Часть 28

– Можем мы уже, наконец, пожалуйста, сесть, Гарри? – уточнила Гермиона, после того как он дважды заставил их прочесать поезд, таская её, Рона и Невилла за собой. – Если ты не нашёл того, кого искал, до сих пор, то ты не найдёшь его. Посмотри! В следующем купе – Луна и Джинни. Пойдём туда.

– Но… я же ещё не нашёл профессора Люпина! – возмутился Гарри.

У Гермионы, казалось, начался нервный тик.

– Ты хочешь сказать, что последние двадцать минут мы таскались с чемоданами по всему поезду, потому что ты искал учителя?

– Эм… да? – Гарри нервно почесал затылок, раздумывая, отчего Гермиона выглядит так, будто находится в шаге от того, чтобы треснуть его своим чемоданом.

– Профессора не ездят на поезде со студентами, Гарри, – добавил Рон с таким видом, словно уверился в том, что тот недавно – или давненько – это уж, как посмотреть – перенёс тяжёлую черепно-мозговую травму. – Мы уже на третьем курсе; наверняка это бросалось тебе в глаза раньше.

– Да знаю я! – Гарри не оценил по достоинству недостаток веры Рона. – Я просто подумал, что профессор Люпин мог бы быть здесь.

– Почему? – спросил Невилл.

– …Потому что он настолько странный? – предположил Гарри.

Гермиона шумно вздохнула.

– По крайней мере, на этот раз ты не приплетаешь сюда свой шрам. А теперь пойдём – сядем до того, как Гарри придумает, кого ещё мы могли бы поискать.

– Вы же знаете, что вам необязательно было со мной идти, – сказал в свою защиту Гарри, следуя за остальными к купе Луны и Джинни.

Его друзья обменялись многозначительными взглядами.

– Нет, обязательно, – возразили они в унисон.

– Ведь кто знает, что ты станешь вытворять, предоставленный самому себе, – философски заметил Невилл.

– Точно подмечено, – невозмутимо отреагировал Гарри. – В конце концов, в последний раз, когда такое случалось, мы с Сириусом осквернили чью-то могилу, сожгли дом дотла, уничтожили семейное наследие и ускорили… отправление Биннса на тот свет.

Но Гарри так часто сообщал им нечто подобное, что его друзья уже ничему не удивлялись.

– Уверена, у тебя была веская причина, – ободряюще заметила Луна. – За исключением последнего пункта. Подозреваю, что ты просто хотел проводить больше времени со своим опекуном.

– Нет ничего плохого в том, чтобы испытывать желание налаживать отношения с новыми членами семьи, верно, Джинни? – обратился к той Гарри.

Она упорно игнорировала его – как и всё лето. Это, однако, было не так уж важно: им предстояла долгая дорога, и рано или поздно ей придётся заговорить с ним – хотя бы для того, чтобы заколдовать.

***

Следующие несколько часов, как и ожидалось, прошли довольно быстро. Гарри раздражал всех, завершая каждую фразу словами «верно, Джинни?», «как думаешь, Джинни?» или схожими синтаксическими конструкциями. И когда проводник объявил, что они приближаются к Хогвартсу, так что стоит начать переодеваться, Джинни взорвалась:

– Завязывай уже; я начну говорить с тобой, если ты, наконец, заткнёшься!

Гарри просиял.

– Разумеется, я… – Его прервал суровый взгляд Джинни, и он сделал вид, что закрывает рот на замок.

– Вот и славно, – удовлетворённо произнесла Джинни. – А теперь, мальчики, выметайтесь отсюда: нам нужно переодеться.

Те покорно подчинились.

– Ничего себе, ты прорвал молчаливый бойкот исключительной надоедливостью, – восхитился Рон.

– И на это ушло всего три месяца, – самокритично добавил Гарри.

– Не расстраивайся, Гарри, – подбодрил его Невилл, похлопывая по спине. – Ты почти не видел её в июне и июле.

– Можете входить, – произнесла Гермиона, открывая дверь купе и выскальзывая из него в компании Луны и Джинни.

Оказавшись внутри, Рон и Невилл принялись натягивать свои мантии, тогда как Гарри устроил соревнование в «гляделки» с Хедвиг. Он был почти уверен, что проиграет, так как не думал, что совы в принципе способны моргать, но, опять же, никогда не знаешь, что может произойти. Пока он развлекался этим, до него дошло, что они с Сириусом напрочь забыли купить Рону сову, чтобы хоть как-то компенсировать тот факт, что ему приходилось жить с Питером Петтигрю. Не то чтобы Рон благосклонно относился к «благотворительности» и всему такому прочему. Однако к слову о совах…

– Эй, Рон, когда это у твоей сестры появилась сова? – спросил Гарри, машинально переводя на него взгляд.

– Вчера. Забыл? Я хотел узнать, откуда у неё столько денег, даже при учёте того, что остаток гран-при покрыл наши школьные принадлежности, и она взорвалась, спросила, обвиняю ли я её в воровстве… ну и, дальше было только хуже, – рассказал Рон немного смущённо.

– Это случилось, когда вы ходили по магазинам? Потому что, если ты забыл, мы с Сириусом в то время совершали разнообразные преступления.

– Преступления в лавке мороженщика? – с невинным видом уточнил Невилл.

Гарри скорчил рожу, но затем вспомнил, что соревновался в «гляделки» со своей совой.

– Ты моргнула, пока я не видел, да? – обвиняющим тоном спросил он. Оскорблённый, он вновь повернулся к своим друзьям-людям. – Как её, к слову, зовут?

– Сычик, – уныло ответил Рон. Гарри моргнул, удивлённый совпадением, но затем вспомнил, что в прошлый раз Джинни придумала имя роновой сове. – И как ты не помнишь нашу ссору? Мы всё ещё ругались за ужином вчера вечером, пока мама не пригрозила наложить на нас проклятье.

Гарри откинул голову назад, пытаясь вспомнить.

– Правда? А что делал в это время я?

– Вы с Фредом и Джорджем подкидывали миссис Уизли идеи, – подсказал Невилл.

– Точно-точно! Правда, она так и не воспользовалась ни одной из них…

– Вы готовы, мальчики? – из-за двери, после предварительного стука, послышался голос Гермионы.

– Ага, – ответил Гарри, впуская девочек внутрь.

– Твою мантию съел чертохолопый головосек, Гарри? – вежливо поинтересовалась Луна.

– О, нет, ничего подобного, – уверил её тот. – Я всего лишь решил, что носить повсюду мантии – элемент стадного поведения, поэтому теперь я не собираюсь делать этого, кроме тех случаев, когда нахожусь в классе.

– Это вообще разрешено? – скептически спросила Гермиона.

– Кто знает? – пожал плечами Гарри. – В лучшем случае, я проиграю Кубок школы в этом году.

– Ты хотел сказать «в худшем случае»? – уточнила Джинни.

– Да, Джинни, – хмыкнул Гарри. – Под «лучшим» я на самом деле имел в виду «худший». И как ты догадалась?

– О, ну, знаешь, я подумала, что все те мозгошмыги, о которых вы с Луной постоянно говорите, должно быть, основали колонию в твоей голове, что заставляет тебя часто путаться, – не задумываясь, произнесла Джинни.