Глава 2139. Игра

— Да. — Чжан Сюань кивнул и сел на свое место. Он взял левой рукой шахматную фигуру, а правой указал на шахматную доску. — Прошу.

Не говоря ни слова, Трехбородый взял шахматную фигуру и положил ее на доску.

Со слабой улыбкой на губах Чжан Сюань погрузил свое сознание в Библиотеку Небесного Пути, где только что материализовалась книга.

На книге было написано описание шахматной доски, а также недостатки каждой позиции. Каждая позиция на шахматной доске имела некоторые недостатки, некоторые больше, чем другие. Была только одна позиция, которая не имела никаких недостатков.

«Работает», с восторгом подумал Чжан Сюань.

Изучив правила, он собрал знания вместе с шахматной доской перед ним, и благодаря этому смог выявить недостатки каждого хода в игре. Следуя безупречным расчетам Библиотеки Небесного Пути, он мог достичь достойного результата.

«Этот ход … выглядит хорошим».

Чжан Цзя и Ци Лин с тревогой смотрели за ходом Чжан Сюаня и только после этого вздохнули с облегчением.

Честно говоря, они уже отбросили всякую надежду на победу после того, как минуту назад их спросили о правилах. Они надеялись только на то, что Чжан Сюань не слишком их смутит.

Хотя каждый игрок сделал только один ход, они соответствовали стартовым раскладам. Никаких намеков на то, что один из игроков на самом деле новичок, пока не было.

Ху-ху-ху!

Первые несколько ходов состояли в основном из установки своего порядка на доске, поэтому пока не стоило слишком сильно раздумывать над каждым ходом. Опыта было более чем достаточно, чтобы определить, куда нужно двигаться.

Трехбородый быстро ходил шахматными фигурами, а Чжан Сюань следовал их примеру. Как будто они играли исключительно на инстинкте и не тратили время на раздумья перед ходами.

За пять минут они сделали уже по тридцать ходов каждый.

«Он…». Рассмотрев обстоятельств на шахматной доске Чжан Цзя и Ци Лин озадачились.

Ходы Чжан Сюаня до сих пор были простыми и обычными, каку игрока-любителя. Он не создавал особо сложных уловок или ловушек. Тем не менее, именно эта упрощенная игра оказалась огромной занозой в заднице.

Каждый его ход, казалось, был безукоризненно рассчитан, чтобы добиться наибольшего выигрыша и минимизировать потери, поэтому шахматы противника оказались плотно запечатанными в его фигурах и не могли оказывать особого сопротивления.

И игрок напротив Чжан Сюаня, Трехбородый был совершенно ошарашен.

«Почему я не вижу возможностей?»

Хотя игра началась совсем недавно, он мог суверенностью сказать, что это была одна из самых неприятных партий, которые он играл.

В игре вообще не было никаких потрясающих планов или невероятных стратегий. Все, что происходило — просчёт вариантов ходов противника и противостояние им.

Если бы они сравнили его с полем боя, где они были командирами, ведущими свои войска в бой, то это означало бы, что его формации и стратегии были известны врагу. Независимо от того, что он попытается сделать, его заблокируют. Точно так же он и его войска медленно задыхались от удушья…

И хуже всего было то, что, несмотря на то, что он видел все это насквозь, он был совершенно беспомощен что-либо сделать!

Холодный пот начал стекать по его спине.

Он быстро переключался с одного продвинутого стиля игры на другой, пытаясь выполнить все виды хитроумных ходов, к которым прибегал на протяжении многих лет. Против любого другого противника резкая смена стиля игры, несомненно, сбила бы противника с толку, оставив того в недоумении.

Однако молодой человек, просто и не задумываясь, продолжал складывать свои фигуры одну за другой. Как будто он играл с марионеткой, а не с живым человеком!

Довольно часто у старика в голове пробегали мысли, что движения Чжан Сюаня были плохо продуманы и несущественны. Однако уже через три хода до него вдруг дошло, как ловко тот ставил свою фигуру, чтобы загнать его в угол.

Он чувствовал себя так, словно у него в горле застряла рыбья кость. Он не мог ни проглотить ее, ни выплюнуть, так сильно она его душила.

Старик начал нетерпеливо постукивать пальцем по каменному столу.

Он был абсолютно уверен в своих шахматных навыках. Он был непревзойденным в Закатном Городе, и даже в королевском городе не было больше горстки людей, которые могли бы противостоять ему!

Даже если бы эти знаменитые гроссмейстеры смогли победить его, большинство из них сделали бы по меньшей мере сотню ходов. До сих пор они сделали всего по сорок ходов, но его уже так сильно загнали в угол.

Он и представить себе не мог, что настанет день, когда он окажется таким беспомощным в поединке.

Но еще больше его огорчало то, что он не мог даже представить себе, каким образом сможет выиграть этот поединок.

Вытирая пот с головы, он продолжал делать еще несколько движений.