Глава 53.
После праздника Середины осени погода действительно стала прохладнее.
С тех пор, как повар Сюй взял на себя ответственность за приготовление лунных пирогов, он перестал бояться. Хотя он очень усердно работал над лунными пирогами, те, что он готовил вначале, были не так хороши, как те, что готовила его учительница. Думая о том, что столько вкусных блюд пропадает зря, повар Сюй с ненавистью бил себя в грудь. Но Гу Инь не спешила его ругать; вещи, которые ее ученик делал во время обучения, могли и не быть настолько вкусными, чтобы продавать их клиентам, но для собственных сотрудников это не было проблемой. Если это съедобно, то это не считается тратой впустую.
Более того, просто попробовав блюдо, она могла примерно понять, в каком месте у него возникла проблема, и затем давала ему индивидуальные указания, так что в следующий раз он, естественно, не повторял этих ошибок.
Это так тронуло повара Сюя, что он тайно сказал двум своим младшим ученикам:
— Встреча с учительницей — это самая большая удача в жизни вашего мастера. Мы должны быть благодарны и не забывать отплатить за добро, и в будущем мы должны заботиться об учительнице до конца ее дней.
Гу Инь случайно услышала это и потеряла дар речи. Повар Сюй был на восемь-девять лет старше ее, а два его младших ученика были всего на четыре-пять лет младше ее. Она действительно не хотела стареть раньше их.
Впоследствии повар Сюй начал брать на себя больше обязанностей, помогая Гу Инь. Например, готовить простые закуски из белой кухни — после того, как он наблюдал за Гу Инь почти полгода, он теперь делал их с удвоенной эффективностью.
Управляющий Чжоу, увидев, как Гу Инь обучает учеников, тоже захотел взять учеников. На самом деле, эту мысль он вынашивал уже не один день или два, но когда он работал в «Ван Юэ Лу», сначала из-за необходимости управлять всем рестораном в одиночку, у него не было на это сил. Позже, когда «Ван Юэ Лу» стал работать как часы, там появился повар Чжао, который во всем ему противостоял. В те времена, если бы он взял учеников, это могло бы показаться попыткой создать собственную группу поддержки. Управляющий Чжоу не хотел использовать ученичество как средство завоевания расположения людей, поэтому откладывал это до сих пор.
Как только он выразил эту мысль, повар Сюй был первым, кто попросился. У него уже были основы приготовления блюд белой и красной кухни, и, конечно, он хотел изучить и красные блюда, но сначала он спросил мнение Гу Инь.
Гу Инь, конечно, не возражала, даже помогла ему поговорить с управляющим Чжоу, рассказав о нем хорошие вещи и добавив, что повар Сюй действительно был человеком, преданным кулинарии. Управляющий Чжоу и сам это заметил, поэтому он также принял повара Сюя в ученики.
Повар Сюй обрел наставника с изумительным мастерством и той же ночью был так счастлив, что не смог заснуть. Но как бы он ни старался быстро учиться, он не мог одновременно обучаться у двух мастеров. Подумав, повар Сюй вспомнил о двух своих маленьких учениках. Эти два младших ученика теперь считались вторичными учениками Гу Инь и управляющего Чжоу, и естественно, они также были готовы взять их к себе.
И только тогда Гу Инь узнала имена этих двух молодых юношей: старшего звали Чжэнь Бань (разделочная доска), а младшего — Цай Дао (кухонный нож). Очевидно, имена им были даны поваром Сюем. Но бедняки обычно выбирают простые имена, и для одного взрослого мужчины воспитывать двоих детей было не так уж и просто, поэтому не стоило углубляться в детали.
Таким образом, трое учеников и двое учителей разделились на две группы, каждая из которых обучалась у своего наставника. Повар Сюй знал, что у обоих его подмастерьев есть некоторый талант к кулинарии. В конце концов, он передал им все свои знания, полученные на протяжении этих лет, и кулинарные навыки обоих учеников были почти не хуже его. Но он не ожидал, что их талант полностью раскроется лишь после встречи с Гу Инь и управляющим Чжоу.
Чжэнь Бань проявил талант в работе с тестом: после одного урока от Гу Инь он сразу все понял. Приготовленные им цветочные рулетики были такими же вкусными, как и те, что готовила Гу Инь. Талант Цай Дао проявился в работе с мясом: его навыки использования ножа были и без того неплохи, и после одного урока о соотношении специй и соусов все уложилось в его голове с особой точностью.
К счастью, повар Сюй не был узколобым человеком и, обдумав ситуацию, он понял: имея таких искусных учителей и таких находчивых маленьких учеников, хотя он и не сравнится с ними, но возможность стать частью такой семьи— это удача, которую не каждому дано встретить. Два маленьких ученика, которых он вырастил собственными руками, смотрели на него как на родного отца. Естественно, они не стали бы презирать своего отца после обучения, напротив, они уважали его еще больше и ублажали его, боясь огорчить.
Таким образом, когда наступил сентябрь, Гу Инь приходилось проводить на кухне всего два-три часа в день, что дало ей гораздо больше личного времени.
В это же время «Пища небес» представила новинку — ароматный пирог с османтусом.
Приготовление пирога с османтусом не было сложным: Гу Инь смешивала рисовую муку и муку из клейкого риса, добавляла топленый свиной жир, белый сахар и чистую воду, затем перемешивала, пока мука не становилась похожа на песок после просеивания. Мучную крошку помещали в прямоугольный паровой поддон, накрывали влажной марлей и выравнивали. Затем ножом нарезали аккуратные квадратики. Это помогало сохранить форму и предотвращало рассыпание. В завершение пирог посыпали измельченным османтусом и готовили на пару два четверти часа.
После извлечения из пароварки Гу Инь использовала заранее приготовленный инвертный сироп, смешанный с османтусом, и поливала им пирог, после чего душистый пирог с османтусом был готов.
Пирог с османтусом был ароматным, белым как снег, сладким и соблазнительным — не то чтобы есть, даже смотреть на него — одно удовольствие. Раньше, такие изысканные десерты клиенты предпочитали покупать в специализированных кондитерских или больших ресторанах. Но после того, как на празднике Середины осени были впервые проданы Хрустальные лунные пироги, дети и любители сладкого не переставали их хвалить. Как только был представлен пирог с османтусом, не было необходимости в изнурительной рекламе: дети передавали информацию друг другу из уст в уста, и продажи естественным образом росли день ото дня.
Кусок пирога стоил три монеты, так что даже если это был не праздничный день, родители охотно покупали их для своих детей. Тем более что это был сезонный продукт, пропустишь эту осень — придется ждать следующего года.
Таким образом, каждый день, помимо основных блюд, «Пища небес» продавала сотни пирогов с османтусом, и со временем уже не только простые люди покупали их, но и из районов богачей присылали слуг покупать их коробками. Однако, будучи лишь небольшим лакомством и сезонным продуктом, на этот раз он не вызвал зависти у других конкурентов.
В середине сентября Гу Е предложил отпраздновать свой день рождения!
Хотя Гу Инь и Ван-ши не торопили его, но на самом деле они всегда держали это дело в голове. После его слов Ван-ши подумала и сказала:
— Время кажется не то, в сентябре я с твоей матерью только начала торговать на пристани. Мы встретили тебя только в октябре, до холодов.
Это признание заставило Гу Инь почувствовать себя неловко, ведь в эту эпоху не было так удобно, как в будущем с мобильными телефонами и электронными календарями, а дни приходилось считать по старому желтому альманаху.
В конце лета-начале осени их семья бежала от бедствий в городок Ханшань, тогда они действительно были без гроша и без крыши над головой. Если бы не обмен двора стариков Ван на стартовый капитал, то они даже не смогли бы торговать на пристани, не говоря уже о простой жизни. В таких условиях они даже не думали покупать альманах и жили одним днем, ориентируясь на погоду для подсчета времени.
Когда они встретили Гу Е, кто бы мог подумать, что этот малыш станет частью их семьи? Даже дату их встречи они не запомнили.
Но слова Ван-ши были верны, Гу Инь также помнила, что они встретили его перед наступлением зимы, потому что вскоре после того, как его спугнули и он убежал, погода внезапно стала холодной. На пристани прохожие начали носить подстежки и пальто, что очень встревожило ее и Ван-ши.
— Именно, именно в это время, — лицо Гу Е покраснело, — А сейчас нельзя?
Его мать и бабушка не знали, что он заметил их с первого дня их торговли, и с того самого дня, плененный запахом еды, приготовленной его матерью, он сильно захотел попробовать ее стряпню!
Конечно, это тоже возможно, ведь ему уже давно должно было быть пять лет. Раз Гу Инь и Ван-ши не помнят точную дату, то решили оставить это на его усмотрение.
Узнав, что у него теперь много неразлучных друзей, Гу Инь сказала:
— Тогда как насчет того, чтобы мама устроила для тебя пару столов, и ты пригласишь своих друзей к нам на обед?
Получив ответ, Гу Е был вне себя от счастья и вприпрыжку выбежал наружу. Продолжая подпрыгивать по пути, он издалека увидел Фань Цзиньсуна, Толстяка и других, и тут Гу Е замедлил шаг, начав медленно идти, заложив руки за спину.
— Что за радость сегодня, наш брат Е такой счастливый? — спросили его.