Часть 25

– Вы в порядке? – спросил Гарри, поворачиваясь к трём своим товарищам.

– Думаю, да, – ответила Луна, внимательно осматривая Джинни и Локхарта. – Но с Норбертом что-то не так.

Она наклонилась, чтобы подхватить на руки морщерогого кизляка, которого подарил ей на Рождество Гарри, и показала ему окаменевшее свиноподобное создание.

– С ним всё хорошо? – обеспокоенно спросил Гарри. Ему даже не хотелось думать о том, какими сложностями может обернуться замена Норберта.

Луна ткнула его пальцем в качестве эксперимента.

– Думаю, он просто в оцепенении. У тебя с собой нет вытяжки мандрагоры?

– Как он оказался в таком состоянии? – спросил Гарри, копошась в своей мантии, доставая оттуда пузырёк с лекарством и протягивая его Луне.

– Полагаю, он увидел отражение в зеркале, которое Джинни оставила на полу, – ответила Луна.

– Зачем это ты положила зеркало на пол? – удивился Гарри.

Джинни вспыхнула.

– Ну, знаете, я переживала, что меня одолеет искушение подсмотреть за героической схваткой, а я не хотела оказаться убитой, так что я вытащила своё зеркало на случай, если я нечаянно встречусь взглядом с василиском, чтобы со мной было всё в порядке.

– Печален тот день, когда впадение в полное оцепенение признаётся широкими массами «порядком», знаете… – протянул Гарри.

– Кстати говоря, Норберт был в порядке, а теперь ему ещё лучше, – радостно возвестила Луна, наблюдая за пробуждением своего питомца.

– Должен тебе сказать, Луна, я был весьма удивлён, что вы продолжили печатать информацию о морщерогих кизляках в «Придире» теперь, когда все знают, что они существуют, – сказал Гарри, чтобы поддержать разговор, ожидая, пока вытяжка произведёт полноценный эффект.

– Да, у нас с папочкой был долгий разговор по этому поводу, и, в конце концов, мы пришли к выводу, что, даже несмотря на то, что мы больше не должны бороться за право морщерогих кизляков считаться реально существующими, они всё ещё остаются недавно обнаруженным видом, о котором почти ничего не известно, так что о них ещё можно писать истории. Кроме того, Норберт – просто лапочка, так что мы сделали его нашим официальным талисманом. Обычная для «Придиры» история успеха о том, как сила прессы победила всеобщее невежество, если вам будет угодно, – объяснила Луна с гордостью.

– Поздравляю, Луна, – сказал Гарри, искренне радуясь за неё.

– Конечно, – продолжила Джинни, полностью игнорируя разговор о Норберте, – это было до того, как я узнала, что «героическая схватка» будет, в двух словах, состоять из вашего обманного манёвра с использованием петуха.

– Эй, – начал Локхарт, распаляясь, – насколько я знаю, не существует никаких «правил» убийства василиска. И даже если бы они и были, ты должна быть благодарна, что мы спасли вас, а не разочарована, что мы не удовлетворили твои детские фантазии о героических поступках.

Джинни закатила глаза.

– Конечно Гарри спас нас. Гарри всегда всех спасает.

Локхарт одобрительно взглянул на Гарри.

– Вся эта история, что тебя весь год лично вызывали каждый раз, когда кто-то впадал в оцепенение, действительно сработала, не так ли?

– Когда этот дядька похитил нас, я подумала: «Что ж, это отстой, но, по крайней мере, теперь у меня будет, что рассказать, когда Гарри спасёт меня», – но нет. Моя история будет заключаться в одном предложении: «Гарри героически подпустил василиска на расстояние в двести футов, а затем натравил на него петуха, который убил василиска мгновенно», – надулась Джинни, очевидно сильно расстроенная тем, что из её похищения не вышло ничего хорошего.

Гарри и Локхарт обменялись взглядами.

– Ты же понимаешь, что это не то, что мы собираемся всем рассказать? – с сомнением уточнил Гарри.

Джинни растерянно моргнула.

– Но… ведь так всё и было, – сказала она, как будто это имело какое-либо отношение к делу.

– Пока, – согласился Локхарт. – Но, правда, подобные истории не окупаются книжными продажами. Мы должны предоставить им нечто другое.

– Вы собираетесь написать об этом книгу? – с явным неверием в голосе спросила Джинни. – Но… ничего же не произошло!

– Совсем наоборот – мы убили василиска, – поправил её Гарри. – Только мы сделали это не очень захватывающим образом. Но знаешь, что будет захватывающе? То, как профессору Локхарту удалось выколоть василиску глаза, прежде чем змея укусила его в плечо, а я, воспользовавшись моментом, героически пронзил василиска мечом Гриффиндора.

– Но всё было не так! – Джинни, очевидно, заклинило на этой фразе.

– Но тому всё равно нет никаких доказательств, – заметил Локхарт. – Нам придётся выколоть василиску глаза, чтобы придать его трупу соответствие с историей Гарри, но это лишь минимально уменьшит его ценность и сделает работу с ним только безопаснее, так что я думаю, что нам следует придерживаться версии Гарри, так как она выставляет нас обоих в выгодном свете. Без сомнений, я предпочёл бы быть тем, кто убьёт василиска, но позволить ребёнку и своему студенту пострадать от клыка василиска и послужить приманкой было бы крайне безответственно с моей стороны и, следовательно, повредило бы моей репутации.

– Если кого-то из вас укусил василиск, то как вы объясните тот факт, что вы всё ещё живы? В конце концов, они ужасно ядовитые. И у вас не осталось никакого следа от укуса! – заметила Джинни.

Гарри закатил глаза.

– Очевидно же, что мы вылечили его с помощью флакончика со слезами феникса, который я всегда ношу с собой с тех самых пор, как узнал о существовании василиска. – Он замер, размышляя. – Хотя она и права насчёт отсутствия следов. Диффиндо!

– Эй! – возмутился Локхарт, когда его левый рукав отвалился. – Это была хорошая мантия!

– Та же самая, что собрала на себе всю грязь тысячелетия, которую здесь никто не убирал, помните? – сказал Гарри, делая взмах волшебной палочкой, заставивший рукав исчезнуть.

– Наверное… – вздохнул Локхарт. – Жертвы, на которые я иду, клянусь…

– Жертвы? – взвилась Джинни. – Это рукав! И у вас даже нет меча Гриффиндора, так что как вы собираетесь объяснить это?

– Знаешь, – раздражённо сообщил ей Гарри, – сейчас ты говоришь в точности как Гермиона. И не беспокойся: я стащил меч из кабинета Дамблдора много месяцев назад. – Он достал из кармана его уменьшенную копию, вытащил меч из ножен, а затем воткнул его василиску в пасть, чтобы и пропитать меч ядом василиска, и выставить всё так, словно это и послужило причиной его смерти, на случай, если это понадобится доказать.

– Но как ты собираешься объяснить, откуда у тебя взялся меч? – требовательно спросила Джинни. – Если только ты не собираешься признаться в краже.

Гарри выглядел шокированно.

– Естественно нет, это плохо отразится на моём имидже. Я скажу, что меч мне дала Распределяющая Шляпа в тот момент, когда я в нём больше всего нуждался. Подобные вещи, когда Шляпа давала людям то, в чём они больше всего нуждались, в трудные времена, уже случались, так что Дамблдор должен купиться на это. – Гарри поднял руку, жестом предотвращая её следующий вопрос. – И прежде чем ты спросишь, в начале года я дал Пивзу три ящика навозных бомб с намёком, что он получит ещё шесть, если утащит Распределяющую Шляпу и принесёт её мне так быстро, как только сможет, в ту самую минуту, когда услышит, что ученикам приказано не выходить из своих гостиных комнат.

Джинни побелела.

– Ты действительно уверен, что предоставлять ему такие возможности – хорошая идея?

Гарри пожал плечами.

– Э, да какая мне разница? Я ему нравлюсь. Он зовёт меня «хорошим источником хаоса», так что почему бы и нет. Кроме того, это единственный способ, с помощью которого я могу заполучить Распределяющую Шляпу, чтобы её отсутствие не было замечено слишком рано или чтобы её присутствие не было замечено тогда, когда она предположительно должна была быть здесь, внизу.

– Как тогда ты собираешься объяснить, откуда появилась Шляпа? – У Джинни заканчивались вопросы, и Гарри был благодарен этому. Он проработал все детали уже очень давно и потихоньку начинал жалеть, что не последовал совету Локхарта попросту наложить на неё Обливиэйт и сказать, что она была в отключке всё это время.

– Фоукс, феникс Дамблдора, за которым он, при всей вероятности, не мог следить всё это время, принёс её мне в знак того, что я показал невероятную преданность Дамблдору, – лаконично сказал Гарри.

– Что?..

– Это то, на что он точно купится, – объяснил он. – Так что насчёт этого?

Джинни разрывали сомнения. Эта история была намного лучше, но Уизли воспитали её с установкой быть всегда предельно честной, так что она не была уверена, как ей следует поступить. Локхарт положил руку на плечо Гарри.

– Позволь мне. Пять процентов.

Джинни удивилась.

– Прошу прощения?

– Мы дадим тебе пять процентов от прибыли, которую получим с продажи частей василиска, – сделал деловое предложение Локхарт. Он взглянул на Луну. – Это относится и к тебе тоже.

– Ох, здорово, – сказала Луна. – Только подумать о сбережениях для будущих экспедиций по поиску редких видов!

– Ну, эм, вот и хорошо, – протянул Локхарт несколько разочарованно. – Так, что думаете Вы, мисс Уизли?

– Вы уверены, что профессор Дамблдор позволит вам распродать василиска? В конце концов, это всё-таки собственность Хогвартса, – заметила она.

– Так как мы с Волдемортом на данный момент являемся единственными змееустами Британии, он не сможет проникнуть в Комнату, а если он попытается использовать меня, чтобы попасть сюда и использовать василиска, я откажусь, ссылаясь на психологическую травму. Кроме того, профессор Локхарт уже распорядился, чтобы об этом позаботились, так что всё, что нам необходимо сделать, это отправить мёртвого василиска его хранителю. – С этими словами Гарри взмахнул волшебной палочкой, и тело василиска испарилось. – И вот теперь он за пределами Хогвартса – и пусть только попробуют доказать, откуда мы его взяли.