Часть 49

— Хозяин! На меня напали! – прошипела Нагайна.

Волдеморт напрягся.

— Напали? Кто посмел?..

По всей вероятности Фред и Седрик взялись за дело. Оставалось только одно. Гарри набрал в грудь побольше воздуха. Хоть он уже выигрывал схватку со смертью – не единожды даже, – его не грела перспектива жертвовать собой намеренно. Впрочем, раз он выбрал этот момент, чтобы отвлечь внимание от ребят, они должны быть под его защитой до тех пор, пока он не вернётся, так ведь? По крайней мере, так это сработало в прошлый раз. Разумеется, тогда он думал, что не выживет, но нельзя было исключить вероятность того, что Волдеморт не использует убивающее заклятие и он либо останется крестражем, либо умрёт. Ой, да кого он обманывал? Волдеморт только и знал, что разбрасываться непростительными. Хотя, кажется, он как-то раз наколдовал что-то другое, когда бился с Дамблдором в министерстве…

— Двое мальчишек, хозяин, они… — Нагайна взвыла от боли, не договорив. Она была мертва или близка к тому.

«Хватит тянуть резину», — мысленно приказал себе Гарри.

Он неохотно вышел из своего каменного укрытия.

— Ты не сможешь убить меня.

— Я могу попытаться, — ответил Волдеморт, поднимая палочку. — Авада Кедавра!

***

Гарри осмотрелся. Он снова был на вокзале Кингс Кросс.

— И почему мне фантазии хватило только на то, чтобы использовать вокзал в качестве метафоры перепутья? — пробормотал он.

— Понятия не имею, но лично я считаю, что виновата твоя мама, — раздался голос позади него. — Настоящий мародёр никогда бы не позволил себе такую тривиальность.

Гарри обернулся, очутившись лицом к лицу с человеком, который был похож на повзрослевшего него как две капли воды за исключением зелёных глаз.

— О, и, вероятно, тебе стоит обратить внимание на то, что ты не одет.

Гарри бегло оглядел себя. Действительно. И естественно, в тот самый момент, как он это понял, на нём появилась мантия. Для чего он появился тут голый? Право слово…

— «Нетривиальный» настолько, насколько позволяют быть ребяческие проказы, — заметила появившаяся сзади Лили Поттер. — Но с символизмом ты никогда не дружил.

— Можем мы просто сойтись на том, что твои лишённые полёта фантазии родственники постарались испортить нашего сына?

— Я отказываюсь признавать родство с этим человеком, — возразила Лили, скрещивая руки на груди. — Петунья просто напугана, её никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах нельзя было оставлять ответственной за ребёнка с магическими способностями. Их сын… что ж, он наверняка скоро повзрослеет и возьмётся за ум.

— Мама? Папа? — Гарри не мог поверить своим глазам.

— А кого ты ожидал увидеть? Дамблдора? — съязвил Джеймс. — Не хочу тебя расстраивать, но в этой временной линии он ещё жив.

— «В этой временной линии»? — удивился Гарри. — То есть… вы знаете?

— Гарри, мы мертвы. И, скорее всего, являемся просто манифестацией твоего подсознания, — мягко заметила Лили. — Конечно, мы знаем.

— И? — спросил Гарри, ожидая узнать, что они думают обо всём этом.

— Я безмерно горжусь тобой, — просиял Джеймс. — Кроме Луны и Сириуса, которого я не беру в расчёт, потому что он тоже вернулся назад во времени, никто не подозревает о том, что ты из будущего, и тебе удалось навести шороху! — Лили толкнула его локтем в бок. — И помочь окружающим. Это тоже было здорово.

— Пусть я и не совсем одобряю устроенный хаос и меня немного смущает, что ты так просто бросил свою исконную временную линию, то, что ты пытаешься завершить всё сейчас, до того, как люди начнут погибать, достойно восхищения, и я надеюсь, что у тебя всё получится.

— Я не собирался возвращаться назад, — признался Гарри. — Я вообще не думал, всё просто… Меня как будто притянуло к Арке. А когда я попал сюда, то уже не знал, как вернуться, поэтому решил воспользоваться случаем. Только вот школьные будни… иногда бывает весело, но я никому этого не посоветую. Повторное обучение – самый нелепый опыт моей жизни. Если бы я не старался добавить огонька в происходящее, я бы уже давно сошёл с ума.

— Это если считать, что ты ещё в своём уме, — сказала Лили.

— Тоже верно, — пожал плечами Гарри. — Но покуда я не представляю опасности для окружающих, всё нормально. Психическую стабильность переоценивают.

— Да-да, — поддержал его Джеймс. — Передай Сириусу, что я не виню его за то, что он назначил Питера нашим Хранителем, ладно? Да, это оказалось очень плохой идеей, но мы с Лили сами пошли на это, так что…

— Передам, — пообещал Гарри.

— Но он всё равно плохо на тебя влияет. Передай Северусу, что я прощаю его, — попросила Лили.

— Если я назову его Северус, он, скорее всего, наложит на меня проклятие, но… ладно, — согласился Гарри.

— До сих пор не могу понять, что ты в нём нашла, — печально покачал головой Джеймс.

— Мы были лучшими друзьями много лет, — напомнила ему Лили. — И пускай он виноват в том, что Волдеморт узнал о пророчестве, мы бы и без этого были в опасности.

— Не настолько, — возразил Джеймс. — К тому же он был Пожирателем смерти!

— Вот именно что «был». Он не погиб, но уже тринадцать лет не позволяет себе жить. Он вернулся на светлую сторону, и ему пора перестать мучиться прошлым. Я надеюсь, что моё прощение ему поможет.

— Мда, полагаю, если бы он умер, мне пришлось бы видеться с ним чаще. Буду надеяться, что это случится ещё очень нескоро.

— Мне скоро пора будет возвращаться, да ведь? — спросил Гарри.

Лили кивнула.

— Если задержишься, потеряешь возможность вернуться.

— Спасибо, что защитили меня.

— Мы твои родители, Гарри, — мягко улыбнулась Лили. — Это наша работа.

— Мы будем наблюдать за тобой, — пообещал Джеймс. — В конце концов мы любим тебя, твоя жизнь довольно интересная, а нам в общем-то больше нечем заняться. А теперь сделай одолжение: наваляй Волдеморту.

— Постараюсь не разочаровать.