсолютно уверен в своём методе контроля. Тот заранее предусмотрел возможность того, что Нин Сяожэнь решит обратиться к целителям.

— Мне нужно найти отца, только он сможет помочь. Остальные, скорее всего, не знают способа извлечь этого паразита, да и не станут искренне помогать мне.

Однако глава клана Нин не входил в Божественный Дворец. Он всё ещё находился в городе Огненной Хурмы, занимаясь общими делами семьи. Нин Сяожэнь не мог связаться с ним немедленно и не осмеливался самовольно покинуть дворец.

Оказавшись в безвыходном положении, Нин Сяожэнь был вынужден действовать согласно воле убийцы, надеясь лишь максимально выиграть время.

Немного передохнув, он вышел из дома и направился к нынешнему месту жительства Нин Чжо. Проведя разведку, Нин Сяожэнь снова впал в отчаяние.

Жилище Нин Чжо и Нин Цзюфаня охранялось крайне строго. Вокруг двора плотными кольцами стояли культиваторы клана Нин — там были не только люди из главной ветви, но и множество представителей боковых ветвей и членов Гильдии Нищих.

— Я никак не смогу подобраться к центру лагеря. Даже просто встретиться с Нин Чжо будет крайне трудно! Как же мне создать ему проблемы? — Нин Сяожэнь забился в тёмный угол, чувствуя, как внутри него нарастает безнадёга.

В этот момент из ворот, важно вышагивая и высоко задрав голову, вышел молодой культиватор. За ним следовала свита из нескольких человек, наперебой старавшихся ему угодить. Это был не кто иной, как Нин Цзи.

Польщённый вниманием, Нин Цзи сиял от счастья. Время от времени он доставал пилюли или духовные камни и небрежно раздавал их подчинённым. От этого льстивые возгласы вокруг него становились ещё громче.

Глядя на это, Нин Сяожэнь почувствовал, как его глаза наливаются кровью от гнева. Разве этот сопляк не двоюродный брат Нин Чжо? Как только Нин Чжо возвысился, этот бездельник тут же бросил службу в Зале Талисманов, чтобы пристроиться под крыло родственника.

— Как он сорит деньгами… Тьфу, ничтожество, дорвавшееся до власти!

Сердце Нин Сяожэня наполнилось горечью и обидой. Когда-то именно он был тем, перед кем все заискивали. Но времена изменились: теперь какой-то невзрачный культиватор стадии Укрепления Духа из побочной ветви ходит в фаворитах, а он, Нин Сяожэнь, вынужден прятаться в тени!

— Небеса несправедливы! — простонал он про себя.

Нин Сяожэнь пристально следил за Нин Цзи, желая переломать этому наглому юнцу все кости. И вдруг его осенило.

— Постойте! Я не могу подобраться к Нин Чжо, но я вполне могу разделаться с этим щенком Нин Цзи. Убийца велел мне помешать Нин Чжо. Если я похищу Нин Цзи и отправлю письмо с требованием выкупа, разве это не будет отличной помехой?

В глазах Нин Сяожэня вспыхнул зловещий огонек, и он начал скрытно преследовать Нин Цзи.

Пройдя некоторое расстояние, Нин Сяожэнь нашёл удобный момент и уже приготовился напасть, но внезапно заколебался. «Я не должен делать это лично. Слишком рискованно! Нужно найти кого-то другого, кто нанесёт удар вместо меня».

Но кого он мог найти? Нин Сяожэнь больше не был молодым главой клана. Он был изгнанником, одиноким и лишенным поддержки. Однако его изворотливый ум быстро подсказал решение — бабушка Нин Сяохуэй!

Старуха всё глубже погружалась в безумие, и проблески разума посещали её всё реже. После того как она получила тяжёлые ранения в бою с монстрами, её перевели в тыловой лагерь для лечения — туда же, где восстанавливал силы Нин Сяожэнь.

Он нашёл её лежащей на больничной койке. Первое же его предложение заставило старуху вскрикнуть от возбуждения:

— Бабушка Хуэй, я знаю, где Нин Сяохуэй.

— Тише, тише! — поспешно зашипел Нин Сяожэнь. — Если враги услышат, они тут же увезут её отсюда.