Глава 131

Бьякуя только стиснул зубы. «- Что ты можешь знать о чем-то подобном?»

Кишин потерял дар речи, потому что ему нечего было сказать. У него не было братьев и сестер, и он не имел права высказываться по этому поводу. Чигецу просто чувствовал разочарование, потому что ощущал, что Бьякуя даже не знал о внутренних переживаниях Рукии. «- Ты знаешь о смерти Шибы Кайена?»

Глава Кучики был немного ошарашен внезапной переменой в вопросе. «- При чем здесь это?»

«- Ты знаешь, что Рукия страдает из-за того, что случилось?»

Последовала короткая пауза, прежде чем мужчина ответил: «- Это то, с чем она должна смириться.»

«- Ты! …Даже если это так, ты хотя бы спросил ее, все ли с ней в порядке?»

«- В этом нет необходимости. Если ей что-то понадобится, достаточно будет только попросить.»

«- ТЧ. Ты думаешь, что она этого не хочет? С твоим отношением как она могла обратиться хоть с чем-то? Ты хоть знаешь, как смерть бывшего лейтенанта ее травмировала? На самом деле, пребывание в клане заставило ее еще больше отдалиться от своих друзей. Вы все заставляете ее изолировать себя, выставить стену… «

Внезапно его прервал голос Рукии: «- Кишин?»

Он тут же повернул голову и увидел, что она стоит рядом с Ренджи с противоречивым взглядом в глазах. В этот момент Чигецу не мог избавиться от чувства, что обидел ее.

«- Рукия…»

В ее глазах виднелась боль, когда она тихо спросила: «- Я…кажусь тебе такой слабой?»

Появилось ощущение, что все его тело замерзло. Звук чего-то разбившегося в сердце отозвался эхом в сознании, когда стало понятно, что девушка слышала все сказанное. Но нельзя же чувствовать себя виноватым из-за желания сказать Бьякуи, чтобы тот лучше защищал сестру, верно? Однако, стало понятно, что Рукия думает, что он видит в ней слабую и хрупкую душу. Кишин не знал, что делать. Было легче, когда у него не было ничего, что он считал бы важным. Аловолосый мог говорить, делать, убивать, действовать, притворяться и играть, как хотел, не заботясь ни о чем, но с тех пор как он понял, что действительно заботиться о Рукии…

Парень стиснул зубы, не догадываясь раньше, что может испытывать такие сильные эмоции. Да даже не подозревал, что такая сильная эмоция, как та, которую он сейчас испытывал, вообще существует. В конце концов, он встал и извинился: «- Я … злоупотребил вашим гостеприимством.»

Кишин еще раз взглянул на девушку, и в его глазах отразилось чувство вины, но еще больше его задело то, как она на него посмотрела.