Глава 643. «Смена судьбы»
Императорское насекомое было полностью облачено в черно-золотые доспехи, скрывавшие даже лицо. Лишь пара золотистых зрачков извергала пронзительные, агрессивные лучи света, полные решимости и жажды превосходства.
В одно мгновение атмосфера в зале заледенела.
Светильники в пастях огромных колонн с обвивающими их драконами словно потускнели, а благовонный дым, струящийся из клювов бронзовых журавлей, застыл в воздухе.
Высокопоставленные представители ведущих сил города Яогуан — семьи Бай, Цзи и Му — поспешили выйти вперед. Они начали обмениваться вежливыми приветствиями, стараясь разрядить обстановку и избежать открытого конфликта.
Вдалеке Мэн Чжиюй в своем пурпурном платье, идеально подчеркивающем её безупречные изгибы, хранила молчание. Она лишь слегка приподняла хрустальный бокал, грациозно салютуя Императорскому насекомому.
Этим непринужденным жестом она мгновенно развеяла напряжение, создав резкий контраст с воинственным поведением противника. Её несравненное величие и грация невольно вызывали у присутствующих симпатию.
Снова послышались звон бокалов и оживленные дискуссии. Часть гостей направилась к Императорскому насекомому, но большинство потянулось к Мэн Чжиюй.
— Это ведь само Императорское насекомое! О них всегда только слышали, но никто не видел. Они не показываются в мире сотни и тысячи лет.
Многие взгляды были прикованы к молодому человеку в доспехах, окруженному старейшинами. В них читались любопытство, благоговейный трепет и желание разгадать его тайну.
— Явиться в таком облачении на подобный прием… Воздух буквально пропитан порохом. Неужели он собирается сразиться с сонным червем прямо здесь?
— Вряд ли до этого дойдет.
— Интересно, это отдельная могущественная раса или некое чудесное насекомое, достигшее ужасающего уровня эволюции и ставшее Императорским?
Люди перешептывались, делясь догадками. Для них Императорское насекомое было окутано завесой тайны. Трудно было даже представить, что над ним в иерархии стоит Первородное насекомое, а еще выше — легендарное Насекомое Дао.
— Первородное насекомое… Невообразимо. Оно способно подчинить себе всех чудесных насекомых. Это истинно запретное существо. Согласно записям, оно не являлось в мир как минимум пять тысяч лет.
Что же касается Насекомого Дао, то даже многие «старые монстры» сомневались в его реальности. Существует ли оно вообще? Сказать трудно.
— Мэн Чжиюй поистине поразительна: она сумела победить Императорское насекомое, которое в рейтинге стоит выше её вида.
— Если верить теории «эволюционного скачка», у неё есть потенциал в конечном итоге стать Первородным насекомым.
Множество взоров было устремлено на эту элегантную, благородную женщину с лицом небесной красоты. Она держалась совершенно свободно даже рядом с патриархами.
Кто-то покачал головой:
— Я не верю в теорию межвидовой трансформации.
Согласно легендам, Первородное насекомое всемогуще и занимает доминирующее положение; другие виды едва ли могут бросить ему вызов.
— Будь то Императорское насекомое или сонный червь, они ему не ровня.
— Это еще бабушка надвое сказала. За всю долгую историю и сонные черви, и Императорские насекомые, и Первородные — все они в разное время занимали трон верховного Императора насекомых. Разрыв между ними не так велик, как вы думаете.
— Это только потому, что Первородное насекомое не показывалось. Лишь тогда остальные получают шанс бороться за титул.
— А откуда вы знаете, что оно не являлось последние пять тысяч лет? Может, оно тайно вступало в игру и проиграло, после чего их раса предпочла затаиться?
Тут же кто-то прервал этот разговор:
— Тише! О таких вещах нельзя болтать вслух!
Легенды о Первородном насекомом были слишком причудливыми и пугающими, чтобы обсуждать их всуе.
Перед каменной плитой высотой в полчеловека застыл Чжоу Тянь, погруженный в раздумья. Как Великий Святой он обладал запредельным врожденным талантом, но, глядя на эти каракули, лишь хмурился — он не мог уловить ни крупицы смысла.
— Это точно Небесная книга? — засомневался он. Даже в самом сложном истинном писании он должен был постичь хотя бы основы.
Старейшина из цивилизации странников подошел ближе:
— Эту Небесную книгу обычно выставляют лишь раз в десять лет. Прошло всего восемь с последнего раза, так что это исключение из правил.
Эти плиты были найдены всего несколько столетий назад. Внутри их организации никто не смог их расшифровать, поэтому последний век их иногда показывают посторонним в надежде на озарение.
Му Шинянь вышел вперед и сел прямо перед плитой. Овладев техникой диска времени, он ступил в область законов времени, обладая пониманием, недоступным обычным людям.
Он коснулся камня рукой, пропуская через пальцы нити силы времени. Казалось, он пытается проследить прошлое артефакта и заглянуть в его суть.
Старейшина странников вскинул брови и предупредил:
— Полегче, не повредите Небесную книгу.
— Не волнуйтесь, — ответил Му Шинянь.
Желающих попробовать свои силы становилось меньше, зато толпа зрителей росла.
— О, даос Пэн тоже решил испытать судьбу.
Лидер молодого поколения небесной расы, облаченный в даосскую мантию Инь-Ян, с суровым видом замер перед плитой. В его глазах переплетались узоры Инь-Ян и вспыхивали грозовые руны.
Цинь Мин и Ню Увэй наблюдали за этим со стороны.
— Сяо Цзи, а это кто такие? — спросил мужчина лет тридцати на вид, заметив Цинь Мина и Ню Увэя, и перевел взгляд на Цзи Синжаня.
— Это названые братья Великого Святого Чжоу, — торжественно представил их Цзи Синжань. Было заметно, что он относится к этому мужчине с большим почтением.
Затем он шепнул своим спутникам:
— Это отец Вэнь Линси, великий мастер.
Цинь Мин удивился: эта семья была поистине выдающейся. Дочь — первый гений региона, отец — великий мастер. Фундамент их клана был необычайно крепок.
Великий мастер, выглядевший на удивление молодо, серьезно отнесся к Цинь Мину и Ню Увэю и первым представился:
— Мое имя — Вэнь Чунгуан.
— Приветствую, брат Вэнь, — Цинь Мин сложил ладони в поклоне, и на его губах заиграла легкая улыбка.
Ню Увэй сразу всё понял: «злодейский» брат не привык откладывать месть на завтра. Он оценил этот маневр — самому тоже захотелось высказаться.
На его суровом бычьем лице выдавилось подобие улыбки:
— Брат Вэнь, вы мне кажетесь очень близким человеком. Словно мы сто лет знакомы.
С этими словами он по-дружески похлопал почтенного Вэня по плечу.
Вэнь Чунгуан про себя подумал: «Мне уже перевалило за сто пятьдесят, а эти двое юнцов называют меня братом».
Даже если они были Великими Святыми, такая разница в поколениях была слишком очевидна. Вэнь Чунгуан заранее узнал об их статусе, поэтому сам подошел, желая завести знакомство.
Он улыбнулся:
— Вы оба — выдающиеся таланты, взирающие на сверстников свысока. Встреча с вами — большая честь для меня.
Упоминая «молодых талантов» и называя себя «стариком», он пытался вежливо скорректировать их обращение. В конце концов, его дочь Вэнь Линси была им ровесницей и считалась элитой среди Сыновей Дао в цивилизации практиков. Он имел полное право называться их старшим.
— Брат Вэнь, вы слишком скромны, — небрежно и легко ответил Цинь Мин.
— Старина, к чему эти церемонии? — Ню Увэй снова хлопнул Вэнь Чунгуана по плечу.
Улыбка великого мастера слегка застыла. Эти двое были либо слишком самоуверенны, либо просто не знали границ приличия. Совсем не церемонятся!
Цинь Мин мельком взглянул на Вэнь Линси. Она была окружена толпой и не замечала, что происходит здесь.
Вэнь Чунгуан произнес:
— Оба брата — люди широкой души. Знакомство с вами — радость для меня.
Ню Увэй подхватил:
— Старина, мы теперь свои люди. Я сразу почувствовал, что мы на одной волне.
Он решил следовать плану шестого брата: набиться в «братья» к отцу, чтобы потом эта заносчивая Вэнь Линси была вынуждена называть их «дядями».
Спустя мгновение Цинь Мин и Ню Увэй уже стояли в обнимку с Вэнь Чунгуаном.
Цзи Синжань, наблюдавший за этим, окончательно лишился дара речи. Он никогда не видел, чтобы дружба крепла так стремительно. Он не знал, завидовать старику Вэню или сочувствовать.
Он следил за процессом и уже догадался, что двое Великих Святых делают это намеренно: они решили стать «дядюшками» для Вэнь Линси в наказание за её недавнее высокомерие.
Цинь Мин рассмеялся:
— Брат Вэнь, у нас и впрямь общая судьба. Смотри: меня зовут Чжэнгуан, а тебя — Чунгуан.
Вэнь Чунгуан натянуто улыбнулся. Мысленно он вздыхал: «Я искал зятя, а нашел братьев. Парень, ты мне вообще-то очень понравился в другом качестве».
Он и сам не до конца понимал, почему дочь внезапно вернулась и изъявила желание найти дао-спутника, из-за чего он последние дни пребывал в глубоком беспокойстве.
По его мнению, у дочери было ослепительное будущее и высокий статус в мире практиков; зачем ей выходить замуж так рано?
Цянь Чэн посмотрел на Императорское насекомое, затем на Мэн Чжиюй и передал ей мысленно:
— Старшая сестра, неплохо. Ты умудрилась рассмотреть эти каракули на плите. Надеюсь, ты не собираешься нанести нам удар в спину?
Мэн Чжиюй ответила:
— Мы — названые братья и сестра. Наш союз Великих Святых в будущем, когда вы все окрепнете, станет невероятно могущественной организацией, где мы будем поддерживать друг друга.
Она сделала паузу и добавила: