Глава 27

Поняв намек, Нейтан сел на сиденье.

— Так почему же, во имя всего святого, ты вызвала меня сюда в ранний час утра?

Она фыркнула в свою чашку с чаем.

— Пожалуйста, мы оба знаем, что ты еще не спал.

— Дело в принципе. — Он ответил, капнув капельку меда в свою чашку и размешав его.

Закатив глаза, она поставила свою чашку на место, все еще держа ее в руках.

— На самом деле, несколько вещей. Во-первых, я хотела поговорить с вами о том, что произошло сегодня, узнать, как вы держитесь. Я не знаю, что вы испытали за пределами земной атмосферы, но, насколько я знаю, это первый раз, когда вам пришлось сражаться, ставя на кон свою жизнь.

Нейтан кивнул.

— Могу сказать, что для меня это не первый раз. Пиратство в космосе не совсем безопасно. Особенно для детей. — закончил он невнятно.

Это тоже было правдой. Первый раз за обе жизни, когда ему пришлось реально бороться за свою жизнь, был немного шокирующим. Опустошители, может быть, и относились к нему в целом неплохо, но были у них и «плохие яйца».

Одним из них был новобранец, который проходил обучение одновременно с ним и Питером в течение первого года пребывания на корабле. Он был одного возраста с Нейтаном, его только что спасли от жестоких родителей и бросили в совершенно новую преступную жизнь.

Парень не был человеком, но анатомия была близка. Голова, две ноги, две руки, красная кровь и т.д. Поначалу он казался нормальным, но прошло совсем немного времени, и что-то заставило его сорваться.

Питер и парень чертовски ненавидели друг друга. Они действовали друг другу на нервы до такой степени, что их «размолвки» в девяноста процентах случаев превращались в откровенные потасовки. Нейтан не обращал на это никакого внимания — то есть до тех пор, пока мальчишке не надоело, что Питер избивает его до полусмерти.

В то время Нейтан не был настоящим бойцом: его больше занимала работа механика, чем что-либо другое, поэтому его считали слабым звеном. Слабое место Питера.

Однажды парень загнал Нейтана в угол и запер их обоих в шлюзовой камере, поскольку это было одно из немногих мест на корабле, где двери закрывались на болты. У парня, конечно, был код доступа к этой двери, так что он мог выбраться обратно, но Нейтан…

Парень вел долбаный монолог, хвастаясь тем, что его смерть причинит Питеру боль, и знал, что Нейтан не сможет взять его в бою, судя по нескольким их стычкам. Он дошел до того, что истерически хохотал, натягивая кожу на запястьях до ожогов от трения, и пассивно отрывал ногти, царапая пряжку ремня.