Том 16 Глава 3 — Если трое соберутся

Почти полдень субботы. Само собой, школа была закрыта.

Годо пришёл в святилище Нанао, расположенное в центре города.

— Битва Афины и Кусанаги-сана… С тех пор прошла уже неделя… — тихо произнесла Юри, подметая территорию святилища.

Облачённая в одежды мико, состоящие из белой накидки и красных хакама, она держала в руках метлу из бамбука. Мария Юри — химе-мико, исполняющая свои обязанности в святилище Нанао. Она состояла в организации химе-мико, которая охраняла места с сильной духовной энергией, расположенные в Японии.

— Это да. Время и правда летит, — с чувством ответил Годо.

Он тоже подметал святилище бамбуковой метлой.

Немного раньше Годо назначил Юри встречу, чтобы вместе подождать ещё одного человека. Когда он прибыл в святилище, то застал химе-мико в самом разгаре уборки. Решив, что будет скучно слоняться без дела и ждать, пока Юри закончит подметать, Годо предложил свою помощь. В результате они вместе занялись уборкой.

Сейчас стояло раннее лето. Превосходное время года, когда не слишком жарко и не слишком холодно. К тому же пределы святилища были ограждены лесом, дарившим ощущение умиротворения и покоя, которое никак не ассоциировалось с центром города. Воздух и лёгкий ветерок тоже действовали очень освежающе. Приятная обстановка.

Тем не менее, тема разговора между Юри и Годо была не особо радостной.

— Полный ущерб за прошлый раз… Амакасу-сан произвёл грубую оценку.

— Что?!

Если возможно, то Годо и знать не желал. Но это те новости, которые он, просто обязан услышать несмотря ни на что. Годо подготовился. Причина его прихода до назначенного времени состояла именно в том, что он хотел спросить об этом у Юри.

«Насколько далеко идущими оказались последствия битвы?»

— И… Сколько вышло?..

— А, д-да. В своей обычной манере Амакасу-сан сказал…

Слова специального агента Комитета компиляции истории: «Точно подсчитать невозможно, но по грубым прикидкам экономические потери составляют несколько десятков миллиардов иен. На данный момент это приблизительная цифра, но, в любом случае, скорее всего так и есть».

Выходит за всякие рамки несерьёзности, наверное, именно о таком отношении говорят, что у человека философский взгляд на вещи.

Услышав комментарий Амакасу, Годо понурил голову. Скорее всего, на нём лежит ответственность за порядочную часть этой суммы.

— Мне, правда, очень жаль…

— Кусанаги-сан, даже если ты передо мной и извинишься, это совершенно бессмысленно.

— Ты права… Извини.

Слова обеспокоенной Юри ещё больше усилили подавленное настроение Годо.

Но он тут же подумал о кое-чём другом. Кто и должен быть в депрессии, так это те люди, которые в результате стали жертвами всех тех беспорядков. Как одному из главных зачинщиков, ему следует тщательно всё обдумать и строго напоминать себе об этом, чтобы избежать повторения подобных поступков в будущем. Мысленно он поклялся себе, что больше никогда не станет причиной такой катастрофы!

Внезапно Годо поднял взгляд и обратился к Юри с сильнейшей убеждённостью в душе:

— Мария, у меня есть просьба. Можешь отчитать меня, как ты умеешь, и указать на всё, что я сделал не так?

— Что?

— Пожалуйста. Чтобы я больше не повторял таких ошибок. Пусть это станет мне опорой!

— К-Как же я могу… Такая внезапная просьба с твоей стороны… — взбудоражено ответила правильная и пристойная ямато надэсико, проявляя сильную нерешительность.

— Всё, что я хотела передать Кусанаги-сану, в основном уже было сказано тебе на прошлой неделе. И сейчас я не думаю, что стоит повторять это снова, — своё мнение Юри озвучила с беспокойством на лице.

«Понятно».

Она была не только величественной высококлассной леди с чувством собственного достоинства, но и химе-мико. И в соответствии с титулом «химе» обладала сильным чувством ответственности. Юри являлась бесценным другом, который способен смело дать честный совет даже самому Дьявольскому королю, Кусанаги Годо. Она уже несколько раз делала ему выговор по поводу его недостойного поведения во время битвы с Афиной.

Вместо того чтобы возмущаться, Годо был ей благодарен.

По ряду различных причин став «человеком, который убил бога», Кусанаги Годо обнаружил, что многие люди относятся к нему, как к королю, хоть он и считал, что данный статус ему не подходит. Чтобы не сделаться высокомерным и не пойти кривой дорожкой, он надеялся, что всякий раз, как представится возможность, Юри сможет дать совет и отругать его. Поэтому сейчас Годо смотрел прямо ей в глаза и снова повторил свою просьбу.

— Есть же какая-то поговорка про излеченные раны или что-то вроде? Не думаю, что я способен на такое. Не важно, сколько раз ты будешь повторяться, я приму любой твой выговор!

— Н-Но, Кусанаги-сан. Исходя из твоего поведения, очевидно, что фраза «Закрылась рана — забыл о боли» явно относится к тебе.

Пока Юри с сомнением говорила, Годо издал стонущее «хмм».

— Конечно, я верю, что Кусанаги-сан честный человек. Но, несмотря на то, что ты постоянно сожалеешь и размышляешь над своим прошлым поведением, ты снова и снова повторяешь одни и те же ошибки. О-о… Неужели ты…

На лице Юри появилось такое выражение, словно она что-то поняла. Годо начал нервничать. Она всё же была химе-мико, обладающей духовным зрением, которое представляло собой некое подобие ясновидения. Как известно, всякий раз, как Юри что-то интересовало и беспокоило, она зачастую видела правду там, где остальные зашли в тупик. И чтобы эта девушка удивилась — должно быть, она точно что-то увидела.

— Н-Неужели… Ты что-то видела?

— У меня постоянно возникает ощущение, что Кусанаги-сан мало задумывается над своими поступками.

— Почему?

— Потому что в таких ситуациях тобой управляют эмоции. Наверное, хоть умом ты и понимаешь, что не прав, ты отбрасываешь все эти помыслы, когда в твоём сердце разгорается яростное пламя, и ты начинаешь буйствовать без оглядки, поддавшись сиюминутному импульсу и забывая о планах…

— !

Оглядываясь на свою жизнь вплоть до данного момента, Годо действительно вспомнил многое из того, что подходило под это описание. Он почувствовал, как выражение его лица начинает застывать. Увидев реакцию Годо, Юри поспешно сказала:

— Это-это просто ощущение. Я понятия не имею, права я или нет.

— Н-Нет, твоё ощущение попало точно в цель. Похоже, что у меня действительно есть такое качество, — хмуро пробормотал Годо.

— Дома моя младшая сестра постоянно говорит, что в нашей семье все мужчины ведут себя подобным образом.

— И это действительно так?

В ответ Годо кивнул, а глаза Юри расширились от удивления.

— Ага. Примерно тот тип негодяя, который не может остановиться, когда дошёл до нужного состояния. Например, захотелось, и иммигрировал в Бразилию. Потерялся в бассейне Амазонки. Благодаря войне случайно разбогател на чёрном рынке за одну ночь, а затем по собственной вине превратился в нищего. Планировал стать монахом в горном монастыре, но каким-то образом оказался в Шанхае. Ну ещё и те, для которых льстить женщинам так же естественно, как дышать…

— Что ж…

Юри была очень удивлена, узнав о таком неподобающем поведении в семье Кусанаги, которое редко упоминалось из-за своей скандальности.

— Примерно такие дела. Бессмысленно растрачивали силы и доставляли проблемы окружающим.

— Сейчас, когда ты представил всё в таком свете, думаю, это действительно неплохо тебя описывает, Кусанаги-сан…

— Охх!..

Честно высказав своё мнение и услышав такой ответ со стороны Юри, Годо казалось, что у него вырвали часть сердца.

Если бы предыдущее утверждение исходило от Эрики он, по крайней мере, мог легко возразить в ответ: «Тот, кто доставляет другим ещё больше проблем, не имеет права говорить такое!» Но сейчас он говорил с Юри. Чистая правда, сказанная этой высококлассной леди прямо в лицо и без всякого притворства, была словно нож в сердце.

Видя упавшее настроение Годо, во взгляде Юри появилось сочувствие.

— К-Кусанаги-сан, так как ты понимаешь, что должен тщательнее всё обдумывать, то, может, уже хватит? Давай закончим наш разговор на этом…

— Нет, ещё недостаточно. Я должен разорвать этот порочный цикл.

Сжав челюсть, Годо решительно поднял голову.

— Мария. Ты должна говорить ещё строже. Воспользуйся своим ужасающим воздействием!

— Н-Но даже если ты и просишь меня… А-а, понятно.

Увидев, как Юри неловко кивает головой, а затем поднимает взгляд, в Годо вновь затеплилась надежда.

— Ты что-то поняла?

— Да. Я забыла кое-что важное.