Глава 64

Пока Гермиона боролась с собой, не зная, как реагировать на мысль, что Тео на самом деле сделает ей подарок, он смотрел на неё слегка обеспокоенно.

— Эй, не волнуйся, — наконец сказал он. — Если что, мы просто забудем об этом. Я не хотел тебя расстраивать. Это просто вещь; вещи не должны расстраивать. — он сильнее потянул её за руки и притянул к себе.

Перестань быть милым со мной, черт возьми!

Гриффиндорка пыталась взять себя в руки.

— Я не расстроена, — прошептала она ему на груди, когда он обнял её.

— Ты ужасная лгунья, дорогая.

— Это нечестно, — пробормотала она. — Не мог бы ты перестать меня смущать?

— Извини, — сказал Тео.

— Прекрати! — девушка ударила его в грудь. — Прости. Тебя, наверное, уже тошнит от меня.

— Что? — слизеринец отступил, его хмурый взгляд стал глубже. — Что ты такое говоришь?

— Да ладно тебе, — сказала Гермиона. — Я не писала тебе на каникулах, я обвинила тебя в том, что ты не уделяешь мне достаточно внимания, и к тому же, у меня нет… подарка для тебя.

Парень долго смотрел на неё.

— У тебя гораздо меньше свободного времени. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я не буду просить большего, чем ты можешь дать. И мне определённо не нужны никакие материальные вещи… Только ты.

Мерлин его задери!

Она отвела взгляд, когда он мягко убрал прядь волос с её лица.

— Поэтому тебе не нужен мой подарок? Потому что у тебя нет ответного для меня?

Гриффиндорка неловко кивнула.

— В таком случае, не волнуйся. Я просто хотел подарить тебе кое-что. Чтобы ты помнила обо мне.

— Зачем мне что-то, чтобы помнить о тебе? — спросила девушка, нахмурившись, на мгновение отвлекаясь от своих страданий.

Слизеринец непонятно улыбнулся.

— Если меня не будет рядом, — сказал он.

Гермиона нашла время, чтобы посмотреть на него. Пристально посмотреть на него. Под глазами парня залегли тени, и выглядел он немного грустным. Их разговор стал принимать серьёзный оборот. Тео явно что-то скрывал. Он казался напряжённым.

— Ты что-то не договариваешь? — с подозрением спросила гриффиндорка.

— Я хочу, чтобы мы были вместе, — тихо ответил он. — Я очень хочу. Но я не до конца уверен, что ты… я просто хочу дать тебе кое-что. Никаких скрытых мотивов. И если тебе это не нравится, ты не обязана это хранить.

Гермиона отодвинулась от слизеринца и скрестила руки.

— Ты считаешь, что я не хочу, чтобы мы были вместе?

Его взгляд дрогнул, первый признак неуверенности, который Гермиона когда-либо видела от него.

— Конечно, нет, но… Никогда не знаешь. Всё меняется. Не всегда можно предсказать будущее.

Тео замолчал, и девушка чувствовала, что он не собирается раскрывать конкретно эту тему. Казалось, он не верит, что она останется с ним.

— Я же сказала, что постараюсь стать лучше, — пробормотала она, изучая свою руку, как будто это самая интересная вещь в мире.

— Дело не в этом, — ответил он. — Можем ли мы просто оставить эту тему? Может, ничего и не случится в будущем. Но спор в любом случае ничего не изменит. Я бы предпочёл просто наслаждаться тем, что у нас есть.

Что можно на это ответить? «Нет, давай спорить»? Гермиона вздохнула. Ей не надо с пеной у рта доказывать, что он неправ.

— Ладно.

— Хорошо. — он слегка улыбнулся ей. — Хочешь мой подарок сейчас?

Гриффиндорка медленно кивнула. Парень полез в карман и достал для неё маленькую коробочку. Чувствуя себя немного неловко под его пристальным взглядом, она открыла её, чтобы обнаружить цепочку с серебряной подвеской в виде змеи, обвивающей розу, и выглядящей так, как будто она могла её раздавить. Гермиона подняла бровь.

— Пытаешься сказать мне что-то?

Тео тихо рассмеялся.

— Я просто увидел это и подумал, что он может тебе понравиться. Хотя, я хотел бы отметить, что внешний вид может быть обманчивым. У розы есть очень опасные шипы. — парень слегка коснулся кулона, заставив змею ожить и заскользить в другое положение вокруг обманчиво хрупкого цветка.

Гермиона тоже попыталась дотронуться до неё, но ничего не произошло.

— Да, прости, — пробормотал Тео. — Боюсь, я не смог найти способ, чтобы это сработало и с тобой. Когда гриффиндорка вопросительно посмотрела на него, он объяснил: — Цепочка была создана таким образом, чтобы реагировать или, ну, не реагировать на маглорождëнную кровь. Не то, чтобы я имел в виду что-то под этим, но там всё было таким…

— Какой странный магазин, — произнесла Гермиона.

— Да, хм, нет. — его щеки на самом деле стали розовыми? — Это было среди вещей моей матери. — когда девушка посмотрела на него, слизеринец просто пожал плечами и добавил: — У неё было много ювелирных изделий, волшебных и других. Не думаю, что данная цепочка с кулоном имеет какую-либо реальную ценность. Я просто подумал, что тебе это может понравиться.

Гермиона снова посмотрела на кулон. Он ей понравился. Сильно. Он был чем-то вроде опасной красоты. И он принадлежал матери Тео. Это был первый раз, когда он упомянул в разговоре свою маму, и хотя он пытался приуменьшить ценность кулона и материальных вещей в целом, у неё возникло сильное чувство, что это что-то значит для него.

И он хотел, чтобы украшение было у неё.

Стало немного страшно. Как обещание, которое она не была уверена, что сможет сдержать. Гермиона нахмурилась и снова прикоснулась к прохладному металлу, задаваясь вопросом, были ли сомнения Тео заразными или у нее имелись свои собственные.

***