Глава 497. Ночь беспорядка
В просторном зале двенадцать массивных колонн из золотого нанму были украшены искусной резьбой в виде небесных драконов. Каждая чешуйка и коготь были проработаны до мельчайших деталей, а дополнял их изысканный облачный узор. В пастях драконьих голов покоились светильники божественного стекла, заливая помещение мягким сиянием.
Гостей было много, и в основном это была молодёжь. Сама эпоха диктовала свои условия: старшее поколение постепенно уходило в тень, и, как поговаривали, теперь наступало время молодых — именно им предстояло нести знамя будущего.
Цинь Мин не мог вечно отклонять приглашения, и это было уже третье собрание в столице империи Юй, которое он посетил.
— Брат Цинь, не думал ли ты о том, чтобы отправиться практиковать на Девять Небес? — к нему подошёл Фэн Чжигэ. В руке он держал светящуюся в ночи чашу; вино в ней, подобно жидкому нефриту, переливалось всеми цветами радуги и источало густой аромат.
С тех пор как завершился открытый поединок на арене против Цуй Чунхэ, различные силы — как открыто, так и тайно — начали искать встречи с юношей. Цинь Мин стал желанным гостем для многих крупных организаций. Даже небожители обратили на него свой взор, отправляя посланников для установления контакта.
Цинь Мин вежливо отказался:
— На Девяти Небесах полно выдающихся талантов, каждый из которых подобен Яростному Солнцу в зените. Мои скромные достижения на их фоне померкнут. Давление там слишком велико, так что я, пожалуй, воздержусь.
Скрывая свои личности Сторонника развития царств и Одного Меча, он и помыслить не мог о том, чтобы добровольно явиться на Девять Небес и предстать перед взорами тех старых мастеров. Он скорее искал способ держаться от них как можно дальше.
Янь Чжохуа, чьи волосы лоснились подобно шёлку, а изящный наряд цвета тумана подчёркивал её статную фигуру, слегка улыбнулась:
— Брат Цинь, ты слишком скромен. Твой потенциал ничуть не уступает Яростному Солнцу. К тому же атакующая мощь Силы Хаоса поразительна. Даже в высших сферах она наверняка вошла бы в десятку величайших тайных канонов.
Лу Чэньюань и Су Можань стояли рядом; они согласно кивнули, разделяя это мнение.
Цинь Мин покачал головой:
— Вы многого не знаете. Силу Хаоса невероятно трудно практиковать. На первых трёх стадиях всё ещё терпимо, но в четвёртом царстве сложность резко возрастает. Особенно на позднем этапе Сердечного Светильника — это всё равно что идти по канату над бездной: одно неверное движение, и скрытые изъяны приведут к гибели.
Су Можань, у которой с Цинь Мином были неплохие отношения, действительно поверила в его опасения и попыталась утешить:
— Превосходные истинные писания и высшие методы всегда направлены на достижение запредельной мощи, поэтому в них неизбежно таятся те или иные опасности. Это общая проблема всех великих техник.
Цинь Мин вздохнул:
— Скрытые угрозы на позднем этапе Сердечного Светильника ещё можно как-то пережить. Но вот в пятом царстве — Истинной Форме — проблемы становятся по-настоящему серьёзными. Даже некоторые из патриархов, создававших эту технику, в своё время буквально взрывались, когда их тело и дух одновременно распадались на части.
Он вовсе не преувеличивал — это были исторические факты, запечатлённые в хрониках. Техника Хаоса была слишком властной. На стадии Истинной Формы даже такие великие мастера прошлого, как прежние Шесть Заповедей или Озарённые, практиковавшие это писание, сталкивались с распадом основ и лишь с колоссальным трудом собирали себя воедино.
На самом деле Фэн Чжигэ и Лу Чэньюань тоже слышали об этом раньше.
Янь Чжохуа заметила:
— Брат Цинь, твой прогресс на Пути Перерождения идёт гладко, тебя называют ключевой фигурой этого направления. Думаю, ты сможешь изменить сложившееся положение вещей.
Этот вечерний приём был организован совместно старыми школами с Девяти Небес — горой Синчэнь и обителью Цзы Сяо, поэтому здесь собралось немало небесных гениев. Разумеется, присутствовали и «семена» Пути Бессмертных из области Е, божественные семена тайных сект, а также ученики из запредельных Бессмертных Обителей.
Цинь Мин нахмурился:
— Это трудно. Посмотрите: в этом зале собрались лучшие представители самых разных путей, а много ли вы видите здесь мастеров моего Пути Перерождения? Этот путь сам по себе тернист, а в сочетании с Силой Хаоса он становится смертельно опасным. Впереди густой туман, и я вынужден переходить реку, нащупывая камни, рискуя в любой момент быть унесённым бурным течением.
Затем он заметил Ли Ваньфа и Младшего Озарённого, и в его голове созрел план: нельзя позволять небесным гениям постоянно концентрировать внимание только на нём.
Цинь Мин указал в их сторону:
— Если говорить об истинном наследии Силы Хаоса, то сейчас его источник находится в Пугуне. Видите? Там стоят ученик и преемник Святого Бодхи. Под руководством старого Озарённого они наверняка смогут успешно преодолеть стадию Истинной Формы в пятом царстве.
Взоры присутствующих тут же переместились в указанном направлении. Святой из седьмого царства, чья Сила Хаоса когда-то потрясла старые школы на небесах, в последние два года стал объектом пристального изучения. Многие пытались сблизиться с этой ветвью наследия.
Услышав слова Цинь Мина, Фэн Чжигэ, Лу Чэньюань и остальные вновь заинтересовались этой темой. Они приветливо подняли чаши, салютуя Ли Ваньфа.
Вокруг Ли Ваньфа тоже собралось немало людей, среди которых были и личности уровня Яростного Солнца, такие как Чжоу Тяньдао и Гу Яньцы. Обе группы начали сближаться, обмениваясь любезностями.
Ли Ваньфа был статным мужчиной лет двадцати пяти-шести на вид. Его взгляд был чистым, а тело напоминало чёрную дыру, не выпускающую наружу ни единой искры духовной энергии. Он подошёл с нефритовой чашей и первым чокнулся с Цинь Мином.
— Достойный преемник области Е и оплот нашего Пути Перерождения, — произнёс он. — После той битвы твоё имя прогремело на весь мир и долетело даже до самых дальних уголков нашего края.
Цинь Мин вежливо ответил:
— Брат Ли — настоящий цилинь из Запределья, твоё величие неоспоримо, тебе даже не нужно вступать в бой, чтобы вызвать всеобщее почтение. Я же был вынужден выйти на арену, обременённый пустой славой и сражаясь за выживание.